Выключив воду, я выхожу из душа и вытираюсь, после чего надеваю фиолетовое вечернее платье и привожу себя в порядок.

– Ты пялишься, – хихикаю я, глядя на Амона в кошачьем обличье, примостившегося на туалетном столике.

Ничего не могу с собой поделать, девочка. Ты выглядишь потрясающе, – мысленно произносит он.

– О, спасибо. – Я хлопаю ресницами и целую белое пятнышко у него на голове.

Села-а-а!

– Прошу, только не говори, что ревнуешь меня к коту, Амон, – мягко упрекаю его.

Мне нравятся ощущать твои губы только на мне, – ворчит он, явно раздраженный.

Я с улыбкой качаю головой. Конечно, он недоволен, поскольку теоретически это не его тело – он просто его позаимствовал. И если с ревностью к Калебу он как-то справился, потому что сам был рядом и прикасался ко мне, то сейчас все иначе. Он просто перенес свое сознание в тело Мистера Мяу.

– Веди себя хорошо. На ужине будут присутствовать все.

Весь ковен вот-вот соберется в поместье Хейлов, чтобы обсудить детали ритуала, который состоится уже через пару дней. И пока они здесь, мне, вероятно, придется тщательнее взвешивать все свои действия и слова, чтобы нас не разоблачили, – особенно теперь, когда я не только Дарси.

Поскольку благодаря Лидии Амон знал о ковене гораздо больше, я попросила его временно стать Мистером Мяу. Так мы сможем действовать сообща за пределами его тюрьмы, не опасаясь, что он пострадает из-за того, что покинул ее.

Пока что эта лазейка неплохо нас выручала. Но на собрании будут и другие члены ковена, чьи способности нам пока неизвестны. Поэтому мы должны действовать очень осторожно.

Я наношу легкий макияж и парфюм и выхожу из комнаты. Мистер Мяу следует за мной, держась на приличном расстоянии.

– Дарси! А вот и ты! – восклицает Рианнон, глядя, как я спускаюсь по лестнице. – Столовую как раз подготовили. Подойди посмотри.

Я одариваю ее лучезарной улыбкой.

– Конечно. Знаю, вы очень усердно трудились, чтобы оказать всем наилучший прием.

– Да брось, – отмахивается она. – Мы наняли фирму из Ипсуича, чтобы они все организовали. В моем-то возрасте я могу только наблюдать. Я уже не такая шустрая, как раньше.

– Да, но именно вы все продумали. Уверена, гости оценят это по достоинству. Кто-нибудь бывал здесь раньше?

Рианнон качает головой.

– Я была знакома с некоторыми представителями шестерки. Но нынешнее поколение куда моложе и современнее. Сомневаюсь, что дом придется им по вкусу.

– Глупости! Любой оценит этот архитектурный шедевр. Это же поместье Хейлов! Одна только галерея с бесценными произведениями искусства чего стоит. Даже молодежь будет впечатлена такой коллекцией.

– И правда, – задумчиво кивает она. – Но, боюсь, у нас не найдется времени на экскурсию по дому или другие развлечения, моя дорогая. Сначала мы поужинаем, а потом соберемся вместе и обсудим дальнейшие действия. Ситуация стала критической, – добавляет Рианнон суровым тоном.

– Что вы имеете в виду? – Я хмурюсь.

– Знаю, здесь ты была совершенно отрезана от внешнего мира, и это даже к лучшему. Однако в городе произошли… некоторые события. Кое-что очень ужасное. – Она поджимает губы.

– Я не понимаю.

– Может, ты почувствовала землетрясение пару дней назад? Его эпицентр пришелся как раз на этот регион.

Землетрясение? Я ничего подобного не помню.

Потому что ты вызвала его, любовь моя, – мысленно говорит Амон. – Вероятно, это случилось, когда я тебя трахал.

Мои глаза расширяются от шока, а щеки заливаются румянцем, когда я понимаю, что он прав.

– Ах, вы об этом землетрясении.

– И это еще не самое худшее. Вчера мы ездили в город, и… – Рианнон делает глубокий вдох и замирает как вкопанная. – Больше половины жителей мертвы, Дарси. Обнаружив первые тела, мы посетили все остальные дома, чтобы проверить, все ли в порядке.

– Что? Что случилось? – Я изображаю шок.

– Все как в тысяча восемьсот пятом году. Чума вернулась. Люди просто взорвались, разлетелись на мелкие куски. Это ужасно. Настоящий кошмар!

– Но если все настолько плохо, почему вы сразу мне не сказали?

– Я не хотела тебя пугать. Но скоро все об этом узнают, и лучше тебе услышать это от меня.

– Даже не верится, – выдыхаю я. – Это все он, да? Амон.

Она мрачно кивает.

– Я знала историю прошлого, но никогда не предполагала, что все окажется столь ужасно. – Рианнон делает глубокий вдох. – Тела просто превратились в склизкую жижу. Просто немыслимо. Но это открыло мне глаза на то, насколько выросла сила Амона. Если он способен убить полгорода, находясь в ловушке, не могу даже представить, что он натворит, если вырвется на свободу.

– Кто-нибудь еще знает? Другие жители? Полиция? Что они говорят? – спрашиваю я, понимая, что от Дарси ждут именно таких расспросов. В конце концов, она еще не привыкла к оккультному образу жизни.

Рианнон качает головой.

– Кресс и Финн помогли нам навести порядок. Они оба сильные телепаты и стерли воспоминания других жителей.

– Так просто?

– Это не так просто. Они занимались этим денно и нощно, хотя и не должны были. Точно так же, как эти люди не должны были умереть, – горячо добавляет она.

– Вы правы. Простите, неудачно выразилась. Просто я незнакома с вашими правилами.

– Такова обязанность ковена – скрывать существование магии от остального мира.

– Значит, каждый раз, когда вы сталкиваетесь с… потусторонними силами, вы стираете людям память?

Она согласно хмыкает.

– А что насчет других демонов? Как вы избавлялись от них?

– С помощью простого заклинания, которое, к сожалению, не сработало с Амоном. Кресс и Финн были правы, сказав, что он очень могущественный высший демон, раз способен противостоять силе шести старейшин и выжить при этом.

Ну совсем не удивительно, что их тактика не сработала, ведь Амон вовсе не демон.

– А вы лично встречались с другими демонами?

– Что это за допрос, Дарси? – Рианнон замолкает и поворачивается ко мне лицом.

Я пожимаю плечами.

– Думаю, это все нервы, – признаюсь я, поджимая губы. – День ритуала стремительно приближается, и, честно говоря, я немного боюсь. У меня есть привычка собирать как можно больше информации, прежде чем браться за дело.

Она тихо прищелкивает языком.

– Возьми себя в руки, Дарси. Мы имеем дело с чудовищем, которое без колебаний убьет тысячи людей просто ради того, чтобы заявить о себе.

– Понимаю, – киваю я.

– Разумеется, иногда бывают и положительные моменты. Арчибальд мертв. По крайней мере, мы в это верим. Мы не смогли найти его тело, но все его друзья и родственники мертвы. Воан и Пирсы тоже.

Конечно, Амон не пощадил их, ведь все они были вовлечены в планы Авеля. И все его окружение, вероятно, постигла та же незавидная участь.

– Как вы нашли Арчибальда?

– С помощью магии. – Рианнон закатывает глаза, явно недовольная тем, что я задаю так много вопросов.

Я понимающе киваю.

– Это ведь неплохо, да? Одной опасностью меньше.

– Именно.

Мы направляемся в столовую и, распахнув двери, видим лакеев в парадной одежде, которые доводят до совершенства каждый уголок помещения.

Я словно возвращаюсь в свою жизнь в качестве Элизабет, прямо на один из приемов, которые посещала в Англии во время своего первого сезона.

– Все выглядит чудесно, Рианнон, – хвалю я и замечаю, как у нее на губах появляется улыбка. – Гости непременно будут впечатлены.

– Спасибо. Думаю, столовая еще никогда не выглядела так идеально.

Могу я убить и ее тоже, родная? Она испортила нашу столовую! – жалуется Амон.

Ни в коем случае. Это только вызовет подозрения, к тому же с ней едва ли будет легко справиться, – мысленно отвечаю я.

Ладно. – Он громко вздыхает у меня в голове.

Поэтому веди себя прилично, – игриво предупреждаю его.

Конечно, любовь моя, – немедленно соглашается он.

Бросив взгляд в угол, я замечаю, что Мистер Мяу прячется под столом и осматривает происходящее проницательным взглядом.

– Я бы хотела вас кое о чем попросить, Рианнон. – Я мило улыбаюсь.

Она приподнимает брови, глядя на меня.

– Когда у вас будет время, могу я взглянуть на кодекс? Мне бы хотелось почитать о защитных заклинаниях, просто на всякий случай. Нельзя быть излишне подготовленной, верно?

Рианнон прищуривается.

– Полагаю, ты права, – в конце концов кивает она. – Я не могу допустить, чтобы ты шла навстречу опасности вслепую. Загляни завтра утром в мои комнаты, я позволю тебе посмотреть. Разумеется, кодекс написан на латыни, но я помогу с переводом.

– Это очень великодушно с вашей стороны, спасибо.

Вот только я, как выяснилось, довольно свободно говорю на латыни благодаря вернувшейся памяти – и даже на разных ее диалектах. Вероятно, я переведу этот кодекс гораздо точнее. Но, конечно, умалчиваю об этом. Сейчас мне нужно изображать уязвимую, временами пугливую и растерянную Дарси.

Мы обсуждаем детали ужина, Рианнон рассказывает мне все о меню и комнатах, которые она открыла для наших гостей на втором этаже.

– Естественно, покои Крида закрыты, так что они разместятся в другом крыле.

– Звучит идеально, – бормочу я.

Когда часы бьют час дня, мы с Рианнон проходим в главный холл, чтобы приветствовать прибывающих гостей.

Я ожидала, что Коннор и Томаса Хейл тоже будут присутствовать, но, по словам Рианнон, они официально не состоят в ковене и не обладают никакими способностями.

Насколько понимаю, я довольно редкое исключение из правил благодаря своему прошлому. Обычно нужно пройти посвящение в члены ковена, прежде чем посещать официальные собрания, участвовать в обсуждении секретных тем или получать доступ к кодексам.

Кресс и Финн прибывают первыми. Они оба одеты в смокинги и занимают места по бокам от нас.

– Кресс и Финн отвечают за сохранность кодексов, – объясняет Рианнон. – Каждая семья принесет свою часть и передаст нам на хранение вплоть до начала ритуала, который состоится через два дня.

– Звучит разумно. – Я улыбаюсь.

Уверена, Кресс и Финн воспользуются шансом и поищут другое заклинание, которое смогут использовать против Амона. Когда еще они заполучат все шесть кодексов одновременно?

Даже сейчас я чувствую, как они пытаются проникнуть в мой разум и прочесть мои мысли. И Кресс с особым усердием старается разрушить мои ментальные барьеры.

Но его ждет большой сюрприз. Если я могла блокировать его атаки, даже будучи Дарси, то теперь у него вообще нет никаких шансов.

Якобы нечаянно уронив браслет, я наклоняюсь поднять его и снова чувствую, как он пытается влезть в мой разум. Кажется, что его сущность просачивается в мою – нечто совершенно отвратительное для кого угодно, кроме моей пары.

Нащупав его присутствие у границ моего сознания, я использую совсем немного силы и наношу мощный удар.

– Ох. – Кресс вскрикивает от боли как раз в тот момент, когда я пальцами касаюсь браслета.

Мои губы дрожат от смеха, но я быстро беру себя в руки.

– Все в порядке? – спрашивает Рианнон.

– Да, – хрипит он, потирая виски.

– Хорошо. Первые гости уже здесь.

Мы с Рианнон стоим по одну сторону лестницы, а Кресс и Финн напротив нас.

Лакей открывает парадные двери, приглашая внутрь пожилую японскую пару.

– Хана и Кайто Ито, – провозглашает лакей, когда они подходят к нам.

На Хане длинное, мерцающее серебром платье, а Кайто облачен в черный смокинг.

– Так приятно видеть вас снова, Хана! – восклицает Рианнон, приветствуя женщину и ее мужа. – Позвольте представить вам мою внучку, Дарси.

Я вежливо киваю, выражая свое почтение, и мы обмениваемся парой светских фраз. Кайто вручает Крессу кейс с кодексом, после чего супружескую пару провожают в гостиную на чай, пока не прибудут остальные гости.

Следом приезжает пара из Франции, мистер и миссис Туссен, с которыми Рианнон также уже встречалась. Они первая семья на моей памяти, в которой магия передается по мужской линии.

– Ну разумеется, молодые члены ковена задерживаются, – ворчит Рианнон, пристально наблюдая за стрелками часов.

Она обычно строго придерживается правил, но при этом бывает довольно предвзятой ко всему, чего не знает или не понимает. И тот факт, что она спокойно приняла официальную версию, сам по себе является тревожным звоночком.

– Амади, – объявляет лакей, когда в дверях появляется молодой эфиоп.

Тот передает кейс Крессу и подходит к нам.

– Добрый день, мисс Хейл. – Амади склоняет голову.

– Добро пожаловать, мистер Амади, – приветствует его Рианнон. – Позвольте представить вам мою внучку, Дарси О'Салливан.

– Очень рад встрече, мисс. – Он берет меня за руку, целует костяшки пальцев и слегка подмигивает мне; его глаза сверкают.

Громкое мяуканье эхом разносится по холлу, и я изо всех сил стараюсь не вздрогнуть, потому что очень хорошо знаю причину этого звука.

– И я рада, мистер Амади.

– Просто Амади, – поправляет он, все еще держа меня за руку.

Он продолжает смотреть на меня, хотя Рианнон уже пару раз демонстративно прочистила горло.

– Вас проводят в гостиную к остальным, – наконец говорит она строгим тоном.

Амади с улыбкой кивает ей и следует за лакеем.

– Ты здесь не для того, чтобы флиртовать с гостями, Дарси, – шепотом отчитывает она меня, и в ее голосе слышится явное возмущение.

– Я не флиртовала, – возражаю я.

– Может, я и стара, дорогая, но не слепа. Мистер Амади строил тебе глазки, – продолжает она. – Веди себя должным образом и не позорь нашу семью. Это понятно?

Понятия не имею, почему она так взъелась, ведь я не сделала ничего плохого, но молча соглашаюсь, чтобы успокоить ее.

Следующей появляется Изабелла Перес, и в своем черном бархатном платье она выглядит просто сногсшибательно.

Насколько я могу судить, мы с ней ровесницы, и у нее такое красивое лицо, что мне трудно отвести взгляд.

Что примечательно, Кресс и Финн столкнулись с той же проблемой, поскольку открыто пялятся на нее. От меня также не ускользает, что Кресс намеренно коснулся ее руки, когда забирал кейс с кодексом.

Интересно. Значит, они не просто безмозглые воины, жаждущие заполучить моего Амона. Они все еще способны на обычные чувства.

Изабелла приветствует Рианнон, а потом внезапно обнимает меня, удивляя своей непосредственностью.

– Я так рада познакомиться с тобой, Дарси. Говорят, мы с тобой ровесницы, так что нам нужно выкроить минутку и поболтать. У меня никогда не было подруг в ковене, – с энтузиазмом щебечет она.

Я тепло улыбаюсь ей, заражаясь ее энергией.

– Конечно. С удовольствием.

Когда Изабеллу провожают в гостиную, Рианнон бросает на меня еще один предостерегающий взгляд.

Я что, по ее мнению, не имею права говорить с этими людьми ни о чем, кроме дел ковена? Какая несусветная чушь!

Мы ждем следующего гостя, но тот уже сильно опаздывает.

– Кто еще остался? – спрашиваю я Рианнон, замечая ее нарастающее раздражение, пока она поглядывает на часы.

– Мистер Александр Черненко. Надеюсь, он не заставит нас долго ждать.

Примерно через десять минут двери открываются в последний раз и в дом заходит Александр Черненко.

Вот только это не Александр Черненко.

Я, прищурившись, смотрю на него. Похоже, все мои планы пойдут прахом, если он будет продолжать в том же духе, не заботясь о собственном благополучии.

Он снова изменил внешность и теперь выглядит точно как Калеб: те же темные волосы и еще более темные глаза. Он одет в смокинг, подходящий случаю, но тот слегка маловат, поскольку ему не принадлежит.

Он подходит к Крессу с непринужденной улыбкой и вручает кейс с кодексом, прежде чем направиться к нам.

Я пристально наблюдаю за реакцией Кресса и Финна, но не замечаю ничего необычного. Кажется, они просто радуются тому, что заполучили все кодексы.

– Мы уберем кодексы под защиту, а потом присоединимся к вам за ужином, мисс Хейл, – обращается Кресс к Рианнон, после чего они с Финном поднимаются по лестнице.

Предполагаю, для этого они выберут личные покои Рианнон.

Но не успеваю я обдумать это, как Амон останавливается перед нами.

– Мисс Хейл. Вы так же прекрасны, как о вас и говорили, – протягивает он соблазнительным тоном, а акцент делает его похожим на законченного плута.

Мои глаза расширяются, когда я замечаю, что Рианнон не упрекает его. Она… краснеет?

Боги, никогда бы не подумала, что увижу такое.

Но опять же, этот же мужчина умудрился очаровать Фиону, которая ненавидела его так же сильно, как Рианнон в настоящее время ненавидит Амона.

– И мисс Дарси, – хрипло бормочет он и целует костяшки моих пальцев, задерживаясь губами на мгновение дольше, чем следовало бы.

Что ты здесь делаешь? – спрашиваю я, глядя ему в глаза.

Оберегаю твою добродетель, – спокойно отвечает он.

Уверяю тебя, моя добродетель давно утрачена, и только ты в этом виноват, – сухо говорю я. – Ты ставишь под угрозу весь план.

Я буду вести себя прилично. До тех пор, пока все те чертовы мужчины держат свои руки при себе. Не думай, что я не видел, как тот мерзавец целовал тебя, – ворчит он.

Амон, Амон, ну что мне с тобой делать?

Позволить мне убить его? – с надеждой спрашивает он.

Следи за манерами! И никого не убивай, пока я не доберусь до кодексов.

Ладно, ладно. Но по крайней мере теперь я здесь, с тобой, – с любовью бормочет Амон, глядя на меня, и его взгляд смягчается. – Я скучал по тебе.

Одного этого достаточно, чтобы растопить мое сердце.

Трех слов и его влюбленных глаз.

Я тоже скучала по тебе, – тихо говорю я. – Встретимся в ванной после чаепития, чтобы ты выпил крови.

Родная, ты знаешь путь к сердцу мужчины, – стонет он почти вслух.

Рианнон наблюдает за нами как ястреб, поэтому мне приходится отдернуть руку и напустить на себя безмятежный вид, пока Амон продолжает улыбаться нам.

– Что ж, давайте пройдем в гостиную и выпьем чаю, – наконец говорит Рианнон.

Мы с Амоном держимся на расстоянии друг от друга, но одно его присутствие будоражит мои чувства.

Коварный мужчина. Неужели он не мог посидеть сложа руки и позволить мне самой во всем разобраться?

Когда мы проходим в гостиную, подают чай и все начинают знакомиться друг с другом. Хотя многие видятся вживую впервые, они так или иначе общались друг с другом – или, по крайней мере, их родители.

Но едва разговор переходит с пустой болтовни на насущную тему, Изабелла первой берет слово:

– Все ведь понимают, что это может привести к нашей смерти? В последний раз, когда ковен пытался сотворить нечто подобное, заклинание убило всех старейшин.

– С нами все будет в порядке, – отзывается Амади, потягиваясь на стуле. – Заклинание питается энергией. А предыдущим старейшинам ее просто-напросто не хватило, чтобы поддерживать ритуал до тех пор, пока демон не умрет.

– И ты хочешь сказать, что у всех нас энергии больше, чем было у них? – Изабелла приподнимает бровь.

– Мисс Перес права. О старейшинах, поймавших Амона в ловушку, ходили легенды. Чем мы отличаемся от них? – вмешивается миссис Ито.

– Тем, что у нас есть она, – говорит Рианнон, указывая на меня. – Преимущество, которого у них не имелось. Моя бабушка все предсказала. Просто поверьте мне: все будет хорошо.

– Лидия Хейл была известна своими предсказаниями, – задумчиво произносит мистер Туссен. – Мне довелось повстречаться с ней, когда она была уже в преклонном возрасте. Замечательная женщина.

При этих словах моя улыбка становится шире.

– Мы прибыли сюда, потому что вы нас попросили, мисс Хейл, – продолжает Изабелла. – Но вы не дали нам никаких объяснений, кроме предсказаний Лидии Хейл. Почему именно она? Что делает ее такой особенной? Речь идет о моей жизни, и я не собираюсь рисковать ею понапрасну.

– Мисс Перес, – Рианнон стискивает зубы, – вы представитель шестерки семей, да и к тому же старейшина, несмотря на… свой юный возраст. И отказавшись участвовать, вы только опозорите свою семью. Да и какие у нас варианты? Позволить демону вырваться на свободу и уничтожить весь этот мир?

– Позволите мне сказать? – вмешивается Амон с совершенно непринужденным видом. Он сидит, откинувшись на спинку стула и закинув ногу на ногу, и неторопливо подносит к губам чашку чая.

Все выжидающе смотрят на него.

– Возможно, всеобщее беспокойство рассеется, если мисс Хейл и Святой Престол подробно объяснят нам план на этот знаменательный день. До ритуала еще два дня. Почему бы нам не дать ей возможность убедить нас?

Рианнон фыркает, а ее глаза расширяются от шока.

– Убедить вас? – в ужасе повторяет она. – Я не обязана вас ни в чем убеждать! Вы все – часть ковена, и ваш долг – истреблять зло. Как вы можете заявлять, что не хотите этого делать только из страха за свою жизнь? Стоит ли мне напомнить о клятве, которую вы все принесли?

– Рианнон, – обращается к ней мистер Туссен, – проблема не в том, что мы не готовы отдать жизнь этому благородному делу. Скорее мы просто не уверены, что это сработает. Так стоит ли жертвовать шестью старейшинами ради попытки, которая снова может окончиться неудачей?

– Вижу, этот подонок Арчибальд успел связаться с тобой. Он всегда пытался подорвать доверие между нами.

– Сейчас разговор не об этом. Я и правда знаком с Арчибальдом, но происходящее здесь не имеет к нему никакого отношения.

– Так и должно быть, учитывая, что он мертв, – говорит Рианнон, скривив губы. Четверо старейшин с изумлением смотрят на нее – вероятно, те, кто был лично знаком с ним.

Черт бы тебя побрал, Авель, ну почему ты не мог обуздать свою жадность?

– Арчибальд мертв. Как и половина жителей этого города.

Все ахают.

– От рук этого демона.

– Просто блеск. – Изабелла закатывает глаза. – Так теперь ты говоришь, что он способен убить полгорода, находясь в заточении? Это чертовски обнадеживает.

– И что вы предлагаете делать, мисс Перес? Позволить ему вырваться из ловушки и убить всех нас?

– Думаете, он бы это сделал? – небрежно спрашивает Амон. – Я изучал этого вашего демона.

– Он не мой, – шипит Рианнон сквозь стиснутые зубы, но Амон не обращает на нее внимания.

– Вы, кажется, единственная заинтересована в этом, хотя я никак не могу понять почему.

– Потому что он чертов демон, который собирается уничтожить весь мир! Но куда страшнее то, что вы все в этом не заинтересованы! – вскрикивает Рианнон, обводя взглядом всех присутствующих в комнате.

– Оставим семантику, – продолжает Амон, игнорируя ее вспышку гнева. – Я сомневаюсь в ваших заявлениях. В основном потому, что все выглядит так, будто он просто защищался от наших нападений, а не подчинялся какому-то злому умыслу.

Все замолкают.

Мои глаза расширяются, и я смотрю на него.

Ты что творишь?

Сею раздор, – шепчет он у меня в голове. – И легче всего сделать это, открыв правду.

Но… ты уверен, что хочешь этого?

Я покажу им ровно столько, чтобы они начали во всем сомневаться. Доверяешь мне?

Всегда.

– Миссис Ито, поговаривают, у вас весьма необычный дар.

– Что вы понимаете под этим словом? – Она хмурится.

– Вы можете всего одним касанием узнать историю предмета, не так ли?

– Да. Верно, – кивает она.

– Тогда могу я попросить вас прочитать историю этой вещички? – говорит Амон, вынимая из кармана ожерелье, но теперь уже без драгоценного камня.

– Что это? – спрашивает Рианнон.

– Я совсем недавно завладел этим украшением – меня заверили, что оно бесценно. Поскольку принадлежало Элизабет Монтфорд.

– Элизабет Монтфорд, вы имеете в виду…

– Леди, которую якобы убил демон. Убил, замучил, изнасиловал… Если верить слухам, он сделал немало плохого.

– Но как…

– Я согласна, – кивает миссис Ито, забирая ожерелье у Амона.

Откинувшись на спинку стула, она кладет его на раскрытые ладони и закрывает глаза.

В воздухе тут же пульсирует энергия, а ее окружает слабый свет.

– Итак? Что вы видите? – нетерпеливо спрашивает Изабелла спустя несколько минут.

– Я вижу Элизабет и… – она замолкает, – и демона. – Она прочищает горло.

Внезапно миссис Ито распахивает глаза и встречается взглядом с Рианнон.

– Ты никогда не говорила, что тем демоном был мистер Крид, а Элизабет с Амоном были приемными родителями Лидии Хейл, – заявляет она твердым голосом.

– Я… – Глаза Рианнон расширяются. – Я не знала…

– Вы? Вы не знали? – восклицает Изабелла. – Вы живете в их доме – и не знали?

Рианнон растерянно качает головой и выглядит настолько встревоженной, что это не может быть притворством. Она не знала… Но как? Я видела в личных покоях семьи Крид портрет Амона. Вот только… бывала ли там Рианнон? Заходил ли туда вообще хоть кто-нибудь?

Нет, – мысленно отвечает Амон. – Никто, кроме нас двоих, не заходил в наши комнаты, родная. Неужели ты думаешь, что я стал бы рисковать и показывать кому-нибудь картины с тобой, с нами? Для всех остальных двери закрыты. Только ты смогла открыть их.

Я прикусываю губу и едва заметно киваю ему, испытывая невероятное облегчение, хотя это помогло бы очистить его репутацию.

– Ты также не знала, что Амон не убивал Элизабет?

– Что? – В этот раз Рианнон в негодовании вскакивает и мгновенно нащупывает рукой трость, потому что ее ноги подкашиваются. – Богохульство! Я сама это видела. Ты тоже, – она указывает на мистера Туссена. – Это записано в нашей общей истории.

Миссис Ито качает головой.

– Видимо, воспоминания ложные. Потому что я увидела совсем другое.

– И что же? – спрашивает Амади.

– Элизабет была убита своим приемным сыном Авелем, родным братом Лидии. И он также зарезал своего брата Авраама. Он… – Ее губы дрожат. – Он украл ожерелье. Здесь был камень. – Она указывает на пустое место. – Он украл его и обрел небывалую мощь.

Теперь все слушают с напряженным вниманием.

– Авель известен вам под именем Арчибальда, – внезапно заявляет миссис Ито.

Рианнон бледнеет, и морщины на ее лице становятся особенно заметны.

– Это… это не может быть правдой… – хрипит она.

Мне почти жаль ее, ведь она только сейчас осознала, что была изнасилована своим же родственником.

Но едва она собирается что-то сказать, как в дверях появляются Кресс и Финн. Оценив обстановку, они тут же мрачнеют.

– Вы знали? – Рианнон поворачивается к ним. – Вы знали, что вся наша общая память – сплошная ложь?

Конечно, они знали. Если я права, они работали с Авелем и вместе подделали воспоминания.

– О чем вы говорите?

– Признавайтесь, вы знали об этом? – Изабелла встает, вызывающе вздернув подбородок.

Звучит все больше голосов, поскольку у каждого есть вопросы к Святому Престолу.

В этот момент Амон подмигивает мне и выходит, как мы и договаривались.

Я же ненадолго задерживаюсь, но, увидев, что Кресс с Финном слишком заняты разъяренными и растерянными ведьмами и колдунами, выскальзываю из гостиной и направляюсь прямиком в уборную, расположенную рядом с оранжереей.

Едва успеваю открыть дверь, как Амон затаскивает меня внутрь и запирается.

Здесь очень тесно, поскольку комнатка предназначена для одного человека. А учитывая внушительные размеры Амона, мы едва можем дышать.

– Теперь я понимаю, почему ты был таким хорошим генералом, – бормочу я, когда он утыкается лицом в изгиб моей шеи, прерывисто дыша.

– Правда? – тянет он, едва касаясь губами моей ключицы, а потом проводит языком вверх по шее.

– Тебе нравится запутывать врагов и настраивать их друг против друга.

– М-м-м… Мы можем поговорить об этом позже? Сейчас я… – Он замолкает, впиваясь зубами в мою шею, а рукой скользит под мое платье, чтобы прикоснуться ко мне.

– Амон, я…

Мой голос срывается, когда он заставляет меня кончить легким прикосновением пальцев.

– Так-то лучше. – Амон отстраняется, поправляет мое платье и вытирает кровь со своих губ и с моей кожи.

– Ты в порядке?

Он кивает.

– Я не мог оставить тебя одну в такой момент, – с улыбкой добавляет он. – Хотя прекрасно знаю, насколько ты сильная.

– Итак, это твой план? Заставить их сомневаться во всем?

– Я все думал о том, как лучше провернуть это с минимальным ущербом. По правде говоря, не имею ничего против ковена. Особенно молодого поколения. Хотя все еще сомневаюсь, стоит ли разорвать Рианнон на куски за то, что она посмела рисковать твоей жизнью, – ворчит Амон. – Но наша главная цель – вытащить меня из заточения и найти способ снять защитный щит Кресса и Финна.

– Согласна. Мне понравился ковен, – киваю я. – Я бы не хотела, чтобы они пострадали, тем более они явно не в восторге от происходящего.

– Вот и я так думаю. Если они узнают правду, вряд ли помогут Крессу и Финну. Видишь, я не убиваю без разбора, как говорят некоторые. – Амон надувает губы.

– Разве что иногда. – Я приподнимаю бровь.

– Вполне справедливо. Признаю, я действовал импульсивно, но только когда тебе причиняли боль, моя Села, – ворчит он. – Ты – моя точка невозврата.

– Знаю, – вздыхаю я. – И я на самом деле рада, что люди увидят прошлое в истинном свете. Только так они поймут, кто был воплощением зла. Если бы они также могли увидеть Кресса и Финна…

– Тогда нам пригодится предмет, который связывает нас с ними, – говорит Амон, и его глаза хитро сверкают.

– И какой же?

– Меч, – отвечает он. – Клинок из родия, который они в прошлом преподнесли Фионе. Если миссис Ито увидит его историю, то поймет, что он никогда не был освящен папой римским. Она, вероятно, узнает и об Аркгоре, и о том, что Кресс и Финн живут в этом мире на протяжении веков.

– Но где же меч?

Амон улыбается.

– В самом неожиданном месте, – усмехается он. – Над камином в столовой.

Мои глаза расширяются.

– Ты шутишь, – шепчу я.

– Нет. – Он качает головой, улыбаясь уголками губ. – Они поручили Лидии хранить его до твоего рождения, а она положила его на самое видное место, – смеется он. – Готов поспорить, Кресс хотел, чтобы ты использовала его против меня. Это стало бы идеальной местью – смерть от руки моей половинки. Вот только они не учли нашу находчивость.

– Они многого не учли. Пусть Кресс и был твоим другом в прошлом, он никогда не знал тебя по-настоящему, Амон.

Он хмыкает и сжимает губы в тонкую линию.

– Возможно, в этом есть и моя вина. Я не знал, как открываться людям. Всегда скрывался, опасаясь, что кто-нибудь узнает о моем происхождении Рейва, поэтому почти ни с кем не общался. Кресс стал мне другом только потому, что был моим подчиненным и правой рукой.

– Теперь я даже рада, что ты настолько недоверчив, – усмехаюсь я. – В противном случае они бы использовали все твои слабости в своих интересах.

– Шалунья. – Амон наклоняется, чтобы поцеловать меня в губы.

– Но почему они не узнали тебя? – задаю я вопрос, над которым ломала голову весь вечер.

– Я применил простое заклинание, придуманное нашей дочерью. Оно маскирует импульсы энергии. Она сказала, однажды оно мне пригодится. Судя по всему, она имела в виду этот вечер, – усмехается он.

– Никогда не перестану ею восхищаться. – Я с улыбкой качаю головой. – Она все-все предусмотрела, не так ли?

– Похоже на то. – Амон нежно улыбается.

Я крепче прижимаюсь к нему, пользуясь моментом, чтобы впитать тепло его тела.

– Нам нужно взглянуть на кодексы и поискать заклинания. Но когда?

– Сегодня вечером, – решает Амон. – Во время ужина.

– Ты уверен, что готов? Ты не слишком ослабнешь?

Он качает головой, на его губах играет грустная улыбка.

– Это последний шаг, Села. Я справлюсь.

Я поджимаю губы, не в силах скрыть беспокойство.

– Как только мы найдем заклинание, я сделаю все сама, – заверяю его. – С моим уровнем сил я смогу сотворить любое заклинание.

– В этом я как раз и не сомневаюсь. Будь ты Дарси, я бы побоялся дать такую свободу действий, ведь твои силы еще не вернулись. Но сейчас? Выход за тобой, моя Села. И я знаю, что буду гордиться тобой больше всего на свете.

Амон целует меня, прежде чем первым уйти.

Я же ненадолго остаюсь в уборной, чтобы поправить платье и прическу, и только потом присоединяюсь к остальным в гостиной.

– Тогда объясни, почему она выглядит в точности как Элизабет Монтфорд. – Миссис Ито вдруг указывает на меня пальцем, когда я появляюсь в дверях.

Мои глаза на мгновение расширяются, но, увидев, что Амон качает головой, я делаю глубокий вдох и стараюсь вникнуть в суть происходящего.

– Вы торопите события. Ну и что, что он не убивал Элизабет? Он все еще опасный демон, – говорит Кресс, стиснув зубы.

– Но разве вы не видите? Кто-то подделал наши воспоминания! – Изабелла вскакивает на ноги. – О каком доверии может идти речь, если кто-то способен на такое? Это не делает чести Святому Престолу.

– Значит, ты скорее доверишься старухе, чем Верховным старейшинам? – набрасывается на нее Финн.

– Ты только что подтвердил, что он не убивал Элизабет, и тем самым дал понять, что доверять Верховной Власти не стоит. Так ведь, Финн? – Амон приподнимает бровь.

И Кресс, и Финн выглядят так, словно вот-вот взорвутся. Все присутствующие продолжают задавать им вопросы, правда ли ритуал так безопасен.

– Тихо! – кричит Рианнон, стукнув тростью по полу. – Понимаю, у всех вас есть сомнения, но мы ведь говорим о чудовище, которое вызвало эпидемию чумы и убило тысячи людей одной лишь силой разума. Действительно ли вас волнуют такие мелочи?

– Мисс Хейл, очевидно, что прямо сейчас мы к согласию не придем. Нужно получить от Святого Престола точную информацию, в чем заключается суть заклинания и что именно от нас потребуется, – говорит Амади.

– Тогда предлагаю пройти всем в столовую, и за ужином наши почетные гости, – она указывает на Кресса и Финна, – расскажут нам обо всем и развеют любые сомнения.

Кресс кивает в знак согласия.

– Идемте? – Рианнон окидывает всех взглядом и кивает на дверь.

На этот раз они воздерживаются от комментариев и молча направляются к выходу.

Дождавшись, когда все уйдут в столовую, я приближаюсь к Рианнон.

– Это плохо, – шепчу я. – Вдруг кто-то откажется? Мы ведь тогда не сможем произнести заклинание.

– Мы сделаем это, – цедит она сквозь зубы. – Мне все равно, на что придется пойти, но заклинание будет произнесено, как мы и планировали.

Боже милостивый, а она настроена весьма решительно.

Амон прав, она слишком заинтересована в этом, но я не понимаю почему.

Потому что она сделала это делом своей жизни, – мысленно отвечает Амон. – После того, что с ней сотворил Авель, это был ее единственный способ примириться со случившимся. Ведь если в результате изнасилования родилась Лизетт, а позже и ты, чтобы исполнить пророчество, тогда вся ее боль не будет напрасной. Пусть мне не нравится фанатизм Рианнон, это объясняет, почему она отдала всю себя этой миссии. Она просто не знает другой жизни.

Мои глаза слегка расширяются. Его объяснение звучит слишком логично.

Я украдкой бросаю взгляд на Рианнон. Ее губы плотно сжаты, а на лице отражается решимость.

Ты прав. И почему я не поняла этого раньше? Рианнон же боготворит Лидию за ее предсказания. Именно они подпитывали ее цель. Она всю свою жизнь готовилась ко дню ритуала. Это так… печально и прискорбно.

Она просто еще одна жертва Авеля. Боги, поверить не могу, что он был способен на подобное зло…

Но почему Лидия допустила это? Она ведь могла бы все изменить.

Сомневаюсь, – со вздохом говорит Амон. – Я уже говорил тебе, любовь моя. Лидия видела много вариантов будущего, но только в одном мы одержали верх. Поэтому…

Ей пришлось принести жертвы, – заканчиваю я за него.

От моего внимания не ускользает, какой ценой мы всего этого добились. И при мысли о том, скольким людям – невинным людям – пришлось пострадать, у меня сердце кровью обливается. В конечном счете это, возможно, делает меня плохим человеком, но я ни о чем не жалею.

Не тогда, когда я в шаге от освобождения любимого.

Не тогда, когда счастье так близко впервые за целую вечность.

В прошлом слишком много проблем мешало нам быть по-настоящему счастливыми: мое бесплодие, вечные переживания Амона из-за Аркгора, тот факт, что ищейки империи преследовали нас в разных мирах. Конечно, у нас были и прекрасные спокойные годы, но счастье всегда омрачалось тревогами.

Но в этот раз я позабочусь о том, чтобы все изменилось.

Когда мы входим в столовую, нам показывают наши места.

К моему удивлению, я оказываюсь напротив Амона, и тот, подмигнув, одаривает меня ослепительной улыбкой. Госпожа Ито сидит справа от меня, а Изабелла – слева.

Рианнон со всей серьезностью отнеслась к своей роли хозяйки и занимает место во главе стола, чтобы видеть всех гостей. Кресс и Финн устраиваются по обе стороны от нее.

Как только все рассаживаются по местам, она велит официантам подавать еду.

Первые несколько блюд гости едят неспешно, не ввязываясь в открытые споры. Но это не значит, что напряжение в воздухе спало. Напротив. Внезапно начинает казаться, что все относятся друг к другу с подозрением и враждебностью.

Амон определенно добился своего.

И, учитывая настроения старейшин, я сомневаюсь, что дело дойдет до ритуала.

Во время первой смены блюд Рианнон поднимается с бокалом вина и произносит тост, после чего пускается в пространное объяснение:

– Как вы все знаете, Лидия Хейл предсказала, что в один прекрасный день моя внучка Дарси О'Салливан либо поможет уничтожить демона, либо освободит его. Однако моя внучка не из тех, кто симпатизирует демонам, поэтому этот вариант исключается. И все же это может случиться, если мы не сотворим заклинание.

– Но почему она такая особенная? – недовольно спрашивает Изабелла. – Вы продолжаете говорить, что она – ключ ко всему, но не называете причину.

– Потому что она Элизабет Монтфорд, – заявляет Рианнон.

Я распахиваю глаза, шокированная тем, что она знает об этом, а теперь поделилась и со всеми.

Со всех сторон слышатся потрясенные вздохи.

– Этого не может быть…

– Так вот почему они так похожи? – спрашивает миссис Ито.

– Да, – кивает Рианнон. – Именно ее дар и связь с демоном делают ее такой особенной.

– Ее дар? – Мистер Туссен хмурится.

Судя по всему, Рианнон не слишком-то откровенничала с ковеном.

– Покажи им, Дарси, – обращается Рианнон ко мне. – Продемонстрируй свой дар.

Я с подозрением смотрю на нее, пытаясь угадать, что она задумала. Но поскольку все взгляды уже устремлены ко мне, у меня нет другого выбора, кроме как встать и подчиниться.

Но сначала я украдкой бросаю взгляд на Амона, чтобы понять, совпадают ли на наши мысли.

У него на губах расцветает легкая улыбка, и он едва заметно кивает.

Поднявшись со стула, я подхожу к камину и тянусь за родиевым мечом.

Кресс издает сдавленный звук, догадавшись, что я собираюсь сделать.

– О Дарси, отличный выбор! – Рианнон радостно хлопает в ладоши.

Робко улыбнувшись, я заношу меч над ладонью и одним плавным движением отсекаю себе кисть прямо у запястья.

– Что…

– Что вы делаете?

Поначалу все замирают в недоумении, но потом моя рука начинает отрастать, а отсеченная конечность на полу растворяется в воздухе.

– Но как? Как такое возможно?

– Думаю, миссис Ито сможет подробнее рассказать нам об этом, – говорю я и подхожу ближе, чтобы положить меч перед ней.

– Что ты творишь? – Кресс вскакивает, пытаясь остановить меня, а Финн следует за ним.

– Этот меч бесценен, ты не имеешь права распоряжаться им, – рычит Финн, выхватывая его у миссис Ито.

Пожилая женщина хмурится, прищурив глаза.

– Я и не планировала его использовать. Я только считываю энергию, – медленно произносит она, и подтекст ее слов ясен.

– Он поможет убить демона. Мы не можем допустить, чтобы вы обращались с ним небрежно.

– И как она может его испортить? – вмешивается Изабелла. – Или вы опять что-то скрываете от нас?

Все снова начинают спорить, и в этот миг я замечаю, как Амон выскальзывает из столовой и направляется к лестнице.

Когда будешь уходить, убедись, что тебя не заметили, – шепчет он у меня в голове.

Я выжидаю еще несколько мгновений, пока спор не разгорается еще сильнее. Представители ковена тычут пальцами в Кресса и Финна, требуя от них признаний, и все уже сомневаются и в ритуале, и даже в самой Рианнон.

Когда кто-то обвиняет ее в том, что она использует мощь ковена ради собственной выгоды, я пользуюсь моментом и незаметно покидаю столовую.

К счастью, все так увлечены спором, что не обращают на меня внимания, хотя именно я его начала.

Не теряя ни секунды, я быстро поднимаюсь на второй этаж и направляюсь прямиком в покои Рианнон.

Не успеваю подойти к двери, как Амон открывает ее передо мной с мрачным выражением лица.

– Все кодексы здесь. Но они окружены щитом, – сообщает он. – У нас мало времени, родная, нужно срочно что-то придумать.

Амон берет меня за руку и ведет вглубь комнаты. Удивительно, но все кейсы закрыты. Просто сложены один на другой.

Но есть кое-что еще.

Их всего пять.

– Кодекса Рианнон нет, – говорит Амон.

– Он здесь. – Я хмурюсь. – Может быть, не на виду, но…

Я разворачиваюсь и прохожусь по комнате, вспоминая свой прошлый визит. По центру стоит пустой стол, который тем не менее безупречно чист – ни следа пыли или грязи.

Нахмурившись, я протягиваю руку в пустоту.

– Здесь. Думаю, он здесь, – бормочу я и, прищурившись, изучаю пространство.

Не успев обдумать свой следующий шаг, я пробую первое, что приходит в голову.

– Яви себя, – шепчу я.

Кодекс медленно проявляется на столе. Рианнон хранит его в стеклянном коробе, как и Фиона когда-то.

– Отличная работа. – Амон целует меня в щеку. – Осталось пять.

– Как думаешь, заклинание Лидии сработает? – спрашиваю я, пока мы оба смотрим на кейсы.

– Готов поспорить, что да, – отвечает Амон.

– Сделаем это вместе. – Я улыбаюсь ему.

Он кивает, переплетает наши пальцы, и мы сосредотачиваемся на барьере, защищающем кодексы.

Амон начинает читать заклинание, оставленное Лидией, а я повторяю за ним, вкладывая в слова всю свою энергию.

Совместными усилиями мы разрушаем барьер, и в комнате раздается свист.

Я неуверенно протягиваю руку и, осознав, что заклинание сработало, широко улыбаюсь.

– О Амон. Мы так близки, – шепчу я, и мне на глаза наворачиваются слезы радости.

Но сейчас не время предаваться чувствам. Мы быстро открываем кейсы и раскладываем кодексы на полу.

– Ты помнишь первое заклинание?

– Да. Сейчас найду его, – отвечает Амон, листая каждый кодекс в поисках начала заклинания. – Вот оно, – внезапно выдыхает он, и его лицо сияет от волнения.

Я смотрю на страницу, сверяя название и расположение, а потом открываю нужную страницу в остальных кодексах.

В каждом из них написано всего по несколько строк заклинания, и теперь остается только разобраться в последовательности.

Амон сосредоточенно хмурится, изо всех сил стараясь вспомнить заклинание.

Он берет один кодекс за другим и переставляет их.

– Думаю, нужно читать в таком порядке, – говорит он мне, все еще сосредоточенный.

– Мы можем попробовать и проверить, сработает ли. Это лучше, чем ждать. Каждое мгновение слишком ценно.

– Хорошо. Тогда приступим.

Я делаю глубокий вдох и смотрю на начало заклинания.

Каждое запретное заклинание имеет как атакующее, так и защитное действие. С помощью первого Амона заточили в ловушку, а вот второе теперь должно развеять магию.

Призвав свою энергию, я сосредотачиваюсь на словах и начинаю произносить их вслух, следуя за подсказками Амона, который указывает на каждый кодекс по очереди.

Читая слова заклинания, чувствую, как внутри меня нарастает давление, прежде чем вырывается наружу.

Амон широко открывает глаза и разминает руки и ноги; к нему явно медленно возвращаются силы.

Небольшой вихрь энергии окружает его, разрывая одежду, когда он начинает принимать свой прежний облик. Длинные белоснежные волосы струятся по спине, а остатки пиджака и рубашки разрываются в клочья, обнажая его торс.

На его теле появляется все больше ран, а кожа расходится под напором силы.

– Амон, – обеспокоенно шепчу я.

– Нет, – качает он головой. – Продолжай, – приказывает он, стиснув зубы от боли.

Доверившись ему, я повторяю заклинание, переходя от кодекса к кодексу, в то время как заклинание поглощает все больше моей энергии.

Мощные порывы ветра окутывают Амона, а воздух обжигает кожу, словно наказывает его так же, как делала тюрьма за короткие побеги.

– Продолжай. – Он зажмуривается.

Я вкладываю в заклинание всю свою силу до последней капли, и когда произношу последние слова, по дому разносится оглушительный грохот, а стены содрогаются.

– Амон… Что происходит?

Повернувшись к нему, я вижу, что он вернулся к своему обычному облику и смотрит на меня полностью черными глазами.

– У нас… получилось? – спрашиваю я и нервно сглатываю.

Амон коротко кивает и протягивает мне руку.

Я принимаю ее, и он тут же притягивает меня в свои крепкие объятия.

– Силы возвращаются, – шепчет он мне в волосы. – Я чувствую, как они наполняют каждую клеточку моего тела. Боги… Я целую вечность не чувствовал себя так хорошо.

– Тебя нужно исцелить? Эти раны…

– Нет, – качает он головой. – Я в полном порядке.

И, словно в подтверждение этих слов, его кожа становится безупречной.

– Никаких ран. – Я удивленно моргаю. – Но как…

– Не знаю как, но заклинание сработало, родная. Ты сделала это, – улыбается он. – Ты, черт возьми, спасла меня.

Слезы текут по моим щекам, а я продолжаю прижиматься к нему.

На нем только штаны – точнее, то, что от них осталось. Остальная одежда разорвана в клочья. Но я не возражаю и наслаждаюсь теплом кожи и самим его присутствием.

– Ты можешь покинуть Фейридейл? – тихо спрашиваю я, все еще настроенная скептически.

Едва я озвучиваю вопрос, как Амон исчезает и мгновение спустя возвращается.

– Да. Могу. Я только что побывал в Англии, можно с уверенностью сказать, что я больше не заточен.

Я с облегчением выдыхаю.

– Теперь нужно найти заклинание, которое ослабит щиты Кресса и Финна, – вдруг вспоминаю я. – Пока есть время.

Не дожидаясь его согласия, опускаюсь на пол и начинаю снова изучать кодексы. Амон помогает мне, быстро перелистывая страницы и считывая глазами каждое слово.

В то время как мне новые заклинания даются нелегко, он запоминает их в мгновение ока.

– Вот, – говорит он, указывая на заклинание.

Но только я собираюсь разложить остальные кодексы по порядку, как вдруг Амон поднимается на ноги и, прищурившись, смотрит на дверь.

– Они приближаются. – Он поджимает губы. – Я задержу их, пока ты ищешь нужное заклинание. Сомневаюсь, что до тех пор смогу нанести им серьезный урон.

Я киваю как раз в тот момент, когда дверь распахивается.

Кресс и Финн врываются в комнату первыми, представители ковена не отстают ни на шаг.

– Ну привет, Кресс. Давненько не виделись, да? – Амон прищелкивает языком, разглядывая эту парочку, его глаза искрятся весельем.

– Дарси! Ты что делаешь? – Рианнон выступает вперед, переводя взгляд с меня на Амона. – Демон… он…

– Он не демон, Рианнон, – говорю ей. – А я не Дарси.

– Ч-что? – бормочет она.

– Я так понимаю, вы не прикасались к мечу, миссис Ито? – обращаюсь я к пожилой женщине, стоящей позади.

– Напротив.

– И что вы увидели?

Она поджимает губы.

– То, что никак не может быть правдой.

– Эх, значит, вы решили не делиться информацией? Жаль, – усмехаюсь я. – Видите ли, на протяжении тысячелетий ваш ковен мнил себя высшим мерилом морали, но если отбросить всю ложь, останется лишь суровая правда.

– О чем вы говорите? – Изабелла хмурится.

В этот момент Амон исчезает, вероятно чтобы увести бой подальше отсюда, и Кресс с Финном тут же отправляются вслед за ним.

Удачи, любимый муж. Я найду для тебя заклинание.

– Вся известная вам история соткана из лжи, – сообщаю я и приспускаю воротник, чтобы показать свою безупречную кожу.

Рианнон едва дышит.

– Родимое пятно…

– Это никогда не было родимым пятном. Просто след, оставшийся на месте пустоты, когда меня обокрали. Именно старейшина Амброзиус отнял у меня все силы, после чего обвинил в своем преступлении Амона.

– Она лжет, – злобно выплевывает Рианнон, уже готовясь к нападению. Ковен тоже начинает призывать свою энергию, направляя ее на меня.

Все, кроме миссис Ито, которая все еще пытается во всем разобраться.

– Хотите драки? – смеюсь я. – Значит, только ваша версия прошлого может быть правдивой?

– Верховная власть никогда бы не допустила подобного, – заявляет мистер Туссен.

– Ну конечно. Они ведь святые, верно? – Я закатываю глаза. – Отлично. Если хотите драться, то я готова. Но если вы проиграете… – Я замолкаю и перевожу взгляд на Рианнон. – Мне нужно заклинание, способное нейтрализовать щиты Кресса и Финна.

– И ты еще смеешь меня о чем-то просить? – Рианнон резко шагает вперед и стучит тростью по полу, так что во все стороны расходятся волны энергии.

– Если ты такая благородная и честная, как утверждаешь, то выполнишь мои условия, – говорю я совершенно обыденным тоном.

– Я не заключаю сделок с такими, как ты, – выдавливает она, прежде чем броситься на меня.

– Что ж, тогда мне придется выбить его из тебя силой. – Я устало вздыхаю и отступаю в сторону, с легкостью уворачиваясь от ее удара.

Но стоит ей сделать еще один шаг для следующей атаки, как все остальные разом обрушивают на меня свои способности и заклинания.

Создав энергетический щит, я поглощаю все их удары, прежде чем ударить в ответ, но не слишком сильно. В конце концов, мне не хочется вредить им.

– Со мной бесполезно сражаться, – предостерегаю я. – И я правда не хочу убивать никого из вас.

Не успеваю я договорить, как вперед выходит Амади. Он двигается почти так же быстро, как Амон, и уже намеревается нанести прямой удар.

Но я закрываю глаза и призываю электрические нити, позволяя им плотно окутать все тело. И когда Амади наконец атакует меня, то вредит лишь самому себе, потому что его тело тут же сотрясают разряды тока.

Он падает на пол едва живой.

– Вы серьезно хотите продолжать в том же духе? – Я приподнимаю бровь и обвиваю каждого из них электрическими щупальцами. – Я уже давно могла бы вас поджарить. Вы этого хотите?

– Прекратите! – кричит миссис Ито. – Думаю, она говорит правду.

– Какую еще правду? – спрашивает Рианнон, и ее губы кривятся от отвращения, когда она понимает, что загнана в угол.

– Амон не демон. Как и она. Просто они… из другого мира.

– Что? – Все ахают от такого откровения, а я позволяю миссис Ито продолжать:

– Я увидела это, когда прикоснулась к мечу. Увидела их мир, Аркгор. Кресс и Финн тоже родом оттуда. Они вовсе не члены ковена и не сотрудничают с Верховной властью.

– Наглая ложь!

– Разве? Я видела их сотни лет назад, и они выглядели точно так же. Пусть у нас и увеличенная продолжительность жизни, ни один колдун не проживет так долго.

– Тогда что они делают здесь? – спрашивает Изабелла.

– Охотятся за Амоном. Они преследуют его с самого начала. И использовали его единственную слабость. – Миссис Ито делает паузу и поднимает глаза на меня. – Ее.

Миссис Ито начинает рассказывать обо всем, что увидела, прикоснувшись к мечу: о случившемся в Аркгоре, о нашей жизни в этом мире и о фанатичных преследованиях Кресса и Финна.

– В их мире Амон был легендарным воином и благородным мужчиной, – наконец говорит она.

– Вы же не верите в эту чушь, – ворчит мистер Туссен.

– Я верю, – говорит Изабелла. – Зачем миссис Ито лгать? Выдумывать такое?

– Нет… Это не может быть правдой, – бормочет Рианнон, слишком потрясенная услышанным.

Заметив, что все начинают сомневаться в версии ковена, я отпускаю их.

– Вы поможете мне? – через мгновение спрашиваю я. – Я знаю, что Кресс и Финн используют защитное заклинание, но не знаю, как его разрушить.

Мне никто не отвечает.

Они просто смотрят на меня, кажется, целую вечность, прежде чем миссис Ито выходит вперед.

– Я помогу.

Остальные же молча наблюдают, как мы с миссис Ито опускаемся на колени и начинаем перебирать заклинания в поисках нужного.

Один за другим к нам присоединяются другие члены ковена – все, кроме Рианнон.

Пролистав кодексы, мы находим несколько заклинаний, которые могли бы сработать.

– Что ж, придется попробовать все. – Я вздыхаю, а потом беру карандаш и лист бумаги, чтобы собрать части заклинаний из каждого кодекса в одно целое.

Заклинаний пять, и у меня уходит немало времени, чтобы все переписать.

Снаружи тем временем доносятся громкие звуки сражения.

– Мы можем помочь? – спрашивает миссис Ито, когда я встаю, собираясь уйти.

– Если хотите, – пожимаю я плечами.

Пусть делают что угодно. Пока они не стоят у меня на пути, мне нет до них никакого дела. Я в состоянии сама спасти свою пару.

– Так ты правда не Дарси? – наконец спрашивает Рианнон.

Я качаю головой.

– Меня зовут Села.

– Села… – Она медленно кивает. – Почему… Как…

– Амон воспользовался одним заклинанием из оригинального кодекса. Я умирала, но ему удалось спасти меня. Поэтому я сначала вернулась как Элизабет, а теперь как Дарси. Но я все та же… Села.

– Понимаю. – Рианнон с трудом сглатывает. – Значит, это правда? Он не… демон?

Я натянуто улыбаюсь, понимая, что все ее надежды и мечты рухнули в один миг. Главная цель ее жизни оказалась одной большой ложью, которую Кресс и Финн годами навязывали ей ради собственной выгоды.

– В этом мире есть демоны, Рианнон, но мой муж не один из них. Иногда люди могут быть такими же злобными и жестокими, как библейские исчадия ада. Вспомни хотя бы Амброзиуса или Арчибальда. Взгляни на всех, кто был готов распять нас только за то, что мы существуем или отличаемся от остальных.

– Но он убивал людей… он…

– Мой Амон никогда не убивал без причины – только когда его провоцировали. Никогда не отнимал жизни по злому умыслу. Да, он опасен, даже смертельно опасен. Но если ты будешь добра к нему, он ответит тебе тем же.

Ее губы дрожат, пока она обдумывает мои слова.

– Тогда иди и спаси своего мужа. – Рианнон наклоняет голову, удивляя меня.

Кивнув, я выбегаю на лужайку перед домом, где мой Амон и двое мерзавцев затеяли ожесточенную борьбу.

Амон тяжело дышит, он явно измотан, но до сих пор не принял образ Рейва. И это говорит мне о том, что у него еще полно сил.

Держась в тени, я начинаю нараспев произносить слова заклинания и направляю энергию на Кресса и Финна.

Первое заклинание не срабатывает – их щиты все еще успешно отражают удары Амона.

Я перехожу ко второму. Потом к третьему.

Но когда приступаю к четвертому, Кресс замечает меня и бросается ко мне с мечом наперевес.

Увидев, что он целится в меня, я создаю свой собственный щит из чистого электричества, чтобы не подпустить к себе. Стоит Крессу коснуться его, как он тут же отшатывается и активирует защитные барьеры, чтобы не сгореть заживо.

– Ты и правда не понимаешь, с кем имеешь дело, не так ли? – Я улыбаюсь и киваю в сторону Амона.

Одного лишь намерения Кресса напасть на меня достаточно, чтобы Амон вышел из себя. И неважно, что я способна позаботиться о себе или исцелиться после любой травмы.

Одного лишь намерения достаточно, чтобы подписать Крессу смертный приговор.

Мышцы Амона напрягаются, его кожа темнеет, и на ее темном фоне белоснежные волосы кажутся почти ослепительными. Его размеры внушают истинный ужас – и Кресс, и Финн бледнеют при виде него.

– Это… – бормочет Кресс, и его глаза расширяются.

– Рейва, – договариваю я, стоя у него за спиной. – И если ты никогда раньше с ними не сталкивался, то мне тебя жаль.

В тот момент, когда Кресс устремляется к Амону, я перехожу к пятому – и последнему – заклинанию, всем сердцем надеясь, чтобы оно сработало.

Я быстро произношу слова, вкладывая в них всю свою силу.

Пожалуйста, сработай.

Как только последнее слово срывается с моих губ, я поднимаю глаза, опасаясь того, что оно не помогло.

Но затем вижу, как Финн пытается нанести удар Амону, а мой муж хватает его когтями и сдирает кожу с лица.

– Сработало, – шепчу я.

Как раз в этот момент члены ковена выходят из дома и с ужасом смотрят на моего смертоносного мужа.

В обличие Рейва его и правда можно принять за демона, вышедшего из глубин ада.

Финн падает на землю и стонет от боли.

Не давая ему опомниться, Амон тут же оказывается рядом. Обхватывает голову Финна большой ладонью и так сильно сжимает пальцы, что череп просто взрывается под огромным давлением.

Ошметки костей и мозга покрывают Амона с головы до ног. Он отшвыривает безжизненное тело в сторону и нацеливается на Кресса.

И если раньше Кресс был уверен в своей победе над Амоном, то сейчас выглядит так, словно не знает, продолжать ли ему сражаться или просто бежать.

Что ж, лучше ему выбрать последнее и попытаться.

Я качаю головой, глядя на него.

Даже целая виссирийская армия не смогла бы победить Амона в обличье Рейва, а Кресс еще на что-то надеется?

В долю секунды Амон вплотную подходит к нему и вонзает когти глубоко в живот, а свободной рукой отрывает ему голову. Она падает на землю как раз в тот момент, когда Амон вытаскивает окровавленные когти.

Он тяжело дышит, его грудь поднимается и опускается от бурлящего в крови адреналина. Едва заметив, что я несусь к нему, он меняет облик Рейва на человеческий и крепко прижимает меня к груди.

– У нас получилось, – шепчет он. – Спустя полтора столетия я снова держу тебя в объятиях, как свободный человек. Спустя тысячу четыреста пятнадцать лет я снова обнимаю тебя как мою Селу. Я люблю тебя, родная.

Слезы текут по моим щекам, и я еще крепче вцепляюсь в него, пряча лицо у него на груди.

– У нас получилось, – эхом отзываюсь я. – Мы наконец-то свободны.