Любовь

На стук в дверь Морозов моментально материализуется на пороге в обличье соблазнителя: пытливый и лукавый одновременно карий взгляд, ухмылочка на губах, голый рельефный торс, чашка ароматного кофе в руке, низко сидящие спортивные штаны с внушительным бугром, который приветственно шевельнулся в мою сторону…

Будто только и ждал моего визита.

И я без раздумий тяну руку… и забираю кофе. Делаю большой глоток, едва не застонав от удовольствия.

— Ммм, божественно! — мурлычу я, наслаждаясь каждым глотком.

Демьян смотрит на меня с усмешкой:

— Надеюсь, это ты о нашем вчерашнем… ммм… досуге?

— Надейся, — томно пожимаю плечами и делаю еще глоток.

— Жестокая! Поматросила и бросила, а, Люба? А же моя тонкая душевная организация? Я ведь так и немощным импотентом стать могу, — его голос становится ниже.

— В каком месте у тебя тонко, Морозов? — загораюсь, чувствуя, как его взгляд скользит по моей фигуре.

— Иди сюда, и узнаешь, — забрав у меня чашку, Демьян тянет за собой в коридор и захлопывает дверь.

— Ах! — не сдерживаюсь, когда он резко притягивает мои бедра к своим.

Так, что я чувствую, насколько «тонка и немощна» его потенция.

Его руки уверенно распахивают мою шубку, тянут свитер вверх, и я покорно позволяю избавить себя от одежды.

При виде моей леопардовой раскраски, Демьян хмыкает, а потом набрасывается на мои губы.

Это грубо, дико, возбуждающе!

Отвечаю с жаром, стискивая ладони на мощных плечах.

Ерошу волосы на затылке и задерживаю вдох, когда Демьян касается моей груди.

Не заморачиваясь с застежкой, просто сдвигает кружевные чашечки вниз, выставляя полушария напоказ.

Ведет пальцами по нежной плоти. Сжимает, крутит.

Соски остро реагируют на прикосновения — нетерпеливые и высекающие из меня искры, — и я не сдерживаю громкий стон.

Боже, я же сейчас растекусь лужицей.

Хнычу в рот Демьяну, умоляя…

О чем? О чем я должна умолять?

Поцелуй становится глубже, рука Морозова уверенно расправляется с молнией на моих джинсах. Тянусь и помогаю спустить штаны Демьяна еще ниже.

Горячий член в моей ладони дергается, и я вожу по нему пальцами вверх вниз. Пока робко и неспешно.

Но Морозов тут же обхватывает поверх моих пальцев своей рукой и показывает, как ему нравится.

Послушно повторяю урок, задевая чувствительную головку. Демьян подает бедра вперед, громко дышит мне в рот, а я упиваюсь своей маленькой властью над таким большим и сексуальным мужчиной.

Увлекшись, не протестую, когда Демьян одним движением стаскивает по ногам мои джинсы вместе с бесстыже мокрыми трусиками.

Его пальцы проникают в меня. Ритмично и умело надавливая под нужным углом ту самую точку джи.

— Дём… ах… да!

Ноги мои дрожат, и вся я дрожу, как камертон, пока Морозов и его волшебные пальцы трахают меня прямо у входной двери.

В момент, когда Демьян вытаскивает пальцы из меня и разворачивает лицом к стене, я готова убить его!

Мой оргазм был так близко!

Но не успеваю я высказать свои претензии по этому поводу, как меня прогибают сильнее в пояснице… а потом член Морозова таранит меня на полной скорости, и я через секунду взрываюсь с криками и стонами.

Меня штормит и качает на волнах острого удовольствия, когда Демьян, совершив серию мощных толчков, с тихим стоном кончает мне на спину.

От ощущения горячих капель содрогаюсь всем телом.

Боже, это… это было так…

— Охуенно, — шепчет мне в затылок Демьян.

Его член касается моей ягодицы, и это так возбуждающе, что я, кажется, готова к еще одному раунду.

Я стала мартовской кошкой, у которой течка! И всему виной Морозов!

Разворачиваюсь, наблюдая, как Демьян с голой задницей скрывается за одной из дверей и возвращается с пачкой влажных салфеток.

Привожу себя в порядок, размышляя заразно ли бесстыдство.

Потому что раньше я бы точно сгорела от стыда — перепих средь бела дня, у стеночки, как с какой-то шлюшкой.

Это же, как сказала бы моя училка по французскому, mauvais ton!

И что самое страшное — мне это дико понравилось!

— Спасибо за кофе, — лепечу невпопад, опьяненная новыми ощущениями.

— Да уж. — Демьян откровенно смеется. — Если бы я знал, что тебе нужен просто американо!..

— А может, и не только он…

— Ну это «не только» мы уже исправили, — обжигает меня темным голодным взглядом. — Хотя я не против повторить через минут десять…

Я стреляю глазами на его пах.

Да ладно!

Мое сердце учащенно стучит, в мозгу кисель, а между ног пожарище.

И я, кажется, тоже готова повторить.

— Может… — Поправив лифчик, добавляю в голос томных ноток. — Может, мне были нужны твои руки…

Морозов удовлетворенно хмыкает:

— Пара пальцев только что была в тебе...

Вспыхиваю ярче северного сияния, но не ведусь на провокацию:

— Не в этом смысле, — делаю паузу, занявшись своим свитером. — Хотя… и этот… мне очень… гхм… очень понравился.

Капец! И это говорит автор порнушки! Двух слов не могу связать!

Мне уже кажется дурацкой эта идея с инкубатором. Проще было Лёню попросить купить и его тоже.

Да и вряд ли Демьян будет в восторге от перспективы искать пернатую беглянку.

Пока эти мысли проносятся у меня в голове, внутри крепнет желание уйти. Потому что привычка — никого не напрягать и делать все самой — давно стала второй натурой.

— Короче, я… — мнусь, — эм… мне… мне пора. Увидимся позже…

— Стопэ, Тишина. Я вот тут не понял, — Демьян притягивает меня к себе. — Тебе понравилось, прям даже очень. И при этом ты выглядишь так, будто прямо сейчас меня продинамишь. Я ничего не перепутал?

Молча поднимаю на него виноватый взгляд.

В общем-то, он прав.

Какое у нас с ним будущее?

Трахаться до конца его отпуска? А что потом? Пожелаем друг другу удачи и разбежимся?

Вчера этот формат не пугал меня так, как сегодня, при свете дня.

Все мои страхи выползли из темноты и набросились с удвоенной силой.

Я, наверное, слабачка, раз так легко поддаюсь обаянию Морозова.

Но сейчас мне страшно… страшно, что для него это просто веселый деревенский перепих, а для меня… для меня слишком поздно!

— Ну пиздец! — выдыхает, закатывая глаза. — Что ж так сложно-то все?

— Ничего сложного, Морозов! — тут же ощетиниваюсь, отталкивая его от себя. — Не дави на меня своим тестостероном!

Я и так уже раздавлена.

Своими глупыми чувствами к одному похотливому чурбану!

— Тебе вот пять минут назад очень даже зашло, как я на тебя им давил! — Нахально улыбается, а в глазах какой-то холодок. — Ах, Дема! Да, Дема!

Пародирует меня, и мне хочется его стукнуть.

— Ты… Ты просто кобель, Морозов! И трахаешь всё, что движется. А недвижимое сначала проверяешь на пульс и только потом затрахиваешь до смерти!

Меня несет. Раздрай раскачивает мое шаткое эмоциональное состояние до критической отметки.

— Прибежала ко мне ты сама, ноги тоже раздвинула без подсказок. А кобель здесь только я?

От его тона меня пробирает холодок. Ежусь, мечтая вернуться на десять минут назад, где всё было просто и понятно.

— Это у тебя бабы меняются со скоростью света. Вчера Ульяна, сегодня я, завтра какая-нибудь Маша или Глаша, — выплевываю зло. — График, что ли, составь, а то вдруг накладка случится!

— Ты, Люб, либо крестик сними, либо трусы надень, — цедит, сведя брови к переносице. — И в следующий раз пиши, когда киску почесать захочется. Внесу тебя в график.

От злости и обиды дрожит подбородок и глазам подбирается предательская влага.

— Хорошо, что телефон сломан! Но ты меня заранее запиши, на тридцать второе января или на тридцатое февраля… я еще не определилась с датой! И шубу свою забери!..

Распахиваю дверь и вылетаю на крыльцо, по щекам градом текут слезы.

— Дура, куда ты раздетая! — летит в спину.

Но я бегу, не оборачиваясь.

Да, я дура.

Дура, которая влюбилась в Морозова снова!