Стол ломится от угощений. Нам подают наваристый суп. На второе идет шашлык из баранины, который поливают специальным рассолом с добавлением красного молотого перца и измельченного чеснока. Свежие овощи, пирожки халюжи и несколько видов сыра манят их попробовать.

Дарья и ее помощник периодически о чем-то переговариваются, а вот мы с отцом стараемся не смотреть друг на друга.

Ваня тоже молчит.

В конце трапезы нам приносят крепкий чай и десерт. Чай заварен по особому рецепту и невероятно бодрит.

Пока мы пьем чай, помощник Дарьи выходит в холл, что-то обсудить по телефону.

— Кажется, нам удалось договориться о встрече с организаторами того тура. Мы отъедем в турагентство, а вы пока ожидайте нас здесь, — предлагает Терехина.

Я решительно отодвигаю от себя чашку с чаем.

— Я еду с вами, — произношу уверенно.

— Я с тобой, пап! — нервничает Ваня.

— Нет. Ты останешься с дедушкой. Так будет лучше, — я пронизываю отца выразительным взглядом. — Дедушка найдет, чем тебя занять.

Мой отец недовольно поджимает губы. Видимо, мое предложение ему не по нраву, но он берет себя в руки.

— Что ж, раз Олег Григорьевич справится сам, мы поднимемся в номер, — произносит спокойно. — А если нам станет скучно, то мы отправимся в городской парк. Уверен, там тоже есть, на что посмотреть.

— Ладно, — Ваня не совсем согласен, но принимает приглашение деда.

— Тогда не будем терять время. Едем в турагентство, — Дарья поднимается из-за стола.

Я поднимаюсь за ней следом и подмигиваю сыну.

— Не скучай, Вань. И пожалуйста, будь на связи. Договорились?

— Договорились.

Я перевожу взгляд на отца.

— Папа, я на тебя рассчитываю.

— Поезжай, умник, — отмахивается тот.

Почему-то я чувствую себя виноватым в том, что его обидел. Дурацкое чувство, я даже не могу нащупать, откуда оно взялось.

Отогнав непривычные мысли, я сажусь в машину к следователю и его помощнику.

Дарья за рулем. Навигатор выстраивает маршрут, и машина трогается с места. Я с интересом осматриваюсь по сторонам.

Майкоп — небольшой город, окруженный живописным скалистым ландшафтом. Здесь чистые улицы и много зеленых насаждений.

Я не очень люблю горы. Я был в горах всего раз. Примерно лет десять назад у меня выпал отпуск на конец января, и коллеги позвали в Домбай. Это был самый ужасный отпуск в моей жизни.

Что-то больно сводит в груди.

…Я вдруг вспоминаю! Та девушка с короткой стрижкой ярко-рыжих волос и большими серыми глазами, как у Вани приехала в Домбай с группой начинающих альпинистов. Они задержались на нашей базе всего на сутки, потом их ждало восхождение.

Мы с ней познакомились в баре. Оказалось, что мы из одного города. Мне было дико скучно, а ей со мной весело. Она была просто одержима «кладбищем альпинистов» в ущелье Алибек! Болтала без умолку. Все выспрашивала меня про мою профессию. Сказала, что у нее было много мужчин, но хирургов никогда.

Я вздрагиваю. Ну, конечно! Та интрижка на одну ночь! Все закончилось на утро. Когда я проснулся, ее уже и след простыл.

Просто приятное времяпровождение. Ни к чему не обязывающая ночь на перекрестке двух миров. Ветренная альпинистка и скучающий хирург.

Навигатор мягким женским голосом подсказывает дорогу до турагентства, а я дрожащими руками нащупываю телефон.

Открываю галерею и нахожу фото, на котором Татьяна с Ваней стоят у школы.

Да, это та ветренная альпинистка. Просто тогда она была намного стройнее и с короткой стрижкой. А цвет волос у нее был рыжий. Вот я ее и не узнал.

Машина сворачивает на парковку у одного из невысоких зданий. Здесь снимает помещение нужное нам турагентство.

— Идем, — увлекает нас за собой Дарья.

Нас встречает директор турагентства. Довольно милая женщина в длинном платье из шерсти представляется Натальей.

Она приглашает нас присесть на диванчик в кабинете для посетителей и уточняет цель нашего визита.

— Да, странная ситуация с Татьяной Зайцевой, — Наталья вздыхает. — Мы были уверены, что брат отвез ее в больницу.

— Брат?

Мы с Терехиной изумленно переглядываемся.

— Да, брат. Они приехали вдвоем. Он же и забрал ее после падения.

Он еще упомянул, что у нее кроме него нет родственников, и что он о ней позаботится. Довезет до ближайшей больницы, чтобы ей оказали первую помощь.

Дарья настороженно приподнимает бровь.

— Судя по тому, что ни на один наш запрос в близлежащие больницы не было положительного ответа, он ее… не довез?

— Или увез куда-то в другое место? — предполагает ее помощник.

Я обреченно смотрю на Дарью.

— Вы его отпустили после допроса?

Она кивает.

— Нам было нечего ему предъявить.

Я запускаю пальцы в волосы.

— Твою дивизию, — срывается с губ. — Он же может сбежать из города, пока мы прохлаждаемся за несколько сотен километров от него!

Терехина бледнеет.

— Я звоню в наш отдел. Надо дождаться распоряжений начальства.

А я внезапно понимаю, что надо звонить папе. Потому что только его служба безопасности сможет сделать то, что недоступно нам. Задержать лысого мужика в лыжном костюме, что ловко успел избавиться от вещей и подготовить комнату в общежитии к сдаче квартирантам, и выбить из него всю правду про судьбу Тани.

Я выхожу в холл. Достаю мобильник.

— Алло, пап? Кажется, мне нужна твоя помощь.

— Да неужели? — громыхает изумленное на другом конце.