После дня, проведенного в дороге, мы спали как убитые. Утром у нас была назначена мини-экскурсия с Эрецем, поэтому хочешь – не хочешь, пришлось вставать. С утра распогодилось, выглянуло солнце, облака исчезли, и на нас смотрело ясное голубое израильское небо, такое же, как полоски на государственном флаге страны.

Нам пришлось немного подождать, пока Эрец был занят хлопотами по отелю. В холле намывал полы высокий худой парень, этажом ниже толклась толстая девушка, видимо, помощница по хозяйству. Она говорила по-русски. Как мы заранее узнали из форумов в интернете, два основных занятия репатриантов, устраивающихся на работу на первых порах в Израиле, – это «никайОнить» (т. е. заниматься уборкой) и «метапЕлить» (т. е. ухаживать за больными и стариками). По ходу общения с местным населением мы в этом убедились.

В ожидании управляющего мы вышли на крыльцо на улицу. Было тихо и спокойно. Понедельник, обычный будний день. Появлялись редкие прохожие, кругом все зеленело, на кустах распустились цветы. Высоко вверх по горе уходил город, среди малоэтажных домов виднелись крупные здания: несколько торговых центров и строения необычной архитектуры в Бахайских садах. В Израиле в январе начинается весна. О Рождестве почти ничего не напоминает, если не считать рождественских украшений кое-где на дверях домов.

Хайфа в канун Рождества. Мандариновое дерево.

В январе: созрели лимоны.

Эрец провел с нами мини-экскурсию по прилегающему кварталу, чтобы мы сориентировались. Показал нам, в какую сторону идти к Бахайским садам, где Немецкая колония (старинный район города), где улица с магазинами и обменниками, и где ближайшая станция метро.

Хайфа – единственный город в Израиле, где есть метро. Всего шесть остановок, дорога проложена в горе, поезд идет под углом 17 градусов, поэтому платформы на станциях построены широкими уступами, идущими с наклоном. Поезд останавливается так, чтобы дверь вагона была на одном уровне с уступом платформы. Колея всего одна, поэтому сначала поезд идет в одну сторону, а потом возвращается. Станции оформлены дизайнером, стиль напоминает уличное городское искусство: кафель украшают разноцветные панно, похожие на граффити. На одной из остановок неожиданно вырастает перед глазами статуя свободы – символ США – небольшая копия в человеческий рост, покрытая зеленоватой патиной. Выглядит как свидетельство тесных связей Израиля с США, где есть многочисленные еврейские общины, а также как символ мечты. Ведь для многих репатриантов Израиль – это перевалочный пункт для дальнейшей эмиграции в Штаты.

Единственная линия метро в Израиле. Тоннель в горе Кармель.

На одной из 6 станций метро. Стены украшены рисунками-граффити.

Мы еще не в Нью-Йорке, а статуя Свободы уже здесь.

От станции метро мы прошли к входу в Бахайские сады по красивейшей аллее Яфе Ноф. «Яфе» собственно и означает на иврите «красивый», и в названиях нескольких улиц в Хайфе заслуженно встречается это слово. Сверху открывается потрясающий вид. Виден весь город и порт, ведь Хайфа – крупный портовый узел. Вдалеке видны холмы в дымке. Панорама действительно впечатляет, а весенний воздух непередаваемо чистый и свежий. Обвевает ветерок. Испытываешь блаженство!

Вид на Хайфу с вершины горы Кармель.

Порт Хайфы виден как на ладони.

Наконец, из-за поворота показался золоченый купол бахайского храма, расположенного чуть ниже на склоне. Вскоре мы подошли к воротам, ведущим в сады. Религия Бахаи – самая молодая в мире, зародилась в середине 19-го века в Персии. Основатели религии проповедовали единобожие и единство людей, а также такие ценности, как равноправие мужчин и женщин, искоренение нищеты и богатства, обязательность образования, взаимодействие науки и религии. Основатель религии Баб был казнен как самозванец, объявивший себя Посланником Бога. А его последователь Бахаулла провел большую часть жизни в изгнании. Однако позже адепты этой веры сумели широко распространить учение по всему миру.

Панорамный вид на Бахайские сады.

Согласно принципам вероучения бахаи, продажа сувениров и товаров отсутствует, а вход в сады бесплатный для всех, что было приятно для нас как туристов. Но, как в сказке об Алисе в Стране Чудес, попасть в сад оказалось непросто. Для самостоятельного обзора было открыто всего два уровня из восемнадцати. То есть фактически можно было выйти на широкую площадку и осмотреть вид садов внизу, но пройти по ним было нельзя. Как выяснилось, ближайшая экскурсия проводилась на иврите. Мы остались ждать, позволят ли нам пройти по садам с группой, пусть и не понимая экскурсовода, но наслаждаясь видом. В итоге нам повезло, и нас допустили к осмотру, строго-настрого предупредив, что в саду нельзя жевать жвачку, есть, пить и шуметь.

Жевать и шуметь не хотелось, так как красота этого места просто завораживает. А с языковым барьером при прослушивании экскурсии проблем не возникло, потому что несколько таких же гостей, как мы, были в сопровождении своих друзей, говорящих как на иврите, так и на русском. Так что можно было тихонечко пристроиться к чьей-либо компании и подслушать перевод. Было одновременно забавно и грустно слышать русскую речь молодежи, для которой она уже неродная: грамматические конструкции правильные, лексический запас хороший, а произношение звучит чуждо, сказывается то, что родной язык для них иврит.

Сады расположены на 18 уровнях, или террасах, спускающихся широкими уступами вниз. Все оформлено с невероятной тщательностью, чисто, аккуратно, продумана каждая мелочь. Сад украшен не только растениями и композициями в мраморных вазонах, но и фонтанами и небольшими скульптурами. Мы видели в нескольких местах рабочих, которые заботливо поддерживают всю эту красоту.

В Бахайских садах есть неведомые растения…

…невероятно красивые цветочные композиции…

…и очаровательные фонтаны.

В центре сада высится Святилище Баба с золоченым куполом, построенное в эклектичном стиле с сочетанием элементов восточной и западной архитектуры. Рядом находятся здания, где расположен Всемирный Дом Справедливости, международный архив бахаи, центр изучения Писаний и Международный центр обучения. Как сказал гид, израильские солдаты якобы любят фотографироваться у одного из этих зданий на фоне античных колонн и потом говорят, что побывали в Греции.

Здание в духе античной архитектуры в Бахайских садах

Золоченый купол над Святилищем Баба.

Путь сверху вниз занял около одного километра и 45 минут времени. Мы порядком выдохлись, хотя и шли все время вниз, и жалели, что не захватили с собой воды. Было не жарко, но хотелось пить.

У подножия горы. Вид на Бахайские сады снизу. Проделан немалый путь.

Мы еще немного побродили по городу, осматривая квартал Немецкой Колонии и попутно пытаясь найти информационный туристический центр, чтобы заказать там экскурсии на оставшиеся дни. Центр мы нашли, но на дверях висела табличка, что он закрыт, причем вид был настолько необитаемый, как будто там длительный ремонт. Как потом выяснилось, нас ждал сюрприз, но я к этому еще вернусь. А пока, не солоно хлебавши, мы отправились отдыхать и обедать в апартаменты, так как после прогулки по садам и горным улочкам Хайфы еле волочили ноги от усталости.

На улицах Хайфы

Когда стемнело, мы осуществили еще одну вылазку в город. На этот раз мы направились прогуляться по кварталу с магазинами, но они закрывались или уже были закрыты в девять вечера. На улицах было пустынно, изредка только попадались навстречу прохожие. Стояла густая и теплая тьма ближневосточной ночи, небо освещала луна, и, к счастью, обещанный дождь так и не начался. Я с интересом читала вывески, среди которых было множество надписей на русском языке. По пути нам встретился местный «Елисеевский», «Москва» (а куда же без нее) и «У тети Сары». Я досадовала, что нет случая попрактиковать свои навыки на иврите. Было неинтересно, что большая часть надписей уже переведена на русский, а встречные прохожие в подавляющем большинстве знают русский или переходят на английский.

Неприятно поразило обилие неубранного мусора на улицах. Когда мы прошлой весной были в Тель-Авиве, там было чище. А может быть, просто мы приехали в Хайфу не в сезон, поэтому всё выглядело неуютным и неприбранным. Муж сказал, что поэтому-то здесь кошки вырастают до размеров маленького тигра, что они питаются отбросами на улицах и помойках.

Возвращаемся в апартаменты по вечерней Хайфе. Слышно, как в подворотне истошно кричат подравшиеся кошки. Одна из них пулей выбегает и прячется во двор. За сценкой наблюдают мальчики-ортодоксы, одетые в черные костюмы и шляпы и белые рубашки с кисточками по бокам навыпуск. Традиционная строгая одежда словно отгораживает их от окружающего мира. Но при этом они так оживленно комментируют кошачью драку, что становится понятно: ничто человеческое им не чуждо. Хотя я до сих пор не могу представить ситуацию, в которой с ними можно было бы заговорить, нарушив невидимый, но непроницаемый барьер.

Ночная Хайфа. Бахайские сады прекрасны и в темноте.

Символы трех мировых религий на площади.

Наш первый день в Хайфе стремительно подошел к концу. В голове мелькают обрывки впечатлений. Вот утро, Эрец проводит с нами краткий обзор квартала. Я беру на заметку, чтобы сфотографировать великолепные апельсины и спелые лимоны, под тяжестью которых гнутся ветки. Вот мы с мужем ищем турбюро, и я вижу зеленеющее лиственное деревце, украшенное цветными стеклянными шариками вместо рождественской елки. Вот я беседую у входа в Бахайские сады с американцем, который рассказывает, что часть жизни провел в Израиле, но потом уехал, и добавляет: «В Израиле лучше не говорить, что вы не полностью еврейского происхождения. Здесь этого не любят». Вот гид в Бахайских садах предупреждает нас: «Не наступите в воду в фонтане, там раствор кислоты, Вы можете испортить одежду». Вот мы покупаем продукты в местном магазинчике. Владелец говорит нам: «Двадцать лет уже здесь. Прошли как один день. Наверное, это значит, что я был счастлив, раз не заметил, как пролетело время».

Вот и прошел еще один день…