Каждая составляющая сторителлинга имеет свои проблемные места. Описание эмоциональных травм не исключение. Прорабатывая старую эмоциональную травму персонажа, обращайте внимание на камни преткновения. Наши советы помогут вам не споткнуться.
Избыточность повествования, или «информационная свалка», возникает, если писатель прерывается, чтобы сообщить читателям какую-либо информацию в отдельном фрагменте или в экспозиции. Чаще всего в эту ловушку попадают авторы, считающие необходимым раскрыть предысторию, особенно на первых страницах произведения. Однако длинной экспозиции следует избегать по ряду причин. Избыточность повествования – это способ разъяснения, а не показа. Читателям навязывается пассивная роль. Автор излагает, они слушают, не имея возможности переживать события вместе с протагонистом. Это не только создает дистанцию между читателем и персонажем – и сопереживание приносится в жертву, – но и убивает темп истории.
Так или иначе, с избыточным повествованием столкнется каждый писатель. Можем вас обрадовать, со временем и опытом избежать этой ловушки становится проще. Как только заметите, что устроили «информационную свалку», описывая эмоциональную травму персонажа, перепишите этот фрагмент текста. При этом используйте следующие приемы.
Сокращайте
Вот что важно помнить о травмирующем опыте протагониста (а возможно, и антагониста). Хотя читателям необходимо о нем узнать, это все-таки предыстория. Расписывать событие во всех подробностях рискованно. Ведь вы или используете флешбэк, выдергивая читателей из мира, к которому они уже привыкли, либо замедляете темп длинным диалогом или рефлексией героя.
Чтобы не потерять интерес читателей, внимательно проанализируйте травмирующее событие и подумайте, как его можно ужать до самой сути. Пусть вы сами изучили его досконально, не всеми деталями необходимо делиться. Спросите себя: что непременно должны знать о случившемся читатели? Какие детали оказали самое важное влияние? Выбросьте все необязательные сведения. Вы уменьшите количество слов, эпизод не затянется и не затормозит повествование.
Разнообразьте приемы
Все хорошо в меру! Поэтому следует использовать разнообразные писательские приемы, чтобы сообщить информацию о травмирующем событии. Это помогает сохранить бодрость повествования. Скажем, вы постоянно вводите провоцирующий фактор, под воздействием которого персонажа переполняют эмоции. Это может прервать течение диалога, и он забуксует. Но есть и другой способ обрисовать психологическую проблему, кроме вечных переключений на разговоры или воспоминания, – например, последовательный показ обсессии или основного защитного механизма персонажа.
Давайте посмотрим, как одновременно используются разные приемы в одном фрагменте текста.
Сара высыпала сахар в кофе и размешивала его. Мелодичное звяканье ложечки наложилось на уютный гул голосов за соседними столиками. Залитое солнцем уличное кафе дышало покоем и свежестью бриза – так и будет до того момента, пока не закончатся уроки и его не заполнит толпа шумных старшеклассников.
– Люблю это местечко, – сказала мама, подув на чай. – В такое же я бегала в детстве.
Сара улыбнулась и откинулась на спинку стула. Приятно было почувствовать тепло нагревшегося дерева.
– То самое с эклерами?
– М-м-м… Оно самое.
Мама отхлебнула чай. Вдруг вскинула брови:
– Кстати, твоя подружка заглянула на мессу в воскресенье. Как ее – Аннамария? Мэрибет? – Она покачала головой. – Как-то так, двойное имя.
Сара вздрогнула и облилась горячим кофе. Она поставила чашку, звякнув о блюдце, и пожала плечами.
– Не представляю, кто бы это мог быть.
– Память у меня в последнее время ни к черту! – Мама вздохнула. – Она сказала, вы с ней работали вместе прошлым летом, во время твоей стажировки.
Сара поймала взгляд матери. В нем светилось любопытство – не ужас. А вот если бы она узнала правду…
– Что-то не припомню. – Сара схватила счет. – Я оплачу. Кстати, как там твоя йога?
Здесь задействованы разные методы, чтобы указать (а не рассказать) на событие из прошлого Сары, которое преследует ее до сих пор. Диалог используется для того, чтобы поделиться информацией о таинственной девушке. Ее имя служит триггером, который вызывает у Сары сильные эмоции и провоцирует реакцию бегства – она поспешно завершает посещение кафе. Мы также видим избегание в том, как она замолкает, а затем меняет тему разговора. Наконец, не все раскрывается сразу. Здесь нам показывают лишь крохотный фрагмент. По ходу повествования к нему будут прибавляться другие, пока не сложится полная картина.
Вот пример того, как можно раскрывать детали травмирующего события, заинтересовывая читателей и не терять темпа. Эти советы пригодятся не только в случаях, когда нужно просветить читателей о прошлых событиях, но и в целом для демонстрации (в противоположность рассказыванию), какую бы задачу вы при этом ни решали.
Флешбэк может быть очень эффективным способом раскрытия травмирующей ситуации. Ведь читатели видят, как все происходило, словно событие разворачивается в реальном времени, даже если на самом деле это не так. Но тут все зависит от умения применить этот инструмент в нужный момент. Хотя флешбэк – активная сцена, он все-таки уводит читателей из актуальной временной линии в ту, которая уже завершилась.
Проблемы возникают, если флешбэк происходит слишком рано по ходу повествования. Читатели только начали вовлекаться в нарратив персонажа. Если фокус внимания вдруг перескакивает в прошлое, может возникнуть нежелательный разрыв. Им-то хочется поскорее вернуться к истории, в которую они погружаются.
Когда же должен произойти флешбэк, чтобы читатели приняли его наилучшим образом? В идеале он связан с важнейшей сценой и влияет на эмоциональное состояние персонажа. Если флешбэк имеет отношение к тому, что происходит сейчас, то в меньшей степени воспринимается как прерывание, поскольку между нынешним действием и прошлым событием имеется очевидная связь. Если он еще и влияет на чувства персонажа, то у него больше шансов затронуть эмоции читателей. Это сохранит их вовлеченность.
Герой «Особого мнения» (Minority Report) Джон Андертон – коп, страдающий зависимостью. Его брак только что распался. Из намеков и фрагментов диалога мы знаем, что когда-то у него был сын, но представления не имеем, что с ним случилось. Андертона обвиняют в преступлении, он пускается в бега и идет на рискованную хирургическую операцию, чтобы дольше не быть обнаруженным. За это время ему нужно доказать свою невиновность. Пока он приходит в себя – в одиночестве, с завязанными глазами и под воздействием наркоза, – травмирующий момент наконец раскрывается. Сына похитили в общественном бассейне, когда присматривал за ним отец.
Этот пример показывает, насколько пронзительным может быть откровение, если происходит в грамотно размещенном по ходу действия флешбэке. Правда об эмоциональной травме Андертона раскрывается в момент его наибольшей уязвимости. Мы считаем, что слабее, чем сейчас, он быть уже не может, и именно тогда видим, насколько он в действительности сломлен. Флешбэк связан с текущим нарративом, причем эта связь поддерживает интерес читателей. Ведь погоня близка, но Андертон этого даже не замечает, вновь переживая преследующий его момент из прошлого. Флешбэк размещен очень продуманно, поэтому раскрытие правды не перебивает действия и вызывает у читателей нетерпеливое ожидание – что же будет дальше?
Если травмирующее событие раскрывается во всей полноте, важно еще учитывать его влияние на аудиторию. В случае крайне личных или связанных с насилием травм велика вероятность спровоцировать болезненный отклик у читателей, переживших подобное. Чтобы свести этот риск к минимуму, можно давать подсказки уже с начала повествования. Они послужат намеками на предстоящее, и, когда травмирующее событие раскроется, читатели будут готовы. Если понадобится, они смогут проскочить острый момент или прочитать его по диагонали. Другой вариант – описать событие с позиции ограниченного или отдаленного наблюдателя, без погружения в происходящее, которое сделало бы читателей непосредственными участниками. Они смогут остаться в стороне, наблюдая за ситуацией издали, с безопасного расстояния.
Прологи – «граждане второго сорта» в литературном мире. Главным образом потому, что ими злоупотребляют или не умеют их правильно писать. Чтобы написать идеальный пролог, прислушайтесь к нашим советам.
Убедитесь, что он необходим
Почти всегда цель пролога – сообщить ту или иную информацию. Это может быть история людей или региона, приход к власти человека, который будет влиять на всех остальных, катаклизм, обусловивший обстоятельства, в которых сегодня разворачивается повествование, или – что имеет отношение к нашей с вами теме – событие, травмировавшее персонажа. Если это происходит в самом начале, то может не понравиться читателям, не желающим сразу же усваивать много сведений. Они хотели бы с ходу включиться в события этой истории и познакомиться с персонажами, которым посвятят свое время. Итак, если вы задумали рассказать о эмоциональной травме своего героя в прологе, вот первое, что вы должны сделать. Удостоверьтесь, что это необходимо. Спросите себя, можно ли показать травмирующее событие далее по ходу повествования? Почему читателям нужно получить эту информацию прямо сейчас? Если вы отсрочите освещение этого события, то сможете сразу же начать излагать нынешнюю историю персонажа – именно ту, в которую читатель хочет погрузиться.
Как можно быстрее добейтесь от читателей эмпатии
Как и любое начало истории, пролог должен цеплять. Не обольщайтесь – одного только тяжелого прошлого персонажа недостаточно, чтобы увлечь читателей. Эмпатию вызывает не травмирующее событие как таковое. Она возникает при условии, что читателям не все равно, с кем это событие происходит. Эта привязанность складывается не сразу. Читатель должен всецело поддерживать персонажа, прежде чем случится что-то важное. Если же вы используете пролог, у вас имеется существенно меньше страниц текста, чтобы этого добиться.
Для ускорения процесса можно сосредоточиться на том, что вызывает эмпатию: привлекательных или восхищающих чертах персонажа, его уязвимости и достойных поступках. Если удастся сразу же высветить эти стороны его личности, формирование эмпатической связи ускорится. Значит, несколько страниц спустя, когда с героем случится нечто ужасное, читатели будут сопереживать. Прочная эмоциональная связь, пожалуй, главное, что позволяет благополучно перевести аудиторию от пролога к следующей главе.
Не допускайте неуклюжих временных сдвигов
Читатели не всегда обращают внимание на названия глав. Не факт, что они заметят, что читают пролог. Они могут глубоко увлечься главными действующими лицами и происходящим в этой сцене, как вдруг – неожиданный прыжок в следующую главу. Это сбивает. Как сообщить читателям, что время действия изменилось? Можно начать первую главу с оглашения другой даты или с сообщения о том, сколько прошло времени: Пятнадцать лет спустя. Так вы покажете скачок во времени, но это грубый переход. Он буквально кричит, что дальнейшее будет резко отличаться от только что прочитанного.
Сам по себе внезапный временной переход не убьет пролог, но может испортить впечатление от него. Вы сильно улучшите восприятие, незаметно сгладив скачок. Рута Шепетис прекрасно делает это в конце пролога к Out Of the Easy. Она упоминает внутри повествования, сколько пройдет времени до начала следующей главы. Сообщая о временном разрыве подобным образом, автор получает возможность заинтересовать читателей, чтобы им захотелось открыть следующую страницу.
Вот несколько примеров того, как можно встроить в историю временной переход.
Меня уверяли, что лечение поставит меня на ноги через три месяца. Однако близился конец 2020 года, а я по-прежнему был прикован к инвалидному креслу.
Пройдет пятнадцать лет, прежде чем их пути пересекутся вновь.
Я был уверен, что Джек меня простит, но понадобилось долгих сорок три года, чтобы мне выпал второй шанс.
Сгладить переход от пролога к последующим событиям можно и по-другому – поместив обе сцены в один и тот же сеттинг. Место действия свяжет их и послужит связующим звеном для читателей. В сеттинге обязательно что-то изменится, и упоминание об этих переменах покажет, что мы перепрыгнули в другое время. Однако этот скачок будет менее грубым, если окружающая обстановка останется прежней.
Бывает, даже тщательно прописанная травма не трогает читателей. Они не ведутся на нее или реагируют на нее отрицательно. Чтобы травмирующее событие персонажа было максимально действенным, оно должно соответствовать следующим критериям.
Событие связано с фатальным недостатком персонажа
Когда мы раскрываем читателям травмирующее событие, то хотим, чтобы они мысленно воскликнули: «Ага, так вот в чем дело!» Они должны испытать удовлетворение оттого, что этот фрагмент предыстории идеально согласуется с личностью персонажа, каким они знают его в настоящее время. Помните, что в рамках арки изменения травмирующий инцидент приводит к появлению фатального недостатка, который мешает героине достичь цели. Когда об эмоциональной травме станет известно, читатели поймут, почему ей трудно преодолеть эту свою слабость. Если проблема, которую предстоит решить героине, не является естественным следствием болезненного события в прошлом, которое вы для нее выбрали, – начинайте все сначала. Найдите другую травмирующую ситуацию, которая больше подходит персонажу и лучше встраивается в историю.
Событие мотивирует персонажа
Травмирующее событие должно преследовать персонажа. Если его решения не определяются тем, что с ним тогда произошло, это чаще всего означает, что вы не всесторонне исследовали эмоциональную травму и ее воздействие на эту личность. Не пожалейте времени на то, чтобы в полной мере изучить и саму эмоциональную травму, и ее последствия. Найдите порожденный ею страх, который начнет руководить решениями героини. Поймите, в какую ложь она уверует и как изменится ее поведение в соответствии с возникшим убеждением. Заострите внимание на том, какие недостатки, скорее всего, у нее возникнут и каким образом затормозят ее прогресс. Когда вы разберетесь с этими важными элементами, связанными с травмирующим событием, то будете намного лучше представлять, как героиня действует и реагирует на раздражители – фактически, что ею движет. Это позволит вам так описать персонажа и его старую эмоциональную травму, что читатели в это поверят.
Событие подминает под себя все аспекты жизни и личности персонажа
Травма, по определению, наносит рану. Если персонажу удается воспрянуть, не потеряв ничего существенного в себе, значит, вы в чем-то крупно просчитались. Опять-таки, возможно, вам нужна другая эмоциональная травма, которая нанесет персонажу более серьезный урон. Как вариант, следует сделать выбранное вами событие или тяжелые обстоятельства более личными. В этом вам помогут факторы, влияющие на эмоциональную травму, о которых мы говорили ранее.
Еще одно возможное объяснение: случай, который вы описали, попросту недостаточно катастрофичен. Диктуемые страхом решения и эмоциональный щит персонажа должны носить разрушительный характер. Особенно это касается его недостатков. Они будут подрывать все стороны его жизни – разрушать отношения с партнером, мешать профессиональному развитию, уничтожать самовосприятие и не давать идти вперед. Если эмоциональная травма не является для протагониста деструктивной силой, исследуйте важные стороны его жизни и поймите, как они должны пострадать из-за эмоциональной травмы.
Невозможно в одно мгновение бросить вызов своей эмоциональной травме и справиться с ней. Если речь идет о писательстве, персонажу требуется вся история целиком, чтобы пройти по своей арке и завершить этот процесс. Поэтому, если исцеление происходит внезапно – персонаж быстренько осознает свою эмоциональную травму и залечивает ее, – читатели испытывают разочарование. Когда все улаживается слишком быстро, зачастую это говорит о проблеме со структурой повествования.
Бывает нелегко выстроить историю так, чтобы события происходили в нужный момент, а темп не терялся. Однако овладеть этим умением жизненно необходимо. Информацию требуется равномерно распределять по всему повествованию, создавая интригу и увлекая читателей. Пусть им будет интересно следить за тем, как персонаж проходит свою арку, неуклонно приближаясь к моменту, когда его цель будет достигнута и путешествие завершится.
Если вам нужна помощь в этом отношении, обратитесь к нашему ресурсу One Stop for Writers. Этот универсальный инструмент разработки структуры произведения поможет вам построить план истории и арку персонажа. Другие полезные источники можно найти в разделе «Рекомендованная литература» в конце этой книги.