Лето выдалось жарким. Впрочем, Анна, заваленная работой, почти его не замечала. Она вдруг обнаружила, что стала популярной, заказы сыпались один за одним и она старалась. В салоне пусть и не нового, но вполне приличного Peugeot было прохладно — кондиционер работал на полную. Анна медленно подъехала к дому, неуверенно припарковалась. Парковка давалась ей пока с трудом, да и в целом поездки по городу выматывали. Но машина была уже не роскошью — необходимостью. Даже бабуля оценила. По выходным они вместе ездили в супермаркет — медленно, аккуратно, с комментариями на каждом повороте. Бабушка кажется, даже немного разбаловалась — например, теперь регулярно требовала дорогого мороженого.

Улыбаясь своим мыслям, Анна выбралась из машины, окунулась в густую августовскую жару и вошла в подъезд. Открыла дверь и замерла.

В прихожей стояли мужские ботинки. Дорогие...

С кухни доносились голоса.

— Ба?.. — позвала она осторожно. — У нас гости?

Голоса сразу смолкли.

Анна прошла на кухню — и остановилась в дверях.

За столом, на самом почётном месте, сидел Михаил. Перед ним — накрытый стол, будто к празднику. Даже те самые конфеты, которые бабушка позволяла себе только по особым случаям.

И главное — они явно уже давно сидели вместе. И… ладили.

— Ба?.. — медленно произнесла Анна, после формальных приветствий, не отрывая взгляда от Михаила. — Ты ничего не хочешь мне объяснить?

— Ань… — Михаил поднялся ей на встречу. — Нам нужно поговорить. О делах, — добавил он чуть поспешно.

Она вдруг поймала себя на мысли, что успела забыть, какой он… Светлое поло облегало широкие плечи, лёгкий загар, спокойная уверенность в движениях. Анна прошла к столу и села.

— Я ничего не понимаю… — пробормотала она.

— Речь пойдёт о твоём наследстве, — спокойно вставила бабушка.

Анна резко повернулась к ней.

— Михаил был так любезен, что пришёл ко мне… три месяца назад, — продолжила бабушка, чуть прищурившись. — И предложил помощь. Я не стала отказываться.

Анна медленно перевела взгляд на Михаила.

— А почему меня никто не поставил в известность?

Хотел быть уверенным что все получится, пожал плечами Михаил.

— И вот сегодня, — бабушка встала, — наконец пришёл ответ от французского адвоката. Мы не стали вскрывать. Решили дождаться тебя. Она вернулась с пухлым конвертом и протянула его Анне.

Михаил в это время смотрел на неё. И не мог отвести взгляд.

Изменилась… Движения — уверенные. Взгляд — прямой. Прическа изменилась, пропали алые пряди, теперь прелестную головку обрамляла аккуратная стрижка. Красотка и знает об этом.

Анна аккуратно вскрыла конверт. Развернула лист. Французский, как и русский, был для неё родным. Она прочитала. Один раз. Второй. И только потом подняла глаза.

— Здесь написано… что дом опечатан… и я могу в любое время вступить в наследство… как наследница первой очереди.

Все помолчали…

— Я могу… вернуться домой? — тихо спросила она подняв глаза на Михаила. Он кивнул.

— Это вы… всё это сделали?

Он чуть помедлил.

— Да.

— Сколько я вам должна?

— Вы… ничего мне не должны. Это… мои извинения. За тот вечер.

Анна смотрела на него — и не могла понять, что чувствует. Облегчение? Боль? Благодарность?

Или всё сразу.

Михаил первым отвёл взгляд.

— Спасибо за угощение, — сказал он, обращаясь к бабушке.

Мне пора. Я итак уже засиделся… Задержался на секунду у двери. Но так и не обернулся. И ушёл.