Бессмертные боги греческой мифологии отнюдь не всегда являли собой образец для подражания, но все же выступали хранителями порядка, не допуская того, что считалось величайшим грехом: неумеренности, или гибриса (hybris). Гибрис – это нарушение космического равновесия, гармоничного миропорядка. Его источником могут быть необузданные страсти, гордыня – все, что противоречит необходимой умеренности и соблюдению своих границ. Гибрис неизменно ведет к преступлениям, злодеяниям или иным нарушениям. Он толкает человека к выходу за пределы дозволенного в жажде обрести слишком большую власть, что боги воспринимают как попытку уравнять себя с ними. А это жестко пресекается и подлежит суровому наказанию. В некотором смысле гибрис можно понимать как высвобождение темной стороны нашей натуры. Вместо того чтобы обуздать своих внутренних демонов – например, сильный гнев, как это в конце концов удается Ахиллу, – человек позволяет им вырваться во внешний мир. Таким образом, гибрис – это противоположность всякому внутреннему поиску, направленному на победу над своими чудовищами.

Принять собственные границы

Миф об Уране и его сыне Кроносе повествует об искушении всемогуществом и злоупотреблении властью, которых не следует допускать. Стремление к всемогуществу – это детская, незрелая позиция, которую необходимо перерасти. С принятия собственных границ, конечности, неспособности все регулировать и контролировать начинается путь к мудрости. И здесь, как и в других случаях, может быть полезно обратиться к философам-стоикам:

«Не требуй, чтобы события свершались так, как тебе хочется, но принимай происходящее таким, каково оно есть, и будешь счастлив»[42].

КРОНОС

Кронос, младший сын Урана и Геи, принадлежал к роду титанов – божественного поколения, предшествовавшего Зевсу и олимпийцам. Он оказался единственным из братьев, кто помог матери отомстить отцу: взяв врученный Геей серп, он оскопил родителя. Причиной тому было жестокосердие бога неба: Уран ненавидел своих детей-титанов, которые были ужасны видом и обладали великой силой. Боясь погибнуть от рук своих отпрысков, Уран возвращал их снова и снова в недра Земли. После свержения отца Кронос занял его место на небе и поспешил вновь низвергнуть в Тартар своих братьев – сторуких великанов-гекатонхейров и циклопов, которых прежде там держал в заточении Уран и которых сам Кронос только что освободил по просьбе их общей матери Геи.

Став властителем мира, Кронос взял в жены свою сестру Рею. Но Уран и Гея, хранители древней мудрости и знания грядущего, предрекли, что он падет от руки одного из своих детей. И тогда Кронос стал пожирать своих детей, едва те появлялись на свет. Так поглотил он одного за другим Гестию, Деметру, Геру, Плутона и Посейдона. Когда же Рея носила под сердцем Зевса, она, не в силах более терпеть жестокость мужа, бежала на Крит и там тайно разрешилась от бремени. Завернув в пеленки камень, она дала его Кроносу, и тот проглотил его, не заметив подмены.

Возмужав, Зевс с помощью Метиды, дочери Океана и Тефиды (или, по мнению некоторых источников, с помощью самой Геи), дал Кроносу волшебное зелье, и тот изрыгнул всех проглоченных детей. Под предводительством своего младшего брата Зевса они восстали против отца. Эта война длилась десять лет, и Гера предрекла Зевсу победу, если он возьмет в союзники тех, кого некогда низверг в Тартар Кронос. Зевс так и сделал. Циклопы, искусные кузнецы, выковали богам грозное оружие: Зевсу – молнии, Посейдону – трезубец, а Аиду – шлем-невидимку. Зевс одержал победу, Кронос и первородные титаны были закованы в цепи там, где прежде томились гекатонхейры, ставшие отныне их стражами.

После этого боги поделили мир между собой. Зевсу достались небо и верховная власть над всем сущим, Аид стал править подземным царством и миром мертвых, а Посейдон получил в свое владение моря и воды. Зевс и его приближенные поселились на Олимпе – высочайшей из всех гор, известных в те времена. После окончания великой битвы с титанами, Титаномахии, пришел черед расплаты: Кронос и его братья (кроме Океана, который встал на сторону Зевса, и, по некоторым данным, Гипериона) были низвергнуты в Тартар, а Атланту, сыну титана Иапета, брата Крона, отныне предстояло держать на своих плечах небесный свод.

Признание конечности нашего существования – это прежде всего философское memento mori, как у Горация:

Далее нам следует принять, что мы не можем все держать под контролем и наши действия ограничены рамками того, что нам подвластно: «…это как нечто такое, что мы делаем, когда дело касается плавания. Что в моей возможности? Выбрать кормчего, моряков, день, час. И вот обрушилась буря. Так какое же еще мне дело? Мое ведь исполнено. Это условие – дело другого, кормчего. Но вот и корабль идет ко дну. Что же я могу сделать? Я делаю только то, что могу: тону без страха, без крика, не виня бога, но зная, что рожденное должно и погибнуть. Я ведь не вечность, а человек, частица всей совокупности, как час – дня. Я должен настать, как час, и пройти, как час. Так какая же мне разница, как я пройду, утонув ли в море или сгорев в лихорадке?»[44]

Принятие конечности жизни, с другой стороны, означает осознание нашей способности к творчеству и нашей силы там, где мы их можем найти: в нас самих. А также работу над их реализацией, независимо от внешних обстоятельств, которые постоянно меняются и носят случайный характер:

Как облегчить свое бремя

Миф об Атланте показывает нам, насколько важно уметь освобождаться от непосильной ноши. Некоторые люди привыкли брать на себя чужую ответственность, взваливать на свои плечи чужие заботы, тревоги и проблемы. Однако в том, чтобы тащить не принадлежащий нам груз, нет никакой пользы. Нужно научиться отделять свой багаж от чужого и постепенно облегчать его, возвращая другим то, что принадлежит им.

АТЛАНТ

После битвы титанов с богами побежденный Атлант был сослан Зевсом на западные окраины мира в представлении древних греков – в страну Гесперид (или, по другим источникам, к гиперборейцам). Он был приговорен к тому, чтобы держать на своих плечах небесный свод, став одной из опор неба у Геркулесовых столпов на границе Средиземного моря и Атлантического океана. Когда Атлант отказал в гостеприимстве Персею, сыну Зевса, тот обратил его в камень, показав отрубленную голову Медузы. Так Атлант превратился в Атласские горы, расположенные на западном краю известного грекам мира – такие высокие, что их вершины касались неба.

Разбираем свой багаж

Предлагаю вам выполнить одно любопытное упражнение: составьте список достоинств и недостатков ваших родителей (не забывая, что это лишь ваша точка зрения и ваши родители могут быть совсем не такими, какими вы их воспринимаете, но для этого упражнения это не имеет значения), бабушек и дедушек. Подумайте, как каждое из этих качеств проявляется в вас самих – в каких неприятных ситуациях, сложных моментах, снова и снова возникающих на вашем пути жизненных тупиках. Такое упражнение поможет вам разобраться со своим багажом, чтобы потом от него освободиться.

Допустим, вы обнаружили десять положительных качеств у своего отца. Выбирайте одно качество каждый день на протяжении десяти дней и уделяйте немного времени, чтобы испытать благодарность и признательность за это качество. Работая с недостатками, старайтесь прийти к пониманию и, если захотите, к прощению. Это не обязательно, но прощение часто помогает освободиться от тягостных ожиданий, которым все равно не суждено сбыться. Чтобы идти дальше, попробуйте все записать. Когда мы доверяем свои воспоминания бумаге, они как будто перестают жить внутри нас – и мы можем наконец освободиться от тяжелой клятвы «никогда не забывать» причиненную нам боль.

Укротить змея внутри себя

Змей олицетворяет нашу рептильную инстинктивную часть, которая ориентирована на выживание и предпочитает эгоцентрично уничтожать других, нежели уступать им место. Мы должны осознать, что все взаимосвязано и то, как мы относимся к другим, отражает наше отношение к самим себе. Вот почему Христос сказал: «Возлюби ближнего своего, как самого себя». Нам необходимо укротить в себе то, что питает ненависть и жажду завоеваний.

ПИФОН

Когда Аполлон решил основать святилище у подножия горы Парнас неподалеку от Дельф, он обнаружил, что у источника живет змей, истребляющий людей и животных. Змея звали Пифон. Аполлон пронзил его своими стрелами. Пифон был тем самым монстром, которому Гера доверила заботу о Тифоне. Как и большинство чудовищ, он считался сыном Геи. И, будучи сыном Земли, Пифон изрекал пророчества. Поэтому, прежде чем основать в Дельфах свое святилище с оракулом, Аполлону нужно было избавиться от соперника.

Легенда гласит, что змей Пифон должен был погибнуть от руки сына Лето́, одной из жен Зевса. Когда Гера узнала, что Лето беременна от Зевса, она объявила, что та не сможет разрешиться от бремени ни в одном месте, освещенном солнечным светом. Пифон же, со своей стороны, попытался убить Лето. Но Посейдон по просьбе Зевса дал убежище Лето на острове Ортигия, в те времена скрытом под сенью волн. Там она и родила, под водяным сводом, через который не проникали солнечные лучи, так что условие Геры оказалось исполнено.

Через три дня после своего рождения Аполлон убил Пифона, заключил его прах в саркофаг и учредил в его честь поминальные игры – Пифийские игры. Считалось, что Пифон похоронен под омфалом (священным камнем, символизирующим центр мира) в Дельфийском храме.

Победа над Пифоном открывает путь свету, ведь Аполлон – это солнечный бог. То же самое происходит и с нами: побеждая свою инстинктивную природу, то есть внутреннего зверя, мы обретаем способность к росту и восхождению, но это требует усилий и самодисциплины. Подлинная духовность невозможна без столкновения с нашей инстинктивной стороной, которая представляет собой нечто большее, чем просто животное начало, – речь идет о самых дальних уголках нашей психики, о побуждениях, которые вызывают таящиеся внутри нас монстры. Из этой внутренней борьбы должен родиться энтузиазм, что буквально означает «присутствие божественного в нас», принятие в себе бесконечного и вечного начала. Вот почему в платоновском «Федре» Сократ предлагает нам искать правду о себе, исследуя свой внутренний мир через призму мифа.

Не тягайся с богами

Для древних греков не было порока хуже, чем гибрис, или хюбрис (ὕβρις – «дерзость»): спесь, чрезмерное самолюбие. Гибрис – поведение, движимое слепыми страстями, в первую очередь гордыней, которая ведет к упоению властью. Гибрис представляет собой полную противоположность добродетели умеренности, или софросюне (σωφροσύνη – «благоразумие, рассудительность, здравый смысл»), которую обязаны взращивать в себе люди. Боги видят в подобном поведении преступное нарушение установленного порядка, едва ли не святотатство. Именно гибрис провоцирует смертных помериться силами с богами. А воздаяние за него всегда сурово – вспомним хотя бы историю Арахны.

Вот что говорит об этом Геродот: «Взгляни на животных необычайной величины: небо поражает их молнией, не давая им упиваться своим превосходством; но малые не вызывают его гнева. Взгляни на самые высокие дома и деревья: в них бьет молния, ибо небо всегда низвергает то, что превосходит меру». Античная мифология изобилует персонажами, которые были наказаны за гибрис, за дерзкий вызов богам. Каков же урок? Во всем нужно знать меру. Или, как гласят две известные древнегреческие пословицы: πᾶν μέτρον άριστον, что буквально переводится как «мера лучше всего», и μηδὲν ἄγαν – «ничего сверх меры».

АРАХНА

Жила в Лидии молодая девушка по имени Арахна, прославившаяся своим искусством ткачества. Слухи об ее мастерстве дошли до самой Афины, и богиня, переодевшись старухой, пришла взглянуть на работу ткачихи. Не узнав богиню, Арахна принялась хвастаться перед ней: я лучшая ткачиха в мире, я искуснее самой Афины! Гостья пришла в ярость: как смеет простая смертная равнять себя с ней, с богиней? Афина явила Арахне свой истинный облик и вызвала ее на состязание.

Афина, взяв золотые и пурпурные нити, выткала на своем полотне сцены из жизни олимпийских богов и изобразила свою победу над Посейдоном, а по углам вышила предостережения смертным против тщеславия. Арахна же дерзнула запечатлеть на своем полотне постыдные поступки богов, включая многочисленные любовные похождения Зевса. Разъяренная Афина, как ни старалась, не смогла найти ни малейшего изъяна в работе соперницы. В гневе она ударила Арахну ткацким челноком и порвала ее творение (похоже, богиня не очень умела проигрывать). Отчаявшаяся Арахна решила покончить с собой. Но богиня сжалилась и даровала ей новую жизнь – в облике паука, вечного пленника собственной паутины. «Раз уж Арахна считает себя такой искусной ткачихой, то пусть и ткет до скончания времен!» – молвила Афина. Нельзя безнаказанно бросать вызов богам. Признай Арахна, что своим даром обязана Афине, не погрязни она в гордыне и неуважении к небожителям – совсем иной была бы ее судьба.

Так что, если вам в жизни сопутствует большой успех, важно не зазнаваться, не задирать нос, а всегда оставаться скромным. Не позволяйте ничему вскружить вам голову – это прямой путь к гибельному гибрису. Прислушайтесь к мудрому совету Горация:

Любопытство до добра не доводит

Многие мифы предостерегают нас от праздного любопытства и напоминают, что иногда лучше оставаться в неведении. Тот, кто пытается узнать и увидеть больше положенного, рискует потерять все. Взять хотя бы сказку о Синей Бороде: жажда запретного знания привела любопытную жену прямиком к гибели.

ПСИХЕЯ

Последним испытанием Психеи было посещение царства Аида с тем, чтобы попросить у Персефоны заветный ларец с бальзамом молодости. Она получила строжайший запрет: «Да не проникнет твой любопытный взор внутрь этого тайного вместилища божественной красоты!» В отчаянии Психея хотела броситься с башни, но тут башня заговорила с ней и научила, как спуститься в Аид, не лишившись при этом жизни. Нужно было отправиться на мыс Тенар в Пелопоннесе и войти в подземное царство через пещеру, прихватив с собой дары: «ячменную лепешку на меду и две мелкие монеты во рту»[47].

Монеты предназначались Харону – перевозчику через мрачные воды Эреба[48]. Психее было строго-настрого запрещено проявлять сострадание к любым встреченным созданиям во время путешествия – иначе оно стало бы для нее роковым. Ни один смертный не мог безнаказанно проникнуть в царство мертвых: на страже стоял грозный Цербер – трехголовый пес, наводящий ужас одним своим видом. Но Психея сумела беспрепятственно миновать врата Аида, умиротворив чудовище лепешкой.

Персефона предложила Психее разделить с ней трапезу, но та вспомнила наказ: есть лишь черствый хлеб, сидя на голой земле. Если бы она соблазнилась лакомыми яствами, это стоило бы ей жизни. На обратном пути из царства мертвых, держа в руках заветный ларец, Психея все же не совладала с любопытством и нарушила запрет: густой дым, вырвавшись наружу, окутал ее лицо и сделал его безобразным.

Катабасис – испытание нисхождением в Аид (см. далее раздел «Основные знания о подземном мире») – стал для Психеи решающим испытанием на пути к освобождению. Чтобы пройти его, она должна была перехитрить саму смерть, погрузив неусыпного стража преисподней в глубокий сон. Но любопытство сыграло с ней злую шутку, и Психея повторила ошибку Орфея. Душа (Ψυχή – «душа», «дыхание») пришла в ужас, увидев насколько она «подурнела», соприкоснувшись с бренной материей и ее бесчисленными воплощениями, и лишилась чувств.

Психея поняла, что божественную красоту можно обрести лишь посредством любви, ее нельзя похитить в приступе тщеславия, пытаясь казаться привлекательнее во плоти. Ведь божественная красота – не внешнее украшение, и постичь ее можно только в единении с божественным началом.

В ларце Психея обнаружила лишь смертоносный сон – отражение ее тщетных устремлений, которые постепенно овладевали ею, пока не оставили лежать бездыханной на обочине. Так происходит с каждым, в ком живет вера, будто божественное совершенство – это нечто внешнее. Но Эрот, воплощение Любви, спас Психею, вернув ей былую красоту, что открыло ей путь в мир квинтэссенции (символом которого служит пентаграмма – пять стихий). В алхимии это соответствует «красной ступени» Великого делания[49].

Теперь давайте обратимся к истории Пандоры.

ПАНДОРА

Пандора – первая женщина, сотворенная Гефестом и Афиной (при участии всех богов) по велению Зевса. Каждый наделил ее особым качеством: красотой, грацией, искусностью в ремеслах, даром убеждения. Но Гермес вложил в ее сердце лживость и коварство. Гефест создал Пандору по образу и подобию бессмертных богинь, а Зевс уготовил ей участь стать наказанием для рода людского, которому Прометей незадолго до этого даровал священный огонь. Такой подарок, согласно Гесиоду («Труды и дни») преподнесли боги людям – им на беду.

Зевс отправил Пандору к Эпиметею. Тот, позабыв о предостережении брата – не принимать даров от Громовержца, – пленился красотой девы и взял ее в жены. Едва ступив на землю, Пандора, терзаемая неуемным любопытством, приоткрыла крышку сосуда, где были заключены все людские несчастья, и те разлетелись по свету. Лишь Надежда, притаившаяся на самом дне, не успела упорхнуть – Пандора захлопнула крышку.