39

– Да нет, смысла уже нет, – он тяжело вздыхает и заходит в комнату, а следом семеню и

я. – Видишь, – Адам берет со стола что–то неопознаваемое из–за большой степени

обугленности, – эта штука оказалась причиной пожара, а потом и потопа, – он

усмехается, – а ведь ведьма предупреждала.

– Ведьма? – хмурюсь я, силясь понять. – Какая ведьма? О чем она тебя предупреждала?

– Ох, – качает головой Адам, – даже стыдно в подобном признаваться. Я тогда был

младше, в первый раз учился в институте, но уже понял, что мне ни с кем не будет

счастья, кроме истинной. И так отчаянно жаждал приблизить момент нашей с тобой

встречи, что пошел к ведьме с просьбой дать мне какой–нибудь путеводитель, – из

горла Милославского вырывается смешок.

– Путеводитель? Типа карту с обозначением мест, где водятся истинные? – Веселье

охватывает и меня.

– Скорее клубочек, который приведет меня к тебе. Ну, знаешь, как в народных сказках,

– уже вовсю смеется Адам. – Да, большой сильный Альфа верил в подобное. Никому не

говори, засмеют. Анна смеялась надо мной долго.

– Да ладно тебе, это даже мило. Но я так понимаю, клубочек не покатился и не призвал

идти за ним, да?

– Нет, но ведьма мне и не обещала такой функции. Сказала, когда я приведу в дом ту

самую, этот предмет самоуничтожится. А еще предрекла потоп из–за него. Я, конечно,

не сильно впечатлился, уж точно не поверил в потоп. Ты знаешь, ведьмы любят

иносказательно говорить. Но сейчас я понимаю, что никакой иносказательности не было,

меня не обманули, предупредили обо всем честно и прямо.

– Действительно, все предельно честно, – улыбаюсь, смотря на непонятное обугленное

нечто.

И мне вдруг вспоминается моя подруга Элеонора, тоже ведьма, знающая гораздо больше,

чем остальные. Если так подумать, совсем не Альфы могли бы оказаться на вершине

нашего мира, а ведьмы, если бы их это по–настоящему заинтересовало.

Они всегда все знают, обо всем ведают, а еще иногда помогают. Совсем малость, если

понравишься им. Но никогда не скажут больше, чем считают нужным, будут наблюдать за

выбором человека издалека.

– Меня тоже ведьма наставляла на путь истинный, сюда к тебе отправила, –

откровенничаю вдруг.

– Серьезно? Ты с самого начала знала, что мы созданы друг для друга? – не верит Адам.

– Но почему тогда…

– Потому что не знала, Элеонора настойчиво посоветовала переезжать в этот город,

сказала, мне будет здесь хорошо. Я вообще не рассчитывала встретить Альфу, а уж

истинного тем более. Мне пришлось переехать из–за того, что один Альфа на прежнем

месте меня почуял и хотел присвоить. Я собиралась прожить всю жизнь отшельницей.

– Кхм, – тушуется Адам, – даже не знаю, как на это реагировать. Но я определенно

должен твоей ведьме.

– Это точно, должен, – усмехаюсь я. – Ладно, откровения – это прекрасно, но что мы

будем делать? Не здесь же находиться в самом деле. В мою комнату в общежитии тебя,

наверное, не пустят. А еще твоей сестре надо где–то жить, а мы весь такой большой

дом испортили, – расстроено качаю головой.

– Мы не портили дом! Это стечение обстоятельств. А ты всерьез обо мне с Анной

беспокоишься? Это так мило и необычно, – улыбается Адам.

– Естественно! – смущенно вспыхиваю. – И, быть может, тебе стоит одеться? Одежда в

шкафу едва ли промокла, – краснею, бросая взгляд ниже пояса Милославского.

– Оденусь, так и быть, – усмехается оборотень. – И тебе подберем что–то у Анны. И

нет, прелесть моя, я, конечно, очень тронут твоей заботой, но в общежитие мы не

поедем.