Как и накануне, я встретила Зевандера и Долиона в тренировочном зале в сопровождении Рикайи, которая не преминула отчитать меня за то, что я открыла дверь в погреб ее брата накануне вечером.

- Дело не в том, что он представляет для тебя опасность, — сказала она, пока я поглощала принесенные ею овсянку с молоком и яблоки. — Просто он… ну, хуже, чем раньше. И иногда он не может контролировать свои эмоции. Однажды я навестила его, не сказав Зевандеру. В результате он чуть не задушил меня. Меня спас аериз.

До тех пор, пока мы не дошли до тренировочной комнаты, я по крайней мере три раза пообещала, что больше не буду спускаться туда одна. Однако, хотя кровать в моей новой комнате была гораздо удобнее, чем в камере, я почти не спала прошлой ночью, мое сознание не только подвергало сомнению видение, которое я увидела об Алейсии, но и то, что я узнала о Бранимире.Стоя в центре тренировочного зала, Зевандер снова был в маске, которую он, казалось, продолжал носить, несмотря на то, что я уже видела, что скрывалось под ней. С маской или без нее он по-прежнему выглядел так же исключительно свирепым и красивым, как и накануне. И, как и тогда, я обнаружила, что меня это раздражает.

Я была далеко не в настроении тренироваться, но мне было любопытно, что принесет сегодняшний урок. Хотя метод был изнурительным, мое неохотное увлечение глифами заставило меня преодолеть боль в глазах.

Рикайя встала рядом со мной.

- Ты останешься на этот урок? — спросила я, радуясь ее присутствию.

- Мне поручили помочь с тренировкой. - Отсутствие энтузиазма в ее голосе ясно давало понять, что эта задача ее мало интересовала. Она даже не надела тренировочную одежду, а вместо этого была в изумрудно-зеленом платье.

- Еще один изнурительный день мести ветра? — спросила я, подходя к Зевандеру.

- Нет. Сегодня я покажу тебе новый глиф с помощью Рикайи. Еще один защитный механизм, который может быть тебе очень полезен и довольно прост в освоении.

- Слава богу.

Когда он открыл ладонь, на его коже засиял глиф. - Пропульшир. Отталкивать.

Я обогнула его, чтобы оказаться рядом, и изучила глиф. Небольшой квадрат, вписанный в более крупный, его вершины касались сторон большей фигуры, а из каждой стороны большого квадрата выходили небольшие линии.

- пропульшир, — прошептала я, запоминая форму насколько это было возможно. - Этот кажется немного сложным. - Другие глифы, которые я изучила, имели простые формы, которые мне было легче запомнить.

- Более мощные глифы — самые сложные. Некоторые маги никогда не изучают их тонкости. - Если я не переусердствовала с анализом, то его голос сегодня казался более спокойным, менее раздраженным.

Запомнив глиф, я вернулась на свое прежнее место напротив него, и именно оттуда я случайно взглянула вниз и заметила огромную выпуклость в его кожаной одежде.

Боже мой.

За всю свою жизнь я видела только один, принадлежавший сыну шахтера, который показал мне, как прикоснуться к нему там, и он был далеко не таким большим.

- Не нажимай на этот глиф, — продолжал болтать Зевандер, совершенно не замечая, что мое внимание привлекло это навязчивое зрелище.

- Ты сжимаешь. - Он поднял руку, сжав ее в кулак. Вид его мускулистой руки заставил меня сдержать дрожь, когда я представила, как его рука обхватывает его огромный член. - Это полезно против тех, кто хочет прочитать твои мысли или исследовать твою силу. Мы проверим это на Рикайе.

Ужас пробежал по моей спине. Я сглотнула и повернулась к Рикайе. - Ты можешь читать мысли?

- К сожалению, да, — ответил за нее Зевандер. - В ее случае она должна физически прикасаться к тебе.

Я изо всех сил пыталась вытеснить из головы все мысли о нем и его выпуклости, уставившись в мраморный пол, отчаянно ища что-нибудь еще, на чем можно было бы сосредоточиться.

Не думай о нем.

- Подумай о слове, — сказал он, и его глубокий голос снова вызвал в моей голове тот образ. - О любом слове. И Рикайя произнесет его вслух.

Слово. Слово. Какое слово? Моя голова лихорадочно искала слово, а она взяла меня за руку.

В тот момент, когда ее губы изогнулись в улыбке, я поняла, что она знает.

- Ой-ой, МАЭВИТ. Ты непослушная девочка, — сказала она с ноткой веселья.

Жар охватил мои щеки, в голове закружился головокружительный лабиринт унижения, и я лихорадочно пыталась думать о чем-то другом. Я не осмелилась взглянуть на Зевандера.

- Скажи слово, - приказал Зевандер, и губы Рикайи изогнулись еще выше.

Умоляющим взглядом я молча просила ее не произносить это слово вслух. Пожалуйста.

- Апельсины, - сказала она, облизывая губы.

Вздохнув с облегчением, я кивнула. - Апельсины.

- Хорошо. Теперь закрой глаза и представь себе глиф в своем воображении. Посмотри на него внимательно. Каждую деталь. - Когда я кивнула, он продолжил: - Подумай о другом слове. Не забудь сжать кулак. - Он снова поднял руку, сжав ее в кулак, и снова моя голова подвела меня.

Грызя внутреннюю сторону щеки, я изо всех сил пыталась придумать другое слово. Как только я почувствовала вкус меди на языке, она схватила меня за руку.

- Кровь, — сказала она.

- Кровь, — согласилась я.

- Попробуй еще раз.

Она снова отпустила меня.

Сосредоточься, Маэвит.

Я закрыла глаза и сжала кулак так сильно, что ногти оставили следы на ладони. Моя голова, по-видимому, решила, что нет другой мысли, более важной, и мои мышцы напряглись от нарастающего разочарования.

Сосредоточься. Сосредоточься!

Покажи мне что-нибудь еще! — кричала моя голова. Свет, проникавший сквозь мои закрытые веки, стал черным как смоль.

Все стихло.

- Привет, МАЭВИТ, — сказал женский голос, и я обернулась, чтобы увидеть стройную фигуру, неспешно идущую ко мне, ее силуэт освещал какой-то неясный источник света позади нее.

Когда она приблизилась, ее черты стали более четкими — длинные волосы цвета воронова крыла и серебристые глаза.

Вдали я услышала, как Рыкайя зовет меня, и женщина обернулась, словно тоже услышала ее.

Она улыбнулась мне в ответ. - Не волнуйся, она нас здесь не слышит.

- Кто ты?

- А кто, по-твоему?

Все ее черты соответствовали чертам богини смерти, о которой я недавно узнала. - Морсана. Я умерла?

- Нет, милая девочка. Тебе еще многое предстоит сделать, прежде чем ты умрешь. Но если тебе когда-нибудь понадоблюсь, я здесь. Ты найдешь меня в этом темном месте.

- МАЭВИТ! - Громовой голос Зевандера раздался вокруг нас, и она оглянулась, снова улыбаясь.

- Он неотразимо провокационен, не так ли? - Ее глаза заблестели, как будто возбужденные его интенсивностью. - Есть кое-что, что ты должна знать о нем, МАЭВИТ.

- Что?

- МАЭВИТ! - Сильное встряхивание вывело меня из видения, и я открыла глаза, увидев Зевандера, Долиона и Рикаю, стоящих надо мной. Быстрый взгляд по сторонам показал, что я лежу на полу.

- Опять? - В затылке, где я, по-видимому, снова ударилась, вспыхнула боль, и во рту появился горький привкус, как будто на языке образовался слой мела.

- Похоже, у тебя есть неприятная привычка. - Долион отступил назад, а Зевандер протянул руку и поднял меня на ноги. - Пришлось использовать заклинание пробуждения. Приношу извинения за неприятный привкус.

- Я… погрузилась в темноту. Как во сне.

Зевандер и Долион обменялись взглядами, и Долион опустился на колени передо мной, протянув мне стакан воды, который я жадно выпила.

- Ты провалилась в калигорью. В темное пространство. Интересно. Некоторые никогда не достигают такого состояния ума.

- Там ты узнаешь глифы, которые являются уникальными для твоей родовой линии, — добавил Зевандер. - Там я обнаружил свои. Но я предлагаю тебе постепенно продвигаться к этому. Калигорья опасна.

- Почему?

- В этом пространстве обитает твоя темная сторона, — ответил Долион. - Существо, которое питается гневом, местью, апатией. Каждое живое существо обладает этой тьмой, признает оно это или нет, но с раннего возраста нас учат подавлять ее. Попадая туда, ты открываешь своего рода дверь, и, если не будешь осторожен, ее может быть довольно сложно закрыть.

Темная сторона меня самого? Существо? «Я видела там богиню смерти.

- Морсану? — спросил Долион, сдвинув брови.

- Да.

Он пожал плечами и покачал головой. - Возможно, это свойственно только корвикаи. В конце концов, они связаны с ней. Тем более нужно быть осторожным. Она — могущественная богиня и склоняется к темной стороне морального компаса.

Он почесал бороду, как обычно погрузившись в раздумья. - Пока что будем использовать более простые глифы. Постарайся не переусердствовать. Пропульшир должен быть легким и естественным.

- Легким и естественным. Понятно. - Я встала и еще раз потеребила затылок.

Рыкайя стояла напротив меня и прошептала: - Ты в порядке?.

Я кивнула и прочистила горло. - Итак. Новое слово. - Закрыв глаза, я представила себе новое слово. То, которое Морсана сказала о Зевандере.

Провокационный.

Это слово было поглощено образом символа, который я видела на руке Зевандера. Оно было так ясно в моей голове, что я почти не заметила, как Рикайя схватила меня за запястье, пока не почувствовала, как она сжимает его сильнее.

Сильнее.

Она отпустила меня со стоном. - Ничего.

Улыбаясь, я открыла глаза и посмотрела на ожог на ладони, где мягкое свечение нового глифа навсегда запечатлелось на моей коже.

- Еще раз, — сказал Зевандер безразличным тоном.

- Он когда-нибудь празднует победу? — пробурчала я, опустив руку и нахмурившись, глядя ему вслед, когда он пошел за одним из оружий, висевших на стене.

Рикайя фыркнула. - Только когда он убивает что-то.

Зевандер стоял в стороне от нас, держа в руках длинную палку с двумя заостренными концами. Он крутил ее широкими кругами, как колесо, у себя под боком.

Затем, как хлестким ударом кнута, он перекинул ее вокруг тела, над головой, за спиной и по бокам. Палка двигалась так быстро, что образовала идеальный круг.

С широко открытым ртом я с восхищением наблюдала, как он с легкостью манипулирует палкой, останавливаясь, чтобы подбросить ее в воздух, а затем поймать в идеальном ритме.

- Продолжай тренироваться, — сказал он, не нарушая ритма.

- Как я могу сосредоточиться, когда это происходит?

- Я думаю, в этом и есть смысл, — ответила Рикайя, ковыряя свою ладонь. - Не всегда можно создать идеальные, тихие условия, чтобы отразить кого-то. Это должно быть что-то, что можно делать одновременно с другими вещами, происходящими вокруг тебя. В этом и заключается красота.

Никто не знает, что ты отбиваешься.

Кивнув, я уставилась на Зевандера, наблюдая, как он машет посохом, как напрягаются мышцы его рук и как пот капает с его кожи. Как изящно и безжалостно он, наверное, выглядел против соперника. Я сомкнула пальцы на ладони, на мгновение задумавшись о глифе, начертанном на ней.

На этот раз мои мысли унеслись в другое место. Я представила себе картину двух ночей назад, когда он стоял передо мной в своей свободной тунике и кожаных штанах, с глубокими бороздками мышц на груди. Я представила, как он притягивает меня к себе для поцелуя, его грубые губы на моих, его сильные руки на моей спине.

- Тебе нравится мой брат, да?

Я испуганно выдохнула. Я с трудом сглотнула и отступила назад, освобождая ее руку от своего плеча.

- Не волнуйся, я ничего не видела. - Рикайя усмехнулась и посмотрела на своего брата, а затем обратно на меня. - Это написано у тебя на лице.

- Я просто... искала отвлечение, вот и все.

- Похоже, ты его нашла. - Она подмигнула и улыбнулась, а затем перевела внимание на Зевандера. - Брат, я устала. Она фактически не дала мне прочитать ее мысли. Можем мы продолжить?

На этом Зевандер наконец опустил посох. - Иди. Отдохни, — сказал он Рикайе, а затем прислонился к посоху, выглядя до боли раздражающе восхитительным. - Хочешь снова попрактиковаться в аеризе? Или перейдем к новому глифу?

- Что это за глиф? — спросила я, и Рикайя похлопала меня по плечу, направляясь к Долиону, который сидел со своей обычной кучей книг и свитков.

- Эригориш. Поднимание предметов силой мысли. Но для этого нужна сильная концентрация.

Сама мысль о том, чтобы делать что-то еще с помощью мысли, была совершенно непривлекательной, хотя я не чувствовала себя такой измученной, как Рикайя.

— А как насчет того, чтобы научить меня переворачивать посох так, как ты делал это раньше?

Он приподнял бровь. — Ты хочешь научиться боевым техникам?

— Это тот момент, когда ты скажешь мне, что девушки не должны обладать такими навыками?

Опираясь на шест, он пожал плечами. - Вовсе нет. Я просто удивлен, что тебе это интересно.

- Если я планирую вернуться за сестрой, а я планирую, мне понадобятся навыки, чтобы защитить себя, — сказала я, подняв подбородок, вызывая его на спор.

- Скоро у тебя будет очень мощная магия, к которой ты сможешь прибегнуть.

- Костяной кнут?

- Да. С точки зрения врага, это звучит довольно непривлекательно.

- Ты мой враг?

С напряжением, запечатленным на его лбу, он опустил взгляд. - Я враг всех. В магии, которой я владею, нет ничего добродетельного.

- А если моя магия связана со смертью, то, возможно, я тоже враг всех.

Те изменчивые глаза снова нашли меня, полные мрачного веселья. - Мы с тобой похожи... - Он кивнул головой. - Иди, Лунамишка.

- Я начинаю сомневаться в твоем толковании этого слова. Кажется, луна должна иметь какое-то отношение к ней.

- Кажется, ты права, — сказал он, не оборачиваясь, и снова повел меня в центр комнаты.

- Так что же я имею общего с луной?

Он указал на уголок своего глаза, и я поняла.

- Серебряный знак в моем глазу. А мишка?

- Ведьма.

- Ты называешь меня лунной ведьмой. Полагаю, это подходит, теперь, когда я научилась магии. Что, кстати, было бы поводом для сожжения на костре там, откуда я родом.

- Смертные боятся того, чего не понимают. - Он щелкнул запястьем, призывая меня встать перед ним.

Я нервно встала там, где он мне указал, и оказалась спиной к его широкой груди. В отличие от той ночи на лошади, когда меня сковывали слои одежды и холод, тонкий слой мягкой кожи позволял мне чувствовать его, словно мы были кожа к коже. - Ты думаешь, Рикаия устала от тренировок? — спросила я, отчаянно пытаясь отвлечься.

- Нет. Она быстро устает. Ее сила требует довольно много вивикантема. - Он обнял меня своими мускулистыми руками, на которых были набиты татуировки в виде пламени и скорпионов, контрастирующие с моими худыми руками, обтянутыми кожей, которые он вытянул перед собой.

Боже, его запах — это восхитительная смесь кожи и гвоздики, но было еще что-то, что я не могла определить. Сладкий янтарный мускус, от которого у меня потекли слюнки.

- Что такое вивикантем? — спросила я бездумно, стараясь не потерять себя в этом исключительно отвлекающем запахе.

- Это элемент. - Словно не замечая моих усилий, он поместил посох в мою открытую ладонь. - Подобно тому, как людям нужны определенные питательные вещества для их тел — железо, кальций, калий — нам нужен вивикантем для нашей магии крови.

- Но ты не выглядишь уставшим.

- Мне нужно меньше.

- Мне тоже понадобится?

- Похоже, что нет, если ты готова попробовать физические тренировки после изучения глифов. - Он положил свою покрытую шрамами и мозолями руку на мою. - «Схвати палку здесь, — сказал он, сдвинув мою руку к середине палки. - Начнем с разминки.

Он повернул палку одной рукой, а другой взял мою руку и расположил ее так, чтобы она описала полный круг. - Затем снова пролезь под ней, схвати и перекинь. - Его руки обхватили меня, когда он направлял мои руки над посохом.

Как только я, казалось, уловила ритм, он отпустил меня и обошел вокруг, наблюдая.

- Сколько времени у тебя ушло на то, чтобы научиться сражаться? — спросила я, неуклюже вращая палку.

- Большую часть моей жизни. Я все еще учусь.

- Значит, пройдет некоторое время, прежде чем я смогу вращать это над головой? - Я сосредоточилась на положении рук, решив удержать палку в движении.

- Увеличь скорость, — приказал он, игнорируя мой вопрос.

Я сделала, как он просил, и, поскользнувшись, палка выпала из моих рук на пол. Мы оба наклонились, чтобы поднять ее, наши щеки почти соприкасались.

Он отступил назад и позволил мне поднять ее. Как только палка оказалась снова в моей руке, я возобновила вращение, все быстрее и быстрее.

Его ладонь ударила по палке, резко остановив ее. - Теперь в обратную сторону.

Раздраженная тем, что он прервал мои идеальные вращения, я нахмурилась и закрутила палку в другую сторону.

- Двигай плавно.

В размытом движении я впала в транс.

- Быстрее.

Я ускорила темп.

- Двигай плавно. Быстрее.

Я обнаружила, что сосредоточилась на нем, а не на палке, наблюдая, как он следит за положением моих рук. Сквозь крутящуюся палку его глаза нашли меня. И мы стояли, лицом к лицу, разделенные быстро крутящейся палкой между нами.

- Быстрее.

Я сделала, как он велел, вращая посох быстрее, так быстро, что он стал лишь размытым пятном, проносящимся передо мной.

Он кружил вокруг меня, как хищник. Руки крепко обхватили мою талию. Его широкая грудь прижалась к моей спине. - Быстрее, — прошептал он мне на ухо, и я почувствовала, как его пальцы впились в мои бока. Волна жара прогрела мою кровь, и я покраснела от мысли о том, что я хотела, чтобы он сделал этими пальцами.

Я не знала, что произошло в тот момент, но мое сердце билось ровным ритмом, и что-то дергало меня в животе. Желание скрестить ноги заставило мои мышцы напрячься. Каждый вздох был неровным и быстрым.

- Отпусти, Лунамишка.

Отпустить? Посох?

В тот момент, когда я отпустила его, он начал падать, но он быстро прижал ладони к моим рукам, и интенсивная жара пронзила мои запястья. Черный дым поднимался вверх от наших соединенных рук, а посох продолжал вращаться в воздухе сам по себе.

Я невольно рассмеялась, когда он завис передо мной, вращаясь все быстрее и быстрее.

- Это я делаю это, или ты?

- Я поставляю энергию, но это ты ей управляешь.

Я управляю его силой.

Я закрыла глаза, сосредоточившись на жаре в ладони, едва заметив, как он скользнул рукой к моему бедру, пока его пальцы не обхватили мои мышцы. Извивающиеся, жгучие щупальца черного пламени пронизывали меня, растягиваясь и обвиваясь вокруг моих мышц. Жар усилился, пронизывая мою руку, пульсируя между бедрами, и в этот момент я почувствовала сильное, раздражающее желание залезть в свои кожаные брюки.

В темноте моего разума я видела черные вихри, танцующие вокруг меня, струящиеся по моим венам, как горячие ленты, пульсирующие в моих мышцах.

- Что ты делаешь? — прошептал он дрожащим голосом.

Этот вопрос прервал мои мысли. Палка вылетела из моих рук, закружилась в воздухе слева от меня и с грохотом упала на пол.

Зевандер отпустил меня в тот же момент, когда Долион поднял голову от книги.

Тяжело дыша, я стояла, пытаясь понять, что я чувствую в этот момент.

- На сегодня хватит. - Он прошел мимо меня, не удосужившись сказать ничего Долиону, и вышел из тренировочной комнаты.

Собравшись с духом, я пересекла комнату, чтобы взять посох и повесить его на стену. Когда я подошла, Долион протянул мне стакан воды, с недоуменным выражением лица.

- Что случилось?

Я уставилась на воду, заметив, что ее поверхность взбудоражена, словно она кипит над горячим пламенем. - В одну минуту я невинно направляла его силу, а в следующую почувствовала, что как-то перекачиваю ее в себя. - Жжение в ладони привлекло мое внимание к светящемуся символу, выгравированному на моей коже, из крошечных порезов текла кровь.

Я протянула ему руку. - Что это?

Поднимая очки к глазам, он взял мою руку и наклонил ее в своей ладони. - Я совершенно не знаком с этим глифом.

Он поспешно достал бумагу и чернильницу и быстро набросал эскизы глифа, его руки дрожали от того, что, как я предполагала, было гораздо большим волнением, чем я могла вызвать. - Это действительно невероятно! Скажи мне, что ты делала только что?

- Вращала посох в воздухе. Зевандер сказал мне отпустить его, и он направил свою силу через меня.

Пока я говорила, Долион спешно делал заметки, окуная перо в чернила. - И ты что-то почувствовала?

Я не собиралась рассказывать ему о том, что почувствовала в тот момент. - Ну, да. Я почувствовала, что... что я все контролирую.

Он прервал свои записи и поднял на меня взгляд. - Ты почувствовала, что его сила стала твоей?

- Да. Но это довольно сложно описать. Я почувствовала, как будто...

- Да?

Мои щеки запылали, но его обеспокоенное выражение лица заставило меня почувствовать, что я должна что-то сказать. - Я почувствовала, как будто это соблазняло меня. Само пламя тянуло меня к чему-то.

Долион расширил глаза и погладил бороду. - Боюсь, я не совсем понимаю, о чем ты. Возможно, в следующий раз я понаблюдаю за этим повнимательнее.

- Из любопытства, что бы значило, если бы я контролировала его силу?

- Это сделало бы твой новый глиф довольно опасным. И если маги узнают об этом, они наверняка захотят уничтожить тебя за это.

Сжав губы, я кивнул. - Прекрасно.