Глава 29. Невеста в постели лучшего друга

Утро того же дня

МонтКлер произвёл на меня приятное впечатление. Старомодная красота, газовые и керосиновые фонари, далёкие, скрытые предрассветной мглой горы, утренняя туманная прохлада, гармонично дополняющая атмосферу подгорного городка — всё это завораживало. Даже ранний ненавистный подъём и неровная дорога забылись тут же, стоило мне выйти из омнибуса.

— Как хорошо, — прошептала я, вдыхая немного обжигающий воздух и пряча руки без перчаток в рукава манто.

Зое оглянулась. Казалось, ей совсем не холодно в не до конца застёгнутом пальто на пуговицах и небрежно обёрнутом шерстяном шарфе на голове. Она ничего не ответила, но остановилась рядом. Я восприняла это, как поощрительный знак продолжить.

— Словно я выбралась из клетки на волю, — продолжила я, наблюдая за уносящими лестницы фонарщиками. — И я говорю не об Эвейле, а о доме. Аристократы живут неплохо, Зое, здесь ты права, но и нам бывает непросто. Или это я одного такая… неправильная.

Интересно, как подруга отреагировала бы, признайся я в своей некогда смешанной магии? Я не ждала осуждения и могла бы рассказать и сейчас, но не желала разрушить момент.

— В темноте могу признаться, что догадываюсь — и аристократом бывает туго. Но если скажешь кому-то ещё, я буду всё отрицать и всё-таки натравлю на тебя обезумевших духов.

Я тихо рассмеялась. Не хотелось даже громким смехом портить магию утра, которая возникла вовсе без волшебства, а лишь с помощью красоты природы, жизни вокруг.

— Здесь всё такое живое, но неспешное, — поделилась я. — После столицы и Эвейла даже как-то странно. В нашем загородном доме я себя чувствовала почти так же.

— Загородный дом! Ну, конечно! — не увидела, а услышала, как Зое закатила глаза, и я снова рассмеялась. Она продолжила задумчиво и неторопливо. — Удивительно приятно вот так встать и посмотреть вокруг. Иногда мне кажется, что я как одна из своих призраков, привязанных к склепу. Четыре стены, выученное до идеала расписание, никаких движений верх или вниз. Твой приезд несколько оживил мой распорядок. И что-то мне подсказывает, что не только мой, — поделилась Зое, смотря при этом не на меня, а в сторону.

— А я боялась показаться назойливой или утомительной, — призналась я, глядя в другую сторону.

Намек на Деламорта я проигнорировала, не желая сейчас вдаваться в детали.

— Это так, — фыркнула подруга. — Но в этом есть и жизнь, и удовольствие. Чего стоит только твоё желание попасть на аномалии!

— Да уж, — протянула я, почему-то смутившись.

— Пойдём уже, а то мы так скоро околеем, — уверенно взяла меня под локоть подруга и повела знакомиться с городом.

Лавки открывались довольно рано, и стоило мне попасть в первую, как я порадовалась, что предусмотрительно взяла с собой объёмную сумку-мешок. К манто она совершенно не подходила, но её практичность и вместительность были выше всяких похвал. Ожерелья ручной работы, лекарство от простуды, головной боли и недомоганий, крупные серьги, засахаренные фрукты, финики, цукаты… Вскоре я перестала вести счёт покупкам. Как ни странно, Зое тоже втянулась и с удовольствием стала кидать мне в сумку понравившиеся безделушки. Я честно пыталась найти себе перчатки, но все время отвлекалась или не могла найти что-то не колючее. Поэтому когда мы добрались до таверны, пальцы у меня уже шевелились плохо.

Известная в МонтКлере таверна «Вье Реле» радовала глаз все той же хмурой старомодной красотой, деревянной обшивкой, резными перилами и красочной вывеской. Из конюшни слышалось ржание коней, и я вспомнила, что Зое говорила, что в этой таверне еще и проживают.

Я представила, как вечерами здесь загораются масляные лампы, разливаются глиняные кувшины, витает запах конца рабочего дня и вкусного мяса, и сразу захотела испытать все это лично. Такие картины я видела только в книжке, читала о них, и все это мне казалось немного нереальным, но очень живописным. В столице все было более идеальное и выверенное.

Встреча с Деламортом и его приятелем показалась мне такой же сценой из книг. Несмотря на первоначальную неловкость, мне очень уж захотелось увидеть боевика не в привычной обстановке, да еще и с кем-то, кто не обитает в академии, поэтому я сделала вид, что не заметила нежелания Деламорта и Зое.

— Планирую остаться здесь на некоторое время, — поделился Реджинальд, пока мы ждали, когда нам найдут свободный стол и перенесут закуски.

— Боюсь, местная перина покажется тебе не слишком удобный, — любезно вставил Деламорт.

— За то время, что мы не виделись, я еще больше прикипел к походным условиям, мой дорогой друг.

Мужчины улыбнулись друг друга с разным настроением, а я едва удержалась от того, чтобы не расхохотаться. Зое же не стала сдерживаться и громко усмехнулась.

После того как нас пересадили за круглый стол побольше, нас стал обслуживать старый Луи — кажется, управляющий заведения. Краснощёкий, добродушный и весёлый. От Деламорта я уже знала, что незачем ждать заносчивости, а вот от его светского друга готовилась то ли обороняться, то ли оборонять кого-нибудь еще. Но тот не оправдал мои ожидания, и я даже устыдилась своей предубеждённости.

Реджинальд, который почти сразу попросил отбросить церемонии, сидел спокойно, вставлял осторожные замечания, с аппетитом ел, порой выстреливал странными шутками, вызывающие у боевика смесь раздражения и едва сдерживаемого веселья. От сквозившего между мужчинами напряжения и недоговорённости можно было бы с ума сойти при желании, но, как говорила моя мама: «Там, где напряжение, там не безразличие. Особенно в самом начале».

В общем, я не могла не заинтересоваться.

— А как вы познакомились?

Между ними чувствовались близость, хорошее знание друг друга, оттого неприязнь со стороны Деламорта казалась странной. Я бы могла подумать, что он вообще никого не любит, но искреннее раскаяние в каждом жесте Реджинальда подсказывало мне, что не все так просто. Ответ на заданный мной вопрос заинтересовал даже Зое, которая уже минут десять не отрывалась от своей глиняной кружке.

От внимания моей подруги Реджинальд выпрямил спину, вызвав иронию у нас троих, которую он либо решил игнорировать, либо и вправду не заметил.

И заговорил, конечно же, он:

— Вейлр старше меня на год, поэтому на учёбе мы не пересекались. Разные компания, интересы, но о друг друге мы, конечно, слышали. По крайней мере, я уж точно. Вейлр уже тогда успешно побеждал в дуэлях даже старшекурсников. Я в ту пору ими вовсе не интересовался. А познакомились мы тривиально… — Реджинальд сделал драматичную позу, заставив меня податься вперед. Самодовольная улыбка мелькнула у него на губах, но та, кому предназначался этот спектакль, даже бровью не повела, оставаясь невозмутимой. Приятель боевика решительно отказывался расстраиваться и продолжил как можно выразительно. — Однажды он спас меня…

— Не прибедняйся. Из той драки тебя и не особо нужно было спасать, — вставил… Вейлр. Я уставилась на него, сидящего напротив меня, рядом с Реджинальдом.

Мне было так странно слышать от кого-то имя боевика! Поэтому я и решила примерить. Ему подходило — столь же зубодробительное, как его характер.

— Отбитые рёбра, синяки и сломанный палец с тобой не согласятся!

— Как ты мог забыть о вырванном клоке волос!

— Раз всё так хорошо знаешь, может, тогда сам расскажешь?

Деламорт усмехнулся и расслабился.

— У тебя лучше получится.

— Наконец-то ты признал мой талант! — ликующе вскричал Реджинальд, затем повернулся к нам и склонил голову. — Дамы, извините нас.

— Не стоит. Это была лучшая часть твоего рассказа, — улыбнулась краешком губ Зое.

Я кашлянула в кулак, чтобы заглушить звук чьего-то разбитого сердца. Но Реджинальд был не из тех, кто долго страдает.

— Постараюсь впредь не давать вам заскучать, — пообещал он. Если честно, меня это испугало, а вот Зое, наоборот, заинтересовалась.

Я отвела взгляд и нашла поддержку там, где не ждала. Боевик выглядел также странно, как я себя чувствовала, наблюдая за этими двумя. Он слегка улыбнулся: я ответила взаимностью.

— В общем, мы как-то быстро сдружились! — продолжил как ни в чём не бывало Реджинальд. — Вейлр ненароком обмолвился, что из меня вышел неплохой бы дуэлянт, и я решил попытать счастье. Так и оказался с ним в связке, а потом и в аномальных зонах.

— И до сих пор? — полюбопытствовала я.

То ли уже бывшие, то ли еще нынешние приятели как-то разом помрачнели.

— Нет, — медленно отозвался Реджинальд, взглянув на Деламорта. — Прошло два года с тех пор, как мы стояли на площадке. Даже тогда мы стояли не плечом к плечу, а напротив друг друга. Тогда же и говорили в последний раз.

— Смени тему, — затрещал горящими поленьями в камине голос Деламорта.

Обстановка мгновенно изменилась. Расслабленная атмосфера выгорела, оставив после себя затхлость и духоту.

— Она спросила, я ответил, — поразительно спокойно откликнулся Реджинальд, твёрдо встречая взгляд боевика.

— Очень галантно с твоей стороны, но заканчивай.

— Извините, кажется, там произошло что-то личное. Не хотела лезть не в своё дело, — поскорее встряла я, но меня не слышали.

Заволновавшись, что всё закончится дракой, я рискнула позвать:

— Вейлр…

Внимание Деламорта переместилось на меня. Его глаза все еще отливали багряным, но чувство в них словно изменилось. Он выглядел ошеломлённы. Захватил мои глаза и пытался отыскать там какой-то ответ. По спине у меня побежали мурашки, казалось, что он вот-вот коснётся чего-то внутри меня.

Но заговорил Реджинальд, и волшебство момента рассыпалось звенящими осколками. Я заморгала, отведя взгляд и пытаясь прийти в себя.

— Личное произошло вовсе не тогда, а за несколько часов до этого, — резко и как-то зло произнёс Реджинальд. — Мало приятного, когда находишь свою невесту в постели лучшего друга, а потом слышишь, что он влюбился в неё.