Мой крыс-зомби выбрал удачную позицию, так чтобы видеть всё, что происходило в пещере.

Стоило лишь появиться чародею, как до этого молчавшая толпа громко и в едином порыве грянула:

— Аве, Максимус!

Тут же один из адептов подскочил к колдуну с точно такой же хламидой в руках, что была на всех присутствующих культистах, и помог ему облачиться в нее.

Чародей отреагировал на приветствие своих последователей поднятием правой руки со сжатым кулаком. Подойдя к клеткам с видом проверяющего инспектора, он брезгливо поморщился, и, обратившись к сопровождавшему его лицу, недовольным голосом сказал:

— Они что у вас гадят прямо в клетках?

— Прямо в штаны, Величайший. Им ведра поставили для того, чтобы испражнялись, они же специально тут антисанитарию разводят… в знак протеста, так сказать, за, якобы, незаконное задержание. Раз не хотят срать, как полагается, мы перестали их кормить, только воду для питья даем. — И зачем-то добавил: — Бутилированную.

— Впрочем, неважно, Ему и так сгодится. — Пробормотал Максимус и, отойдя подальше от смердящих заключенных, обратился к своей пастве:

— Братья и сестры, сегодня наконец-то настал тот долгожданный день, когда должно случиться предопределенное. Мы станем свидетелями прихода в наш мир Безымянного. Мы долго готовились к этому моменту, и вот он настал… — Далее лидер сатанистов начал нести какую-то форменную околесицу о великом предназначении этого скопища моральных уродов, духовной силе, которую в скором времени всем им предоставит тот, кого он называл Безымянным, ну и так далее, в том же пафосном духе.

Пока лидер демонопоклонников задвигал свою речугу, я, будто конь буланый, мчался в направлении дьявольского сборища, которое, вне всяких сомнений, должно закончиться принесением людей в жертву какой-то инфернальной твари. Бежал резво, на пути пару раз едва не столкнулся с встречными прохожими. Впрочем, сумка на колесиках какой-то старушки пострадала от контакта с моей ногой. Сама виновата, бульвар довольно узкий, а эта прет по самой его середине, и плевать ей на прочих участников движения. Вот я ненароком и зацепил её саквояж. Бабка, как водится, подняла хай, но извиняться я не стал, ибо нефиг, и продолжил движение.

Проще стало, когда я свернул на едва заметную тропинку между кустами сирени. По ходу движения мой наметанный взгляд отмечал разного рода интересные моменты. Кусок пустующей земли, превращенный фактически в помойку, чистейшей воды нонсенс. Тут впору возвести торгово-развлекательный центр, на худой конец гостиницу, или просто жилой дом. Да много чего можно построить на этом месте. Ан, нет. Пустует пустырь (прошу прощения за тавтологию). Скорее всего, какие-то весьма хитрожопые ребята из столичной мэрии ждут наиболее выгодного предложения от представителей бизнеса с приличным откатом в их бездонные карманы, разумеется. Собянину что ли настучать? Вряд ли сам мэр будет заниматься подобной ерундой. Тут кто-то из его ближайших сподвижников орудует.

А может мне самому подать заявку на этот участок? Земля хоть и не в самом центре Москвы, но внутри Большого Транспортного Кольца в каких-то трех десятках километрах от Кремля. Построю деловой небоскреб, сдам в аренду под офисы, а сам отправлюсь к теплому морю-океану почивать на бабках. Тьфу, какая-то ересь в башку лезет! У меня и сейчас вполне хватает средств, чтобы безбедно жить в Эмиратах, на Пхукете или еще каком уютном местечке с теплым морем, песчаным пляжем и аппетитными загорелыми стройняшками. Кстати, в Тайланде я успел побывать во время новогодних каникул. И скажу вам, бессмысленное времяпрепровождение на пляже за бокалом фруктового коктейля мне довольно быстро надоело. А еще раньше сгонял в США и другие страны Америки. Много времени для того, чтобы посмотреть на мир у меня не отняло — всего-то пару месяцев. Посетил Европу. Походил, посмотрел и теперь меня туда не тянет. Сам не понимаю почему, но именно Россия при всей её неухоженности и необустроенности больше всего привлекает меня в качестве места постоянной дислокации.

На первый взгляд, ничего хорошего здесь нет. Народ грубоват, матерится по-черному. Что мужики, что бабы могут запросто съездить по роже своему обидчику. Брусчатые дорожки в местах массовых гуляний проложили, а вот говно за своими домашними питомцами убирать не научились, особенно это заметно по весне, когда сугробы растают. Остановки общественного транспорта и лавочки для отдыха, если не из железа или бетона, непременно поломаны, а если сломать невозможно, распишут какой-нибудь матерной или хтонической хренью. И еще куча разного рода других непотребств — всего не перечислить. Но, несмотря на все эти недостатки, сам не знаю почему, душевный комфорт я обретаю только здесь.

Ну, всё-всё, хватит дифирамбов в адрес Святой Руси, к тому же, я уже добрался до люка, что ведет в подземелье.

Телекинезом не владею, да и не нужен он мне при наличии шестерых надежных хлопцев-умертвий во внепространственном загашнике. Извлек их по очереди в реальный мир. Перед началом операции по нейтрализации сатанистов кратенько проинструктировал. В принципе, ничего особо мудреного. Всего-то зайти в подземелье и посредством резиновых дубинок по голове, успокоить всех, находящихся в подземелье потенциальных противников. Что касательно чародея, им я займусь лично.

Двое моих зомбаков ловко поддели пальцами чугунный люк и отбросили его в сторону. Первым в темноту подземелья прыгнул я и со всей возможной скоростью помчался в направлении пещеры, где проводился ритуал по вызову инфернальной твари.

Торопиться пришлось, поскольку один бомж уже был извлечен из клетки и помещен в центр пентаграммы. Только что к нему подошел маг и обсидиановым ножом и полоснул по шее, аккурат в области сонной артерии. Кровь брызнула и начала растекаться по канавкам руны призыва, нацарапанной в центре пентаграммы. Вряд ли я успею спасти бедолагу, поскольку его и без того страдающий хроническим алкоголизмом и кучей инфекционных заболеваний организм, к тому же, основательно ослабленный бескормицей последних дней, на которую его обрекли тюремщики, столь ударную кровопотерю не переживет, даже если я применю к нему целительское заклинание. Всех прочих томящихся в клетках страдальцев, разумеется, освобожу позже, основательно промыв им мозги. И плевать, что это маргиналы, по сути, отбросы общества. Для меня они, в первую очередь, разумные существа, обладающие душой. Жизнь лежащему в центре пентаграммы человеку я хоть и не смогу спасти, асе-таки не позволю демонической твари полакомиться его бессмертной духовной сущностью, что приведет к окончательной смерти бедолаги и лишит его возможности дальнейшего перерождения.

Как результат магических манипуляций сатаниста, руна вспыхнула багрово красным светом, вслед за этим по полу пещеры пошли эксцентрические волнообразные колебания. Такое впечатление, будто в пруд кинули здоровенный булыжник. Всё вышеописанное я наблюдал глазами зомби-крысы. К моменту же моего появления под сводами пещеры рядом с истекающим кровью мужчиной из-под земли вылезла примерно наполовину здоровенная рогатая тварь.

Первым делом я подскочил к стоявшему ко мне спиной главному сатанисту, и четко выверенным ударом в основание черепа отправил его в нокаут. Наличие на его голове капюшона ничуть не помешало мне четко определить местоположение уязвимой точки на его теле. Не теряя времени, я подбежал к жертве и пинком ноги отправил находящегося на последнем издыхании человека за пределы пентаграммы, чтобы его духовная сущность не досталась демону в качестве корма.

Тем временем мои вооруженные полицейскими дубинками зомби лихо налетели на замерших в страхе демонопоклонников, и в течение считанных секунд уронили всех их на пол, в бессознательном состоянии.

Вот теперь настала очередь демонической твари, которая, почуяв неладное, попыталась удрать из этой реальности. Я схватил монстра за здоровенный рог, и уже, было собрался вытащить целиком на свет божий, чтобы развеять его тело и душу посредством некромагического конструкта. И тут под сводами пещеры раздался его громкий голос:

— Не губи, Вай бени Этанари! Даже предположить не мог, что ты тут главный. Знал бы, ни за что не стал связываться с местными придурками. — Поначалу я не осознал толком смысл произнесенных демоном слов. Более всего меня поразило то, что демон разговаривает на пратакханга принятом в мирах Ожерелья языке межмирового общения. Лишь, спустя какое-то время, до меня дошло, что рогатый обратился ко мне не только на общем, он назвал меня по имени, данным мне Учителем, после того, как тот приобрел меня малым ребенком у обнищавших родителей в одном заштатном мирке во время одного из своих путешествий по бескрайнему Ожерелью. Признаться, я даже не в курсе, откуда родом, поскольку наставник не соблаговолил мне об этом сообщить. Это уже после ликвидации мною Учителя я стал Илемом Этанарским, на вполне законных основаниях, как преемник всего им нажитого движимого и недвижимого имущества. Я не планировал подлое убийство своего, по сути, благодетеля. Он до сих пор был бы жив, если бы не задумал провести операцию по омоложению своего одряхлевшего организма за счет моей жизненной и духовной силы. Разумеется я не согласился и, будучи к тому времени достаточно продвинутым магом, заточил его душу в драгоценный камень. Мертвое вместилище разума же его обратил в невесомый прах, который развеял над Атийским океаном, что омывает восточную часть благословенного Вардха-Нархал. Пусть будет благодарен своему бывшему ученику за то, что не обратил в лича. Жаль, камешек тот пропал во время моего вынужденного межмирового перемещения. Все-таки мне не хватает мудрых советов прожившего три тысячелетия некроманта, беседы с которым вот уже пару сотен лет доставляли мне непередаваемое удовольствие, бывало, даже приносили реальную пользу.

Повернул к себе лик демона, чтобы хорошенько его рассмотреть в подземном полумраке. Пригляделся и, наконец, признал одного своего старинного знакомого, времен беззаботного студенчества. Этот отпрыск какого-то демонического князя проходил тогда обучение в нашей Академии по программе обмена студентами. Наглый оказался гадёныш, не знаю, чем именно я ему не приглянулся, но именно меня он постоянно доставал своими злыми шуточками и подковырками. Какое-то время я сдерживался, иномирянин все-таки, но после его неудачной попытки наградить меня подзатыльником исподтишка, пришлось вызвать на честную схватку и низвергнуть его туда, откуда тот прибыл в наше учебное заведение. Меня тогда крепко пожурили, мол, обостряешь и без того напряженные отношения с обитателями одного из сопредельных планов, но из Академии все-таки не выперли, поскольку его родичи, просмотрев запись нашей дуэли, никаких претензий в отношении меня не выразили. Случилось это двести с лишним циклов (считай земных лет) назад, Если не ошибаюсь, имя того парня то ли Бафельгар, то ли Бефельгар…

— Ну, точно, Бельфегор! — Громко воскликнул я и, не удержавшись, хлопнул себя ладонью по лбу. — Что за хрень, Бельф? Почему Кодекс нарушаем? И, вообще, с каких это пор представитель уважаемого демонического рода занимается пожиранием астральной падали. Я понимаю, твои дикие родичи, для которых закон не писан, лопают всё что под руку — то есть под лапу — подвернется. Но ты же, существо не просто цивилизованное, ты представитель древнего аристократического рода, при этом занимаешься подобным непотребством. А что скажут твои уважаемые родичи, когда узнают о попытках члена их клана манипулировать разумными существами в неблаговидных целях. Вне всяких сомнений, ты вполне отдаешь себе отчет в том, что, пожирая духовную составляющую разумного существа, лишаешь его возможности последующего перерождения. И как же ты станешь перед ними оправдываться?

— А никак, Вай…

— Забудь это Вай, обращайся ко мне либо Илем Этанарский, либо просто Илем.

Тут Бельфегор уставился на меня уважительным взглядом своих карих глаз, в глубине которых время от времени вспыхивали и затухали алые звездочки.

— Так ты все-таки стал хозяином самой богатой на Тантре провинции Вардха-Нархал. Никогда бы не подумал, что тот заморыш…

Я ничуть не обиделся, попытке зацепить мое самолюбие. С легкой ироничной улыбкой я освежил ему память:

— Помнится, тот, как ты говоришь, заморыш отправил тебя Великого и Могучего Первого Наследника княжеского рода обратно на твой воняющий серой демонический план.

— Да ладно, Илем, — демон примирительно махнул когтистой лапой. — Я вовсе не собирался тебя обидеть. А насчет запаха серы, так это байки от наших ненавистников. — Затем выдал просительным тоном: — Может, все-таки позволишь выбраться полностью в твою реальность. Как-то не очень приятно осознавать, что пока я нахожусь в подвешенном состоянии, какая-нибудь астральная тварь может тяпнуть мое нынешнее вместилище разума за мягкое место, или, не приведи Баал, за что-нибудь более интимное.

— Ладно, вылезай, — смилостивился я, даже протянул руку, чтобы помочь Бельфегору полностью выбраться в реальный мир. После того, как тот оказался на прекратившем колыхаться полу пещеры, я его на всякий случай предупредил: — Вздумаешь дурить, накажу…

— Да лан, Илем, с некоторых пор я зарубил себе на носу, что с некромантами шутки плохи. Спасибо, что сжалился надо мной на той дуэли, всего лишь отправил на родной план и не сотворил из меня лича. Молодой я тогда был, излишне самоуверенный. Считал всех разумных, кроме своих соплеменников, слабаками. Жаль, что отношения с тобой у меня с самого начала не заладились. Чересчур наглым и независимым ты мне тогда показался. Вот я и стал до тебя докапываться… Короче, извини, был не прав. Ну а, после той нашей дуэли вся моя жизнь пошла наперекосяк. В очереди на престолонаследие меня отодвинули аж на семнадцатое место, то есть я фактически потерял шанс когда-нибудь стать Великим Князем законным образом. Такое отношение мне, разумеется, не понравилось. Организовал заговор против родного папаши. Однако в рядах моих единомышленников нашелся предатель. Даже не предатель, а соглядатай от СБ рода. Нас взяли по-тихому всех одновременно. Моих товарищей предали окончательной смерти без возможности последующего перерождения. Меня же, как носителя княжеской крови, пощадили. Всего лишь официально исключили из рода и отправили в свободный астральный полет. Так я оказался здесь. Если конкретно, на созданном мною на последних запасах маны сопредельном с этим миром осколке смежной реальности, с более-менее удовлетворительными условиями существования.

Лихо, однако, с ним поступили родаки. Отправить соплеменника в свободный полет сквозь астральные планы с непредсказуемыми последствиями, на мой взгляд, хуже смертной казни. Впрочем, сам кузнец своего «счастья». Не приставал бы к тогда еще скромному студенту по имени Вай бени Этанари, вполне возможно, до сих пор ходил в наследниках первой очереди, или же, носил титул Великого Князя или, как у них принято называть Верховного Правителя демонического плана, Князя Князей. Вот так оно и бывает, знать, где упадёшь, соломки бы подстелил. Выходит, именно я напрямую являюсь виновником всех бед этого разумного. Нет, я всего-то фактор, причина же именно он сам, точнее его неугомонный говнистый характер и абсолютное неуважение к представителям других видов разумных существ.

— А чего не перебрался в более приятные места? Вы ж демоны в пространственной магии великие специалисты.

— Издеваешься, — грустным голосом констатировал Бельфегор. — У меня после того принудительного переноса энергии осталось птер накакал. Хватило всего лишь создать «пузырь» в смежной с этой реальности объемом десять на десять и на десять шагов. Ну а дальше начались мои райские муки. Сто с лишним местных лет копил ману, чтобы отправить послания-заманухи в этот мир будущим своим адептам. Еще век ждал, пока кто-нибудь клюнет, создаст эгрегор, иными словами, группу приверженцев Великого и Ужасного Бельфегора, и, накопив достаточно сил, сможет выйти со мной на связь. Наконец я дистанционно наладил отношения с этими чудиками, готовыми за обладание Силой мать родную продать. Наобещал им в три короба. И как только у меня, наконец, стало что-то получаться, снова ты, как чёртик из табакерки. И что тебе не жилось на твоем Танторе? А, Илем?

— Жилось, Бельф, жилось, и неплохо, скажу тебе, но до тех пор, пока «светляки» на мой мир глаз не положили. Сначала утвердились на Керибде, затем Азаил захватили, ну и прочие три материка-плана. Мой же домен оставили на закуску. Так что, сам понимаешь, я здесь не по собственной воле. Вообще-то заклинание переноса должно было доставить меня в один из, так называемых Сумрачных миров Ожерелья. Но что-то пошло не так. Демоны Ада! — Неожиданно меня осенила догадка. — А не ты ли, сатанинское отродье, стал причиной сбоя⁈ Не ты ли своим ментальным посылом затянул меня в эту дыру? Говоришь, что не держишь на меня обиды? Так я в этом очень даже сомневаюсь. Поди, только и думал все это время, как отомстить, якобы, виновнику всех твоих бед. Ну что, я не прав?

На что демон потупил глаза и смущенно пробубнил:

— Признаю, Вай, то есть, Илем, обижен я на тебя. До сих пор злоба гложет изнутри. Если бы не ты…

— … ага, все могло пойти по-другому. — И язвительно усмехнувшись, продолжил: — Если кого-то обвинять, начинай со своей маменьки. Ведь это именно она уродила такого придурка. А еще папеньку укоряй, за то, что воспитал тебя форменным мудаком. Дружков своих по детским и юношеским игрищам и забавам не забудь, поскольку среди них не нашлось ни одного порядочного существа, чтобы своевременно указал на твои неуемные амбиции. Ну и так далее, поминай недобрым словом по цепочке всех, с кем ты когда-либо был знаком. Как же, сам-то ты белый и пушистый, а во всех твоих бедах виноват кто-то другой. А если подумать? А? Кто тебя за язык дергал в Академии? Но я терпел все твои издевки. А вот когда ты протянул свои грязные лапы и попытался дать мне подзатыльник, тут уж, извини, не удержался, вызвал тебя на честный бой. Ладно, что было, то прошло. Можешь свою ненависть к Илему Этанарскому по-прежнему холить и лелеять, мне от этого ни холодно, ни жарко. А вот, своим появлением в реальности Земли, признаться, задал ты мне задачку. Сейчас ты, считай, в моей полной власти. И что прикажешь с тобой делать?

— Отпусти, Илем, клянусь, буду и дальше прозябать в своем ограниченном захолустье, но отныне в этот мир ни ногой.

— Ладно, расслабься. Не стану тебя убогого развоплощать или в лича обращать. Более того, предлагаю взаимовыгодный обмен. Ты мне нацедишь ведерко ихора, я тебе в качестве компенсации позволю сожрать души отморозков, что валяются на полу в обморочном состоянии.

Ихор, суть, кровь богов и демонов, прекрасный ингредиент для свершения некоторых магических обрядов и зачарования предметов. Завладеть этой субстанцией, убив того, в чьих жилах она течет, невозможно. Получить ихор можно лишь с согласия его носителя.

— И мага? — плотоядно облизнулся демон.

— Ишь чего захотел! Нет, Бельфегор, на главного сатаниста у меня собственные планы.

— Рассчитываешь грохнуть и поднять в облике лича? — Демон понимающе закивал рогатой башкой. — А ихор-то тебе зачем? В этом измерении магии практически нет…

— Для кого нет, а кому раздолье. — Ухмыльнулся я. — Так что за это не переживай, есть у меня источники, не прокиснет твоя драгоценная кровушка в дело пойдет вся до капельки. — Знал бы он о том, что, помимо доступа к мане, в моем распоряжении имеется внепространственное хранилище, работающее в режиме безвременья. Если по-научному, темпоральный вектор внутри моего личного магического объема повернут на девяносто градусов, относительно направления движения временного потока данной реальности. Подфартило мне, будучи еще в теле Трофима Афанасьевича Смирнова, оказаться в одной изолированной локации, где я, собственно, и получил этот внепространственный объем емкостью три кубометра. Маловато, конечно, но как только доберусь до неиссякаемого источника энергии, непременно его увеличу. — Ну что, решай, Бельф. Кстати, можем с тобой наладить взаимовыгодный обмен. Я тебе на периодической основе поставляю в качестве пищи — хе-хе! — духовной разного рода Чикатил, Пичушкиных и прочих маньяков-потрошителей. А ты мне всего-то толику своей кровушки.

— Ладно, уломал, языкастый Серафим Шестикрылый.

Вообще-то за сравнение с ненавистными «светляками» можно и в глаз получить. Но я не стал обижаться на не сдержанного на язык придурка. В данный момент мне нужна его кровь. С помощью ихора получу возможность обеспечить нерушимую защиту своего поместья, куда там «Железному куполу» ушлых израильтян. Так что прочь амбиции, пусть хоть горшком назовет, лишь бы в печь не сажал.

После этих слов демона один из моих мертвых помощников по-быстрому метнулся к одной из клеток и принес оттуда ведро с остатками питьевой воды. Я мог бы достать емкость из своего внепространственного хранилища, но не собираюсь широко афишировать его существование. Содержимое мертвяк выплеснул, емкость протянул мне. Источаемый ведром запах мне категорически не понравился. Пришлось посредством некротического конструкта уничтожить скопившуюся на внутренних и внешних стенках органику и основательно их почистить. Принюхался, никаких посторонних запахов и, вообще, внутри ведра в настоящий момент примерно как в цеху по производству микрочипов.

Но прежде чем начать отбор демонической крови, я обратился к Бельфегору:

— Для начала с тебя клятва. Ну, ты сам понимаешь, о чем это я. Мне не хотелось бы вместо ихора получить тухлятину типа той воды, которой эти твари поили тех несчастных. — Я посмотрел в сторону бомжей.

— Этанарский, может, обойдемся без формальностей? — Заюлил рогатый. — Мы же с тобой, теперь, как бы, друзья.

— Не преувеличивай, Бельф. Не были мы никогда с тобой друзьями и не будем уж точно. Максимум, коллеги по бизнесу. А где совместный интерес, там, сам понимаешь, без бюрократии никак. Так что клянись, в противном случае мне придется прервать наши деловые отношения самым кардинальным образом. Ну, ты, не сомневаюсь, сам всё понимаешь.

— Ладно, шантажист. Будет тебе клятва. — После этих слов его демоническая харя аж посерела. Признак глубокого огорчения. Выходит, конкретно собирался меня кинуть. Что же касательно меня, я не собираюсь нарушить слово, данное даже такому хитрожопому пакостнику, поскольку понятие «карма» для Илема Этанарского не пустой звук.

Последующие наши действия с Бельфегором много времени у меня не отняли. Я создал специальный магический конструкт, на котором мы оба поклялись не наносить друг другу вреда ни действием, ни словом, ни магией и вообще никакими иными способами, а также выполнять неукоснительно все наши взаимные договоренности.

После этого, демон посредством собственного когтя вскрыл вену на своей могучей лапе и за пять минут наполнил до краев двенадцатилитровую емкость. Чтобы драгоценный продукт не испортился, я быстро спрятал ихор во внепространственное хранилище, покрутив перед этим демонстративно невзрачный перстенёк на пальце. Пусть думает, что это не моя способность, а всего лишь артефакт.

Демон повелся:

— Илем, у тебя второго такого хранилища часом не найдется? Я бы обменял его на второе ведро своей крови.

На что я неопределенно пожал плечами.

— Нет у меня второго такого артефакта. Так что не обессудь.

— Ладно, если появится, имей в виду, я всегда готов пойти на сделку.

— Хорошо, учту на будущее. — Улыбнулся я. Разумеется, даже если бы в моем распоряжении реально появился лишний артефакт-хранилище, передавать его этому нечистому на лапу деятелю, не собираюсь. Ибо, повторяюсь, не доверяю своему демоническому партнеру по бизнесу. — А пока забирай души своих почитателей и вали с миром. Если что, я тебя позову.

Вскоре прямо на моих глазах тела лежащих на земляном полу начали усыхать и примерно через минуту рассыпались сероватой пылью солей кальция, смешанного с углеродом и прочими минералами, из которых состоит человеческое тело.

— Пока, компаньон! Если что, зови. — Выдал напоследок Бельфегор, после этих слов его массивная фигура исчезла в яркой портальной вспышке.