Давно, задолго до основания Рима, у берега реки жили два рыбака. Каждый день они ловили рыбу и гордились тем, что зависят лишь от водной стихии. Поклоняться богине скотоводства Палес они не желали, считая, что ее заботы их не касаются: мол, пастухи и земледельцы пусть приносят жертвы, а им достаточно своего улова.

Обиженная пренебрежением, богиня решила проучить рыбаков. Она превратила одного в иву, другого – в ольху и поставила их на берегу реки. С тех пор два дерева стоят рядом, склоняясь к воде, словно высматривая в ней рыбу и вспоминая прежнюю жизнь. Так древние объясняли, почему ива и ольха так часто растут у воды и тянутся к ней.

Ива появляется и в других религиозных сюжетах. В библейском псалме «На реках Вавилонских» изгнанники повествуют, как развесили свои арфы на ветвях ив, оплакивая утраченную родину. Здесь ива предстает деревом печали и памяти.

Джон Уотерхаус. Эхо и Нарцисс. 1901 г. Художественная галерея Уокера. Ливерпуль, Англия

Иоганн Хейсс. Вулкан застает врасплох Венеру и Марса. 1679 г. Частная коллекция

Позднее вокруг нее сложились христианские легенды. Одна из них гласит, что прут для бичевания Христа перед распятием был вырезан из ивы. Дерево, осознав, какую боль причинило Спасителю, опустило ветви от стыда и скорби. Так, по преданию, появилась плакучая ива – ее длинные, ниспадающие ветви напоминают о слезах и о том, как легко причинить зло, не отдавая себе в том отчета.

У славян особую роль играла верба, то есть определенные виды ивы, участвовавшие в обрядах очищения и плодородия. В Моравии к вербовым прутьям привязывали свивальник, небольшую пелену или полоску ткани для младенца, чтобы в семье было больше детей. Сербские девушки в Боснии на Юрьев день опоясывались вербовой веткой, надеясь забеременеть в следующем году. В Польше ветками украшали свадебный каравай и плели из них головной убор для невесты.

Неизвестный автор. Немецкая пасхальная открытка. 1902 г.

Фредерик Лейтон. Клития. 1895–1896 гг. Лейтон-хаус. Лондон, Великобритания

За пределами славянского мира ива также обладала богатой символикой. Фламандские крестьяне завязывали на ивовых ветвях узелки, чтоб отдать дереву свои болезни. Французы сжигали чучело из ивовых прутьев во время летнего праздника в честь Иоанна Крестителя, отгоняя нечистую силу. Девушки гадали на любовь, трижды обходя дом с ивовой веточкой в левой руке, чтобы увидеть будущего жениха.