Август, а вместе с ним и летние каникулы стремительно катились к концу. Неразлучная троица в последний раз держала совет на лесной полянке.

– Ну что, друзья, вы готовы отправиться в настоящие космические дали? – спросил Алекс. – Хочется познакомиться с нашей Галактикой поближе, а для этого, как ни странно, надо улететь от неё подальше: большое лучше видно на расстоянии. Нам придётся переместиться в межгалактическое пространство на сотни тысяч световых лет от Солнечной системы.

– А что там, в этом межгалактическом пространстве? – робко поинтересовалась Лиза.

– Просто пустота. Огромные чёрные пустые пространства, тянущиеся на миллионы световых лет. Лиза, ты же не боишься пустоты?

– Не знаю. Не могу представить такого, чтобы совсем ничего не было!

– Может, тебя успокоит, что в межгалактическом пространстве скитаются одиночные звёзды, которые в результате каких-то столкновений были выброшены из своих галактик? Астрономы называют их изгоями.

– А планеты у них могут быть? – заинтересовался Мишун.

– Да, они могут скитаться между галактиками вместе со своими планетными системами, почему бы и нет. Пока не примкнут к какой-то встречной галактике. Ну что, я вас уговорил? Отправимся смотреть на нашу Галактику извне? Никто из людей никогда её снаружи не видел и вряд ли увидит.

План был единодушно принят.

Перед сном Мишун с Алексом положили волшебную палочку под подушку и в который раз за лето произнесли заветные слова:

– Мы увидим во сне фею Лизу и вспомним, что спим.

И вот уже все трое сидят в кабине любимого звездолёта.

Алекс громко командует:

– Мы на расстоянии трёхсот тысяч световых лет от Млечного Пути со стороны Магеллановых Облаков.

…Первое чувство – невесомость. За прозрачным куполом – абсолютная чернота, ни одного пятнышка света. Только впереди сиял огромный светящийся диск с ярким центром, из которого закручивались несколько спиральных рукавов, а немного поодаль – ещё два ярких пятнышка.

– Это Магеллановы Облака, я их узнал, – указал на эти пятнышки Мишун. – А эта спиральная штука – и есть наша Галактика? Жителям Магеллановых Облаков повезло: такую красоту каждую ночь в небе видеть!

– А почему так черно кругом? Где звёзды? – удивилась Лиза.

– Все звёзды сидят в галактиках, а изгоев слишком мало, их свет незаметен, – пояснил Алекс. – Другие галактики отсюда очень далеко и почти не видны невооружённым глазом. Так выглядит межгалактическая пустота: пока не подлетишь поближе к какой-то галактике, вокруг одна чернота.

– Мы в своём звездолёте сами словно звезда-изгой, – сказал Мишун. – Не хотел бы я оказаться вдали от всех галактик в кромешной тьме.

– Давайте как следует рассмотрим нашу Галактику, – предложил Алекс. – Отдельные звёзды из такой дали неразличимы. И звёзды, и межзвёздный газ, который они подсвечивают, кажутся отсюда светящимся туманом. Где свечение ярче, там звёзды расположены гуще.

– А ещё я вижу тёмные прожилки в ярких спиралях, – сказал Мишун.

– Это межзвёздная пыль, – объяснил Алекс. – Она поглощает свет звёзд, из-за неё мы не видим центра Галактики, когда находимся дома, на Земле.

– А что в центре? – спросил Мишун. – Он такой яркий!

– Яркий, потому что звёзды в центре Галактики расположены очень тесно, во много раз плотнее, чем там, где живём мы. А живём мы, кстати, примерно на полпути от центра к краю Галактики, между двумя крупными спиральными рукавами. В спокойном месте, где не так много звёзд. А ещё в центре Галактики прячется гигантская чёрная дыра.

– Ой-ё-ёй, хорошо, что мы далеко от центра! – воскликнул Мишун.

– Да, близко к нему жизнь невозможна: там постоянно кто-то взрывается, – согласился Алекс.

– А какие звёзды мы видим, когда ночью смотрим на небо? – спросила Лиза.

– Мы видим только близкие звёзды, причём те, которые находятся не в самом диске Галактики, а вокруг него. А сейчас я скажу вам одну удивительную вещь: через два-три миллиарда лет наша Галактика столкнётся с Магеллановыми Облаками!

– Ой! И что же будет? Все погибнут? – в один голос воскликнули Мишун с Лизой.

– Самое интересное, что ничего особенного не будет, – объявил довольный произведённым эффектом Алекс. – Они просто сольются вместе, как это уже бывало: наша Галактика раньше уже поглощала более мелкие спутники. Звёзды при этом не сталкиваются, они же находятся очень далеко друг от друга. А давайте-ка ещё посмотрим на другую нашу соседку: галактику Туманность Андромеды. Её отсюда не видно – нам надо переместиться на пару миллионов световых лет.

Алекс дал команду, и Галактика Млечный Путь исчезла из поля зрения, зато появилась другая галактика, видимая немного сбоку. Возле неё тоже были заметны два пятнышка – маленькие галактики-спутники.

– Туманность Андромеды из нашего полушария Земли видна как крохотное туманное пятнышко, еле различимое невооружённым глазом в созвездии Андромеда, – начал рассказывать Алекс. – Она удалена от нас на два с половиной миллиона световых лет. Туманность Андромеды очень похожа на нашу Галактику, но в два с лишним раза крупнее. И движется она прямо на нас! Так что через четыре с половиной миллиарда лет эти две крупные галактики, возможно, тоже столкнутся. Вы только представьте себе, как будет выглядеть наше небо, когда эта махина приблизится вплотную! Некоторые звёзды, может, и наше Солнце, будут выброшены из галактик и станут изгоями. Правда, жизнь на Земле к тому времени уже будет невозможна из-за того, что Солнце превратится в гиганта, – вздохнул он.

– Но к тому времени мы наверняка переселимся на какую-нибудь подходящую планету, – поспешил утешить Лизу Мишун.

– Ну как, команда, отправимся к ещё более далёким галактикам? – спросил Алекс.

– Я бы хотела отправиться домой, – тихо ответила Лиза. – В космических далях я чувствую себя такой крохотной и одинокой… Не то что в моём лесу, где меня все знают и любят.

– И я тоже хочу домой, к маме, – поддержал подругу Мишун.

– Ну что же, прощай, далёкий космос, мы возвращаемся на родную Землю.