Артур
Представить не мог, что меня будет так колбасить в отношениях с восемнадцатилетней подружкой. Да и… Не планировал я снова эмоционально втягиваться. Отличный секс, развлечения в «игровой», даже совместная жизнь, но… Я всё пытался видеть в Мире дружелюбную нижнюю, с которой мне днём удобно и спокойно, а ночью горячо. Но потом снова этот Никитин влез… Мне пришлось ей рассказать о прошлом. И дальше это её милое признание…
Я тогда тактично промолчал в ответ, но дома одарил её безумным сексом. Да и на остальные аспекты жаловаться ей было грех. Но вот когда я без задней мысли предложил пригласить брата, а она внезапно согласилась…
Я тогда убеждал себя, что просто чувство собственничества взыграло. Но в самой активной фазе, когда Мишка пристроился к ней сзади… Мира так смотрела на меня, будто видела насквозь. Я словно пытал сам себя происходящим. Странно, что дым из ушей не попёр. Думал, прибью их обоих, но в итоге под горячую руку попала только Мира. А я себя почувствовал настолько отвратительным чудовищем, что хотелось сунуть два пальца в рот и прочистить желудок.
Она ждала от меня признания. Признать-то я свои чувства в итоге признал… Но сказать вслух вдруг не смог. Гортань сдавило спазмом, я поймал самую настоящую паническую атаку и от этого испугался ещё сильнее. Я, взрослый мужик, дрожал, как сучка, осознав, что не могу выдавить из себя три проклятых слова. Видимо, мой психолог где-то что-то со мной не доработал.
Наконец-то я выдохнул то, что хотела услышать оказавшаяся на грани истерики Мира. И нас обоих подкосил сон. Нормально пошалили…
Мира
Я проснулась от лёгкого возбуждения. Всю ночь видела странные дурные сны, а тут… Ноги мои оказались раздвинуты, а язык Артура ласкал мой клитор, да так виртуозно, что подо мной уже наверняка лужица была.
В попытке застонать я закашлялась от боли. Всё-таки удушение не прошло даром. Но прерывать утреннее наслаждение не хотелось… Я выгнулась, запустив пальцы в его густые тёмные волосы, и Артур усилил напор, начав посасывать и покусывать набухший клитор с тихим рычанием.
— Не кончай…
— Не могу…
Нависнув надо мной, Артур беспрепятственно погрузил свой влажный от смазки член внутрь. Он нагнулся ниже, одной рукой прижал к себе моё колено, а второй сжал в кулак волосы на макушке. Его движения были плавными, волнообразными и глубокими, так что он мягко бился пахом о мой гладкий лобок.
— Тогда кончай громко… с моим именем на губах, — хриплый шёпот пустил волну сладкого томления по всему телу.
— Да… — я сжала его торс ногами и пыталась смотреть в эти ледяные обжигающие желанием глаза, но с каждым толчком сфокусироваться было всё сложнее.
— Давай, Зефирка… — Артур продолжал шептать мне прямо в губы.
Отпуская все обиды и тревоги, я поддавалась ритму волн экстаза, пока полностью не расслабилась и не забилась в мощных судорогах, зажатая в крепких мужских руках…
— Да… Да!.. Артур… Артур!..
— Мира…
Месяц спустя
Мира
После завтрака мы планировали общий визит к психологу. Артур сам предложил начать совместную терапию. Ему хотелось освободиться от неожиданно проявившегося блока, а я решила, что будет не лишним разобраться в себе после полугода рабства. На каждом приёме он пока ещё неохотно выдавливал из себя немногословные мысли, а я не прекращала рыдать. Но эффект был.
Накануне вечером Артур вёл себя немного напряжённо, пару раз уходил в кабинет и кому-то звонил… Я думала, что возникли сложности с биржевыми сделками, и не стала лезть с расспросами.
А с утра он вдруг вызвался сам приготовить завтрак и что-то наколдовывал у плиты, одновременно поглядывая на экран телевизора с выпуском финансовых сводок.
— Всё хорошо? — я не вытерпела неизвестности.
— Нормально. Ничего смертельного, — Артур обернулся и подмигнул мне.
Сводки завершились, и начался блок столичных новостей. Я не сильно вслушивалась, размешивая сахар в кофе, но что-то заставило меня поднять взгляд на экран…
«…университета, Владимир Никитин, и предприниматель из Санкт-Петербурга, Олег Сухов, по горячим следам были задержаны на предполагаемом месте преступления в попытке избавиться от трупа девушки, чья личность на данный момент устанавливается. В процессе обыска в доме Никитина был также найден молодой мужчина, Сергей Васильев, с множественными следами насилия, разрывами внутренних органов и сотрясением мозга, и молодая женщина, Арина Светлова, также со следами насилия. Пострадавшие были госпитализированы. Обвиняемые находятся в одной из столичных КПЗ и уже дают признательные показания, содействуя следствию. Обоим грозят внушительные сроки тюремного заключения…»
— Боже… — в фотографии убитой девушки я сразу узнала Марьяну.
— Из тюрьмы они оба не выйдут. За такое там устраивают свою расправу… — задумчиво произнёс Артур.
— Но… — у меня в голове не укладывалось, как полиция вдруг вышла на зверства Никитина. — Что должно было произойти, чтобы вдруг его задержали?..
— По чьей-нибудь наводке, как ещё? — Артур пожал плечами и как ни в чём не бывало выложил красивый омлет с овощами и беконом на тарелки.
Артур
Чтобы засадить этого изверга по полной, я был вынужден ждать… В органах все придерживались тупорылого правила «нет тела — нет дела». И я, сжав совесть в кулак, ждал это самое тело…
Парочка спецов взломала доступ к скрытым камерам в доме Никитина, но этого оказалось мало. Мне пришлось как следует потрудиться, чтобы в обслуживающей компании выйти на нужного человека, который за чёртов миллион рублей согласился проникнуть в дом в отсутствие хозяина и установить дополнительные камеры…
И когда накануне от одного из оплаченных наблюдателей поступило сообщение о случившемся фатальном исходе, я уже смело позвонил знакомому следователю.
Марьяну было ужасно жаль… Но оставалось надеяться, что её жертва станет тем барьером, который уменьшит количество жестоких извращенцев в мире хотя бы на этих двоих гандонов.
Впереди были суд и приговор, но вероятность отмазаться у ублюдков, пойманных в лесополосе за выкапыванием могилы для ещё тёплого трупа, была настолько минимальной, что ею можно было пренебречь и уже по полной переключиться на свою личную жизнь.
Мира
— Артур… Господин… пожалуйста!..
— Ещё немного, Зефирка…
Между ног уже пылало от еле сдерживаемого оргазма, соски горели от жёстких ласк, а в горле была настоящая пустыня…
— Пожалуйста…
— Ну хорошо…
Боясь, что снаружи машины мои крики услышат прохожие, я зажала рот кулаками и кончила с глухими всхлипываниями одновременно с Артуром.
— Боже… Как я теперь…
— До пары ещё двадцать минут, успеешь привести себя в порядок, — он притянул меня к себе и крепко обнял. — Салфетки в подлокотнике.
— Знаю… — восстановив дыхание, я соскользнула с колен Артура на соседнее заднее сиденье и сначала всё же сделала пару глотков воды, а потом уже взяла салфетки, застегнула лиф, поправила платье и трусики.
— Во сколько освободишься?
— Около пяти.
— Я заеду за тобой. Отметим твой первый учебный день? — он пригладил мои волосы и поцеловал в шею.
— Да, давай…
— Нервничаешь?
— Немного…
— У тебя всё получится. Тут отличный преподавательский состав.
— Да? Ты проверял?
— Естественно. Я бы не смог доверить тебя и твоё образование абы кому.
— Спасибо… — я поцеловала своего любимого доминанта на прощание и вышла из машины.
БМВ плавно отъехал, встраиваясь в поток, а я сделала вдох и неспешно зашагала к центральному входу моего нового университета.
«Всё будет хорошо! Теперь всё будет замечательно!» — счастливо улыбаясь, я уверенно вошла в новую главу своей жизни в качестве любознательной студентки и любимой невесты Артура Корецкого.