Всех предупредив, и взяв запас еды на двоих, мы пешком отправились из города. За городскими воротами кот попросил у леса проложить тропинку до вулкана.

— Да ты с ума сошел?

— Надо заканчивать с этим безобразием.

— Подожди… — В голове шевельнулось подозрение. Наследники говорили, что рыжий вредный кот служил у каждого из них. Но коты столько не живут. — Ты кто?!

— Сообразила?

— Не совсем, но начала подозревать, что ты не простой кот.

Он остановился, повернулся ко мне и, усмехнувшись, сказал:

— Я тот, кто создал этот мир. Создатель, бог, магия. Заселил его людьми и животными. Высадил лес. Я люблю его и забочусь. Но случилось так, что люди стали считать себя вправе чинить зло. Тогда я позвал первого наследника и внушил ему, чтобы он защищал лес. Научил лес сопротивляться. За первым наследником был второй, потом еще и еще. Вскоре равновесие было утеряно — и лес стал притеснять людей. Тогда появилась ты.

Я замерла, не в силах поверить в услышанное. Ладно, с волшебным лесом я вроде как смирилась. Но увидеть бога и тем более разговаривать с ним? Это за гранью.

— Но почему сейчас? Почему раньше не вмешался?

— Ты подружила людей и мир. Для этого я тебя и забрал из твоего мира.

— И ты можешь остановить вулканы?

— Одним словом.

— Так почему же… — начала было я, но кот прервал.

— Сама виновата. Надо было раньше мирить лес и людей, — рыжий засранец фыркнул и двинулся дальше.

А мне потребовалось время, чтобы уложить все в голове. Кот, надо же! Кстати, кто он в настоящем обличии?

— Дух. Даже тени не отбрасываю.

— А почему выбрал образ кота?

— Захотел.

— А ты любую форму можешь принять?

И в следующее мгновенье кот рассыпался, как комок пыли от хлопка, а на его месте стояла… я.

— Сомневаешься? — усмехнулась я. Вернее, та, что стояла напротив.

Новый удар по моей психике. Та, напротив, стояла и ухмылялась, точь-в-точь как кот. Красивая. Белокурые волосы, светлые глаза, овальное лицо с чуть заостренным подбородком, розовые пухлые губы и дерзкий взгляд.

Затем снова хлопок — и вот уже передо мной кот.

— А почему ты сам-то все не исправил? Зачем тебе наследники?

— Скучно. Это как в игрушки играть. Другое дело, когда игрушки начинают проявлять себя. Объединяться в группы и творить. Понимаешь?

— Ну-у… А ты откуда взялся?

— Я был всегда и буду всегда.

— Не понимаю.

— Еще бы. Я знаю все про этот мир и про множество других. Ты просто не можешь этого вместить. Ты… в общем, не приспособлена для этого.

Разве может создатель так насмехаться над людьми? Как будто по щекам отхлестал. И я на какое-то время перестала с ним разговаривать.

Сделали привал. Поели, отдохнули, полежали.

— Может, волков позовем? Далеко нам еще?

— Далеко. Я позвал уже. Они рядом бродят.

Дальше опять бешеный бег, кот зажат в одной руке, а другой я намертво вцепилась в шкуру. С чего все началось, тем и заканчивается. Стоп! Как заканчивается? А я? Что будет со мной? Если я, со слов кота — так проще воспринимать создателя, — так вот если я справилась с заданием, что будет со мной?

— А чего ты сама хочешь? Вернуться — пожалуйста. Остаться здесь и жить — живи.

— Здесь. Я хочу остаться, — даже мгновения не раздумывала.

— Так тому и быть.

Когда впереди замаячил просвет между деревьями, а в нос ударил запах гари, волки остановились.

— Недолго осталось, — утешил кот.

Мы вышли из леса, а там… полоса воды шириной метров десять. И почти кипит. С другой стороны подступает лава. Накатывает волнами, стремится прорваться вперед. И везде, сколько хватает взгляда, — огненное море. А жара как в печке.

— Спи, — совершенно буднично и спокойно произнес кот.

— Вода, — снова он.

И в ту же минуту на огонь обрушилась стена дождя. Вначале совершенно черного, но постепенно потоки светлели. Первые капли, не достигая земли, превращались в пар, но спустя время лава начала чернеть. Да и небо становилось прозрачнее. Причем на нашу сторону дождь не лил, а только на ту, огненную.

— Надо ждать.

— А чего?

— Вулканы уснули. Но разве ты не хочешь поквитаться с теми, кто все это устроил?

Опять новости. Как такое возможно? Даже если лава остынет, где искать подлецов?

— Я скажу, и они сами придут.

— Ты меня прости, но можно я тебя ударю?

— Давай.

Хлопок — и на месте кота огромный булыжник. Вдвоем не обхватить.

— Ладно, давай поедим да будем ждать.

Мы поели, полежали, искупались в прекрасной горячей воде. Снова поели. А потом наступил вечер, и кот сказал, что надо ждать до завтра.

Вернулись в лес, выбрали дерево с раскидистыми ветками и легли под звуки ливня. Хорошо и спокойно. Но уже непривычно спать под открытым небом.

— Иди обниму, рыжее чудовище.

Так в обнимку и уснули.

Утром на той стороне по-прежнему лило как из ведра.

— Нас не смоет? — я забеспокоилась, вспоминая ветхозаветный потоп.

— Не, вода в землю возвращается. Лес много ее позвал.

Позавтракали, а остатки еды скормили волкам. Те всю ночь провели рядом с нами. Как собаки, только вонючие.

— Пора, — отряхнулся кот.

Затем встал и приказал ливню прекратиться. Тут же упали последние капли, все стихло. Следом налетел ветер и разогнал тучи. Солнце! Как, оказывается, я по нему соскучилась!

— Идите ко мне, — вслух сказал кот.

— Думаешь, они тебя услышат?

— Все еще сомневаешься в моей силе?

— Нет, понять не могу.

— Да не старайся ты, — хмыкнул кот в ответ.

И опять потянулись часы ожидания, а когда я уже не знала, что и думать, вдалеке показались семь точек.

— Кот, а если они нападут на нас? — я только сейчас спохватилась, вспоминая свое похищение.

— Человеки… — обреченно выдохнул кот. — Ну да ладно, придется с тобой, как с ребенком, нянчиться. Они полностью в моей власти. Прикажу — и петь будут или бегать вокруг меня. Воли я их лишил. Да и голоса, до времени. Так что не расспрашивай их. Не смогут ответить.

Точки приближались, и спустя время я различила и толстого и старика, главного злодея, и Амадео. Все шли с округлившимися глазами, никто не переговаривался. Подойдя к реке, что разделяла нас, они, не задумываясь, кинулись в воду. Один начал тут же захлебываться, но кот приказал и другие подхватили его и вытащили на наш берег.

— А дальше-то как?

— Мы на волке, а эти сами придут. Может, ночью, может, завтра. Волки их проводят. А в замке мы их встретим.

— А зачем они нам в замке?

— Тьфу ты! Зло должно быть прилюдно наказано. Ты не подходишь для этого, а вот мой друг, тот молодец. Он и свершит суд.

— Идите в замок. Волки проводят, — кот выдал приказ, после чего мы сели на одного из наших помощников и помчались домой.

Звучит-то как! Дом! Я уже успела по всем соскучиться. Герцог, Флавио и донна Виттория, чем они заняты? Волнуются за нас, наверное? Какие новые лавки в городе открылись? И если все закончилось, может, мы по суше будем дорогу пробивать?

На привале возле ручья остановились, чтобы отдохнуть, и меня осенило:

— А как мы людям объясним произошедшее? Они ведь будут вопросы задавать.

— Придумай что-нибудь сама. Сможешь? Только не ссылайся на меня.

Задача не из легких. За то, что не остановили вулканы ранее, и побить могут. Люди же все потеряли.

— Я скажу что мы втроем: лес, ты и я — долго копили силы. Ждали подходящего момента, а потом ударили… не знаю чем, пусть будет общим желанием и волей. И все враз прекратилось.

— Если это все, на что хватает твоей фантазии, пусть так остается.

— Слушай, а вот ответь мне, ты меня выбрал. Я выполнила свое предназначение, а почему отношение тебя ко мне не изменилось? Ни похвалы, ни благодарности. Ты даже ерничать не прекратил.

— Я такой был всегда и таким останусь. А ты много хочешь, человечишко.

— Но герцог! Ты же с ним себя так не ведешь? — не отступала я.

— Он достойный.

— А я?

— Извиняться не буду. Понимай как хочешь, — кот отвернулся.

Видимо, на этом разговор был закончен, и мы продолжили путь.

А дальше наше триумфальное возвращение. Прилюдный суд над мерзавцами и их повешение на городской стене.

Жизнь продолжалась…