— Галь, а как тебе эта вакансия? — устало тычу пальцем в монитор ноутбука. — Помощник директора.

— В маленькую конторку по откачке сливных ям? Юль, ты сбрендила? — морщится подруга. Ты на зарплату глянь. На нее и неделю не протянешь, не то, что месяц.

— Галь, я понимаю, что это я виновата в том, что ты теперь без работы. Если хочешь, можешь жить здесь, с нами. Так хотя бы можно будет не платить бешеные деньги за квартиру.

— Ну, идея неплохая, я пол зарплаты отдаю в месяц за однушку. Грабеж. Но работа все равно нужна. Мы же не собираемся контоваться так всю оставшуюся жизнь?

— Я тут подумала. Может, мне сходить к Арховскому? Ты же ни в чем не виновата. Попрошу, чтобы вернул тебя.

— Ну уж нет! Я не буду работать на того, кто крадет чужих детей, — со всей серьезностью заявляет Галочка. Лучше уж помогать откачивать чужие какашки, — отчаянно вздыхает она.

— Галя, — не сдерживаюсь я и начинаю смеяться.

— Ладно, шутки шутками, а что у тебя там по поводу суда?

— Назначен на восемнадцатое. Если честно, нервничаю ужасно. Боюсь, что Арховский может кому-нибудь заплатить, чтобы мне не отдали дочь. У него ведь не только много денег, но и связей.

— Не думай о плохом. Я уверена, что суд будет на твоей стороне. Ты мать ребенка, а он чужой дядя. Еще и рецидивист.

— Галя, остановись. Никакой он не рецидивист. Вдруг он вообще не знал, что ему отдали не его ребенка?

— Юююль, — тянет подруга. — А чего это ты его вдруг защищаешь, а? Может, ты втюриться в него успела?

— Может, и успела, — вздыхаю и отворачиваюсь к окну. А у самой слезы текут по щекам.

До сих пор мурашки по телу от воспоминаний о Стефане. Его пронзительный взгляд, горячие ладони, чистый голос, в который подмешивалась хрипотца после наших поцелуев. До сих пор помню запах его парфюма. Жаль, что Арховский оказался таким подлецом.

И только мы проговорили о генеральном, как мой телефон начинает трезвонить.

— Легок на помине, — бурчу я и сбрасываю вызов.

После всего, что он сделал и наговорил мне, нет никакого желания слышать его голос. Тем более, вряд ли он станет звонить, чтобы сказать мне что-то приятное. А его очередные оскорбления я слушать не намерена.

Однако он настойчиво набирает меня снова.

— Да ответь уже, — бросает Галя и тактично покидает кухню.

Еще секунду раздумываю, и все-таки жму на зеленую трубочку.

— Юль, ты можешь приехать в офис? Прямо сейчас, — спокойно спрашивает Арховский, словно это обычный рабочий звонок.

— Не думаю, что мне следует это делать, — не сдерживаю в голосе нотку злости.

— И все же я настаиваю. Машина ждет тебя у подъезда. Я не задержу тебя надолго, — отвечает он и кладет трубку.

И как это понимать? Он что себе позволяет? Думает, что я по первому звонку помчусь к нему в офис?

— Пошел ты к черту, Арховский! — кричу на уже потухший экран телефона.

— Чего он хотел? — заглядывает Галя.

— Чтобы я приехала. Наверняка еще не все высказал. Вот и хочет унизить меня в очередной раз.

— Возможно, это сейчас странно прозвучит, но я бы на твоем месте поехала. Вдруг, он все осознал и хочет сам вернуть тебе ребенка? Тем более, что его карета уже у твоего подъезда.

— И не подумаю! Ты слишком хорошего мнения о нем.

— О, водитель кому-то звонит. Наверное, нашему Стефану Дмитриевичу, — продолжает она торчать возле окна. — Уехал.

— Вот и хорошо, — злюсь на своего бывшего начальника. Возомнил из себя короля мира.

Но уже через час в дверь звонят. Мы с Галей настороженно переглядываемся. Я поднимаюсь с дивана и иду к двери. Встаю на носочки, чтобы посмотреть в глазок. Отшатываюсь, словно увидела монстра за дверью, а не Арховского. С каких пор директора сами ездят по домам своих сотрудников? Бывших, к тому же.

— Юль, нам нужно поговорить, — требует он. — Я знаю, что ты дома.

Вот чего он разорался? Сейчас всех соседей поднимет. А мне потом еще и влетит от хозяйки. Поворачиваю замок. Ну, не убьет же он меня, в конце концов.

Распахиваю дверь и презрительно смотрю на мужчину.

— Чего тебе?

— Поехали, поговорим, — хватает он меня за локоть и силой выводит из квартиры.

— Если что, я знаю, что она уехала с вами, Стефан Дмитриевич, — высунувшись, предупреждающе шипит на него Галя. На что тот только ухмыляется.

— Куда ты меня тащишь? — пытаюсь вырваться, но сражаться с каменной скалой бесполезно.

— Говорю же, просто поговорим. В офисе.

Мы приезжаем на территорию Арховского. Не думала, что окажусь здесь еще раз, после того, как он меня уволил. Стеф ведет меня по коридору, крепко держа за локоть. Уже в приемной со своего места подскакивает Яна. Брови девушки удивленно подпрыгивают вверх, когда она видит меня.

— Стефан Дмитриевич…

— Меня не беспокоить, — бросает он своей секретарше и захлопывает дверь. — Присаживайся. Разговор будет сложным. Но для начала я хотел бы извиниться перед тобой.

— Извиниться? — язвительно фыркаю я. — И за что же? За свое поведение, за несправедливые обвинения, или за то, что украл моего ребенка? Конкретнее, Стефан Дмитриевич.

— Юля, — подозрительно спокоен он. — Кто-то подставил тебя. Поэтому мои люди не сразу разобрались. А я погорячился, каюсь. Почти во всем офисе есть камеры. Информация была отправлена не тобой, как удалось выяснить.

— Камеры? — хмурюсь и взглядом ищу их.

— Их нет только в моем кабинете. Откуда и были слиты данные. Это кто-то из своих.

— И ты сразу подумал на меня, — язвлю Стефу.

— Прости, но данные были отправлены твоему мужу.

— Бывшему мужу, — поправляю мужчину и обиженно скрещиваю руки на груди. — Это точно не Галя. Она здесь ни при чем. Верни ее.

— Верну, как только найду того, кто меня предал.

— Отлично. Хоть с этим разобрались. Все, я могу идти?

Только я собираюсь покинуть кабинет Арховского, как после короткого стука в него входит Яна. Она несет поднос с двумя чашками кофе и, улыбнувшись, оставляет его на столе Стефа. Уходит, плавно виляя бедрами. Они точно спали. Не зря же она так и вьется возле него.

И от этих мыслей почему-то становится неприятно и противно. Я останавливаюсь и замираю. Оборачиваюсь. Интересно, ее Стеф тоже целовал с такой страстью, как меня? Наверное, и эти розовые часики он ей подарил. Вряд ли у секретарши зарплата позволяет приобретать такие дорогостоящие вещицы.

— Ты спал с ней? — вылетает у меня, как только дверь закрывается за этой расфуфыренной девицей.

Зачем я это спросила? Все равно между нами все кончено. Вот только мне почему-то хочется услышать отрицательный ответ. И Арховский отвечает:

— Нет, я нарушил свои правила лишь единожды. И это было с тобой, Юля, — сверлит меня пронзительным взглядом. Словно он меня обвиняет в том, что наши отношения разрушились. Но не смотря на все, мне искренне жаль, что наше время вышло так быстро. Время… Стоп!

— Часы. На ней розовые часы.