Немощный старик, сидя на открытой веранде своего дома в кресле-каталке, любовался шикарным видом на Женевское озеро. Впрочем, «любовался» в данном случае не совсем уместно, мужчина просто смотрел вдаль рассеянным взглядом, вспоминал бурную молодость и сожалел о том, что его долгая жизнь неуклонно приближается к своему естественному финалу.

Вчера ему стукнуло сто двадцать лет. Праздник прошел без какой-либо помпы. А праздник ли? С возрастом начинаешь понимать, что всякий День Рождения, по сути, очередной шаг в небытие. И если по молодости мы не думаем об этом, веселимся и празднуем данное событие, с годами каждый такой момент становится лишь напоминанием о скором и неизбежном уходе из жизни. Однако при фатальной немощности бренной оболочки мозг старика работал многим молодым на зависть. Привыкший просчитывать многочисленные риски, учитывать котировки и множество прочих факторов, влияющих на мировую финансовую ситуацию «биокомпьютер» в голове пожилого мужчины оставался по-прежнему работоспособен и, несмотря на изношенное тело, категорически протестовал против скорого и неминуемого ухода.

Смерть, по большому счету, должна была настигнуть его сорок четыре года назад в семьдесят шесть, после того как основательно изношенное сердце категорически отказалось функционировать. Однако, обладая серьезными финансовыми ресурсами, этот человек сумел подготовиться и избежать, казалось бы, неминуемого ухода из жизни. Первое пересаженное сердце билось в его груди больше пятнадцати лет. Потом наступила очередь второго, третьего и четвертого. Помимо этого органа ему были неоднократно трансплантированы донорские почки, селезенка, поджелудочная железа и много еще чего по мелочи. Теперь он и сам с трудом представлял, что внутри него родное, а что подсажено самыми искусными в мире специалистами от трансплантологии.

А еще в поисках средства продления жизни он регулярно обращался к специалистам, позиционирующих себя великими чародеями, колдунами в седьмом и так далее поколениях, даже шамана с далекой Чукотки лет тридцать назад подогнали.

Кстати, с этим оригиналом по имени Иван Николаев случился форменный казус. Надышавшись дымом сгоравших на костре трав и грибов, он лихо отплясывал с бубном, при этом громко пел на своем гортанном языке. А потом, подбежав к нанимателю, резко выдохнул дым прямо ему в лицо и выдал загробным голосом:

— Я тебя избавил, Большой Вождь, от хворей душевных, кои значительно опаснее телесных. Однако духи предков сказали мне, жить будешь еще долго, но через шестнадцать лет останешься без ног…

Зловещему предупреждению шамана он тогда не поверил и не принял во внимание. Обвинив в шарлатанстве, выставил старика за порог и какое-то время вообще не интересовался его дальнейшей судьбой. Лишь через шестнадцать лет, после того, как случился неожиданный паралич его ног, то есть фактически исполнилось пророчество колдуна, он приказал начальнику Службы собственной Безопасности выяснить, что стало с тем мужчиной после того, как его выперли за дверь. Как оказалось, шаман вовсе не умер от голода. Он развил бурную деятельность, объявив себя пророком на Земле какого-то бога Йалтына, и занялся активным привлечением паствы в ряды своих почитателей сначала в Женеве, затем, благодаря поддержке последователей, перебрался в Париж, где основал нетрадиционную церковь Великого Йалтына. Помимо пожертвований прихожан, он также зарабатывает на пророчествах с которыми время от времени выступает даже на телевидении, в Сети имеет свой сайт. Услугами новоявленного пророка не гнушаются пользоваться даже известные европейские политики и финансисты. Забавный оказался человек с завидной харизмой и умением адаптироваться в, казалось бы, абсолютно незнакомых условиях.

Стоит отметить, что даже после паралича нижних конечностей, трансплантология какое-то время вполне справлялась с множеством прочих недугов старика. Теперь же, когда на востоке Европы кипит война и, казалось бы, органов для пересадки более чем достаточно, старческий организм наотрез отказывается принимать любую чужеродную плоть, даже практически совпадающую по своим генетическим параметрам с его собственной. На данный момент большинство физиологических функций его организма выполняет вмонтированная в кресло сложная медицинская аппаратура.

Если бы его мозг потихоньку угасал вместе с прочим распадающимся организмом, было бы не так обидно. Удивительно, но именно этот орган до сих пор функционирует практически безупречно. Как следствие, у старика возникло патологическое неприятие скорого ухода из жизни. Если бы появилась возможность пересадки содержимого его черепа в молодое здоровое тело, он пожертвовал бы половину своего немалого состояния.

Хотя, нет, половины будет многовато, деньги — святое и должны остаться исключительно в распоряжении хотя бы наследников, поскольку не просто упали в его руки с небес. Они были заработаны каторжным трудом и ценой многочисленных сделок с собственной совестью, от которой, в конечном итоге, не осталось ни капли. Этот человек даже на финише своей долгой жизни никогда и никому не признается, на какие низкие поступки ему пришлось пойти, чтобы заработать свой первый миллион. Здесь и предательство близких людей, даже убийства тех, кого он называл друзьями и многое-многое другое, что не вписывается в уголовный кодекс любого правового государства.

Но самое темное пятно на его репутации — это тесное сотрудничество с финансово-олигархическими структурами Третьего Рейха. В результате его хитроумных махинаций сотни тысяч его соплеменников европейских иудеев отправились в газовые камеры Освенцима, Маутхаузена, Треблинки и других лагерей смерти нацистской Германии. Сожалел ли он об этом? А вот и ничуть, деньги не пахнут не только дерьмом древних римлян[1], но и черной копотью сгоревших в печах тел евреев, славян, представителей прочих народов, да и самих немцев. А изъятых нацистами у своих жертв денег, золота (в том числе зубных коронок и обручальных колец) обезличенного в слитках, также дорогих ювелирных изделий было много очень много. Часть этого добра осела и на его счетах. Взамен же он поставлял в Германию из позиционирующих себя нейтральными государствами продукты питания, топливо, металлы, сырье для химических производств и еще много разного, жизненно необходимого для, казалось бы, победоносной Германской Армии. Гитлер тогда проиграл по причине врожденного фанфаронства и патологической нелюбви к профессиональным военным. Впрочем, чего уж тут вспоминать, главное, информация о его делишках с нацистами не утекла куда не следует. Иначе пуля безжалостного убийцы посланного руководством вездесущей «Моссад» уже давно оборвала бы линию его жизни. Нынче он вполне правоверный иудей, не ортодокс, но Тору чтит, синагогу, когда здоровье это позволяло, регулярно посещал в полагающиеся дни и по праздникам и до сих пор делает немалые финансовые пожертвования для процветания государства Израиль.

Сегодня, после того как его многочисленные дети, внуки, даже праправнуки приехавшие почтить патриарха с его юбилеем, разлетелись по своим неотложным делам, старик неожиданно понял, что это для него последний День Рождения. Очень скоро его усталый организм окончательно отторгнет все ранее имплантированные органы и сложную медтехнику, после чего, как бы ему ни хотелось остаться, он отойдет в мир иной.

Радости одному из богатейших людей Земли не добавили ни роскошный вид на водную гладь, ни утопающие в зелени богатые поместья, разбросанные вдоль берега озера. Ему стало до горечи обидно при мысли, что когда он уйдет, Солнце будет регулярно всходить и закатываться в определенное небесной механикой время, по ночам на небе будут зажигаться звезды, но всё это уже без него. В существование Высших Сил старик не верил, и загробного наказания за грехи не опасался. Как завзятый прагматик он цинично рассуждал, если бы хваленая Вселенская Справедливость имела место, он бы уже давно за свои грехи жарился на самой горячей адской сковороде под неусыпным приглядом самых расторопных чертей.

Неожиданно, на веранду буквально влетел, судя по взъерошенному виду, чем-то основательно взволнованный секретарь, мужчина лет пятидесяти и буквально с порога воскликнул:

— Экселенц, у меня для вас обнадеживающая новость!..

Однако был прерван легким движением руки босса и его негромким хриплым голосом:

— Соломон, напомни-ка старику сколько лет ты состоишь на должности моего личного секретаря?

— Месяц назад семнадцать годков минуло.

Получив ответ, старик продолжил с ехидной усмешкой на устах:

— Вот видишь, семнадцать лет ты при мне, но так и не усвоил базовые навыки куртуазного обращения со своим работодателем. Благо, у тебя куча других достоинств. В противном случае, давно бы тебя уволил.

При слове «уволил» секретарь невольно вздрогнул и как бы даже «сдулся», поразительным образом уменьшившись на глазах в росте. Кому, как не этому приближенному к олигарху человеку, знать, что означает «быть уволенным», и сколько таких «уволенных» отправилось на корм средиземноморским рыбам с привязанными к поясу пудовыми гирями или тазиками с алебастровым раствором на ногах. Впрочем, сегодня он был более чем уверен, что эта его оплошность сойдет ему с рук.

— Виноват, Экселенц, но у меня для вас крайне обнадеживающая информация. Если позволите…

— Давай-ка, Соломон, выкладывай, что у тебя на этот раз, иначе со своей велеречивостью и экивоками ты сам забудешь, с какой целью пришел.

Получив разрешение хозяина, мужчина водрузил ноутбук на съемный столик, установленный на инвалидное кресло-коляску, и включил запись.

Поначалу старик не понял, что происходит на экране, к тому же разговор шел на русском языке, который был для него непонятен. Лишь благодаря пробегающим внизу субтитрам, суть происходящего на экране стала, наконец-то, доходить до его сознания.

Закончив просмотр, он взглянул на секретаря и приказал прокрутить запись еще раз. По окончании повторного просмотра, старик еще более скрипучим от волнения голосом спросил:

— Насколько это реально?

— Данная запись ходит по Интернету вот уже около месяца, Экселенц. Поначалу наши специалисты отнеслись к ней как к довольно талантливой мистификации русских. Так и было, пока её не увидел наш компьютерный гений Жан-Пьер. По его словам, он разобрал видео едва ли не по кадрам и не обнаружил ни единого следа монтажа…

— То есть, парень утверждает, что это видео настоящее?

— Так точно, босс. Запись реальная. А это означает, что девчонка способна исцелять людей своим биополем, или как там оно называется. На данный момент это единственная надежда для вас, Экселенц.

Сидящий в инвалидном кресле пожилой мужчина оскалился в довольной усмешке, даже давление от притока адреналина в кровь подскочило, но не столь критично, поскольку чуткая медицинская аппаратура, контролирующая его состояния, не подняла тревогу. От радости если и умирают, значительно реже, нежели от горя. Пережив легкую эмоциональную бурю, старик перевел взгляд на секретаря, и заговорил, отчего-то перейдя на идиш:

— Соломон, я вполне отдаю себе отчет, что означает эта запись для меня?

— Я никогда не сомневался в ясности вашего ума, босс.

— И у тебя наверняка имеется план мероприятий на этот счет.

— Два, босс.

— Что два?

— Два плана. Первый, отправляем кого-нибудь из доверенных лиц в Москву и ведем переговоры напрямую с целительницей, с тем, чтобы она отправилась в Швейцарию…

— К черту этот твой план! Можешь не продолжать. Как только мои люди — а чужакам я эту миссию не доверю — начнут переговоры с девчонкой, об этом немедленно узнают все мои недоброжелатели, включая любящих родственничков. И тогда за её жизнь я ломанного пфеннига не дам.

— Значит, вариант «Б»?

— Озвучь.

— Если помните, наш курдский друг Рожхат ага получил военное образование еще в СССР. Он прекрасно говорит по-русски, под своим крылом держит около двух сотен отлично подготовленных преданных лично ему головорезов. Непримиримый боец за свободу Курдистана, при этом достаточно беспринципен, то есть деньги любит сильнее своей томящейся под гнетом угнетателей родины…

— А кто их не любит? — Ворчливо заметил старик.

Получив разрешающий кивок от босса говорить дальше, секретарь продолжил излагать свой план:

— Заплатим авансом десять миллионов и на легальных основаниях осуществим отправку его группы в Москву под видом туристов, или бизнесменов. Оружием, транспортом и всем прочим необходимым оборудованием обеспечим на месте. Захват целительницы, надеюсь, не составит особой сложности. Её транспортировку в Европу осуществим, по южному коридору. По прикидкам наших специалистов по стратегическому планированию, после приезда группы Рожхата в Россию операция займет не более трех суток.

— Хорошо, Соломон. Если всё пройдет гладко, твои труды будут оценены по достоинству. Но если что-то пойдет не так, последует немедленное увольнение. Свободен… Ах, да, не забудь предупредить наших курдских друзей, что дело они будут иметь с реальной колдуньей. Пусть не расслабляются в её присутствии, а лучше постоянно держат в спящем состоянии.

Обещание «немедленного увольнения», как обычно, вызвало у Соломона неприятные эмоции в виде легкого зуда в районе шеи и ощутимого подрагивания кончиков пальцев рук. Однако мужчина довольно быстро взял себя в руки — и не такое проворачивали. И, оставив босса наедине с ноутбуком, удалился.

* * *

— Дед, ты совсем чокнулся на старости лет! — Мужчина среднего возраста, слегка лысоватый вполне респектабельного вида, грозно распекал вызванного мной призрака его недавно почившего в Бозе родственника. — Скажи мне, за каким хером тебе понадобилось влезать в мой сейф и тырить оттуда документы на?.. Впрочем, ты сам знаешь, какие это бумаги. Что за моча стукнула тебе в голову, старый ты маразматик⁈

— Не рычи, Степка! — Огрызнулся фантом. — Если бы не я их спиз… их прикарманил бы твой родной братец Коленька и продал бы за гроши твоим конкурентам. Часть денег передал бы твоей секретутке Софочке, кою вы поочередно пользуете, только ты официально, как её босс, а с Николаем она как бы по великой любови сношается. Остаток твой братец тут же спустил бы в ближайшем подпольном казино. Игроман проклятый! И не видать бы тебе завода ЖБК, мой милый внук, если бы не твой умный дед. Был бы жив твой отец… — Но, посмотрев на меня, призрак как-то резко замолчал, определенно, решил не развивать какую-то, скорее всего, весьма скользкую тему.

— Откуда информация, ну насчет Софии? — Уже боле спокойным тоном задал вопрос призрачной сущности клиент.

— От верблюда! Разговор их подслушал, чисто случайно… Ты мне верь, внучок, не в том я положении, чтобы врать. Разумеется, не абы как случайно, следил за ими обоими, ибо подозревал. Короче, сильно перепугамшись, я тогда, забрал бумаги и второпях поместил на предъявителя в ячейку банка Югора, откуда ты их можешь забрать, назвав служащим банка пароль и набрав нужный код на дверце ячейки… — Далее старик озвучил конфиденциальную информацию, которую я опускаю. — Хотел тебе обо всем поведать, глаза, так сказать, раскрыть на происходящее за твоей спиной. Да вот помер неожиданно, пока до офиса твово добирался. Наверное, от волнений и переживаний это ласты склеил. Угораздил же меня Господь одарить двумя внуками. Один весь в работе слепой как крот, дальше носа свово ничего не замечает, к тому же влюбленный, что тот пацан пубертатный… Главное в кого? В хитрожопую бабенцию с ведёрными сиськами Софью. И при своей «неземной» любови даже не способный заметить, как под его носом секретаршу шпилит его родной брат. А ведь я тебе говорил, Степа. И ты же своего заботливого деда самого родного на Земле человека куда послал? Ась? Чего молчишь, сопишь в две своих дыры. Почаще бы по сторонам посматривал, да к моим словам прислушивался, глядишь, и я бы в могилку не слег. Вот такая получилась херня, внучок…

Дед с внуком еще минут десять общались уже на отвлеченные темы. Странно, впервые мне попался столь эмоциональный экземпляр призванного осколка души покойника. Все прочие призраки до этого были какими-то блеклыми и безэмоциональными. Этот же весь буквально полыхал ненавистью к своему родному внуку и его «хитроумной полюбовнице». Скорее всего, на Земле осталась, более значительная, нежели обычно, часть духовной ипостаси покойного. Вполне допускаю, что через недельку-другую дед стал бы являться внуку в его снах, чтобы все-таки передать информацию о месте, где хранятся ценные бумаги, заодно открыть ему глаза на поведение его родного братца.

Вообще-то ситуация, на мой взгляд, трагикомическая, но в моей практике медиума бывали и более забавные случаи. Чего только не происходит в этой жизни. Так что я ничуть не удивлен.

По окончании сеанса связи с потусторонним родственником, клиент поблагодарил меня и, одарив дополнительной денежной суммой в размере ста тысяч рублей кэшем, удалился.

Я уже, было, собрался попросить Ксюшу принести мне чашечку кофе, но тут буквально взвыла моя чуйка, предупреждая о грозящих скорых неприятностях. Не прошло и тридцати секунд, рядом с входом в мой офис остановился (хе-хе!) аж целый эскорт из легкового автомобиля и пары сопровождающих его микроавтобусов. Подавив предупреждающие сигналы своего подсознания, я вывел на свой рабочий монитор картинки с установленных вокруг здания видеокамер. Забавно было наблюдать, как из микроавтобусов выскакивают вооруженные автоматами человечки в бронежилетах с балаклавами на головах и со знанием дела берут под свой контроль вход и все окна моего офиса. Ну, чисто маски-шоу. Впрочем, я не удивлен, поскольку уже понял, кто именно пожаловал ко мне в гости. Теперь по глубокому убеждению их начальства из здания мышь не выскользнет. А вот и не так. При желании я могу отсюда уйти кучей способов. Например, подземным ходом, возведенным моими зомби, о существовании которого нет никаких упоминаний в какой-либо официальной проектной документации. Также могу слинять посредством микропортала прямиком в свою резиденцию. То, что во втором случае выйдет из строя вся действующая электроника в радиусе полукилометра от моего офиса, меня не особо беспокоит — сами виноваты. Но, поскольку я ни от кого сбегать не собираюсь, перспектива превратиться в бесполезный пластиковый хлам окрестным девайсам с настоящий момент не угрожает.

Дождавшись, доклада старшего боевой группы прикрытия, из автомобиля вышла троица, вне всяких сомнений, магически одаренных людей, облаченных в стильную черную форму ФСБ с офицерскими погонами на плечах и во главе с одной отлично знакомой мне дамочкой. Судя по двум просветам на её погонах и второй звездочке, Ольга Витольдовна резко пошла на повышение. Впрочем, не так уж и резко. Есть женщины (нет, не в русских селеньях, неподалеку от стен древнего Кремля) значительно моложе её, при этом щеголяющие, непонятно за какие заслуги, генеральскими звездами на погонах. Так что, звание подполковника с её выдающимся, по здешним меркам, Даром вполне уместно.

Выйдя из-за стола, я направился в приемную. Чтобы не дразнить «гусей» отдал мысленный приказ Феликсу и Косте тихо сидеть в подсобке и не чинить препятствий гостям, хоть и непрошенным, но все-таки, как это ни странно, долгожданным.

Минуту спустя, троица эфэсбешников вошла в помещение. Парочка сопровождавших Хафтан офицеров капитан и старший лейтенант, явно по предварительной договоренности, замерли у входа. Ольга Витольдовна же продолжила движение в моем направлении, и остановилась на расстоянии пары-тройки шагов от меня. Едва она собралась открыть рот, чтобы разоблачить злостного, как ей кажется, мистификатора и закоренелого пройдоху, вводящего людей в заблуждение посредством своих экстрасенсорных способностей.

Однако, я не позволил даме этого сделать. Одарив подполковника в юбке самой благожелательной из арсенала своих улыбок, расставил широко руки, будто приветствую желанную гостью и выдал ворчливо-укоризненное:

— Ну что же вы, уважаемая Ольга Витольдовна, соглядатаев подсылаете, вместо того, чтобы по старой дружбе зайти на чашечку кофе, обсудить то, что вас волнует и вообще… Не ожидал от вас, никак не ожидал. Мне даже обидно, зачем было терять время на замысловатые хождения вокруг да около и засылку всяких тупоголовых личностей под явно надуманными предлогами. Неужели ваша контора оскудела умными людьми… Впрочем, о чем это я? В наш меркантильный век все таланты кинулись зарабатывать на крипте и валютных спекуляциях, нужды же государства для них пустой звук.

Ошарашенная моим яростным напором женщина, проглотила все слова, которые собиралась сказать. Стояла, выпучив на меня глаза, и собственным ушам не верила. Определённо, она собиралась меня пытать, чтобы я сознался в том, что никаким Илемом Этанарским не являюсь. И вдруг, получилось так, что дыба, раскаленные клещи и хотя бы веревка вокруг головы и палка, посредством которых Ходжа Насреддин «пытал» звездочета Гуссейна Гуслия, вовсе и не потребовались. Подозреваемый (непонятно в чем) сам без каких-либо принуждений сознался, кем на самом деле он является.

Наконец. Ольга Витольдовна нашла в себе силы выдать обескровленными губами что-то более или менее членораздельное:

— Трофим Афанасьевич Смирнов, насколько я понимаю?

На что моя добродушная физиономия расплылась в еще более широкой лыбе (хотя, куда уж шире).

— Может, проследуем в мой кабинет и там пообщаемся, так сказать, в приватной обстановке. Со своей стороны, даю обещание, что второй том «Войны и мира» вас читать не заставлю.

Упоминание эпопеи Льва Толстого вызвало невольные улыбки на лицах сопровождавших Хафтан офицеров. Определенно, история годовалой давности получила широкую огласку среди конторских. М-да, подставил дамочку перед коллегами. Впрочем, сама виновата, нечего было, лезть в воду, не зная броду. Ладно, её проблемы взаимоотношений с коллегами по службе, меня не касаются. Но тему «Войны и мира» больше не затрагиваем.

— Хорошо, ведите в свой кабинет, Смирнов-Этанарский, или как вас на самом деле звать величать.

— Величать не нужно. Обращайтесь ко мне просто Илем или господин Этанарский, коль вам так будет удобнее. Кстати, я тут собирался кофейку попить. Вы как? Кофе, чай, минералку или чего покрепче?

— Обычной воды из кулера, если это не затруднит вашу сотрудницу.

Я с выражением взглянул на начавшую приходить в нормальное состояние Ксению. Получив кивок в ответ, мол, босс, все будет выполнено в самом лучшем виде, со всем своим вежеством препроводил госпожу Хафтан в свой кабинет.

[1] Pecunia non olet (лат.) — деньги не пахнут Намек автора на римского императора Тита Флавия Веспасиана, который ввел налог на общественные уборные.