Очередной день в школе «Кленового Листа» тек достаточно медленно. Слишком медленно для тех, кто привык жить ожиданием. И слишком быстро для тех, кто уже чувствовал, как привычный порядок начинает трескаться.

Утреннее солнце поднялось выше, залив тренировочный двор мягким, но уже тёплым светом. Каменные плиты прогрелись, тени стали короче, а звуки — отчётливее. Удары деревянного оружия снова раздавались по площадке, наставники продолжали свои занятия, ученики — двигались, дышали, старались. Всё выглядело… как прежде. Но так было только с виду.

Он стоял у края площадки. Тот самый ученик. Первый. Тот, кто шагнул вперёд, не задумываясь. Тот, кто должен был справиться. Его звали Чжин-Хо. И ещё вчера его имя в этих стенах звучало иначе. С уважением. С ожиданием. Даже полноценной ставкой. Он был лучшим среди учеников. Самым сильным в этой старой школе. Самым перспективным. Тем, на кого смотрели остальные. Тем, на кого рассчитывали наставники. Тем, кого уже мысленно отправляли на ближайший турнир школ — не просто участвовать, а представлять. По сути, он был единственным шансом этой школы не выглядеть жалко на фоне других. И теперь… Он стоял. И смотрел. Туда. Где под навесом, в стороне от основного двора, старый наставник… занимался с Мин-соком. С тем самым «деревенщиной». Что не так давно самостоятельно заявился в школу.

Чжин-Хо сжал деревянный меч чуть сильнее, чем нужно. Древко тихо скрипнуло.

— Ещё раз! — Раздался голос наставника рядом.

Но он не сразу отреагировал. Его взгляд не отрывался. От них. Старик стоял напротив Мин-сока. Спокойно. Собранно. И… говорил. Не так, как с остальными. Не с раздражением. Не с усталостью. А… иначе. С вниманием. С интересом. С тем самым тоном, который Чжин-Хо слышал раньше. И который был адресованным ему.

— Слушай, — доносился голос старика. — Ты не должен подавлять Инь. Ты должен понять, как она течёт.

В это время Мин-сок стоял напротив. Со своим проклятым посохом в руках. Всё такой же спокойный. Как всегда.

— Если будешь идти против неё — она начнёт давить, — продолжал старик. — Но если направишь…

Он сделал жест рукой.

— Она станет твоей опорой.

Чжин-Хо резко отвернулся.

— Ещё раз! — повторил наставник уже громче.

Чжин-Хо коротко кивнул. Механически. И снова начал выполнять приёмы, которые они отрабатывали не один год. Шаг. Удар. Поворот. Всё правильно. Всё точно. Но… Без души. Без концентрации. Каждое движение было резче, чем нужно. Сильнее, чем требуется. Словно он пытался не отработать технику… А выбить из себя что-то. Или… Кого-то.

— Ты слишком напряжён. — Тут же заметил наставник.

На это замечание Чжин-Хо ничего не ответил. Просто продолжил. Ещё один удар. Слишком быстрый. Слишком жёсткий.

— Контроль! — Коротко сказал наставник. — Ты теряешь контроль.

В этот момент Чжин-Хо остановился. Резко. Повернул голову, и снова посмотрел туда, где всё ещё стоял Мин-сок.

Старик уже подошёл ближе. Положил руку на плечо парня. Снова что-то ему объяснял. Спокойно. Терпеливо. И Мин-сок…Слушал. Не спорил. Не перебивал. Просто… впитывал. И это… Бесило.

«Почему он?»

Эта мысль всплыла резко. Без предупреждения.

«Кто он вообще такой?»

В этот момент Чжин-Хо стиснул зубы.

«Пришёл из ниоткуда…»

Его взгляд потемнел.

«Ни силы… ни техники… ни основы…»

Рука молодого парня сжала рукоять деревянного меча ещё сильнее.

«И вдруг…»

Он вспомнил. Тот момент. Посох. Расколотый камень. И… Собственную слабость. Как его собственные руки вдруг перестали слушаться. Как привычная и послушная сила вдруг ушла. Как он отступил. Перед всеми. Перед наставниками. Перед учениками. Перед… Ним. Чжин-Хо резко выдохнул. И снова сделал шаг. Удар. Сильный. Настолько, что деревянное оружие зазвенело от напряжения.

— Хватит! — Резко сказал наставник.

Чжин-Хо замер от этого окрика.

— Ты не в бою, — добавил тот. — Ты тренируешься. Не теряй этого различия!

Молчание. Несколько секунд. Чжин-Хо опустил меч. Но не полностью.

— Раньше… — тихо произнёс он, — вы говорили иначе.

Наставник посмотрел на него. Внимательно.

— Раньше ты слушал меня более внимательно. — Ответил он спокойно.

Эти слова… Задели. Но не так, как раньше. Теперь в них не было силы. Потому что внутри уже было другое. Чжин-Хо снова перевёл взгляд на Мин-сока.

Старик в этот момент сделал шаг назад. Коротко кивнул. И Мин-сок… Двинулся. С посохом. Медленно. Но… Чисто. Движение было простым. Но в нём была… основа. Та самая, которую нельзя было подделать. И тут Чжин-Хо замер. На долю секунды. И именно в эту секунду… Он понял. Это не была случайность. Не трюк. Не удача. Это… Реально. И от этого… Злость стала только сильнее.

Он отвернулся. Резко. Словно хотел отрезать этот взгляд. Но не смог. Потому что внутри уже закрепилось. Чётко. Жёстко. Без сомнений.

«Он занял моё место.»

Эта мысль была простой. Но… Тяжёлой. И с каждым мгновением… Она становилась только глубже. И холоднее. Чжин-Хо не был глуп. Это было, пожалуй, самым опасным в нём. Он мог злиться. Мог быть упрямым. Мог позволить себе лишнее слово или резкое движение. Но при этом он умел… наблюдать. И именно это сейчас делало его настроение ещё хуже.

Некоторое время спустя, он уже сидел у края тренировочной площадки, делая вид, что отдыхает после очередной серии упражнений. Его деревянный меч лежал рядом, ладони всё ещё слегка горели после нагрузки, дыхание постепенно выравнивалось. Но его взгляд… Он снова и снова возвращался туда. Под навес. Где старый наставник продолжал заниматься с Мин-соком.

— … не пытайся сдерживать, — доносился голос наставника. — Ты не удержишь Инь силой. Ты должен понять её природу.

Мин-сок кивнул. Спокойно. Без лишних слов. И ответил. Коротко. Но… По делу. Чжин-Хо нахмурился. Он не слышал всех слов. Но слышал достаточно. И это раздражало. Потому что… Он понимал. Этот «деревенщина» не говорил, как деревенщина. Не мялся. Не запинался. Не смотрел в землю. Он держался ровно. Спокойно. И говорил… правильно. Слишком правильно.

— Слышал? — тихо пробормотал кто-то рядом.

Чжин-Хо не повернул голову. Но прислушался.

— Наставники вчера говорили, — продолжил другой ученик. — Он не из деревни.

— Да ну?

— Говорю тебе. Один из старших сказал — манера речи не та. И поведение.

Чжин-Хо сжал пальцы. Сильнее.

— Одежда — да, — добавил третий. — Но это ничего не значит. Мог просто идти пешком.

— Или скрывается, — хмыкнул первый.

Небольшая пауза.

— А ты видел, как он на старшего смотрел? — тихо сказал кто-то ещё. — Без страха.

— И без наглости, — добавили в ответ.

— Да.

Молчание.

— Это не просто.

После этих слов одного из своих товарищей, Чжин-Хо резко поднялся. Слишком резко. Ученики рядом тут же замолчали. Он не посмотрел на них. Сразу направился вперёд.

Он подошёл ближе. К навесу. Не прямо. Сначала — он двигался так, словно шёл куда-то в сторону. Как будто просто проходит мимо. Но затем остановился. И заговорил.

— Наставник.

Сейчас его голос был ровным. Сдержанным. Но в нём чувствовалось напряжение. Старик не сразу ответил. Он закончил объяснение. Только потом повернул голову.

— Что?

Чжин-Хо слегка поклонился.

— У меня вопрос.

Старик коротко кивнул.

— Говори.

Чжин-Хо перевёл взгляд на Мин-сока. Буквально на мгновение, а затем снова на старого наставника.

— Мы принимаем в школу… всех подряд?

Эти слова прозвучали спокойно. Но… Слишком аккуратно. Слишком выверенно. Хотя… Мин-сок никак на него не отреагировал. Даже головы не повернул. А вот старик прищурился.

— К чему ты ведёшь?

Чжин-Хо сделал вдох.

— Просто интересно, — сказал он. — Мы не знаем, кто он.

Короткая пауза.

— Откуда пришёл.

— С какой целью.

Он сделал ещё шаг.

— Может, он просто… притворяется?

Несколько учеников, стоявших неподалёку, начали прислушиваться.

— Притворяется? — переспросил старик.

Чжин-Хо кивнул.

— Да. Одевается как простой человек. Ведёт себя спокойно. Но…

Он слегка склонил голову.

— Слишком спокойно.

Слова повисли в воздухе. Он продолжил:

— Его аура почти не ощущается.

Он посмотрел прямо на Мин-сока.

— У любого, у кого есть корень духа, есть хотя бы слабое проявление силы.

Пауза.

— У него… нет.

Некоторые ученики переглянулись. Это они тоже заметили. Но не осмеливались сказать. Чжин-Хо сделал последний шаг.

— И при этом… — его голос стал чуть тише, — наставники его опасаются.

Это уже было прямым ударом. И уже не по самому Мин-соку. А по всей этой ситуации. По неуверенности. По страху. Который уже начал зарождаться.

Старик промолчал несколько секунд. Долгих. Тяжёлых. И всё это время Чжин-Хо не отводил своего упрямого взгляда от его лица. Он не кричал. Не обвинял напрямую. Он делал хуже. Сейчас он сеял сомнение.

— Ты много думаешь, — наконец произнёс старик.

Спокойно. Без раздражения. Но и без одобрения. Чжин-Хо чуть сжал челюсть.

— Это плохо?

— Когда мысли ведут к страху — да.

Чжин-Хо усмехнулся. Слабо.

— Страху?

Он перевёл взгляд на Мин-сока.

— Или осторожности?

Старик не ответил сразу. Он смотрел на него. Долго. А затем произнёс:

— Ты боишься.

Просто. Прямо. Без украшений. Слова ударили. Сильнее, чем любой упрёк.

— Я? — Чжин-Хо усмехнулся шире. — Боюсь его?

Он качнул головой.

— Я просто не хочу, чтобы в школе появился кто-то, кто может принести проблемы.

Он сделал паузу. А потом добавил:

— Особенно перед турниром.

Вот оно. Суть. Настоящая причина. Старик это понял. Сразу. И ученики — тоже. Потому что все знали. Школа может выставить только троих. И место… Ограничено. Чжин-Хо был одним из них. Почти гарантированно. До этого момента. Теперь… Даже его уверенность треснула. И он сам это чувствовал. Каждой клеткой своего тела.

Мин-сок наконец повернул голову, и посмотрел на Чжин-Хо. Спокойно. Без вызова. Без раздражения. Просто… Посмотрел. И этого оказалось достаточно.

Чжин-Хо на мгновение замер на месте. Сам не понимая почему. Потому что в этом взгляде не было того, чего он ожидал. Ни страха. Ни соперничества. Ни желания что-то кому-то доказать. Только… Пустота. Глубокая. Тихая. И от этого… Ему стало ещё не по себе. Старый наставник это тоже заметил. И его взгляд стал ещё внимательнее. Потому что теперь сомнение было не только у учеников. А у всех тех, кто видел это.

Но даже не смотря на все его старания, Чжин-Хо так и не отпустило. Наоборот. С каждым часом это чувство только усиливалось. Оно уже не было просто раздражением или уязвлённой гордостью. Оно стало… направленным. Чётким. Холодным. Он не бросался вперёд, не устраивал открытых конфликтов. Нет. Теперь он действовал иначе. Сначала в дело пошли мелочи. Незаметные. Почти случайные.

— Эй, ты, — бросил он как-то, проходя мимо, когда Мин-сок нёс воду от колодца. — Вон там ещё бочки пустые. Заполни.

Голос — ровный. Как будто это само собой разумеется. Как будто он имеет право отдавать такие приказы. Мин-сок остановился. Медленно повернул голову. Посмотрел на него. Спокойно.

— Это не моя обязанность, — ответил он так же ровно.

Чжин-Хо усмехнулся.

— Здесь все делают, что скажут старшие.

Короткая пауза.

— Или ты особенный?

Мин-сок не ответил сразу. Просто молча смотрел. И в этом взгляде не было ни раздражения, ни сомнения. Только… оценка.

— Старшие? — тихо переспросил он.

Чжин-Хо чуть приподнял подбородок.

— Да.

Мин-сок кивнул. Едва заметно.

— Тогда сначала стань им.

И пошёл дальше. Не ускоряя шаг. Не оглядываясь. А Чжин-Хо нервно сжал зубы. Но не остановился. Не стал устраивать сцену. Он был умнее этого. Он начал давить иначе. На следующий день — снова.

— Тренировочный двор нужно подмести. — Бросил он, когда Мин-сок проходил мимо.

— Это делают младшие, — добавил кто-то из учеников, стоявших рядом.

Чжин-Хо кивнул.

— Вот пусть и делает.

Мин-сок остановился. На этот раз — сразу. Медленно поставил метлу, которую кто-то уже попытался ему сунуть в руки. Посмотрел на неё. Затем — на Чжин-Хо.

— Ты младший? — спросил он спокойно.

Несколько учеников тихо прыснули. Чжин-Хо нахмурился.

— Не прикидывайся, — холодно ответил он. — Ты здесь никто.

Мин-сок слегка склонил голову.

— Верно.

Пауза.

— Как и ты.

После этих слов возникла тишина. Короткая. Но… ощутимая. Потом Чжин-Хо сделал шаг вперёд.

— Следи за языком.

Голос старшего ученика стал жёстче. Но Мин-сок даже не сдвинулся с места.

— Почему? — спокойно спросил он.

Простой вопрос. Но… Без страха. Без уступки. И это раздражало больше всего.

— Потому что я здесь дольше! — Тут же ответил Чжин-Хо. — Потому что я сильнее.

Мин-сок на мгновение задумался. Словно обдумывал. И затем… Улыбнулся. Легко. Почти лениво.

— Сильнее? И кто тебе такую глупость сказал? Или ты сам придумал?

Он чуть повернул голову. Посмотрел на каменную плиту неподалёку. На ту самую. С трещиной. И следом от его проклятого посоха. Все сразу поняли, к чему это идёт. Кто-то уже начал улыбаться.

— Это ты про ту силу, — продолжил Мин-сок спокойно, — с которой ты не смог вытащить «обычную палку» из камня?

Смех вспыхнул мгновенно. Не громкий. Но… искренний. Несколько учеников отвернулись, чтобы не показать своей реакции на такую откровенную провокацию. Кто-то хмыкнул. Кто-то не сдержался. А Чжин-Хо замер. Его лицо на мгновение стало каменным. Потом Мин-сок сделал шаг вперёд. Медленно. Не угрожающе. Но вполне уверенно.

— Ты хочешь отдавать приказы? — продолжил он. — Командовать?

Он чуть склонил голову.

— Тогда сначала покажи, что ты действительно чего-то стоишь.

Пауза.

— А не просто… говоришь.

После этих слов смех усилился. Теперь уже открыто. Даже те, кто старался держаться в стороне, не выдержали. Потому что… Все помнили. Каждый. Как он тянул. Как напрягался. Как отступил. Как… не смог. И не только он. Но именно он — первым. И именно он — громче всех говорил. Чжин-Хо сжал кулаки. Сильно. Так, что побелели костяшки.

— Закройся, — процедил он.

Но голос уже не был таким уверенным. Мин-сок пожал плечами.

— Покажи силу — закроюсь.

Просто. Без вызова. Как факт. Тишина повисла на мгновение. Все ждали, что он сделает. Шагнёт ли вперёд… Ударит ли… Ответит ли… Но… Чжин-Хо не двинулся. Потому что он понял главное. Если сейчас он пойдёт дальше… И снова не сможет… Это будет конец. Не только для него. Для его положения. Для его имени. Мин-сок смотрел на него. Спокойно. Без давления. Но именно это… Давило сильнее всего.

Чжин-Хо резко отвернулся.

— Делай, что хочешь. — бросил он, и ушёл. Быстро. Даже слишком быстро. Смех за его спиной не утих сразу. Но теперь он уже не пытался его остановить. Потому что понял. Он проиграл и этот момент. Полностью.

Мин-сок не стал продолжать. Не стал добивать своего противника. Он просто вернулся к своим делам. Как будто ничего не произошло. Но… Теперь всё изменилось. Потому что в глазах учеников… Он больше не был «деревенщиной». А Чжин-Хо… Уже не выглядел тем, кто может командовать.

Но даже после этого, Чжин-Хо не отпустило. После той сцены на дворе он не пытался больше открыто задевать Мин-сока. Слишком много глаз видели это. Слишком много ушей слышали. Слишком свежи были смешки в его памяти. Но это не означало, что он сдался. Наоборот. Он начал делать то, что умел лучше всего. Наблюдать.

Сначала — издалека. Как будто случайно. Во время общих тренировок. Во время занятий. Когда Мин-сок двигался среди остальных — всё выглядело… нормально. Даже слишком. Он повторял базовые формы школы «Кленового Листа». Шаги. Стойки. Повороты. Иногда — чуть неуклюже. Иногда — с задержкой. Как будто только учится. Как будто он действительно новичок. И это… Сбивало с толку.

«Хорошо притворяется.» — Подумал тогда Чжин-Хо. И именно эта мысль заставила его пойти дальше. Он начал следить. Не открыто. Не навязчиво. Он знал, как это делать. Когда Мин-сок уходил с общего двора — он находил повод оказаться поблизости. Когда тот исчезал за постройками — Чжин-Хо обходил их с другой стороны. Когда парень поднимался выше по склону, к редким каменным уступам и зарослям — он следовал на расстоянии. Тихо. Осторожно. Не выдавая себя. И однажды… Он увидел.

Это было ближе к вечеру. Солнце уже клонилось к закату, тени вытягивались, воздух становился прохладнее. Мин-сок ушёл один. Как обычно. Без слов. Без приглашений. Просто… исчез с двора. Чжин-Хо выждал. Немного. И пошёл следом. Он двигался осторожно. Используя камни. Тени. Заросли. Пока не нашёл его. Там была небольшая площадка. Среди скал. Почти скрытая от глаз. В тот момент Мин-сок стоял там. Один. Со своим проклятым посохом.

Сначала всё выглядело привычно. Он принял стойку. Начал движение. Форма школы. Та самая, которую они отрабатывали днём. И Чжин-Хо уже собирался отвернуться.

«Притворяется и здесь…»

Но потом… Что-то изменилось. Почти незаметно. Переход. Не резкий. Плавный. Но… Чёткий. Движение стало другим. Не по форме. Не по схеме. Мин-сок шагнул. Но шаг был… не учебный. Он не следовал рисунку. Он не повторял. Он… двигался. Свободно. Жёстко. И одновременно — текуче. Посох в его руках перестал быть тренировочным инструментом. Он стал… частью движения. Чжин-Хо прищурился. Сосредоточился. Пытался понять. Но не мог. Потому что это… Не было похоже ни на что, что он знал.

Удар. Резкий. Без замаха. Как вспышка. Сразу — смена позиции. Шаг в сторону. Поворот корпуса. И снова — удар. Но уже с другой стороны. Не по линии. Не по правилам. А… по ситуации. Которой не было. Но… Он двигался так, словно она есть. Словно перед ним противник. Живой. Быстрый. Смертельно опасный.

Чжин-Хо снова замер. Он видел техники тигра. Видел формы дракона. Слышал о змеях… журавлях… волках… Но это… Это не было ни одним из них. Здесь не было мощи тигра. Не было величия дракона. Не было плавности змеи. И всё же… Это было нечто… хищное… До предела… Каждое движение — как бросок. Каждый поворот — как уход от удара. Каждая остановка — не пауза, а ожидание. Мгновения. Перед тем, как… закончить.

Мин-сок резко остановился. На долю секунды. И в этот момент… Что-то изменилось. Чжин-Хо не сразу понял что. Но… Воздух. Он стал… Холоднее. Не по температуре. По ощущению. Как будто даже само пространство вокруг сжалось. Сконцентрировалось. И в следующий момент… Мин-сок двинулся. Снова. Но теперь — быстрее. Гораздо быстрее. Настолько, что взгляд едва успевал. Посох мелькнул. Один раз. Второй. Третий. И каждый раз — в точку. В невидимую. Но… точную.

Чжин-Хо почувствовал, как по спине пробежал холод. Настоящий. Не от ветра. Не от вечера. А изнутри. Он не дышал. Просто смотрел. И в какой-то момент понял. Если бы он стоял там… На месте этого невидимого противника… Он бы не успел увернуться от такой атаки. Ни разу.

Вскоре Мин-сок остановился. Медленно выпрямился. Посох опустился. И всё… Исчезло. Снова. Как будто ничего и не было. Он стоял. Спокойный. Обычный. Как днём. Как всегда.

В этот момент Чжин-Хо отступил. Незаметно. Шаг назад. Ещё один. Сердце билось быстрее. Чем должно было. Он стиснул зубы.

«Что это…»

Мысль не оформлялась. Потому что ответа не было. Он видел самые разные техники. Он знал стили. Он понимал основы. Но это… Это было очень чуждым. Непонятным. И… Невероятно опасным.

Он снова посмотрел на Мин-сока. На его спину. На то, как тот спокойно убирает посох. И впервые… За всё это время… Чжин-Хо почувствовал не злость. Не раздражение. А… Страх. Пока что лёгкий. Едва заметный. Но… Настоящий. Потому что теперь он понял главное… Он не знает ничего о том, с кем именно сейчас имеет дело…

…………

Библиотека школы «Кленового Листа» находилась в стороне от основных построек. Не в центре. Не рядом с тренировочными дворами. А чуть выше по склону, куда вела старая, почти забытая тропинка, выложенная когда-то плоскими каменными плитами. Теперь они были покрыты мхом, местами растрескались, а между ними пробивалась жёсткая горная трава. Максим заметил её не сразу. Но стоило подняться туда однажды… И он уже не мог не возвращаться.

Само здание выглядело… уставшим. Не разрушенным. Не заброшенным полностью. Но — забытым. Оно было построено из тёмного дерева и камня, с характерной для старых школ архитектурой. Широкая крыша с загнутыми вверх краями… потемневшая от времени черепица… покрытая пятнами лишайника и зелёного мха… Карнизы были украшены когда-то резными узорами — листья, ветви, символы Дао. Но теперь… Часть резьбы стёрлась. Часть — потрескалась. А кое-где древесина просто начала крошиться от времени.

Двери. Большие. Двустворчатые. С массивными бронзовыми кольцами вместо ручек. Потемневшие. С налётом зелёной патины. Они открывались тяжело. С характерным скрипом. Словно не любили, когда их тревожат.

Внутри было прохладно. Сразу. Даже в тёплый день. Воздух — сухой. С лёгким запахом пыли, старой бумаги и… времени. Именно времени. Как будто здесь оно текло иначе. Медленнее. Тяжелее.

Первый зал был широким. Просторным. Но почти пустым. По бокам стояли длинные деревянные стеллажи. Высокие. Почти до потолка. Когда-то они, вероятно, были заполнены. Свитками. Книгами. Записями.

Теперь же… Половина полок пустовала. Где-то лежали аккуратно сложенные свитки. Где-то — книги в потёртых обложках. Но между ними зияли промежутки. Словно кто-то… Забрал лучшее. А остальное оставил умирать в забвении. Пыль лежала везде. Не толстым слоем. Но заметным. На полках. На свитках. На полу. Каждый шаг поднимал её в воздух. Лёгкими облачками. Которые медленно оседали обратно.

Пол был выложен тёмными досками. Старый. Скрипучий. В некоторых местах доски прогнулись. В других — чуть приподнялись. Но в целом… Держались. Как и всё здесь. Не благодаря заботе. А вопреки времени.

Свет проникал через узкие окна. Высокие. С деревянными решётками. Некоторые из них были перекошены. Некоторые — частично сломаны. Через щели пробивались тонкие лучи. Они падали на пол. На полки. На свитки. И в этих лучах… Пыль становилась видимой. Медленно кружащейся. Как будто сама библиотека дышала.

Найдя это место, и внимательно осмотревшись, Максим прошёл дальше. Глубже. За первый зал. Там начинался второй. Меньше. Уже. И… темнее. Здесь окна почти не пропускали свет. И пришлось привыкать. Глаза постепенно улавливали очертания. Стеллажи. Более плотные. Более старые. Некоторые — перекошенные. Один даже частично обвалился, и книги лежали на полу, рассыпанные, словно их никто не трогал годами. Заметив это, он медленно присел, и поднял одну. Обложка — тканевая. Потёртая. Края страниц — пожелтевшие.

Но текст… Сохранился. Чёткий. Аккуратный. Иероглифы были выведены рукой, которая знала, что делает. В углу второго зала стоял стол. Низкий. Старый. С трещинами на поверхности. На нём лежали свитки. Не разобранные. Не разложенные. Просто… оставленные. Как будто кто-то начал работу. И не закончил. Рядом — чернильница. Полностью высохшая. Рядом лежала кисть. С затвердевшими волосками. И это место… Сейчас создавало странное ощущение. Как будто тот, кто сидел здесь… Ушёл внезапно, и больше не вернулся.

Третий зал, самый дальний, Максим нашёл не сразу. Проход туда был частично завален. Старые доски не выдержали. Была даже пара упавших балок. Но оставался узкий проход. Если пригнуться, и постараться пройти осторожно. Там было почти темно. Так как в помещении просто отсутствовали окна. И только слабый свет из предыдущего зала позволял различить контуры. Здесь книги были другими. Старше. Толще. Некоторые — в деревянных футлярах. Некоторые — перевязаны шнурами. Даже пыль здесь лежала плотнее. И воздух… Был тяжелее. Густее. Как будто в этом месте хранилось не просто знание. А… что-то большее.

Здесь Максим остановился, и прислушался. Вокруг была тишина. Практически абсолютная. Даже звуки школы сюда не доходили. Ни крики учеников. Ни удары. Ничего. Только его дыхание. И едва слышный скрип дерева.

Он провёл рукой по одному из футляров. Пыль поднялась. Лёгкая. Серебристая в слабом свете. И в этот момент… Он понял. Почему это место его тянет. Не из-за книг. Не из-за знаний. А из-за того… Что здесь осталось. Слишком много. Слишком давно. И слишком… нетронуто.

Эта библиотека не была мёртвой. Она была… Действительно забытой. А это — гораздо опаснее. Потому что забытые вещи… Иногда хранят то, что не должно быть найдено.

Максим начал приходить в библиотеку каждый день. Не сразу надолго. Сначала — осторожно. Как будто проверяя, не выгонят ли. Не запретят ли. Но никто не обращал внимания. Для данной школы это место уже давно перестало быть чем-то ценным. Так… Старые книги… Пыль… Прошлое… А для него… Это было сокровище.

Он начинал с первого зала. С простого. С базового. С того, что не вызывало подозрений. Свитки о дыхательных практиках. О начальных этапах культивации. О меридианах. О циркуляции энергии. Он читал медленно. Внимательно. Не пропуская ни строки. Даже если уже знал. Потому что… Он искал не только знания. Он искал различия. Между тем, что он уже испытал, и тем, что считалось нормой.

«Энергия Янь естественна…»

«Она наполняет мир…»

«Она питает всё живое…»

«Её поток — основа пути Дао Цзы…»

Он перелистывал страницы. Свитки. Книги. И везде… Одно и то же. Янь. Тепло. Свет. Жизнь. Рост.

Про Инь говорили иначе. Редко. Осторожно. И… почти всегда — с оговорками.

«Инь — отражение Янь…»

«Холод, тень, покой…»

«Не самостоятельная сила, но часть баланса…»

Изучая всё это, Максим задумчиво нахмурился. Он уже знал, что всё обстоит далеко не так. Не полностью. Потому что то, что он чувствовал… То, что он использовал… Это было не просто отражение. Это было… Самостоятельным. Полноценным. Живым.

Он начал искать глубже. Второй зал. Старые записи. Заметки наставников прошлых поколений. Разборы ошибок. Теории. Некоторые — противоречащие друг другу. Здесь уже встречались другие формулировки. Более осторожные. Менее уверенные.

«Чрезмерное накопление Инь приводит к искажению…»

«Наблюдались случаи нестабильности…»

«Рекомендуется избегать…»

Он перелистывал дальше. Искал. Цеплялся за каждое упоминание. Но… Ничего. Никаких техник. Никаких методов. Никаких путей. Только предупреждения. И… Чистый и ничем не прикрытый страх.

Некоторое время спустя, Максим сидел у старого стола во втором зале. Свет падал под углом. Освещая часть страницы. Он провёл пальцем по строке. Медленно. Вдумчиво.

«Инь не является основной силой в мире…»

Он усмехнулся. Тихо. Почти незаметно.

— Для кого как… — Глухо пробормотал он.

Потом он пошёл дальше. В третий зал. Именно туда, куда уже достаточно давно никто не заходил. Где воздух был тяжелее. А книги — старше. Именно там… Он начал находить странное. Неочевидное. Обрывки. Фрагменты. Не законченные записи. Словно кто-то писал… Но не хотел, чтобы это читали. Или… Не успел закончить.

Один из свитков был особенно старым. Пожелтевшим. Хрупким. Он разворачивал его осторожно. Очень. Чтобы не повредить. И там…Была запись. Короткая. Но… Иная.

«Инь не рождается из мира…»

Осознав разницу в том, что он видел ранее, Максим замер. Внимательно перечитал. Снова. Медленно.

«…она остаётся.»

Пауза. Сердце чуть ускорилось. Он продолжил.

«После гибели тех, чья сила превзошла пределы…»

Его пальцы чуть сжались.

«…остаток их сущности не рассеивается полностью.»

Дыхание парня стало глубже.

«В местах их смерти может возникать скопление Инь…»

Тишина обрушилась на него, словно камень. Полная. Густая. Некоторое время Максим даже не двигался. Он вспомнил. Дерево. Корни. Силу. Похожую. Почти такую же. И… Останки погибшего культиватора.

Его взгляд сразу же потемнел. Стал глубже. Сосредоточеннее. Он перечитал ещё раз. Медленно. Вдумчиво. Каждое слово.

«…остаток их сущности…»

«…не рассеивается…»

«…может быть поглощён…»

Последняя фраза была почти стёрта. Но он разобрал.

Мысленно хмыкнув, он откинулся назад. Медленно. Не отрывая взгляда от свитка. Мысли начали складываться. Сами. Без усилия. Цепляясь одна за другую. Ведь он уже делал это. Неосознанно. Тогда. У дерева. Он поглощал. Не просто энергию. А… Остаток. Чьей-то силы. Чьей-то жизни. Чьего-то пути.

Максим закрыл глаза. На мгновение. И внутри… Что-то откликнулось. Тихо. Глубоко. Знакомо.

«Если это так…»

Эта мысль сформировалась чётко. Холодно. Без эмоций.

«Значит…»

Он медленно выдохнул.

«Сила Инь… не приходит сама.»

Пауза.

«Её нужно… брать самому…»

Он открыл глаза. Снова посмотрел на свиток. И в этот момент… Он уже знал, что это было не просто знание. Это… Путь. Не тот, о котором говорят наставники. Не тот, что записан в книгах. Не тот, что ведёт к свету и гармонии. А другой. Более прямой. Более жёсткий. И… Более честный.

Максим медленно свернул свиток. Аккуратно. Вернул его на место. Но его взгляд уже был другим. Став куда глубже. Тяжелее. Осознаннее.

Потому что теперь он понимал. Чтобы стать сильнее… Ему недостаточно просто тренироваться. Недостаточно дышать. Недостаточно следовать формам. Ему нужно будет… Забирать. То, что остаётся после смерти сильных. И, возможно… Со временем… Стать тем… После кого тоже что-то останется.

Третий зал библиотеки дал Максиму не так много, как он надеялся. Но… Вполне достаточно.

Он нашёл их не сразу. Пара тонких книг. Потрёпанные. Давно забытые. Зажатые между более объёмными трактатами о дыхательных практиках и философии Дао. Если бы он искал что-то «великое» — то просто прошёл бы мимо. Но Максим искал всё. И потому заметил.

Первая книга была посвящена базовым формам владения мечом. Ничего особенного. Прямые удары. Косые срезы. Простые связки. Всё — для начинающих. Для тех, кто только делает первые шаги. Вторая — чуть сложнее. Там уже говорилось о соединении техники с внутренней энергией. Но… Снова. Только Янь. Всегда Янь.

Сосредоточившись как следует, Максим сел прямо на пол. Разложил книги перед собой. И начал читать. Внимательно. Как всегда. Не пропуская ни строки.

«Удар должен быть продолжением дыхания…»

«Энергия Янь направляется из центра…»

«Через меридианы в руки…»

«И выходит в момент контакта…»

Задумчиво вздохнув, он закрыл книгу. На мгновение. И задумался. Теория была понятна. Проста. И в чём-то даже… примитивна. Но… Основа. А значит — полезна.

Он вышел из библиотеки. Поднялся выше по склону. На ту самую площадку среди скал. Где никто не мешал. Где можно было двигаться… Как он того хочет.

В руках — меч. Обычный. Тренировочный. Не посох. Не его настоящее оружие. Но… Вполне подходящий для эксперимента.

Он встал. Принял стойку. Вдох. Медленный. Глубокий. И начал первое движение. Прямой удар. Всё по книге. По форме. По правилам. Без энергии. Просто техника владения мечом. Меч рассёк воздух. Чисто. Ровно. Но… Слабо. Как и должно быть.

Второе. Он добавил Янь. Так, как было описано. Собрал дыхание. Направил. Провёл через тело. И выпустил в момент удара. Меч свистнул. Сильнее. Чётче. Воздух перед ним чуть дрогнул. Уже лучше. Но…Ожидаемо. И… Достаточно тяжело для того, кто использовал другие силы.

Максим остановился. На мгновение. Закрыл глаза. И… Позволил подняться другому. Холоду. Тишине. Тому самому ощущению, которое он уже знал. Инь. Он не стал менять технику. Не стал менять форму. Всё — точно так же. Только… Энергия.

Вдох. Но не тёплый. Холодный. Сжатый. Глубокий. Он направил её. Через тело. Как раньше. Но поток был другим. Тяжелее. Гуще. И… Тише.

Удар. Звук был другим. Не свист. А… резкий, короткий срез. Как будто воздух не просто разошёлся. А… Разорвался. Меч прошёл перед ним. И на мгновение… Пространство словно потемнело. Совсем чуть-чуть. Почти незаметно. Но… Это было… Максим замер. Глаза открылись. Медленно. Он посмотрел вперёд. На камень. Который служил ему ориентиром. На его поверхности… Появилась тонкая линия. Неглубокая. Но… Чёткая. Он не касался его. Не должен был. Это была просто тренировка. Просто воздух. Но… След остался.

Максим выдохнул. Медленно. И повторил. Снова. Та же техника. Тот же удар. Тот же поток. И снова… Результат. Сильнее. Глубже. Чётче. Он остановился. Сжал рукоять меча. Чуть сильнее. И в его взгляде появилось понимание.

«Сильнее…»

Мысль была простой. Но… Точной. Он снова вспомнил текст про баланс. Про равновесие. Про необходимость гармонии между Инь и Янь. И… Он не отрицал этого. Это было логично. Правильно. Но… Здесь. В этом мире. Где энергия Янь была повсюду… Где всё дышало ею… Где она была нормой… Инь… Становлась противоположностью. Не равной частью. А… Контрастом.

Максим снова поднял меч. Медленно. И сделал ещё один удар. С Инь. И в этот раз… Он вложил больше. Чуть больше. Не теряя контроля. Но… Углубляя поток.

Удар. Воздух перед ним дрогнул сильнее. На долю мгновения стало тихо. Как будто звук исчез. И затем… Раздался сухой треск. Камень. Тот самый, что стоял впереди. Треснул. Не глубоко. Но явно.

Заметив полученный результат, Максим опустил меч. Медленно. Без спешки. И снова посмотрел на результат. Долго. Внимательно.

Теперь он понимал. Не теоретически. И не из книг. А… На практике. Инь…Не просто другая энергия. Она… Режет. Разрывает. Поглощает. И в мире, где всё пропитано энергией Янь… Даже короткий импульс чистой Инь становится очень разрушительным. В разы более разрушительной, чем силы Янь.

Медленно вздохнув, Максим закрыл глаза. И внутри… Появилось странное чувство. Не радость. Не восторг. А… Тихое. Холодное. Удовлетворение. Потому что теперь… Его путь становился яснее. И… Гораздо опаснее.

Максим не стал торопиться. Открытие силы — это одно. Контроль — совсем другое. И если первое уже дало о себе знать, то второе… только начиналось.

Он снова и снова возвращался на ту площадку среди скал. С мечом. Не только с тренировочным. А даже и с боевым. Иногда — с посохом. Но чаще именно с мечом. Потому что техника, которую он нашёл, была проста. И именно поэтому — была идеальна для отработки.

Шаг. Поворот. Удар. Снова шаг. Смена стойки. Срез. Он повторял. Медленно. Сначала — без энергии. Оттачивая саму форму движений. Чистоту. Точность. Каждое движение должно было стать естественным. Без напряжения. Без лишнего.

Потом — с Янь. Хотя это и было невероятно тяжело, так как его меридианы, словно противоположный полюс магнита, отталкивали любые подобные попытки. Но ему это было нужно, чтобы понимать разницу. Чтобы не терять ориентир. Чтобы видеть границу. И только после этого он добавлял Инь. Постепенно. Осторожно. Как яд, который может мгновенно убить. Если не рассчитать даже микроскопическую дозу.

Он учился чувствовать момент. Когда выпускать. Когда сдерживать. Когда позволить энергии пройти. А когда — остановить. Потому что если дать ей слишком много… Она не просто усилит удар. Она… Разрушит контроль.

Каждое движение он повторял десятки раз. Сотни. Пока тело не начинало двигаться само. Пока мысль не исчезала. Пока оставалось только… Действие. И именно в этот период… Начались «случайности». Первый раз — на тренировочном дворе. Когда он вернулся после занятий. Один из учеников как бы невзначай задел его плечом. Сильно. Слишком сильно для «случайности».

В тот момент Максим сделал шаг в сторону. Легко. Не сопротивляясь. И тот, кто пытался его толкнуть… Банально потерял равновесие. Чуть. Совсем немного. Но достаточно, чтобы выглядеть неуклюже. Несколько учеников это заметили. И тихо усмехнулись. А тот самый Чжин-Хо, который уже ранее придирался к парню, стоял неподалёку. И сделал вид, что не при чём.

Второй раз — у склада с инвентарём. Когда Максим потянулся за тренировочным мечом, один из стоящих рядом «случайно» уронил стойку с оружием. Прямо в его сторону. Деревянные клинки посыпались вниз. Быстро. Резко.

Но… Максим уже двигался. Шаг назад. Поворот. Рука вверх. Он поймал один из падающих мечей. Другой — оттолкнул ногой. Третий — просто пропустил мимо. Ни одного удара. Ни одной лишней эмоции. Он даже не посмотрел на того, кто это сделал. Просто поставил меч обратно. И ушёл. А вот тот ученик… Остался под взглядами остальных. И выглядел он в тот момент… не лучшим образом.

Третий раз был уже более явным. На вечерней тренировке. Когда наставник отвлёкся. И ученики работали парами. Чжин-Хо подошёл сам.

— Потренируемся, — сказал он. И это был не вопрос, а чистое утверждение. Максим же коротко кивнул. Без возражений. Они встали друг напротив друга. Мечи в руках. Тела приняли выверенные стойки.

Первый удар нанёс Чжин-Хо. Быстрый. Чёткий. Сильный. Который не применялся на тренировках. Он больше напоминал проверку. Максим встретил его. Легко. Сдвинул линию атаки в сторону. Увёл. Контролировал. Без усилия.

Второй удар — быстрее. Жёстче. С добавлением энергии. Но Максим снова ушёл из-под удара. Всего на шаг. Почти не двигаясь. А потом ответил. Коротко. Лёгким касанием. Которое остановилось в нескольких сантиметрах от плеча Чжин-Хо.

После чего возникла пауза. Короткая. Но достаточная. Чтобы все поняли. Чжин-Хо зло сжал зубы. И атаковал снова. На этот раз — резче. С попыткой навязать свой собственный темп. Сбить противника с его ритма. Заставить ошибиться. Но… Каждый его удар… Либо уходил в пустоту. Либо мягко перенаправлялся. Максим не сопротивлялся. Он… Обходил. Словно вода. Словно тень.

И в какой-то момент… Он сделал шаг. Чуть вперёд. Чуть в сторону. И оказался… Сбоку от Чжин-Хо. Тот не успел. Даже понять. Как. Но меч Максима уже остановился у его горла. На расстоянии пальца. Тишина. Максим опустил оружие. Спокойно.

— Этого достаточно? — тихо спросил он. Без насмешки. Без вызова. Просто… вопрос.

Чжин-Хо не ответил. Сейчас он просто стоял, буквально до скрипа зубов сжав челюсть. С напряжённым взглядом. И пониманием, что это снова… Проигрыш.

Смех в этот раз был тише. Но… Он был. И этого было достаточно. После этого попытки не прекратились. Но стали… осторожнее. Более скрытыми. Более продуманными.

То кто-то «забывал» убрать камень на пути. То кто-то «случайно» оставлял воду разлитой. То кто-то пытался подставить на занятиях. Но… Максим уже ждал подобные сюрпризы. Он чувствовал. Не угрозу. Нет. Слишком мелко. Но… Намерение. И каждый раз… Он не просто избегал. Он… Переворачивал. Ловушка с камнем — и тот, кто её оставил, сам спотыкался. Разлитая вода — и кто-то другой скользил, а Максим проходил мимо. Подставленный удар — и атакующий терял равновесие.

И всё это он делал без видимого усилия. Без демонстрации. Но… Вполне достаточно, чтобы это видели. Чтобы это запоминали. И постепенно… Ситуация начала меняться. Ученики перестали воспринимать его как цель. Так как это было слишком неудобно. Слишком… опасно. Не в силе. В результате.

А Чжин-Хо…С каждым днём становился всё тише. Но его взгляд… Когда он смотрел на Максима… Становился только холоднее. И глубже. Потому что теперь… Это было уже не просто соперничество. Это стало… Куда более личным.

Всё это было вполне предсказуемо и даже объяснимо. И именно поэтому Максим и был готов к подобным вещам. Что не говори, но он действительно выбивался из общего вида. И не только тем, что пришёл в школу гораздо позже, чем все остальные, но и собственными ногами. Дело было именно в том, что чем чаще он задействовал силу чистой Инь во время своих тренировок, тем ярче и прозрачнее становился свет его глаз. Они итак, до всего этого, выбивались из общего вида местных жителей тем, что были голубыми. А тут они вообще становились прозрачно-льдистыми. Когда он попытался с удивлённым видом переспросить у старого наставника о том, с чем это может быть связано, тот только глубокомысленно покачал головой, заявив, что в данной ситуации глаза всегда являются проявлением пронизывающей или используемой им силы. Как пример этот старик привёл ему описание демонических сущностей. Да. Некоторые существа становились весьма опасными становясь демоническими сущностями. Но самое смешное было именно в том, что когда Максим, с некоторым настороженным выражением лица, попытался уточнить этого старого наставника не связано ли подобное с силой Инь, тот только удивлённо покачал головой. Так как выяснилось, что даже демонические сущности использовали именно силу Янь. И это было поразительно. Ведь оказалось, что эта сила имела целую радугу оттенков, которые влияли на культиваторов, и даже на духовных зверей. Всё зависит от того, с какой целью и для чего используется та или иная сила. Со временем она приобретала так называемый «необходимый» оттенок своего цвета, что было напрямую связано с использованием этой силы. Как пример можно привести того самого демонического змея, с которым Максим встречался в том самом ущелье. Именно поэтому этот динамический змей и погиб. Потому что его убила слишком концентрированная вокруг сила чистой Инь, а у него сила несмотря на то, что она была демоническая, всё же была противоположной тому, что использовал сам этот змей. И только сам Максим, фактически возрождённый прямо в источнике этой силы, стал его воплощением. Что и выражалось сейчас именно в возможности использовать эту очень редкую, но невероятно мощную силу.

Да. Даже для самого этого старого наставника — всё это было довольно странно. Однако этот старик не скрывал того, что именно подобный сюрприз на ближайшем турнире и может сыграть на пользу их школы. Всего лишь по той причине, что тот самый ученик, который так кичился своей силой, был всего лишь одним из многих потенциальных кандидатов на это возвышение, которое мог дать турнир. Так как на него должны были приехать представители Великих Академий. И именно они будут отбирать тех, кого захотят забрать к себе.

— Вот же глупость! — Коротко рассмеялся Максим, когда впервые услышал подробности того, что должно было бы произойти на том самом турнире. Оказалось, что насколько бы одарённым ты не был бы, или даже опытным в таких делах, ты не мог сам отправиться в Академию, чтобы попытаться в неё поступить и пройти какие-то отборочные состязания. Нет. Тебя должны были выбрать. То есть, раз в пять лет устраивался этот своеобразный турнир, на который и заявлялись представители тех самых Великих Академий. С чем именно это всё могло быть связано, он так и не понял. Но дело было не в этом. Дело было именно в том, что приезжает какой-нибудь преподаватель из этой Великой Академии и на своё усмотрение выбирает тех, кого мог бы взять в Академию. Конечно, в первую очередь они будут выбирать тех, у кого есть максимально мощный талант к овладению силами на пути культивации. Так же, как понял из некоторых разговоров сам Максим, в некоторых случаях можно было предложить представителям Академии что-нибудь в дар, и тогда преподаватель этой самой Академии, глядя на всё то, что ты ему подарил, мог снизойти до тебя, и предложить тебе место какого-нибудь младшего ученика или даже помощника, просто выносящего помои. Но уже с территории Великой Академии… Какая честь… Всё зависело напрямую от того, что ты подаришь… Естественно, что как только такой преподаватель из Великой академии появлялся где-либо, то к нему тут же устремлялись различные «желающие» и начинали дарить самые различные подарки.

— Да… Ничего не скажешь… Удобно они устроились! — Тихо хмыкнул себе под нос Максим, когда услышал всё это. Однако он понимал, что даже в данной ситуации ему не на что было особо рассчитывать. Единственное, на что он мог бы рассчитывать, даже если его отправят на этот турнир, как на убой, так это только на то, что он действительно сумеет привлечь к себе внимание кого-либо из подобных разумных именно тем, что владеет силой, которая является неестественной для большинства культиваторов в этом мире.

Однако было тут ещё кое-что, что заставляло парня немного переживать. Дело в том, что на турнире в основном использовалось одно правило… Не убивать… А вот калечить своих противников можно было спокойно. И очень часто люди, которые не имели за своей спиной Великих или каких-нибудь могущественных школ или связей, не говоря уже о родословной, просто становились так называемыми «макиварами». Ну, это название Максим вспомнил из прошлого, с Земли, где раньше жил до своей первой смерти. Это такой тренажёр. По сути, то самое бревно, об которое набивают свои руки — ноги тренирующиеся, и на котором отрабатывают смертельные удары. Вот тут и получалось то же самое. Во время разговоров с наставниками парень услышал, что на прошлом турнире по крайней мере два ученика из этой же школы стали просто калеками. Им сломали позвоночник в нескольких местах. Не говоря уже про руки и ноги. Так развлекались те, кто был сильнее. А вот ты не мог им ответить тем же. Нельзя было нанести вред тем, кто был достаточно сильным, и мог бы впоследствии отомстить или твоим родным, или школе.

Естественно, что узнав о том, насколько необычная сила у самого Максима, сейчас представители школы «Кленового листа» рассчитывали на то, что парень сможет чего-то добиться, и таким образом привлечёт внимание к их школе со стороны других разумных. И в результате этого они смогут получить какие-то бонусы. Был один очень важный нюанс, про который эти разумные, чьи имена Максим старался даже не запоминать, просто называя их всех наставниками или старшими наставниками, банально забывали. Во-первых, у самого парня родных в этом мире не было. По сути, он никого даже не знал. Да. Он помнил о том, что вроде бы представители семьи Ли называли его бастардом? Было такое. В прошлом. Однако считать родственниками тех, кто пытался его убить, Максим просто не хотел. Если кто-то захочет ему отомстить в будущем, то, так уж и быть… Пусть мстят этой семье. Тогда эти люди сами очень сильно пожалеют о том, что когда-то устроили на него травлю. Хотя, скорее всего, они больше пожалеют о том, что не добили его. Но для него не это было важно.

Во-вторых, не стоило забывать о том, что и эта школа не была для Максима, так сказать, «родной». Ведь родным это учебное заведение стало бы для Максима только в одном случае… Если бы он воспитывался в этой школе, как и положено, чуть ли не с младенчества. Однако он попал в эту школу уже достаточно взрослым. Как минимум в пятнадцать лет. И если кому-то это кажется глупым, то он сильно ошибается. В этом мире, как уже понял Максим, даже договорные браки заключали в более раннем возрасте. Да, по сути, семьей это назвать было невозможно. Но, при всём этом, это уже считалось браком. Хотя муж с женой, по малолетству своему, жили в отдельных помещениях, и встречались только по нужде. Например, на каких-нибудь мероприятиях или праздниках. И не более того. Полностью сходились они уже в более зрелом возрасте, но в пятнадцать лет у тех же благородных уже вполне могла быть одна или даже две жены. Не говоря уже про парочку молоденьких служанок — наложниц. Этот вопрос вообще тут не обсуждался. Что поделаешь… Как там говорилось? Восток — дело тонкое? Вот и тут всё обстояло именно так. Ведь чем больше Максим смотрел на то, что его окружает, тем больше у него создавалось впечатление, что всё это очень сильно напоминает какую-то легенду или миф.

Хотя о таких вещах сейчас задумываться парню точно не хотелось бы. Так как, на данный момент, он старательно изучал всё то, что только мог найти в этой полузаброшенной библиотеке школы, до которой только смог добраться. Всё то, что касалось культивации и благодаря чему он мог пытаться работать с энергией, которая сейчас пронизывала всего его тело.

Но даже во время этих занятий парень старался не забывать о том, что враги не дремлют. Этот самый старший ученик, вместе с которым они на пару теперь должны были отправиться на турнир, а наставники действительно намеревались в этот раз подставить под удар именно Максима, так как прекрасно понимали, что если с парнем что-то и случится, то, по сути, и обвинить их в этом будет просто некому. Он сирота. Кроме того, даже если кто-то попытается им вменить, что Максим где-то там проиграл, то они легко ответят тем, что парень-то занимался в их учебном заведении всего ничего. И только благодаря их милости, чтобы он не тратил время зря, попал на этот турнир. Конечно… Кто-то мог бы сказать, что всё это глупо. Но есть один очень важный нюанс. У них просто некого было посылать на турнир. Ведь все те, кто занимался рядом с этим старшим учеником, взъевшимся на самого Максима, вообще на турнире делать было нечего. Они даже не прошли бы отборочное состязание. Хотя у самого Максима, и у этого старшего ученика, были хоть какие-то шансы.

При всём этом Максиму что-то подсказывало, что когда они отправятся на это самое состязание, то далеко не факт, что они оба туда дойдут целыми и невредимыми. Всё дело было именно в том, что старший наставник, как совершенно случайно услышал сам Максим, не собирался отправлять с ними никого. Дабы не позориться ещё больше. И это уже заранее говорило о том, какие настроения царят в этой школе. Которая, судя по всему, в ближайшие пару лет просто прекратит своё существование. Слишком мало там сейчас было учеников… Слишком мало было наставников… В общем… Всего было слишком мало. Но самому Максиму было достаточно того, что его взяли в эту школу, и собирались отправить на турнир. И теперь любые, даже незнакомые техники, что он мог бы начать использовать, можно было бы объяснить именно тем, что он мог обнаружить в практически полностью заброшенной библиотеке этой самой школы. Что он и собирался использовать в полной мере…

………

Очередной вечер в школе «Кленового Листа» наступал тихо. Без лишней суеты. Без огней. Словно сама школа не хотела привлекать к себе внимания. Максим в очередной раз возвращался из библиотеки. Медленно. Задумчиво. Мысли всё ещё крутились вокруг прочитанного. Вокруг чистой энергии Инь. Вокруг того пути, который постепенно вырисовывался перед ним. Он шёл вдоль старого коридора, что соединял основные постройки. Доски под ногами тихо поскрипывали. Где-то вдалеке слышались редкие голоса учеников. И… Чужие слова. Ближе. Тише. Но достаточно отчётливые. Максим замедлил шаг. Почти незаметно. И остановился у поворота. Где тень от навеса скрывала его силуэт.

— … у нас просто нет выбора.

Голос был старческий. Усталый. Он узнал его. Это был тот самый старший наставник. Тот самый, с которым Максим познакомился во время сбора хвороста. Под именем Мин-сок.

— Я понимаю. — Ответил другой. — Но это… слишком.

Второй голос был глубже. Жёстче. Это был один из наставников, что вёл боевые занятия. Мысленно хмыкнув, Максим замер, практически не двигаясь. Даже его дыхание стало тише. Он не собирался подслушивать. Но… Уходить — тоже не стал.

— Кого ты предлагаешь? — Спросил старик. — Остальные? Они не продержатся и одного боя.

Короткая пауза.

— А эти двое продержатся? — хмыкнул второй. Сухо. Без радости.

— У них хотя бы есть шанс. — Слова прозвучали спокойно. Но… Тяжело. Максим чуть прищурился.

«Двое…»

Он уже понял.

— Чжин-Хо — понятно, — продолжил второй наставник. — Он хотя бы знает, что делает.

Пауза.

— Но этот новый…

А вот тут прозвучало сомнение. Явное.

— Именно поэтому… — Глухо ответил ему старик. И в его голосе появилась та самая осторожность, которую Максим уже слышал раньше.

— Ты сам видел.

— Видел, — резко перебил второй. — Именно поэтому мне это и не нравится.

Тишина. Короткая.

— Он… непонятный, — добавил наставник. — Его аура почти не читается.

— Я знаю.

— Его движения… не наши.

— Я знаю.

— И ты всё равно хочешь отправить его?

Старик выдохнул. Медленно. Словно всё ещё размышлял, или даже сомневался в своём решении.

— Да.

Просто. Без оправданий.

— Это будет мясорубка… — Тихо сказал второй. И это слово… Словно задержалось в воздухе. А потом отдалось несколько раз тяжёлым эхом.

— Я помню, — ответил старик. — Я там был.

Пауза. Длинная.

— Тогда ты должен понимать, — продолжил наставник, — что туда не отправляют учеников.

Он сделал акцент.

— Туда отправляют тех… кого могут потерять.

В этот момент тишина стала плотнее. Максим стоял всё также неподвижно, практически превратившись в статую. Но внутри… Что-то слегка сдвинулось.

— У нас нет других… — Тихо сказал старик. И в этих словах было не оправдание. А факт. Голый. Жёсткий.

— Остальные — куда более слабые. А эти двое… хотя бы могут что-то показать… Или… Хотя бы умереть не сразу.

При этих словах Максим медленно опустил взгляд. На мгновение. Но лицо его не изменилось.

— И ты думаешь, этого достаточно? — спросил второй наставник.

— Для нас — да.

Пауза.

— Для них… — старик не договорил.

Тихо скрипнула какая-то доска, словно кто-то переместился.

— Ладно… — выдохнул второй. — Пусть будет так.

Короткая пауза.

— Но хотя бы экипировку…

И тут… Старик тихо усмехнулся. Горько.

— Экипировку?

Он покачал головой.

— Ты серьёзно?

Молчание.

— У нас нет ничего, — продолжил он. — Ни нормального оружия. Ни доспехов.

Каждое слово было как ничем не прикрытый удар.

— Даже тренировочные мечи — половина треснувшие. А ты говоришь о турнире.

Второй наставник стиснул зубы. Это было слышно.

— У Чжин-Хо хотя бы есть свой меч.

— Если эту железку можно так назвать, — хмыкнул старик.

— Но другого у него нет.

Пауза.

— И не будет.

Максим медленно поднял взгляд. В его глазах не было удивления. Только… Подтверждение.

— А второй? — спросил наставник.

— У него вообще ничего.

Тишина.

— Тогда это даже не бой… — тихо сказал второй. — Это…

Он не договорил. Но слово уже прозвучало раньше. Мясорубка. Старик замолчал. Долго. Потом тихо произнёс:

— Иногда… чтобы выжить, нужно пройти через это.

Пауза.

— Или сломаться.

Потом послышались шаги. Говорившие явно начали расходиться. И этот весьма интересный для парня разговор закончился.

Максим ещё постоял в тени. Ещё несколько секунд. Не двигаясь. Затем… Медленно выпрямился. И пошёл дальше. Как будто ничего не услышал. Но внутри… В его разуме мысли, мельтешащие как потревоженные муравьи, уже складывались в картину. Чётко. Холодно. У него было оружие. И даже не одно. Хорошее. Надёжное. И его было достаточно. Даже с запасом. Слишком много для «деревенщины», роль которого он всё ещё играл.

И именно поэтому… Он не мог его показать. Ни сейчас. Ни перед ними. Потому что это… Разрушит всё. Легенду. Образ. Позицию. А значит… Он пойдёт туда. В «мясорубку». С тем… Что дадут. Или… Не дадут.

Максим чуть усмехнулся. Едва заметно.

— Подойдёт… — тихо пробормотал он.

Потому что для него… Это было не только испытание. Это было… Возможностью.

………

Это утро в школе «Кленового Листа» выдалось непривычно… шумным. Не по-настоящему. Не так, как это бывает в сильных сектах, где каждый шаг — выверен, каждое слово — наполнено смыслом, а сама атмосфера давит величием. Здесь же… Это была попытка. Старательная. Но слишком очевидная.

Во дворе, где обычно проходили тренировки, с самого рассвета суетились ученики. Кто-то подметал. Кто-то расставлял старые лавки. Кто-то даже пытался развесить выцветшие полотнища с символом школы — кленовым листом, едва различимым на потускневшей ткани. Они старались. И в этом старании была искренность. Но… Не было основы.

Наставники тоже были здесь. Одеты чуть аккуратнее, чем обычно. Даже тот самый старик. Его длиннополые одежды были вычищены. Хотя ткань всё равно выдавала годы. И отсутствие замены.

С самого утра Максим просто стоял в стороне. Спокойный. Собранный. Как всегда. Но его взгляд… Скользил. От одного из присутствующих к другому. Тщательно фиксируя детали.

Он видел. Как один из наставников чуть задержался у склада. Как его взгляд скользнул в сторону задних построек. Как другой, проходя мимо, почти незаметно кивнул ему. Слишком коротко. Слишком… согласовано.

Он вспомнил. Ночь. Тишину. И то, как он, возвращаясь с тренировочной площадки, заметил движение. Свет. Тусклый. За одной из задних дверей.

Он не подошёл тогда близко. Не стал выдавать себя. Но видел достаточно. Собранные узлы. Сложенные вещи. Сдержанные движения. Без суеты. Но… С намерением. Уйти.

И сейчас… Он видел подтверждение. В каждом взгляде. В каждом жесте.

— Стройся!

Голос одного из наставников вывел всех из разрозненных мыслей. Ученики начали собираться. Кто-то — с воодушевлением. Кто-то — с любопытством. Кто-то — просто потому что надо.

В центр вывели тех самых двоих. Максима. И Чжин-Хо. Тот стоял рядом. С прямой спиной. С мечом на поясе. Его собственным. Хотя и достаточно простым, с грубой гардой. И тусклым лезвием. Которое явно видело не один год. И даже десятилетие. Но… Это было всё, что у него было.

Максим же выглядел… как обычно. Простая одежда. Чуть вычищенная. Но всё та же. Без оружия на виду. Без украшений. Без признаков чего-то большего.

— Сегодня… — начал старик, и его голос был ровным, и собранным. — … наши ученики отправляются…

Пауза. Слишком длинная. Слишком заметная.

— … представлять школу на отборочных состязаниях.

Слова звучали правильно. Даже торжественно. Но… Не ложились.

— Это честь! — продолжил он. — И возможность показать путь, которому мы следуем.

Некоторые ученики кивнули. Серьёзно. Даже с гордостью. Максим краем глаза заметил одного из младших. Тот смотрел на них с восхищением. Искренним. Чистым.

Чжин-Хо тихо фыркнул. Почти неслышно. Но стоявший рядом Максим это чётко уловил.

— Постарайтесь не сдохнуть по дороге. — Глухо прошипел он, не поворачивая головы, а его губы едва двигались.

— Это даже не турнир.

Короткая пауза.

— Это отбор.

Он чуть наклонил голову.

— Настоящие бойни начинаются потом.

Максим не ответил.

— Нас туда отправляют просто потому, что больше некого, — продолжил Чжин-Хо. — Думаешь, мы пройдём?

Тихий смешок. Глухой. Без радости.

— Даже если дойдём до столицы — нас там размажут.

Пауза.

— А если не повезёт… не дойдём.

Максим слегка повернул голову. Посмотрел на него. Спокойно.

— Значит, нужно повезти.

Ответ был простым. Слишком простым. Чжин-Хо скривился.

— Деревенский идиот…

Но в голосе уже не было прежней уверенности. Тем временем старик продолжал говорить. О чести. О пути. О школе. О надежде. Слова шли. Правильные. Красивые. Но… Пустые. Потому что за ними не стояло будущего.

Максим снова перевёл взгляд. На наставников. И заметил. Как один из них на мгновение отвёл глаза. Не выдержал.

Потому что они знали. Все. Что это не начало пути. Это… Конец. Для этой школы. И отправка этих двоих… Была не надеждой, а последней попыткой. Перед тем, как уйти.

— … возвращайтесь с победой. — Закончил говорить старик. Тихо. Почти шёпотом. Кто-то из учеников хлопнул. Нерешительно. Другие поддержали. Аплодисменты получились слабыми. Но… Достаточно искренними. Максим чуть опустил взгляд. На мгновение. Три месяца. Всего три месяца он пробыл здесь. И этого оказалось достаточно. Чтобы получить то, что ему было нужно. Имя. Связь. Основание.

Теперь… Если кто-то спросит. Откуда он знает техники. Почему понимает основы. Кто его учил… У него будет ответ. Школа «Кленового Листа». И этого будет достаточно.

Он сделал шаг вперёд. Когда им указали направление. Не оборачиваясь. Чжин-Хо пошёл рядом. Молча. За спиной остались ученики. Наставники. Старая школа. Всё это были всего лишь пустые слова. И… Уходящая эпоха.

Уходя отсюда Максим также даже не оглянулся. Ни разу. Потому что для него… Это место тоже уже стало прошлым.

……….

Тропа, ведущая от школы «Кленового Листа», словно не хотела отпускать тех, кто по ней уходил. Она была узкой. Почти исчезающей под травой. Старые каменные плиты, когда-то уложенные ровно и плотно, теперь выступали из земли лишь местами, как кости древнего зверя, давно умершего и забытого.

Максим шёл следом. Спокойно. Без спешки. Но и без промедления. Чжин-Хо двигался впереди. Шаг у него был резкий. Чёткий. И даже слишком быстрый для обычной дороги. Словно он пытался не просто идти… А убежать. От школы. От разговора. От того, что его ждёт впереди.

— Не отставай! — Раздражённо бросил он через плечо, даже не оборачиваясь. И его голос был сухим, и слишком уж злым.

Максим ничего не ответил ему на этот выпад. Он и не отставал. Держал дистанцию. Ровную. Удобную. Такую, при которой можно видеть спину впереди идущего… И всё вокруг.

Горы постепенно обступали их со всех сторон. Но дорога легче не становилась. Так как назначенный старшим ученик почему-то пошёл прямо напролом, обходя стороной ту самую тропу, по которой Максим пришёл в это место. Камни. Корни. Склоны. Иногда приходилось обходить обвалы. Иногда — пробираться через заросли кустарника, цеплявшегося за одежду.

Солнце поднималось выше. Тени становились короче. Воздух — суше.

— Чёртова дыра… — пробормотал Чжин-Хо, слегка спотыкаясь о выступающий камень. После чего резко выругался. Не совсем сдержанно. Но зло. Потом он остановился на мгновение. Обернулся. И посмотрел прямо на Максима. И этот взгляд был тяжёлым. Недовольным.

— И из всех возможных вариантов… — начал он, — мне дали тебя.

Слова прозвучали как упрёк. Как обвинение. Как факт, который его бесил.

Максим остановился. Сохраняя ту же дистанцию. И спокойно встретил его взгляд.

— Ты мог отказаться. — сказал он. Просто. Без нажима.

В ответ Чжин-Хо лишь криво усмехнулся.

— Отказаться?

Он качнул головой.

— Думаешь, у меня был выбор?

Пауза.

— Или у тебя?

Коротко пожав плечами, Максим ничего ему не ответил. Потому что ответ был очевиден. Чжин-Хо отвернулся, и плюнул в сторону.

— Деревенщина… — пробормотал он. — Даже не понимаешь, куда идёшь.

Он снова двинулся вперёд. Резко ускорившись.

— Это не прогулка. — Продолжил он, уже не оборачиваясь. — До тракта — десятки ли.

Он чуть повысил голос.

— Если не успеем к каравану — будем идти пешком.

Пауза.

— А если попадёмся не тем людям…

Он не договорил. Но смысл был ясен. И в этот момент Максим слегка прищурился. Он знал. Такие дороги не бывают пустыми. Там можно встретить кого угодно. Торговые караваны… Бродячих культиваторов… Разбойников… Зверей… Каждый мог стать проблемой. Или… Возможностью.

— Постарайся хотя бы не мешать. — Бросил Чжин-Хо. — Мне не нужен балласт.

Слова были резкими. Но… В них уже не было той уверенности, что раньше. Скорее… Попытка удержать контроль. Хотя бы над ситуацией.

На всё это Максим только слегка улыбнулся. Едва заметно.

— Тогда иди быстрее. — Спокойно ответил он.

В этот момент Чжин-Хо резко обернулся. На мгновение. Глаза вспыхнули раздражением. Но… Он ничего не сказал. Только фыркнул. И снова ускорился.

Тропа, на которую они всё же вышли, постепенно становилась шире. Чуть заметнее. Признак того, что когда-то здесь действительно ходили. Часто. Много. Но теперь… Куда более редко. Иногда им попадались следы. Очень старые. Размытые. От каких-то колёс… Людей… Животных…

Максим молча отмечал их. Никак не комментируя. Но запоминая.

Они шли долго. Без остановок. Почти не разговаривая. Только шаги. Шорох травы. И редкие звуки леса. Где-то вдали закричала птица. Резко. Пронзительно. Чжин-Хо на мгновение напрягся. Почти незаметно. Но Максим это увидел.

«Боится…» — отметил он про себя. Не зверей. Не дороги. А… Неизвестности.

Солнце начало клониться. Медленно. Но ощутимо.

— Если повезёт, — сказал Чжин-Хо, — к вечеру выйдем к тракту.

Он говорил уже спокойнее. Видимо усталость сгладила острые углы.

— Там попробуем найти караван.

Пауза.

— Если не найдём…

Он снова не договорил. Максим же только коротко кивнул.

— Найдём.

Чжин-Хо усмехнулся.

— Уверен?

Максим посмотрел вперёд. На тропу. На эту начавшуюся дорогу, которая ещё не закончилась. И спокойно ответил:

— Да. Я там уже проходил.

Потому что для него… Это было не просто дорога к столице. Это был всего лишь следующий шаг. На том самом пути, который он уже выбрал для себя.

Тропа постепенно становилась тише. Не потому, что исчезали звуки. А потому, что они… менялись. И чем дальше от школы они уходили, тем меньше было привычных шумов — голосов, шагов, тренировок. И тем отчётливее становилось всё остальное. Ветер… Шорох травы… Далёкие крики зверей… И… Чужое дыхание…

Максим шёл позади. Всё на той же дистанции. Ровной. Тщательно выверенной. Но теперь его внимание было сосредоточено не на дороге. А на спине впереди идущего. И сначала он заметил, едва уловимо, кое-что интересное. Слишком тонко для обычного глаза. Но не для него. После месяцев в ущелье чистой Инь… После всех тех тренировок в одиночестве… После столкновений с тем, что не прощает ошибок… Такие вещи становились очевидными.

Дыхание Чжин-Хо изменилось. Не сильно. Но… Сам его ритм стал другим. Глубже. Равномернее. Слишком выверенным для обычной ходьбы. Плечи этого молодого парня чуть напряглись. Шаг стал мягче. Тише. Как будто он начал… Подстраиваться.

Максим слегка прищурился. И прислушался. Не ушами. А тем, что ощущал глубже. И тогда он почувствовал. Слабый поток. Едва заметный. Но… Чёткий. Энергия.

Чжин-Хо начал прогонять её по меридианам. Медленно. Аккуратно. Не раскрывая полностью. Но… Явно к чему-то готовясь.

Заметив всё это, Максим не замедлил шаг. Не остановился. Не выдал себя. Но внутри… Мысль уже сложилась. Чётко. Холодно.

«Нет угрозы…»

Он ещё раз скользнул взглядом по окружению. Склоны. Кустарник. Камни. Следы. Ничего. Ни зверя. Ни человека. Ни засады. И именно поэтому… Ответ на все возникающие вопросы был вполне очевиден.

«Он готовится… — Пауза. — Не к бою…»

Максим перевёл взгляд на его спину. На руку, лежащую на поясе, что была ближе к рукояти меча. На то, как её пальцы едва заметно сжимаются.

«К нападению на меня…»

Он не почувствовал удивления. Не почувствовал злости. Даже раздражения не было. Только… Подтверждение. Слишком многое уже указывало на это. Слова. Взгляды. Поведение. И теперь… Это просто оформилось в действие.

Максим слегка изменил шаг. Незаметно. Чуть мягче. Чуть тише. Слегка смещаясь в сторону. Так, чтобы не идти строго по линии за спиной.

Его рука скользнула к груди. Под рубашку. Туда, где был мешочек-хранилище. Движение было коротким. Практически невидимым. И в следующее мгновение…

Он уже чувствовал его. Посох. Тот самый. Пронизанный чистой Инь. Холодный. Даже через ткань. Даже через пространство.

Он не доставал его. Пока нет. Но… Держал готовым. Потому что в отличие от Чжин-Хо… Он не собирался «готовиться». Он уже был готов. Мысли текли спокойно. Без спешки. Без лишнего.

«Меч…»

Он оценил. Быстро. Точно. Простой. Плохой металл. Неровная закалка. Слабая проводимость энергии.

«Посох…»

Он даже не сравнивал. Это было бессмысленно. Даже без энергии чистой Инь… Даже как просто оружие… Он уже превосходил. А с Инь… Это был не просто инструмент. Это было… Продолжение его силы.

Чжин-Хо замедлился. Чуть. Совсем немного. Как будто выбирая место. Тропа здесь сужалась. Слева — склон. Справа — густые заросли. Вперёд — поворот. Где обзор исчезал. Это место было идеально. Для внезапного удара.

Максим заметил. Всё. Каждую деталь. Он не ускорился. Не остановился. Просто… Сделал шаг. Чуть дальше в сторону. Так, чтобы линия атаки стала сложнее. Его дыхание осталось ровным. Сердце — спокойным. Мысли — чистыми.

«Значит… сейчас.»

Чжин-Хо сделал ещё один шаг. И в этот момент… Его энергия в меридианах резко усилилась. Как будто он перестал сдерживать. Рука легла на рукоять меча. И действовал он достаточно уверенно, и практически жёстко.

Максим уже держал в руках посох. Готовый появиться в любой момент. И в этот момент… Мир вокруг словно стал тише. Уже не от расстояния. А от ожидания. Потому что оба понимали. Без слов. Без взглядов. Это уже не дорога. Это… Начало первого боя.

Поворот тропы скрыл школу окончательно. Последние крыши. Старые стены. Выцветшие знаки. Всё исчезло за спиной. Остался только путь. И тишина. Она стала иной. Густой. Сжатой. Как перед бурей.

Чжин-Хо остановился, как и следовало ожидать, достаточно резко. Без предупреждения. Развернулся. И в этот же момент… В его теле взвыла энергия. Не тихо. Не осторожно. А резко. С рывком. Как будто он больше не видел смысла скрываться.

Поток энергии Янь прошёл по меридианам. Яркий. Жёсткий. Горячий. Он вспыхнул в его теле, как пламя, прорвавшееся наружу. И в следующую долю мгновения… Меч уже был в его руке. Сталь сверкнула. Тускло. Но быстро.

Он не говорил. Не предупреждал. Не делал пауз. Просто… Ударил. Первый удар — прямой. В горло. Быстрый. Жёсткий. С вложенной энергией. И он явно рассчитывал на победу. Именно из-за неожиданности нападения. По крайней мере, он сам так думал…

Но Максим уже двигался. Не резко. Не рывком. А… Чуть сместившись. Как будто шаг был сделан заранее. Лезвие меча прошло мимо, коротко свистнув буквально в нескольких сантиметрах от его тела. Второй удар пришёл сразу же после первого. Срез снизу. С переходом в боковой. Это была целая связка. Та самая. Из тех, что он так старательно отрабатывал под руководством наставников из школы «Кленового листа». Но… Усиленная. Эмоцией. Злостью. Страхом. Максим поднял руку. И в его ладони уже был зажат посох. Как будто всегда там был.

Дерево встретило сталь. Глухо. Коротко. Без звона. Но… Твёрдо. Третий удар. Четвёртый. Пятый. Чжин-Хо двигался быстро. Слишком быстро для обычного ученика. Он вкладывался. Полностью. Без остатка. Меч мелькал. Слева. Справа. Сверху. Снизу. Срезы. Уколы. Связки. Переходы. Его тело действительно превратилось в сверкающий сталью вихрь. В поток. В непрерывную атаку. Но… Сейчас этот вихрь бил в пустоту.

Максим не ускорялся. Не напрягался. Не отвечал силой на силу. Он просто… Был там, где нужно. Шаг в сторону. Лёгкий поворот корпуса. Минимальное движение руки. И каждый удар… Уходил. Соскальзывал. Отклонялся. Посох двигался едва заметно. Без лишних амплитуд. Без показной силы. Но каждый раз… Точно. В нужный момент. В нужное место. Сталь встречала укреплённое чистой энергией Инь дерево. Снова и снова. Но не пробивала. Не проходила. Не достигала тела человека.

Чжин-Хо стиснул зубы. Его дыхание сбилось. Ритм его атаки сломался. Но он не остановился. Наоборот. Он усилил давление. Энергия в его теле вспыхнула ещё ярче. Он сделал шаг вперёд. Глубже. Рискованнее. И именно в этот момент… Он сам открылся. На долю мгновения. Но… Достаточную.

Максим не стал уходить. Не стал отклонять. Не стал ждать. Он шагнул вперёд. Его посох тоже двинулся. Коротко. Прямо. Без замаха. Удар. Пятка посоха вошла в грудь Чжин-Хо. Сухо. Жёстко. Точно. После чего раздался звук. Глухой. Тяжёлый. И… Хруст. Его кости не выдержали такого столкновения. Грудная клетка прогнулась, ломаясь как будто состояла из пересохших тростинок. Сразу.

Глаза Чжин-Хо расширились.В них не было времени на осознание. Только… Шок. Его тело легко оторвало от земли. Как будто его ударили не посохом… А чем-то гораздо более тяжёлым.

Он отлетел назад. Резко. Бесконтрольно размахивая руками и ногами. И с глухим ударом врезался спиной в ствол дерева. Старого. С грубой корой. Воздух вырвался из его лёгких. Резко. С хрипом. С кровью.

Затем он медленно сполз вниз по его стволу. Медленно. Оставляя за собой след, в виде окрасившей кору дерева крови. Меч выпал из его руки, и упал в траву. Глухо. Бесполезно. И тишина этого места снова вернулась. Сразу. Как будто ничего и не было.

Максим же всё также стоял на месте. С посохом в руке. Спокойный. Ровный. Как и до этого. Он даже не выглядел уставшим. Не дышал ускоренно. Не напрягался. Как будто просто… Закончил.

Его взгляд скользнул по телу Чжин-Хо. Оценил его состояние, и повреждения. И в этой оценке не было ни жалости. Ни злости. Только… Факт. Бой закончился. Почти сразу после того, как начался.

Максим не двинулся сразу. Он стоял ещё несколько мгновений. С посохом в руке. Смотрел. Слушал. Оценивая.

Тело Чжин-Хо лежало у корней дерева. Сломанное. С перекошенной грудной клеткой. Каждый вдох давался ему с трудом. Если он вообще ещё дышал. Хрипы. Редкие. Сбивчивые. С примесью крови.

Спокойно вздохнув, Максим медленно подошёл к нему. Без спешки. Без напряжения. И остановился рядом. А его посох медленно опустился, уткнувшись одним из концов в землю. Тихо, и беззвучно.

Затем он присел. На корточки. Сбоку. Так, чтобы видеть лицо. И грудь. И то, как под кожей всё ещё двигалась энергия.

В этот момент Чжин-Хо попытался вдохнуть. Глубже. Но не смог. Его глаза метались. Даже не от боли. А больше от… Осознания. И в этот момент он смотрел на Максима. Сквозь слабость… Страх… Неверие… Потом его губы дрогнули. Как будто он хотел что-то сказать. Но… Кровь уже заполнила рот. Так что слова так и не вышли наружу.

Максим не ответил. Даже не наклонился ближе. Просто смотрел. Спокойно. Потому что всё уже было решено. Не им. А выбором. Который он сам сделал. Несколько мгновений. И тело начало сдаваться. Дыхание оборвалось. Резко. С последним судорожным движением горла, словно умирающий пытался силой пропихнуть ещё один глоток воздуха. Пальцы его рук судорожно вздрогнули. И затихли навсегда. Тишина. Полная.

Всё это время Максим не двигался. Не сразу. Он ждал. Потому что теперь начиналось другое. Не бой. А… Процесс. Сначала — почти незаметно. Поток энергии Янь в теле Чжин-Хо начал терять структуру. То, что ещё мгновение назад было упорядочено… Подчинено воле. Направлено. Теперь же оно… Распадалось. Энергия больше не удерживалась меридианами. Не циркулировала. Не подчинялась. Она… Рассыпалась. Как пламя без топлива.

Мысленно усмехнувшись, Максим прикрыл глаза. Сосредоточился. И начал чувствовать. Тепло уже тоже уходило из тела. Постепенно. Не сразу. Но неотвратимо. Сначала — из конечностей. Из пальцев. Из рук. Затем — глубже. К центру.

Но вместе с этим… В теле появлялось другое. Холод. Сначала слабый. Едва уловимый. Как тень. На границе восприятия. Но с каждой секундой… Он усиливался. Сгущался. Собирался.

Максим видел всё это. Не глазами. А тем, что внутри. Там, где энергия Янь теряла форму… Сейчас оставалось нечто иное. Не пустота. Не исчезновение. А… Остаток. Суть. И именно она… Начинала менять природу. Тепло угасало. Но не исчезало. Оно… Сжималось. Становилось плотнее. Тяжелее. Темнее. Как угли. После того как огонь погас. И из этих углей… Рождалась энергия Инь. Не как противоположность. А как… След.

Максим медленно вытянул руку. Остановил её в нескольких сантиметрах от груди. Не касаясь. Он чувствовал то, как поток меняется… Как структура становится другой… Как энергия… Перестаёт быть живой. И становится… Иной. Холод усилился. Теперь уже явный. Ощутимый. Даже для обычного человека. Воздух вокруг слегка потяжелел. Словно пространство стало плотнее. Прекрасно ощущая это, Максим вдохнул. Медленно. Глубоко. И позволил этому холоду коснуться себя. И в этот момент… Внутри него откликнулось то, что уже было. То, что уже знало. Связь.

Он не торопился. Не рвался вперёд. Он ждал. Пока процесс запущенных изменений завершится. Полностью. Потому что если поторопиться… Можно взять не то. Не так. И потерять. Минуты тянулись медленно. Но он не двигался. Не отвлекался.

И когда последний остаток тепла исчез… Когда энергия окончательно изменила свою природу… Он сделал движение. Лёгкое. Почти незаметное. И направил поток к себе. Энергия Инь тут же откликнулась. Сразу. Как будто ждала этого зова. Она не сопротивлялась. Не ускользала. Она… Тянулась. К тому, кто уже нёс её в себе.

Максим позволил ей войти. Не резко. Не полностью. Постепенно. Контролируя. Направляя. Холод прошёл через руку. В его тело. В меридианы. И там… Он не разрушал. Не конфликтовал. Он… Вписывался.

Потому что уже был там. Максим выдохнул. Медленно. И открыл глаза. Тело перед ним стало… пустым. Не просто мёртвым. А… Лишённым того, что делало его бывшего обладателя культиватором.

Он поднялся. Спокойно. Без лишних движений. Его взгляд был ровным. Холодным. Но не жестоким. Просто… Осознанным.

— Ты сам это выбрал. — Тихо сказал он. Не в оправдание. Не в объяснение. А как факт. И отвернулся. Потому что здесь больше ничего не было.

Максим не спешил уходить. После того как последний поток Инь растворился в его меридианах, он ещё несколько мгновений стоял неподвижно. Прислушивался. К себе. К телу. К тому, как новая сила… укладывается. Холод больше не был резким. Он стал глубже. Тяжелее. Как тихое озеро без ветра. Без ряби. Но с тёмной глубиной, в которую лучше не заглядывать слишком долго.

Максим медленно выдохнул. И только после этого перевёл взгляд на тело. Чжин-Хо больше не выглядел как человек. Не совсем. Кожа стянулась. Потемнела. Плотно обтянула кости. Грудная клетка, уже сломанная его ударом, теперь выглядела почти пустой. Словно внутри ничего не осталось. Ни тепла. Ни силы. Ни жизни. Теперь это была типичная мумия. Сухая. Лёгкая. Почти невесомая.

Максим смотрел на это спокойно. Без отвращения. Без интереса. Как на результат. Надо сказать, вполне закономерный.

— Значит, так… — Тихо сказал он. И шагнул ближе. Затем он поднял иссушенное тело своего противника. Легко. Слишком легко. Как будто поднимал не человека… А пустую оболочку. Огляделся. Ещё раз. Внимательно. Тропа оставалась пустой. Тишина — полной. Никто не видел. Никто не слышал.

Максим сошёл с дороги. В сторону. Вглубь окружающего это место леса. Заросли сомкнулись за спиной. Скрывая следы. Поглощая все лишние звуки.

Он шёл недолго. Пока не нашёл место. Небольшую прогалину. Достаточно сухую. Чуть в стороне от тропы. И достаточно открытую, чтобы можно было развести огонь. И достаточно скрытую, чтобы дым не был виден издалека.

Он аккуратно положил иссушенное тело у корней раскидистого дерева. И выпрямился. Несколько секунд он просто стоял. Смотрел по сторонам. Затем развернулся. И начал собирать хворост. Движения парня были всё такими же спокойными. Размеренными. Без спешки. Сейчас он выбирал сухие ветви. Сломанные. Лёгкие. Те, что хорошо горят. Сначала — тонкие. Для растопки. Потом — толще. Для основного огня. Он складывал их рядом. Постепенно формируя основу. Как его учили. Когда-то. В другом мире. Но здесь… Это имело другой смысл.

Когда костёр был готов, он вернулся к телу. Поднял его. И уложил поверх сложенных ветвей. Аккуратно. Как укладывают не врага… А того, кого провожают. На мгновение он остановился. Смотря на навсегда успокоившееся лицо. Вернее — на то, что от него осталось.

— Ты выбрал сам свою судьбу. — Тихо произнёс он. И сейчас его голос был ровным. Без осуждения. Без жалости. Только после этого он поджёг хворост. Пламя разгорелось не сразу. Сначала оно было слабым. Колеблющимся. Но постепенно… Оно набирало силу. Огонь лизнул сухую кожу… Пошёл выше… Охватил тело… Запах был резким… Горький…

Но Максим не отвернулся. Он стоял и смотрел, пока пламя делало своё. Время тянулось медленно. Огонь трещал. Древесина, звонко щёлкая, ломалась. Тело постепенно исчезало, превращаясь в угли. В пепел.

Солнце опустилось ниже. Тени вытянулись. Лес стал темнее. Когда огонь начал угасать… Максим подошёл ближе. Он взял ветку, и аккуратно раздвинул угли. Убедился в том, что ничего не осталось. Кроме того, что должно было остаться. Затем выкопал достаточно глубокую яму, в которую и сгрёб всё то, что осталось от погребального костра. И только после этого начал засыпать землёй. Песком. Листьями. У него получился небольшой холм. Простой. Без знака. Без имени. Но… Завершённый.

Потом Максим выпрямился, и внимательно огляделся по сторонам. Лес снова был тих. Как будто ничего не произошло. Так что в этом месте он не стал задерживаться дольше нужного. Собрал вещи. Проверил свой верный посох. И двинулся дальше. Солнце уже почти скрылось. Сумерки в этом месте опускались быстро.

Он прошёл ещё немного. Пока не нашёл более подходящее для ночлега место. Небольшую впадину между достаточно крупными камнями. С одной стороны прикрытую склоном. С другой — кустарником. Достаточно укрытую. Достаточно безопасную.

Немного осмотревшись в этом месте, он уже привычно развёл небольшой костёр. Малый. Без лишнего дыма. Потом сел рядом, расположившись спиной к камню. И впервые за весь день… Позволил себе закрыть глаза. Не для сна. Пока нет. А чтобы ещё раз почувствовать, что изменилось. Внутри него самого. После всего произошедшего. И в этой тишине… Он понял, что стал сильнее. Не намного. Но… Достаточно. Чтобы сделать следующий шаг.

Ночь прошла спокойно. Слишком спокойно для человека, который ещё несколько часов назад стоял над телом поверженного противника. Но для Максима это уже стало… нормой.

Костёр тлел ровно. Без всплесков. Без треска. Только редкие искры поднимались вверх, растворяясь в темноте. Он всё также сидел, прислонившись спиной к камню. Его глаза были закрыты. Но это не был сон. Не полностью. Сознание парня всё ещё оставалось на границе. Часть — отдыхала. Часть — наблюдала. Старательно отмечая любой возможный шорох поблизости. Любое движение. Любое изменение в воздухе. Сейчас всё это он точно почувствовал бы. Но лес молчал. Как будто признавая. Или… Избегая.

Когда первые лучи рассвета коснулись верхушек деревьев, Максим открыл глаза. Без резкости. Без рывка. Просто… Перешёл в бодрствование.

Костёр почти погас. Остались угли. Тёмные. Тёплые. Он поднялся. Размял плечи. Проверил дыхание. Потоки энергии внутри. И вновь отметил. Сила Инь. Стала плотнее. Чуть глубже. Чуть устойчивее.

— Достаточно… — Тихо сказал он. После чего начал собираться. Он не оставлял следов. Не больше, чем нужно. Засыпал угли. Разровнял землю. Стер отпечатки. Это была уже привычка. Которая не раз спасала ему жизнь. Затем он достал вещи. Те, что забрал вчера с тела этого глупца, что решил, что может легко избавиться от того, чью силу даже не осознавал. Мешочек. Пояс. Небольшие предметы. И… Жетон.

Выложив этот весьма интересный предмет, Максим задумчиво взял его в руку, и весьма внимательно осмотрел. Небольшая пластина. Металл — простой. Но прочный. С вырезанным символом. Кленовый лист. Потускневший. Но всё ещё вполне различимый. С обратной стороны — знак школы. И слабый след энергии. Как подтверждение принадлежности. Как печать.

Он провёл по нему пальцем. Слегка касаясь самым кончиком. Теперь… Это было не просто украшение. И не просто знак. Это был… Ключ. Максим чуть усмехнулся.

— Значит, пригодилось… — Тихо произнёс он, и тут же закрепил жетон на поясе. Так, чтобы он был виден. Но не бросался в глаза слишком явно. Остальные вещи он убрал. Аккуратно. Без лишнего. Меч Чжин-Хо он тоже взял. Осмотрел. И коротко хмыкнул. Металл был достаточно плохой. Но… Лучше, чем ничего. Тем более, что сейчас он мог носить его вполне открыто. Так как ученики школ культиваторов имели на это полное право.

Но он не стал носить его открыто. Пока что. Закрепил за спиной, прикрыв плащом. Так, чтобы можно было достать при необходимости. Но не демонстрировать слишком явно. Посох — как и прежде. Скрыт. Готов. И только после этого… Он двинулся дальше.

Дорога к торговому тракту заняла меньше времени, чем в прошлый раз. Теперь он шёл увереннее. Быстрее. Тропа постепенно становилась шире. Чище. Заметнее. А уже возле самого торгового тракта следы становились более свежими. Чёткими. Колёса. Копыта. Люди. Запахи менялись. Лес уступал. Появлялся запах пыли. Дороги. Животных. А выйдя на возвышенность, Максим остановился на мгновение. Откуда уже был виден тракт. Широкий. Укатанный. С чёткими колеями. По нему как раз двигались повозки. Медленно. Размеренно. Это был какой-то очередной караван.

Он наблюдал за открывшейся перед ним картиной несколько секунд. Тщательно оценивая всё то, что видит перед собой. Количество… Охрана… Состояние. И только после этого начал спуск к самой дороге. Теперь… Его положение изменилось. Он больше не был просто путником. Не был случайным прохожим.

Он был… Учеником школы. Пусть и забытой. Пусть и слабой. Но… Признанной. А значит… Он мог пройти через заставы. Через города. Без лишних вопросов. Без пошлин. И без задержек.

Думая об этом, Максим слегка коснулся жетона, словно проверяя его положение.

— Это упростит путь. — тихо сказал он. — Хоть не на много, но всё же… Для начала пойдёт…

И вышел на тракт. Спокойно. Уверенно. Как тот, кто знает… Куда идёт…

…………

Торговый тракт встретил его шумом. Живым. Настоящим. После тишины леса это ощущалось почти… оглушающе. Скрип колёс. Ржание лошадей. Глухие голоса. Редкий смех. Очередной караван тянулся вдоль дороги длинной цепью. Повозки. Нагруженные тюками. Ящиками. Связанными свёртками. Люди двигались рядом. Кто-то шёл пешком. Кто-то сидел на краю телег. Кто-то лениво погонял животных.

Максим вышел на тракт спокойно. Без суеты. Без попытки привлечь внимание. Но… Его заметили практически сразу. Не потому, что он выглядел опасно. И не потому, что выделялся силой. А потому что… Он не выглядел как слуга. И не выглядел как обычный путник.

Юный. Собранный. С мечом за спиной. И снова с посохом в руке. Несколько взглядов скользнули по нему. Оценили. Быстро. Один из торговцев, шедший впереди ближайшей повозки, прищурился. Секунда… Две…

И его взгляд опустился ниже. К поясу. На жетон. «Кленовый лист». Пусть выцветший. Пусть простой. Но… Вполне узнаваемый.

И этого оказалось достаточно. Выражение его лица изменилось. Чуть. Едва заметно. Но настороженность сменилась… Пониманием.

— Из школы? — Бросил он, не останавливаясь. Голос был деловым. Без лишнего уважения. Но и без пренебрежения. Максим просто кивнул в ответ. Коротко.

— Да.

Торговец хмыкнул. Скользнул взглядом ещё раз. По одежде. По оружию. Немного задержался на посохе. Чуть дольше. Чем на остальном. Но вопросов задавать не стал.

— В столицу? — уточнил он.

— Да.

Торговец снова кивнул. Как будто это всё объясняло.

— Тогда не стой посреди дороги. — Бросил он. — Если идёшь — иди с нами.

Короткая пауза.

— Или садись.

Он махнул рукой в сторону ближайшей повозки. Максим не стал медлить. Он подошёл. Спокойно. Без лишней поспешности. Слуга, сидевший на краю телеги, бросил на него взгляд. Скептический. Но… Тоже заметил жетон. И тут же слегка отодвинулся. Чуть. Освобождая место.

Максим забрался на телегу. Сел. Удобно. Так, чтобы видеть дорогу. И караван. Посох лёг рядом. Меч остался за спиной. Караван двинулся дальше. Не замедляясь. Как будто ничего не произошло. Но… Шёпот всё же появился. Слуги. Те, кто шёл рядом. Те, кто не был обременён обязанностью молчать.

— Видел? — тихо сказал один.

— Жетон.

— Кленовый лист…

— Эта развалюха ещё существует? — Тут же усмехнулся другой.

— Говорят, там уже почти никого не осталось.

— Да они даже на турнирах давно не светились.

— Слабые.

— Бесполезные.

Слова были тихими. Но… Не настолько, чтобы их нельзя было услышать.

А Максим слышал. Каждое. Но… Никак не реагировал. Потому что… Это было правдой. И потому что… Это больше не имело значения. Для них — это была слабая провинциальная школа. Почти забытая. Для него… Это было прикрытие. Щит. Имя. Основание.

Он слегка коснулся жетона. Пальцами. И почувствовал, как многое меняется от такой мелочи. Ему не нужно было больше притворяться. Не нужно было опускать взгляд. Не нужно было играть роль слуги. Или того самого простолюдина. Что так помогало ему раньше. Хотя было и не так-то уж просто.

Теперь… Он мог просто быть. Юным учеником. На пути к турниру. И этого было достаточно. Чтобы никто не задавал лишних вопросов. Караван двигался медленно, но уверенно. Впереди лежала дорога. Долгая. Пыльная. Но теперь… Она стала проще.

Максим слегка прикрыл глаза. Не засыпая. Просто наблюдая. И позволил себе редкое состояние. Спокойствие. Перед следующим шагом…