25

БАРОН

Барон взмахнул кинжалом, чтобы прорубить путь сквозь густую паутину шипов, замедляющих его шаг, когда они с Соретом поднимались по склону горы. -Что мы ищем?

-Аконит Волчий. -Сорет шагнул через особенно густые заросли шипов и отпрыгнул назад. -Дьявольская кровь! -Красные капли потекли из маленькой царапины на его предплечье, куда, должно быть, попал шип. -Я уже устал от этого.

-Аконит Волчий не ядовит?

-Людям? ДА. Чрезвычайно.

-Чего Соломон хочет от этого?

Блондин бросил хмурый взгляд через плечо и фыркнул.

-Назови хоть одну вескую причину, почему я должен тебе рассказать?

Размахивая клинком над очередным потрескавшимся переплетением шипов, барон пожал плечами.

-Потому что я, возможно, точно знаю, где это найти.

Между ними повисло мгновение тишины, Сорет, несомненно, обдумывал последствия того, что расскажет мальчику о намерениях своего учителя. Раздраженный, он оглянулся через плечо с выражением покорности на лице.

-При смешивании с Пасленом получается очень мощный эликсир, известный как ла'руайх.

Уловка. Он знал язык, на котором говорил Сорет, так как это был тот, которому его мать учила его с детства. Язык, которого его отец не понимал, и поэтому он служил тайным языком между ними.

-Что это?

-Это маскирует аромат жизненной силы, заставляя тебя выглядеть одним из мертвых.

-Но ты не мертв?

Верхняя губа Сорета изогнулась, как будто его оттолкнул вопрос.

-Нет. Конечно, нет. Простые земные цветы не могут убить мой вид.

-К какому именно виду ты относишься?

-Чистокровный элизиумерец, - сказал он, надменно вздернув подбородок. -Наши предки - Серафимы.

Серафимы. Элизиумцы. Все эти слова ничего не значили для мальчика.

-В какой части света вы родились?

-Я родился не в мире смертных.

-Я подумал, что вы, возможно, родом оттуда, где родилась моя мать. Ты говоришь на ее языке.

Другой мальчик невесело рассмеялся, качая головой.

-Ты, пожалуй, самый невежественный полукровка, которого я когда-либо видел.

Зарычав от разочарования, он со свистящим звуком взмыл в небо. Огромные белые крылья, отделанные сверкающим золотом, распростерлись по обе стороны от него, удерживая его в воздухе, как будто веревки привязывали его спину к небу.

-Как!-Барон указал на него дрожащим пальцем. -Как ты командуешь ими?

-Разве ты не знаешь, как управлять собственными крыльями? - спросил другой мальчик насмешливым тоном.

-Я могу призвать их и заставить исчезнуть, но я не могу заставить их унести меня в небо и удерживать там мое положение, как это делаешь ты.

-Скажи мне, где найти аконит, и я скажу тебе, как управлять твоими крыльями.

Он на мгновение задумался над вопросом, затем кивнул.

-Ты видишь вон то плато наверху? -Иерихон указал на каменный выступ, торчащий из склона горы. -Там есть пещера. Это как раз внутри пещеры. А теперь расскажи мне.

-Расправь свои крылья.

-Мои крылья ... правильно. Э-э, дай мне всего минутку. Я не всегда могу вызвать их быстро. Или по своему желанию.- Прочистив горло, барон расправил плечи и закрыл глаза. Он представил свои собственные крылья, черные с серебром, прорастающие из его лопаток. Когда он открыл глаза, то посмотрел по сторонам от себя, не обнаружив ничего, кроме полосы колючих кустов.

Щеки вспыхнули от смущения, он снова закрыл глаза, по-настоящему сосредоточившись на деталях своих крыльев. Перья цвета воронова крыла с легким оттенком синего и тонкие, как игла, линии из серебристого металла. Тем не менее, когда он посмотрел снова, все, что он увидел, было скучающим и невпечатленным выражением, которое исказило лицо Сорета.

-Мария и Джозеф, наступит ночь, прежде чем вы справитесь с заданием.

Слова другого мальчика усилили разочарование барона, и рычание вырвалось из его горла, когда он закрыл глаза и снова сосредоточился. Услышав резкий свист, он испустил вздох облегчения. Открыв глаза, он увидел великолепные черные крылья, раскинутые по обе стороны от него.

Сорет закатил глаза.

-Откуда я знал, что у тебя будут черные крылья. Хорошо, теперь напрягите мышцу руки, как будто вы собираетесь поднять ее в воздух. Но на самом деле не поднимайте его в воздух.

Иерихон попытался сделать то, что он описал, и расправил крылья. Его тело взлетело вверх, но не выше крыши экипажа, прежде чем он рухнул обратно в колючие кусты.

-Ах!

Другой мальчик усмехнулся, его насмешка вызвала в бароне темную ярость.

-Оу. Я забыл. Оказавшись в воздухе, вы должны продолжать напрягать мышцы, чтобы удержаться на ногах. И чтобы летать, вы, по сути, отводите плечи назад.

Демонстрируя, он улетел, оставив барона выпутываться из болезненного колючего куста.

Освободившись от него, он стряхнул несколько застрявших шипов со своих штанов, поднялся на ноги и посмотрел по сторонам, где из его тела торчали крылья.

-Встать и держать. -Он снова напряг мышцы на руке и стрелой взмыл вверх, на этот раз выше высоты экипажа, к верхушкам деревьев. -Держи, - проворчал он, снова сжимая мышцу. Его тело резко опустилось, и он выдохнул, сильнее сжимая мышцы. Тяжело дыша через нос, он наблюдал за Соретом, грациозно приземлившимся на выступ недалеко от того места, где он парил в небе. Следуя инструкциям, барон откинул плечи назад, и его тело рванулось вперед, ветер ударил ему в лицо, когда он полетел туда, где ждал другой мальчик.

Когда он приблизился, паника сжала горло барона. Его тело швырнуло к зазубренной скале, и никакие изгибы не могли изменить его траекторию. Он издал гортанный крик и закрыл глаза, напрягая мышцы. Оба крыла откинулись назад, и барон с сильным стуком ударился о скалистую стену, прежде чем упасть на уступ внизу.

Сорет снова усмехнулся, и этот звук разжег гнев и унижение, пылающие внутри барона.

-Это, должно быть, была самая жалкая демонстрация полета, которую я когда-либо видел.

-Прости, что я не такой совершенный, как ты.

-Это позор, - сказал мальчик, шагая ко входу в пещеру.

Ворча себе под нос, барон поднялся на ноги и последовал за Соретом ко входу в пещеру, где на небольшом участке травы росли высокие пурпурные цветы.

-Странно, как это здесь растет. -Сорет опустился на колени, проводя рукой по траве, выросшей из камня. Он сорвал одно из лезвий, изучая его конец, на котором, как заметил даже барон, не было корней.

-Соломон сказал мне, что ты ученый. Где ты учишься?

-Здесь.

-В Прецепсии? Здесь нет университета. Ближайшим был бы Рим.

-Ваши университеты в лучшем случае посредственны. Я здесь только для того, чтобы наблюдать.

-В каком университете вы учитесь?

Высокий звук эхом разнесся по окружающим каменным стенам, как у животного, и оба мальчика повернулись в направлении глубин пещеры.

Сорет кивнул в темноту позади них.

-Иди посмотри, пока я собираю цветы.

-Почему я? И зачем беспокоиться? Давай просто соберем цветы и уйдем.

-Тебе не интересно узнать, что издало этот звук?

-Нет.

-Ну, а мне да. -Он повернулся обратно к цветам и отмахнулся от барона. -И как старший, я приказываю тебе посмотреть. А теперь иди.

-Я не подчиняюсь твоим приказам.

Сорет, не потрудившись оглянуться, сорвал один из цветков и поднес его к свету.

-Сделай это, и я скажу тебе, как правильно приземлиться.

-Что хорошего в правильном приземлении, если меня растерзает злобный зверь?

-Ты похож на испуганную девочку. Нет, на самом деле, я знаю девушек, которые намного храбрее тебя.

Мать барона научила его, что многие женщины обладают силой, достойной уважения, поэтому комментарий мальчика не был воспринят должным образом.

-И что?

-Просто. иди. Посмотри.

-Прекрасно. Но если на меня нападут и убьют, я буду преследовать тебя целую вечность.

Скрипнув зубами, барон повернулся к дальнему концу пещеры.

Звук, который напомнил ему визг, раздался снова, на этот раз громче. Послав сердитый взгляд в ответ Сорету, он зашагал к нему, его тело было напряжено и готово нанести удар по всему, что на него обрушится. Свет за его спиной меркнул по мере того, как он углублялся, и его глаза привыкали, как всегда с тех пор, как он был ребенком. Черта, которой он когда-то боялся среди других детей, думая, что с ним что-то не так. Как и в случае, в конце концов, с ним было что-то не так.

В темноте пещеры его глаза могли различить мягкое свечение вокруг фигур, которое, по сути, позволяло ему видеть. Осторожными шагами он осмотрел пещеру, положив руку на кинжал у бедра.

Визг повторился в третий раз, гораздо громче, чем раньше, и барон нахмурился. Это звучало почти как …

-Щенки? - пробормотал он, когда напряжение в его мышцах ослабло. Правда, совсем немного, учитывая, что поблизости могла быть мать-волчица - или, что еще хуже, медведь. Зубы дьявола! Если бы медведица-мать увидела его, его бы наверняка растерзали. И если бы это было так, независимо от его состояния, он был бы уверен, что приведет зверя обратно к Сорету.

Он обогнул каменную стену, и визг усилился до визга. Многократный визг.

Спрятавшись под нависающей скалой, он нашел крошечного черного щенка. Его хвост завилял, когда он приблизился, и, выдавив неохотную улыбку, он потянулся к маленькому зверьку.

Оно зарычало и залаяло на него в ответ, его глаза стали ярко-оранжевыми, как языки пламени. У какой дворняги были глаза такого необычного оттенка? Однако вид его жалкой попытки выглядеть злобным только заставил барона усмехнуться, и он все равно потянулся к нему, подхватывая пушистый комок на руки. Извиваясь в его объятиях, щенок щелкнул зубами и зарычал, но в тот момент, когда барон погладил его по животу, злобное маленькое существо успокоилось.

В воздухе разнесся гнилостный запах, и барон сморщил нос. Боги, что это была за вонь? Новые визги и лай увлекли его дальше в маленький уголок, и там он обнаружил еще больше крошечных черных дворняг, бегающих и прыгающих вокруг.

Все еще держа одного в руках, он насчитал еще пять. Всего шесть. Они скулили, визжали и издавали свои тихие визгливые звуки, которые не давали ему понять, что не так. Запах становился все сильнее, пока не застрял у него в горле, и он подавился, чуть не выронив первого щенка.

Черная масса находилась на периферии его зрения, и, испуганно вздохнув, он повернулся, чтобы увидеть исключительно увеличенную версию щенков, лежащую на боку. Лужица фиолетовой жидкости растеклась прямо у ее рта. Аконит волчий. Их мать, без сомнения. С какой стати она его съела, не имело никакого смысла, учитывая, что большинство животных знали, что нужно держаться подальше от печально известного ядовитого цветка.

Щенки собрались у его ног, отчаянно виляя хвостами. Когда он потянулся погладить другого, тот укусил его за палец.

-Эй!-Барон отдернул руку, выдавливая небольшое количество крови, которую пустил щенок. Щенок запрыгал по кругу и откинулся на задние лапы, издав игривый лай. Затем шустрая маленькая дворняга наклонилась к пролитой капле крови, начисто слизывая ее с каменистого пола.

Все пятеро собрались под ним, слизывая капли крови с каменистого пола. Зверь, зажатый в его руке, прыгнул вперед и слизнул кровь с его пальца.

Нахмурившись, он усадил щенка на землю вместе с его братьями и сестрами и протянул руку, выжимая еще немного его крови. Все шесть щенков собрались у него на руках.

Они, должно быть, умирали с голоду, ожидая своей умершей матери бог знает сколько времени.

Другой укусил его за руку, но на этот раз он только вздрогнул, позволив им напиться его крови.

-Что ты делаешь? - В голосе Сорета слышалось отвращение, когда он стоял над ним.

-Я обнаружил, что весь шум производили опасные звери.

-Ты что, дурак, не знаешь, что это такое?

-Я верю. Их называют щенками. Самые злобные щенки, которых я когда-либо видел в своей жизни .

Он усмехнулся, когда одна из них слизнула еще немного его крови, щекоча его палец своим языком.

-Это адские псы. Демоны.

Барон фыркнул на это.

-Ну, не подходи слишком близко, их щенячьи зубы - это не совсем перья, но их языки, несомненно, станут твоей погибелью.

Пронзительный визг привлек внимание барона обратно к Сорету, где трое щенков направились к другому мальчику. На земле лежал один из щенков, его голова была отделена от тела, и из раны сочилась кровь.

Разинув рот от шока, барон уставился на изуродованного щенка, чье тело все еще подергивалось.

-Зачем ты это сделал?

Коллективное рычание разразилось внутри пещеры, когда все щенки обратили свое внимание на Сорета.

-Мы здесь не для того, чтобы жалеть зло, а для того, чтобы изгнать его.

Прижав руки к бокам сжатыми в кулаки, барон зарычал так же злобно, как и маленькие зверьки, собравшиеся вокруг него.

-Они безвредны!

-Тому, кто наполовину демон, я уверен, они кажутся такими.

Он снова взмахнул мечом, и еще один вопль возвестил о втором отсечении.

Барон вскочил с земли, поворачиваясь лицом к мальчику.

-Хватит об этом! Они ничего не сделали!

-Разве ты не знаешь, что делают адские псы? Что их сучья мать делала при жизни? -Он указал на тушу, лежащую в стороне. -Они едят детей, потому что они - самая легкая добыча. Разве ты не слышал о молодых людях, пропадающих в лесах?

-Это всего лишь щенки, Сорет. Они не сделали ничего плохого . -Когда один из щенков позади него дернулся вперед, барон подхватил его и прижал к груди, затем опустился на колени, удерживая двух других сзади. -Отпусти их. Мы пойдем.

-Я не позволю им вырасти в злобных зверей, которыми они наверняка станут.

Прежде чем барон смог остановить его, Сорет снова взмахнул мечом и снес голову третьему щенку, который продолжал рычать.

Ярость взорвалась внутри барона, и он потянулся к мечу другого мальчика. Мерцающая молния пробила сталь с того места, где он сжимал деловой конец оружия, и в тот момент, когда она достигла руки Сорета, вцепившейся в рукоять, она отбросила другого мальчика назад на землю.

Зарычав, Сорет вскочил на ноги, а барон крутанул меч в руке и направил лезвие на него.

-Если ты приблизишься к ним, клянусь богами, следующей будет твоя голова на земле.

Губы старшего мальчика задрожали от явного гнева. Как будто у него было какое-то право злиться.

-Оставь их себе, если ты так склонен. Но знай, что они отвернутся от тебя. Зло не имеет никакого отношения к верности. Вот почему я не понимаю, почему Соломон тратит на тебя свое время.

С этими словами он повернулся и зашагал ко входу в пещеру.

Вздохнув, барон опустился на колени, наблюдая, как трое оставшихся щенков осторожно обнюхивают своих упавших братьев и сестер. Они заскулили и легли рядом с ними, вид которых заставил барона нахмуриться вслед Сорету.

-Не все должно следовать неизведанным путям судьбы, - пробормотал он и потянулся, чтобы погладить одного из щенков, который издал горлом болезненный звук, прежде чем откинуть голову назад и завыть.

Двое других присоединились к песне, звук был таким жалким, что у него защемило в груди, когда он это услышал.

Еще через несколько минут их вой затих, и он взял одного из щенков на руки.

-Я буду называть тебя Цербер. Альфа и лидер. А ты Фенрир, - сказал он тому, кто укусил его первым. Последний подбежал к нему сам по себе, и он неловко наклонился, чтобы поднять его, сваливая его вместе со своими братьями и сестрами. -Ты будешь Нероном, раз уж ты так охотно бросаешься к мечу. И хотя вы все трое можете быть жестокими, вы будете верны мне. Но только мне. И, в свою очередь, я буду защищать вас.

Цербер лизнул его в лицо, когда барон выносил их из пещеры.