Первый кадр: сквозь туман на механических ногах идет то ли монстр, то ли дом. Это жилище в стиле стимпанк, полное необыкновенных деталей и окутанное клубами пара, шествует через пасторальное поле с овечками.

Первая сцена: шумный город, в одном из зданий юная Софи шьет шляпы у окна. Остальные работницы шляпной лавки собираются повеселиться и зовут Софи с собой, та отказывается. Работницы видят за окном ходячий замок и взбудораженно обсуждают, что его владелец, колдун Хаул, крадет сердца девушек. Потом они уходят, Софи остается одна.

Заметим, что в подобной сцене для усиления конфликта велик соблазн усугубить трудности героини, показав жестокость или пренебрежение других персонажей по отношению к ней, но Миядзаки не любит приемы настолько в лоб. Другие героини не угнетают Софи, хотя и заметно, что общих интересов у них нет. Также вспомним о важности первого диалога: главная героиня в нем почти не участвует, и само это говорит о характере Софи, скромной и молчаливой.

Ощущение, что Софи одиноко и у нее нет друзей, подчеркнуто построением кадра. Софи находится в одной комнате, остальные – в другой, они общаются через дверь, к героине никто не приближается. И в прозе мы можем располагать персонажей так, чтобы это передавало их отношения. Близко ли друг к другу они находятся или общаются из разных концов помещения? Смотрят ли друг на друга или говорят, не отрываясь от своих занятий? Подобные штрихи обогащают образы персонажей в любой сцене, но особенно могут пригодиться в первой, где мы как аудитория только знакомимся с героями и правилами игры воображаемого мира.

Еще одна цель, которой достигает первая сцена, – представить замок Хаула как нечто таинственное, притягательное, то, на что людям хочется посмотреть хоть одним глазком. Это подогревает наш зрительский интерес. Так, если в вашем сюжете есть некий желанный для персонажей объект или место (остров сокровищ, таинственный чемоданчик, секретное убежище), вы можете создать интригу сразу в открывающей сцене, намекнув на важность и притягательность этого объекта.

Также «Ходячий замок» служит отличным примером того, как использовать сюжетный и визуальный контраст в начале истории. Устрашающий своими размерами ходячий замок на паровой тяге ощущается в первом кадре чужеродным посреди поля с овцами и пастухом. Софи с ее простым платьем и прической выглядит чужеродно среди вороха ярких, украшенных цветами и фруктами шляп, которые шьет, а также рядом со своими разряженными, ярко накрашенными коллегами. С учетом того, что «Ходячий замок» – история о сближении одиноких и потерянных персонажей, такое построение первой сцены очень уместно.