Идея создания универсального кода, где зашифрована информация о товаре, была подслушана в 1948 г. Бернаром Сильвером, аспирантом Технологического института Дрекселя. В буквальном смысле: он услышал, как директор супермаркета спрашивал у его декана, можно ли создать систему, позволяющую мгновенно регистрировать покупку и вести учет товара. Декан от задачи отказался, а Сильвер и его товарищ по аспирантуре Норман Вудленд буквально загорелись идеей: она показалась им вполне решаемой, а ее будущее – великолепным.

Торговле такая система была нужна как воздух: для учета товара приходилось совершать огромное количество действий. Приемка товара, финансовая отчетность, рекламации, пополнение запасов, анализ спроса – все это велось тогда вручную, отсюда и раздутые штаты бухгалтерии и грузчиков, продавцов и кассиров, постоянные сверки и переучеты, то есть дополнительная нагрузка, которой можно было бы избежать.

Идея казалась простой, но ее реализация никак не давалась. Только через пять лет Вудленд вспоминает про азбуку Морзе и находит сложную аналогию – решает передавать код с помощью линий разной толщины. Но кодировку надо как-то считывать, и друзья снова вспоминают о существующей технологии – методе передачи звука в кино, придуманном некогда Ли де Форестом. Там «просвечивался» цвет разной интенсивности, наносимый по краю кинопленки.

Сильвер и Вудленд бросили аспирантуру. Идея привела их в IBM, где они сконструировали «сканер». Это был стеклянный стол с мощными лампами внутри, которые просвечивали код (он тогда еще располагался по кругу), а данные передавались на осциллограф.

Увы, первые испытания закончились пожаром. Правда, код все-таки был считан, но такой успех не удовлетворил ни самих изобретателей, ни торговлю.

Идея опередила свое время: проблема считывания кода казалась неразрешимой. Еще сложнее было придумать, как обрабатывать информацию: ЭВМ делали первые шаги и стоили невероятно дорого. В итоге IBM закрыла проект как нереализуемый.

Друзья продают идею вездесущей компании RCA, получив $15 000, но это явно не те деньги, на которые они рассчитывали. В RCA мощное подразделение по распознаванию информации (система «свой-чужой» была разработана ими), и они мучительно совершенствуют изобретение, например, используя для считывания кода лазер. Есть и первые внедрения: начинается маркировка контейнеров. За этими скромными, но успехами, внимательно следят, и в 1970-х гг. Американский союз супермаркетов объявляет конкурс на лучшее решение для розничной торговли.

К тому времени компьютеры становятся компактнее и доступнее – проблема обработки информации на грани устранения, прогресс становится прогнозируемым. Словом, ясно, что победитель конкурса заработает вот прямо очень много, – и IBM возвращается в игру.

Решение поручено Джорджу Лореру. Кто-то из ветеранов IBM вспоминает о двух талантливых ребятах, когда-то занимавшихся уже этой задачей, – к тому времени Сильвер уже умер, но Вудленд жив и полон амбиций. Лорер блестяще отшлифовал идеи Вудленда: он меняет концентрический код на линейный, что резко повышает качество сканирования, добавляет цифровой код, который можно вводить вручную, и «защитные полоски».

В результате торговля принимает именно решение IBM, как самое простое и дешевое. Днем рождения штрихкода принято считать 3 апреля 1973 г., год спустя была отсканирована первая покупка. Но внедрять новинку никто не спешит – она пока еще дорога, да и слишком непривычна. К 1979 г. только 1% всех покупок штрихкодируется. Но когда IBM выходит с комплексным решением – оборудование для нанесения кода, сканер, касса, компьютер и, конечно, программы для учета, – происходит прорыв. В первой половине 1980-х гг. уже 90% всех товаров – со штрихкодом.

Итоги известны всем: несмотря на наличие часто более дешевых или простых альтернатив, штрихкод и по сей день везде. Он находит себе новые применения, такие как национальная маркировка «Честный знак»: штука удобная, хотя ее необходимость и вызывает вопросы у производителей. Но технология тут не виновата.