Глава 55. Романтичный способ извиниться

Платье было великолепным. Приталенное, плотно сидящее по фигуре, серебристого оттенка с переливающимися на свету пайетками и пышной юбкой. Я давно не надевала таких нарядов и успеоа забыть, как тяжело держать осанку и дышать в такой узкой конструкции. Но то, что я видела в зеркале, мне нравилось. Пожалуй, это платье было лучшим из тех, что я когда-либо носила. Даже странно, что никто его так и не купил, хотя, скорее всего, проблема была в том, что оно было рассчитано на очень невысокий рост.

Собирались мы вместе с Зое, но после того как я закончила сооружать ей высокую сложную причёску, она убежала, чтобы успеть к началу бала, так как деканы должны были произносить речь. Я же решила не торопиться.

Тщательно выбирала между бутыльками духов и, остановившись на цветочных, капнула на запястья и ямку между ключицами. К платью я подобрала красивые кружевные перчатки черного цвета до локтей, при этом снова забыв прикупить теплые. Даже забавно.

С прической же я решила долго не мучиться. Гладко зачесала волосы назад и собрала в высокий узел, придавая лицу строгости. Подумала и все же выпустила пару передних прядей, чтобы немного смягчить образ. Вместо сапог я выбрала закрытые туфли, а вместо привычного пальто решила надеть манто, скорее, чтобы дополнить образ, а не думая всерьез им воспользоваться.

Закрыв квартиру на ключ — теперь я старалась следить за этим тщательнее, — я отправилась на праздник, переполняемая противоречивыми эмоциями. Мне не терпелось увидеть Вейлра, но вместе с тем было немного боязно.

Еще издалека я услышала голоса и шум, исходящие из зала. Перед тем как зайти внутрь, я пару раз выдохнула, подавив желание сбежать. Приходить на бал без пары для преподавателя было неудивительно, но все же на душе было неспокойно. Наверное, стоило прийти к началу вместе с Зое, тогда бы я не чувствовала так остро свое одиночество.

Но все же я повыше задрала подбородок и вошла, готовая чуть ли не сразу наткнуться на Вейлре. Но пока его видно не было, и я с облегчением огляделась, желая все как следует рассмотреть. Приметив столы с белоснежными скатертями, где стояли всевозможные закуски и напитки, я направилась туда. В таком платье, конечно, много съесть не получится, но кусочек сыра я могла себе позволить.

Вокруг было удивительно красиво. Зал украсили хвойными ветками деревьев, которые расточали характерный аромат, смешивающийся с запахом еды и духов, и вместе они дополняли атмосферу праздника. Под потолком парили сотни магических огоньков, заливающие зал мягким и чарующим сиянием, повсюду были развешаны огромные банты и ленты в цветах факультетов. А на самом потолке поражала воображение иллюзия звездного неба. Такого не было даже в столичной академии. Потрясающе!

Но главным предметом восхищения была исполинская гордая ель, которая даже несмотря на свой размер, слегка подгибалась под тяжестью мерцающих украшений и лент. Тем не менее, выглядела она великолепно. Одним своим видом она вдохновляла на празднование Нового года.

Чтобы полюбоваться, я даже остановилась и только теперь услышала гудение маленьких игрушечных локомотивов, которые проносились сквозь пышные ветви ели по серебристым рельсам, спиралью обвивающих дерево. Я не удержалась от улыбки.

Да, праздник удался, но все же радоваться им до конца у меня не получалось. На сцене что-то происходило, но я не прислушивалась, вместо этого продолжила путь до столов с закусками, по дороге разглядывая наряженных счастливых студентов. Многие пришли парами и от этого сверкали даже ярче праздничных огней.

Все было чудесно. За исключением одного.

Вейлра нигде не было.

Сначала я терпеливо ждала, полагая, что он может опаздывать. Но когда прошел час, затем почти второй, я начала сомневаться в его приходе. Огневики были, а их куратор нет. Чтобы унять беспокойство, я поставила бокал с голубой жидкостью, на дне которой как будто плавали рыбки, и выловила знакомого парня из библиотеки, чтобы спросить, где пропадает Деламорт.

Он несколько раз медленно моргнул, прежде чем ответить:

— Месье Деламорт? — Он оглянулся. — А его разве нет?

— Нет, — ласково отозвалась я. — Когда в последний раз ты его видел?

— На днях точно. Он говорил, что будет отсутствовать некоторое время, и оставил за главного Люмьера. Он старший среди нас.

— И где Люмьер?

— Его уже давно не видно. Он куда-то запропастился с самого начала бала, — все так же неспешно поведал он.

Я кивнула и отпустила парня. От отчаяния и раздражения хотелось выйти на полигон и разнести все. Чтобы отвлечься, я вновь пошла к столикам с закусками, нацеливаясь на этот раз на настоящую еду. Какой толк думать о внешнем виде, если тот, ради кого это все было надето, отсутствует?

На сцене студенты разных факультетов демонстрировали магию своих факультетов, блистая самыми необыкновенными заклинаниями. Нечто подобное я видела и когда училась, поэтому никак не могла сосредоточиться. Взгляд выловил стоящих очень близко друг к другу Эжени и Алена. Кажется, не только у Катрины и Ария с отношениями все хорошо. От такого зрелища на душе определенно становилось теплее.

Даже мои второкурсники были с девушками, но не все. Знаменитой троице не наблюдалась, и я обеспокоенно нахмурилась. Не совершают ли они очередной набег на преподавательские кабинеты?

Словно подслушав мои мысли, рядом со мной внезапно возник Саша с моим манто.

— Мадемуазель Ламбер, — нервно сказал он, склоняясь к моему уху, чтобы перекричать шум, но в рамках приличий. — Вы нужны на улице.

— Что случилось? — удивилась я.

— Пойдемте! — настойчиво позвал он.

Саша выглядел непривычно для себя взволнованным. Мне казалось, что в стрессовой ситуации он, наоборот, становится еще более сосредоточенным, но, видимо, нет. Его выражение лица и тон искренне перепугали меня. Единственное, о чем я думала, продираясь сквозь веселящуюся толпу — хоть бы в этот раз никто не пострадал.

Саша вывел меня на задний двор, ведя в укромный уголок парка. На все мои вопросы по пути он отвечал уклончиво и неопределенно, пугая меня все сильнее. Я, как могла, отгоняла воздушными потоками сугробы, но в праздничные туфли все равно забивался снег. Было холодно и морозно, пальцы ног вообще окоченели. А из-за тонкой ткани платья колючие порывы ветра холодили кожу.

В какой-то момент перед нами выросла беседка, которую я прежде никогда не видела. Она была небольшой, но красивой — с витыми железными перилами, чистыми, без снежинки ступеньками, покатой крышей и поблескивающим вокруг нее магическим куполом. Внутри, точно посередине стоял круглый столик с изысканными закусками, сладостями и два высоких стула с мягкой обивкой. Почти весь пол был заставлен разнообразными цветами в горшках, которые буйно и красочно цвели точно не по сезону.

А впереди всей этой красоты, заложив руки за спину, одетый в дорогой черный костюм по последней моде, стоял Вейлр.

Я остановилась. Как будто ожидавший подобной реакции Саша тут же обернулся.

— Мадемуазель Ламбер, идемте, пожалуйста.

— Что происходит? — спросила я, хмуро взглянув на него. — Ничего не произошло на самом деле? Тебя Вейлр подговорил?

От мысли, что тот мог пошутить подобным образом, я даже перестала чувствовать холод.

— Нет, он просто попросил вас позвать. Это я решил вызвать беспокойство, чтобы было быстрее… Не очень вышло, да?

— Никогда больше так не делай, — строго сказала я и едва заметно выдохнула с облегчением. — У меня нервы не железные.

— Извините, — покаялся он, затем с волнением оглянулся на наблюдающего за нами Деламорта и робко спросил. — Мы идем?

Теперь сердце учащенно билось не от страха и не от спешной ходьбы, а от необъяснимо сладкого предвкушения.

— Идем, конечно. Посмотрим, что скажет этот бессовестный человек.

— Только я уйду, — тут же предупредил он. — Вы останетесь вдвоем.

Я тихо рассмеялась.

— Надеюсь!

Саша пропустил меня вперед, чтобы я поднялась по нескольким ступенькам и зашла в огороженную магией беседку.

— Мадемуазель Ламбер, — окликнул он меня, когда до Вейлра мне оставалось одна ступенька.

Я обернулась.

— Что?

Саша смотрел на меня с широкой искренней улыбкой.

— Спасибо вам, — выдохнул он тихо, но ветер любезно донес до меня его слова. — Благодаря вам у нас теперь все получится.

— В первую очередь вы должны благодарить сами себя, — возразила я.

— Знаю, но все равно… Спасибо, что не уехали.

Я хмыкнула.

— Всегда рада остаться, — честно ответила я, затем подумала, достала из кармана манто ключ от квартиры и кинула ему. — В столе найдешь коричневую коробочку с перевязанными разноцветными ленточками. Принеси ее, пожалуйста, где-то через час.

Саша кивнул, сверкнул кривоватой улыбкой, коротко поклонился и ушел той же дорогой, что мы пришли.

Я медленно выдохнула, немного взволнованная перспективой остаться наедине с Вейлром, но все же развернулась и вошла в беседку. Меня тут же обняла теплая, ласковая магия Вейлра, чтобы согреть. От удовольствия даже пальца на ногах поджались.

— Ты вернулся, — без обиняков начала я, встречая его пристальный взгляд.

— Не то, чтобы я куда-то уезжал.

— А где был? Я искала тебя, — как можно более требовательно вопросила я, чтобы скрыть страх и неуверенность.

— Хотел кое-что уладить, прежде чем просить прощения, — признался он, взглянув на меня так, что с привычного ритма сбилось сердце. — Присядем? Ты, наверное, замерзла. Я не предусмотрел платье и такие туфли…

— Не нравится? — вскинула я бровь.

Конечно, я видела, что он не может оторвать от меня восхищенного взгляда, но от словесного признания я бы почувствовала себя еще увереннее.

— Ты выглядишь потрясающе, — выдохнул он с обезоруживающей откровенностью. Его глаза лукаво сверкнули. — Лучше всяких принцесс.

Я облегченно рассмеялась.

— Не зря так старалась, — неловко призналась я и сделала несколько шагов в сторону от него, чтобы сесть за столик.

Но Вейлр остановил меня, взял за руку и развернул к себе. От тепла его ладони и близости у меня окончательно сбилось дыхание, а сердце пустилось вскачь. Оказывается, я скучала. Очень сильно скучала по нему.

— Ты старалась для меня? — хриплло уточнил он, пристально глядя мне в глаза.

— Нет, для месье Бассета, — тут же отозвалась я, затем улыбнулась. — Конечно, для тебя.

— Даже после того, что случилось?

Поневоле я напряглась и мягко освободила свою руку.

— А вот это, наверное, нам нужно обсудить.

Вейлр посерьезнел и подошел к стулу, выдвигая его.

— Да. Ради этого я, собственно, тебя сюда и привел.

Я надеялась, что Вейлр не имеет привычки расставаться при столь помпезных обстоятельствах, и разговор он затевает хороший.

— А что насчет этого? — обвела я глазами беседку и всю обстановку.

Здесь парили такие же, как в зале, магические огоньки, похожие на светлячков, но теплый свет добавляли и свечи, распространяя запах воска. Он приятно сочетался с терпким ароматом духов Вейлра и пыльцой цветов.

— Это попытка быть романтичным. А некоторые так хотели извиниться, — пряча улыбка, ответил Вейлр.

И я как-то сразу догадалась, вспомнив взволнованное лицо Саши.

— Ты про этих трех несчастных домушников? Неужели они тебе признались?

— Совесть замучила.

— Тебе они боялись признаться сильнее всего, — хмыкнула я.

— Потому их признание вызывает большое уважение. Но наказаны они будут все равно.

— Безусловно, — кивнула я с улыбкой.

Заметила, как Вейлр оглядывается вокруг, и подумала, что ему так же неловко, как и мне. Но оказалось, что дело не в этом.

— Эти все цветы для тебя, — сказал он, взглянув на меня. — С выбором мне помогла мама. Здесь представители разных редких видов. Тебе нравится?

Растроганная, я не могла найти слов и вместо этого кивнула, с трудом сдерживая желание кинуться ему в объятья. Еще было не время, сначала следовало все обсудить. Но то, что он хотел извиниться и извиниться таким красивым образом, не могло не вызвать во мне трепет.

Неожиданно до меня дошло очевидное.

— В моей квартире не хватит места, — с сожалением протянула я, обводя взглядом все это великолепие.

— Моя мама готова за ними ухаживать. Она скоро станет дипломированным специалистам, и у нее есть оранжерея с подходящими для всех цветов условиями, — не моргнув и глазом, заявил Вейлр.

— Неужели ты придумал повод, чтобы я приехала к вам? — медленно спросила я с теплыми чувствами на душе.

Какой же он коварный перестраховщик.

— Возможно, — невозмутимо ответил он, поведя плечом.

— Хороший повод, — призналась я, затем набрала в грудь побольше воздуха и спросила. — Так что ты хотел обсудить?

Вейлр потер переносицу, подбирая слова. Я взяла бокал с водой, чтобы немного успокоиться.

— Хочу предупредить, что после твоих слов, я понял, что мне следует все обсудить с Теодором, и встретился с ним.

От удивления я едва не подавилась, но обошлось. Заметив вопросительный взгляд Вейлра, я замахала рукой, успокаивая его.

— Все в порядке, — вслух повторила я, затем подалась вперед. — Почему ты так решил?

— Он ведь тоже причастен, — заметил он. — И, кстати, он волнуется, что ты ему не отвечаешь.

Я фыркнула от легкой укоризны в его голосе и сложила руки на груди. Пусть побеспокоится.

— И что вы решили? — спросила я, надеясь, что нетерпение в голосе слышно только мне.

Вместо ответа Вейлр внезапно начал поправлять манжеты на рукавах рубашки. Да с такой тщательностью, что я заподозрила неладное. Сжала пальцами предплечья и сглотнула.

Спустя мгновение я не выдержала и повторила настойчивее:

— Вейлр, что вы решили?

Боевик серьезно на меня взглянул, подумал и поднялся на ноги. Мне стало еще хуже, мышцы живота свело то ли от голода, то ли от страха. Я готовилась к худшему.

Но ответить Вейлр не успел.