Я постоянно публикую в своих социальных сетях цитаты о том, как не попасть в ловушку сравнений, но вся моя жизнь — и карьера — построены на том, чтобы выглядеть лучше других. Будь собой. Не сравнивай свою борьбу с чьими-то яркими моментами. Никто другой не может быть такой, как ты. Когда живёшь перед камерой, а миллионы упиваются каждым твоим движением, нельзя позволять себе роскошь на всё забивать.

Хотя сегодня день поездки, я готова к съёмке в облегающей юбке и глубоком топе. Нэш уже наложил мне макияж, хотя в свете вращающихся синих и фиолетовых ламп, вмонтированных в потолок автобуса, всё предстаёт в кричащих оттенках. Пока мы ждём, когда Сидни спустится с Люси — боже, чего они так долго? — я решаю засветить свой наряд и наш патибас. Напишу хороший отзыв компании, занимающейся одеждой, и автобусной компании, чтобы им было лучше. Нэшу тоже.

Дзынь-дзынь, дзынь-дзынь, дзынь-дзынь.

— Брент?

Я бросаю взгляд в сторону менеджера, который обслуживает меня с Сидни и её парня Джеффа. Как только Брент узнал, что Сид подписалась под этот проект, он обронил вопиющее количество намёков о том, какая это будет прекрасная возможность для него встретиться со своими звёздными инфлюэнсерами и лично обсудить стратегию по нам троим, тем более что мы сотрудничаем почти исключительно по телефону. Он всё заливал, что хочет расширить партнёрские отношения с гостиничными брендами, и этот ретрит — ступенька к более крупным и качественным клиентам для всех нас. Якобы он здесь по работе, но я подозреваю, что мотивирующим фактором была возможность устроить себе мини-отпуск.

— Можешь заснять, как мы чокамеся бокалами?

Брент поднимает взгляд от своего телефона. Когда-нибудь из-за его ужасной осанки у него будет дофига проблем с шеей, но тем, кто живёт в стеклянных домах, выбирать на приходится и всё такое, поэтому я держу свои мысли при себе.

— Прямо сейчас?

Я пытаюсь подавить нетерпение:

— Сейчас столь же подходящее время, как и любое другое.

Он пожимает плечами, и я шагаю через автобус к бару, открываю ящик со льдом и достаю бутылку шампанского.

— Нэш? — спрашиваю я, высоко подняв бутылку. — Джефф?

— Да, блин! — говорит Джефф, убирая свои светло-золотисто-каштановые волосы с лица.

Хотя его фирменный стиль — ходить полуголым, общепринятые приличия и стандарты общественной гигиены побудили его, знаете ли, носить одежду. Сегодня он надел футболку от своей компании "High Standards", которая форсит принты марихуаны. Он проводит рукой по груди, сминая логотип, и поднимается на ноги:

— Говорю "поехали" и запиваю водой.

Джефф, по сути, великовозрастный студент, который получает пугающе большую зарплату, а подписчиков в социальных сетях у него больше, чем население нескольких небольших стран.

Нэш берёт бокал для шампанского из запасов стеклянной посуды рядом с баром.

— Девочка, открой бутылку, — мурлычет он.

Он элегантно поднимает свой пустой бокал, выставив мизинец, хотя в одном видео говорилось, что так делают только мажоры. Нэш, в отличие от Джеффа, вероятно, не собирается рисковать.

Я бросаю взгляд через плечо на Брента:

— Как мы смотримся?

Он смотрит на свой мобильный телефон и жестом приглашает нас сдвинуться внутрь:

— Встаньте немного ближе друг к другу.

Джефф и Нэш теснее прижимаются ко мне, Джефф — подросток в теле высокого греческого бога, с одной стороны, Нэш — великолепный законодатель вкусов, с другой. Было бы лучше, если бы здесь фотографировала Люси, а не Брент, но если выдаётся свободное время, почему бы им не воспользоваться.

Я слегка встряхиваю шампанское, чтобы оно дало обильную пену, когда будем его открывать. Чем больше, тем эффектнее получатся кадры.

— На счёт "три", — говорит Брент.

Я наклоняю подбородок, чтобы свет падал мне прямо на лицо, затем киваю в знак согласия. Но прежде чем Брент успевает начать обратный отсчёт, как двери автобуса распахиваются, впуская холодный мартовский воздух и какофонию городских звуков и запахов, а также Сидни и Люси.

Сидни, конечно же, пускает в ход свою харизму и взбегает по ступенькам так, словно эта бесплатная поездка в Катскильские горы — лучшее, что она могла себе представить. Лично я предпочла бы прямо сейчас быть на пляже, но этот ретрит — случай особый. Мы первые остановимся в нём и зададим тон всему, что должно произойти. Уже неплохо.

Позади Сидни Люси, моргая, смотрит на остальных. Со своей копной коротких рыжих волос, гладкой кремовой кожей и большими голубыми глазами она могла бы выглядеть сногсшибательно. Однако Люси выглядит немного вычурно и винтажно, хотя иногда я подозреваю, что это скорее в комиссионном магазине не нашлось ничего дешевле, чем преднамеренный выбор стиля. Как бы то ни было, когда она появляется в Интернете, все обычно спрашивают о её одежде. Жаль, что она всегда замыкается в себе. Никакой грёбаной уверенности.

Сегодня Люси выглядит так, будто только что плакала или вот-вот расплачется, даже слегка шмыгает носом, когда садится в автобус. Честно говоря, этим она только портит всем настроение. Я сейчас сижу в патибасе не для того, чтобы смотреть, как ей фигово.

— Как раз вовремя, — спокойно отвечаю я и протягиваю Сид бокал.

Она принимает его с широкой улыбкой, откидывая за плечи свои длинные тёмные волосы, чтобы они не попадали в шампанское.

Я протягиваю ещё один бокал Люси, но та мотает головой. Она держит сумку с фотоаппаратом перед собой, образуя барьер между нами:

— Нет, спасибо, я не буду.

Она точно чем-то подавлена.

Плечи напрягаются, и я чувствую, как между бровями образуется морщинка. Придётся заняться этим, когда вернусь. Немного ботокса даст хороший результат в будущем.

— Бери, — говорю я, размахивая бокалом в воздухе, — отвлекись хоть немного.

Люси замирает, будто я только что обвинила её в том, что она задавила щенка или что-то в этом роде. Для кого-то, кто переболел раком, можно хоть немного радоваться жизни.

— Лю-си, Лю-си… — повторяет Джефф.

Я знаю, что Сид держит его при себе не просто так, но иногда я его просто не вывожу.

— Всё в порядке, — говорит Брент. — Если не хочет, то я выпью за неё. А Люси пусть нас пофоткает.

Люси перестаёт учащённо дышать и меняется местами с Брентом.

— На какую камеру? Будем делать короткую сторис или просто снимки?

— Давайте начнём с чего-нибудь простого, — предлагаю я.

Она кивает и достаёт из сумки зеркалку. Пока Люси снимает крышку с объектива и настраивает камеру, Сидни протискивается рядом со мной, выталкивая меня из центра.

Неплохо, Сид.

Поскольку я стою с чёртовым шампанским, то делаю шаг вперёд, чтобы вернуться в центр кадра.

Люси наблюдает за всем этим, нахмурившись, и я уверена, что ей мои действия кажутся эгоистичными. Хотя может показаться, будто я тут исключительно торгую своим фейсом, во многом я взялась за эту работу ради помощи другим. От этого ответственность за выполнение каждой задачи значительно повышается.

— Дай знать, когда будешь готова, — говорю я Люси, и она подносит камеру к глазу.

Мне не следовало расстраиваться из-за неё раньше времени — сейчас мы сидим в кадре намного лучше: Сидни рядом со мной, мужчины по бокам от нас, бутылка шампанского холодит мне руки — и камера срабатывает со вспышкой.

В любом случае это естественный порядок вещей.