Шел третий день школьных каникул. Дело близилось к вечеру, но духота стояла невыносимая. На следующее утро Андрей с папой и мамой собирались уезжать на дачу, и квартира походила на вокзальный зал ожидания — в прихожей, комнатах, кухне и даже в ванной стояли чемоданы, сумки, узлы и авоськи. Между вещами, радостно повизгивая, бегала Линда, отчего мама сильно нервничала, покрикивала на нее и ставила Линде в пример кошку Лелю, которая забралась на шкаф и иногда поглядывала оттуда одним глазом. Остальное же время она спокойно дремала.

— Ну что ты ходишь по квартире как неприкаянный? — раздраженно сказала мама Андрею. — Пойди погуляй с собакой. Вы мне здесь только мешаете. И вообще, у меня такое впечатление, что вы специально не даете мне собирать вещи.

Папа, забравшись в холодную воду прямо в шортах и майке, хмыкнул из ванной, пошелестел газетой и тихонько возразил:

— Мне казалось, что все уже собрано и упаковано.

— А мои щипцы для завивки волос ты упаковал? — спросила мама.

— Щипцы? — задумчиво проговорил папа. — Щипцы, кажется, нет.

— Вот! — победно воскликнула мама. — А говоришь, все собрано! Да иди же ты на улицу! — снова накинулась она на Андрея. — Собака не гуляла целый день. И не забудь, что через час мы идем пить чай к соседям.

Решив окончательно не расстраивать маму, Андрей надел сандалии, прицепил Линде поводок и вышел из квартиры. На лестничной площадке он поздоровался с соседями — Романом Олеговичем Патрикеевым-Ойунским и его женой тетей Флорой. Отчества соседки Андрей, как ни старался, запомнить не сумел.

Роман Олегович частенько надоедал Андрею нравоучениями и рассказами о том, каким послушным мальчиком он был в детстве. Зато его жена после таких вот скучных лекций тихонько говорила Андрею: «Не слушай его, он сам в детстве был хулиганом. Правда, учился хорошо». Тетя Флора работала в издательстве и всю жизнь писала роман о благородном пожарном, но никак не могла его дописать. Этим пожарным был ее папа, и, чтобы не исказить его светлый образ, ей пришлось описывать всю его жизнь.

— Ну, здравствуй, рыцарь, — поприветствовал Андрея Роман Олегович. — Как, девочек не обижаешь?

— А чего их обижать? — пожал плечами Андрей. — Вчера Светка Мурзина…

— Не Светка, а Света, — поправил его Роман Олегович.

— Вчера мне Света Мурзина так по уху кулаком врезала… а я ей не ответил.

— Молодец, — одобрил Роман Олегович. — Терпи, но девочек не трожь.

— Лучше ухо тренируй, — посоветовала тетя Флора.

— Ладно, — ответил Андрей.

— Папа где? — спросил Роман Олегович.

— В ванне, делает вид, что читает газету, но, по-моему, спит, — ответил Андрей и прошмыгнул мимо соседей на лестницу.

Уже на улице Андрей столкнулся с аккуратным седым человечком — председателем домового кооператива. Его все звали Домовой, он знал об этом и не обижался.

— Здравствуйте, — поприветствовал его Андрей.

— А, привет, рыцарь, — радостно ответил Домовой. — Как закончил школу?

— Как все, — ответил Андрей.

— Тоже неплохо. Папа где?

— В ванне газету читает. Мы сегодня идем пить чай к Патрикеевым-Ойунским. Тетя Флора написала еще одну главу, будет читать.

— Опять? — Домовой посмотрел на небо, вздохнул и добавил: — Но ты скажи, что я обязательно зайду. А вы… — Он хотел было что-то спросить, но Андрей воспользовался тем, что Линда нырнула в кусты, и последовал за ней.

Гулять с собакой Андрей любил в соседнем скверике, где можно было встретить кого-нибудь из знакомых мальчишек, так же выгуливающих своих питомцев. Но в сквере никого не оказалось. Лишь на лавочке сидел мальчишка с унылым лицом. Он старательно ковырял носком сандалии землю и смотрел в им же проделанную лунку. Возможно, он ожидал, что оттуда вылезет червяк или жук, но лунка росла, а из нее никто не появлялся.

Андрей прошел мимо, посмотрел на мальчишку, и тот почему-то показался ему знакомым. Андрей попытался вспомнить, где его видел, но у него ничего не выходило.

Мальчик тоже взглянул на Андрея и шмыгнул носом. Он опустил глаза, но затем вдруг резко поднял голову и внимательно всмотрелся в лицо мальчика с собакой.

Они долго изучали друг друга, а затем мальчишка с унылым лицом неуверенно поинтересовался:

— Тебя Андреем зовут?

— Да. Ты из тридцать восьмой школы?

— Нет, — ответил мальчик. — Я вообще не здесь живу. Мы приехали в гости.

— Тогда где я тебя видел? — спросил Андрей.

— Я тоже тебя видел, — понизив голос до шепота, ответил мальчик. — Я все запомнил.

— Что все? — не понял Андрей.

— Все, все, — ответил мальчишка. — Когда проснулся, я три раза повторил: «Я все помню. Я все помню. Я все помню».

— Что ты мелешь? — спросил Андрей, силясь понять слова странного мальчишки.

— Фея страны Белых Снов сказала… — начал было мальчик, и тут у Андрея в голове словно открылась дверца, и он вспомнил все, что с ним произошло во сне.

— Пашка?! — потрясенно воскликнул Андрей.

— Да, — ответил Павлик.

В этот вечер тетя Флора почему-то отказалась читать очередную главу из своего бесконечного романа, и все просто пили чай и разговаривали. Роман Олегович совершенно не докучал Андрею нудными нравоучениями, а председатель домового кооператива пришел в гости с большим тортом и банкой варенья, чего раньше за ним не водилось. И даже папа как будто забыл в сотый раз порекомендовать тете Флоре принимать холодные ванны от нервов. В конце вечера Андрей вспомнил старую лошадь, на которой катали детей вокруг цирка, и его даже прошиб пот. «Аделаида!» — подумал он, сунул руку в карман и убедился, что грязная картонка с нацарапанным Пашкиным телефоном лежит на месте.