Когда друзья встретились в осознанном сне на привычном месте, на полянке возле тёмного дома уже стоял космический корабль, подмигивая огоньками. Он был похож на выпуклую чечевицу с надстройкой в виде прозрачного купола.

– Совсем как я мечтал! – ахнул Мишун.

Друзья зашли в кабину под куполом. Из неё открывался полный обзор на окрестности. Три удобных кресла приглашали в свои объятия. Алекс сел в среднее, перед которым располагался штурвал, как в кабине самолёта.

– Лиза, а что дальше делать? – спросил он.

– Как всегда – просто командуй, где мы должны оказаться.

– Мы на низкой орбите около Меркурия, – произнёс Алекс.

И тут же за прозрачным куполом стало совершенно черно, а через секунду в глаза ударил ослепительный белый свет, так что все зажмурились. А ещё друзья почувствовали, что ноги не упираются в пол.

– Закрыть купол солнечным фильтром! – скомандовал Алекс, и тогда стало возможно открыть глаза. – Мы в невесомости и в три раза ближе к Солнцу, – объяснил он. – Видите, какое оно большое. Ох и худо пришлось бы космонавтам на нашем месте, если бы в это время какая-нибудь вспышка на Солнце случилась!

– Невесомость, ура! Я снова летаю! – обрадовался Мишун, отталкиваясь от кресла. – Эх, жаль, кабина маловата!

Они парили под затемнённым прозрачным куполом и осматривались вокруг. Большую часть поля зрения занимала ярко освещённая серая поверхность планеты, изрытая кратерами.

– Мы опять к Луне прилетели, что ли? – удивился Мишун.

– Это Меркурий, – поправил Алекс. – Он и правда очень похож на Луну, хотя таких «морей», как на Луне, тут нет. Ну что, будем садиться на Меркурий? На дневную или ночную сторону? Лиза, ты предпочитаешь зажариться или замёрзнуть[7]?

– Ни то и ни другое, – решительно заявила Лиза. – Давайте сядем на вечернюю поверхность, где солнце уже зашло, но земля ещё не совсем остыла.

– Лиза, это гениальное решение! – обрадовался Алекс. – Жаль, что я сам до него не додумался. Чтобы было не слишком жарко, но ещё светло, сядем туда, где сейчас солнце заходит. Кстати, закат на Меркурии длится целых три недели. Возвращайтесь-ка в кресла и пристегните ремни, а то при посадке невесомости уже не будет.

Алекс потянул штурвал, и «Мечта» начала быстро снижаться, приближаясь к границе между дневной и ночной сторонами планеты. Вскоре корабль мягко опустился на поверхность внутри большого кратера.

– Лиза, а как мы будем выходить, мы же без скафандров? – спросил Мишун.

– Как обычно, – пожала плечами фея. – Командуем сами себе: мы стоим в скафандрах на поверхности рядом с нашим кораблём.

Гномики закрыли глаза, а когда открыли – все трое уже находились снаружи. Краешек солнечного диска ещё виднелся над пологой каменной грядой. Он был ослепительно-белый, а не красный, как закатное солнце на Земле. От каждого камушка и выступа по поверхности тянулись длинные чёрные тени. Мишун пару раз подпрыгнул: получилось довольно высоко, но всё же не так, как на Луне. Ну да – Алекс же говорил, что здесь всё становится в три раза легче, а не в шесть, как на Луне.

– Мишун, ты снова решил в какую-нибудь глубокую яму свалиться? – подколола Лиза.

– Просто проверяю прыгучесть, – пробурчал гномик[8].

Друзья отвернулись от заходящего солнца, чтобы оно не слепило глаза, и посмотрели вверх. На чёрном небе среди звёзд особо выделялись две точки.

– Ой, смотрите, какие яркие звёзды! – воскликнула Лиза. – Особенно вон та. На Земле я таких ярких не видела.

– Это Венера, ближайшая соседка Меркурия, – пояснил Алекс. – На Земле она тоже светит ярче всех звёзд, но здесь Венера сияет ещё в пятнадцать раз сильнее. Больше ни на каких других планетах мы не увидим такой красоты.

– А та, вторая звезда – это кто?

– Это же наша Земля! Присмотритесь: видите совсем близко к ней ещё одну светящуюся точку?

– Вижу! – обрадовался Мишун. – Это Луна, да? Ну надо же! Мы ещё никогда не были так далеко от Земли и Луны.

– Ничего, скоро ещё дальше заберёмся, – пообещал Алекс. – А теперь не пора ли нам домой, к нашей далёкой Земле?

– Пока, Венера! – помахала красавице-звезде Лиза. – Ты – главное украшение на Меркурии!