Вечерний разговор с родителями вышел не из лёгких. И дело было даже не в том, что Тима сбегал куда-то посреди ночи – хотя и это не вызвало одобрения, – а в том, что он соврал и нарушил обещание.

Мальчик сидел, понурив голову, и даже не пытался оправдаться, а мама с папой, устроившись на краешке его кровати, молча ждали ответа на ужасно сложный вопрос: что с тобой происходит, Тим? В комнате было тихо, но за дверью частенько слышались приглушённая возня и шепотки – это многочисленные родственники подслушивали разговор под дверью. С каким бы старанием отец Тимы ни отгонял их от комнаты, тёти, дяди, двоюродные братья и сёстры, бабушка с дедушкой магическим образом оказывались ровно на том же месте спустя несколько минут. Пихая друг друга и пытаясь уловить разговор, они готовились в любой момент ворваться в комнату и спасти их самого юного и горячо любимого родственника от лап коварных родителей.

Но Тима молчал. Как он мог объяснить? Если он снова попытается рассказать о пропавших детях, его просто поднимут на смех! Или, чего хуже, примут за сумасшедшего и отправят в лечебницу. Ведь он единственный человек в этом городе, единственный, на кого не действуют волшебные чары. Кто поверит такому странному существу, как он?

Возможно, мальчику стоило попытаться. И результат мог бы его удивить, но он этого не сделал. Ведь мальчик точно знал, что никто не решает проблемы быстрее и лучше, чем дети.

– Я обязательно всё вам расскажу, – пообещал Тима. – Но чуть позже, ладно?

– Кажется, ты мне уже давал такое обещание, – строго произнесла мама. – Но не сдержал его.

– Быть может, хорошее наказание принесло бы тебе пользу, – добавил папа.

Мальчик раскаянно закивал:

– Знаю, извините! В этот раз я говорю правду! Давайте дождёмся праздника Кошмаруса, и потом вы меня накажете. Пожалуйста! Последний раз откладываю, обещаю! Если я совру, то можете забрать у меня коллекцию летних находок!

Мама с папой удивлённо переглянулись – кажется, их сын говорил серьёзно, ведь коробка с сокровищами была для него большой ценностью.

– Ладно, – вздохнула мама. – Во второй раз обман простить будет очень трудно.

– Мы не станем наказывать тебя до праздника, – согласился папа, – но не думай, что можешь теперь сбегать из дома ночью или гулять на окраине города. Прежние правила не отменяются.

Тиму охватило невероятное облегчение. Всё решится в Кошмарус, почему-то он был в этом уверен. Родители направились к выходу из комнаты, и за дверью раздался громкий топот сбегающих ног. И когда мальчик уже почти остался один, он вдруг спросил, останавливая маму на пороге:

– Почему я родился человеком?

Эльфийка удивлённо посмотрела на сына и, чуть задумавшись, ответила:

– Не знаю, солнышко, может быть, нашему городу нужен человек? – и тихонько притворила дверь.

Тима улёгся на кровать и подумал: «И зачем же, город, я мог тебе понадобиться?» Но в ответ за окном только натужно скрипнули деревья.

* * *

Приготовления к Кошмарусу – празднику осени и Дню всех монстров – шли полным ходом. Улицы вычищались от мусора, на деревьях тут и там появлялись жёлтые фонарики, а окна и двери домов украшали гирляндами из опавших листьев. В «Сладость или… сладость» временно не принимали посетителей, потому что пекарь усердно трудился над угощениями к празднику. Витрина его кондитерской опустела, стёкла замутнели от густого пара печи, будоража детскую фантазию.

Старый Джек наконец объявил урожай тыкв вполне готовым к празднику, и с того момента улицы каждый день заполняли громадные оранжевые овощи. Троллей, которые по двое и по трое катили каждую тыкву на праздничную площадь, за ними было даже не видно.

На брусчатой круглой площади в самом центре города появились причудливые металлические конструкции и цветные полотна ткани. В дни перед Кошмарусом они выглядели странным мусором, который случайно свезли в одно место, но вскоре им предстояло превратиться в головокружительные аттракционы, палатки с угощениями и развлечениями на любой вкус.

Даже школу затронули праздничные приготовления. В один день все стены вдруг увили жёлтые и бурые листья, с тяжёлых люстр повисли кружевные ленты паутины, а в столовую привезли одну из волшебных тыкв, которая каждый день превращалась то в причудливый домик, то в забавное чучело, а то и в блестящую карету, напоминая детям об удивительной истории их города.

На уроках музыки с двойным усердием принялись репетировать осенние гимны, громогласно распевая их на всю школу. Репетиции, разумеется, проходили в середине дня, в самый разгар уроков, и зачастую совпадали с репетициями призрачного хора, который с воодушевлением завывал на улице. Учителя возмущались и жаловались, но эффект выходил прямо противоположный. Песни звучали громче, и к ним прибавлялись тренировки танцевальной группы, которой предстояло исполнить традиционный танец скелетов. Разумеется, участвовать в нём могли только те существа, чьи кости издавали достаточно громкий треск.

Шум и гам стоял невыносимый, но мистер Гамти – потомок знаменитого дудочника и устроитель всех мероприятий в школе – был безмерно счастлив и радостно бегал по коридорам, распевая одну мелодию за другой.

И, конечно, всё это волнение и предвкушение яркого события не могли не взбудоражить учеников. Ни один день теперь не обходился без очередного розыгрыша, взрывов смеха и испуганных воплей. То на чьи-то головы прольются вёдра с красной краской, то у кого-то из-под парты выскочит заколдованный чёртик на пружинке. То из девчачьего туалета вместе с пронзительным визгом вылетит стая летучих мышей, напуганных не меньше самих девчонок, то побегут по коридору полчища мохнатых пауков.

В классах постарше розыгрыши достигали совершенно невероятных масштабов. Ребята там уже изучали магию своего рода и не могли упустить шанса проверить знания на практике. Так, класс математики оглушил нечаянный взрыв в ведьмовском котле, из которого вместе с густым вонючим дымом выпрыгнули огромные жабы.

Джинны из седьмого класса снова попытались загадать желания сами себе, и полшколы на несколько часов превратилось в океанское дно, на котором все почему-то могли дышать, но не могли плавать и просто парили в воде, как в невесомости.

В очередной раз лепреконы из девятого решили похвастаться своим умением создавать золото, но не смогли справиться с магией, и блестящие монеты почему-то полились рекой, сметая детей и учителей в коридорах. А несколько драконов из выпускного класса опять подрались из-за неудачной шутки про чешуйки на голове, но сожгли в этот раз не крышу, а половину спортзала, из-за чего уроки физкультуры были отменены, и классу Тимы снова не представилась возможность встретиться с новым учителем. В общем, всё в школьном мире шло своим чередом.

И Тима был бы рад присоединиться ко всеобщему предвкушению праздника, вот только настроение его каждый день становилось всё мрачнее и мрачнее. Тем более что за два дня до Кошмаруса в школу вместо Фи пришла безвольная кукла.

Это событие пошатнуло душевный настрой не только Тимы и Патрика, но даже Лео. Вампир заметно приуныл и словно растерялся. Казалось, уж кто-кто, но Фи никогда никуда не денется. Она ведь такая смелая, такая бойкая, такая уверенная. Если уж ей не удалось справиться с неизвестным похитителем, то как получится у них?

В день, когда пропала фея, Тима вдруг вспомнил ту ночь в лесу, странную лужу и корявую руку, едва не утянувшую его за собой. И почему он тогда сразу всё не рассказал друзьям? Даже теперь, когда скрывать произошедшее было не только глупо, но и опасно, ему с трудом удалось уговорить себя поделиться. Его никак не покидало странное ощущение, будто тот вечер – тайна, которая должна остаться между ним и старым колдуном. И больше никто не должен об этом знать! Но вдруг его рассказ поможет спасти друзей?

Собравшись с духом и отринув странные ощущения, мальчик поведал о событии в овраге Патрику и Лео.

– И что ты молчал?! – тут же накинулся на него вампир. – Всё это время мы искали не там! Ни пекарь, ни Дровосек, ни ведьма не имеют отношения к похищениям. Важен не тот, кто приходит к дому, а тот, кто там живёт!

– Но дом ведь заброшен, – непонимающе возразил Патрик и от волнения закинул в рот ещё один леденец.

Тима молча протянул руку, и клоун вытащил из кармашка целую пригоршню конфет. И мальчик, и вампир тут же схватили по одной и продолжили разговор.

– Ничего он не заброшен, – покачал головой Лео, перекатывая конфету из одной щеки в другую. – Помните, пекарь собирает там ежевику, потому что она самая вкусная и сладкая из всех. Дровосек рубит во дворе деревья, но они всё равно вырастают. А ведьма набирает землю для удобрения сада. Это место живёт полной жизнью, и все только думают, что оно заброшено. Помните странные шумы в доме? Помните странные силуэты? Только не врите, что не заметили их! И подвал…

– В зеркале был страшный старик! – воскликнул клоун, округлив глаза. – И он потом привиделся тебе в луже, Тим!

– Но он ведь давно умер, и среди призраков его нет, – неуверенно произнёс мальчик.

– Может быть, он умер только наполовину, – зловеще произнёс Лео и сверкнул глазами. – Он же был могучим колдуном. Вдруг он нашёл способ сохранить себя, чтобы однажды вернуться?..

– И поэтому оставил заколдованные сундуки! – выпалил Тима.

– А мы их открыли, – удручённо выдохнул Патрик.

– Нет, – покачал головой Лео и посмотрел на Тиму, – Он их открыл. Больше ни у кого это не получилось.

Тиму прошиб холодный пот.

– Я ни в чём не виноват! Я никого не превращал в кукол! – воскликнул он.

Лео поморщился и замахал руками:

– Да не вопи ты! Я и не говорю, что ты виноват. Кого ты мог превратить, ты всего лишь человек! Но, может, в этом всё и дело. Ты смог открыть дверь у Сладкоежки и не отразился в зеркалах ведьмы. По какой-то причине защитные заклинания на тебя не действуют.

Патрик огромными глазами посмотрел на друга и даже приоткрыл рот от удивления и восторга.

– Ну ты даёшь, Тим! – выдохнул он. – Это же та-а-к круто!

Мальчик посмотрел на клоуна в ответ и задумался. Круто? Он, простой человечишка, крутой?

– Так, – деловито произнёс Лео, заставляя собеседников повернуться обратно к нему. – Пока ты не сбрендил от своей крутости, нам нужно решить одну малюсенькую проблемку. Что будем делать? Кто знает, может, завтра уже и я превращусь в… в эту дрянь. Кто тогда будет соображать?

Тима скривился, но, кажется, он даже успел привыкнуть к заносчивости Лео.

– А что тут думать? – пожал плечами мальчик. – Нужно вернуться в проклятый дом и разобраться со стариком.

– А может, позовём взрослых? – тихо предложил Патрик, на что мальчик и вампир дружно фыркнули.

– Значит, решено, – скомандовал Лео. – Завтра Кошмарус, все будут заняты празднованием и не заметят, если мы сбежим.

– Останемся без шоу, – грустно вздохнул клоун, и ребята угрюмо промолчали.

– Завтра, – кивнул Тима и с напускной торжественностью воскликнул: – Да настанет Кошмарус!