Если в совокупности индейских культур разнообразие явно прослеживается внутри основного единства мезоамериканской цивилизации, то в культурно отличающихся группах неиндейской Мексики этого не наблюдается. Здесь различия гораздо более выражены, и, как мы увидим, они не могут быть адекватно объяснены как просто вариации или субкультуры одной и той же цивилизации. За этим многообразием стоит история властных отношений, действующих в рамках базовой схемы колониального господства. Предварительно отметим то, что будет подробнее рассмотрено в других главах: отсутствие единства и целостности в неиндейской культуре Мексики само по себе ставит под сомнение проекты интеграции индейского населения в национальную культуру, которая позиционируется как «высшая». Ведь не существует единой национальной культуры, есть гетерогенное множество социальных форм жизни, непохожих и даже противоречивых, одна из главных причин этого кроется, в частности, в различных исторических взаимоотношениях каждой группы с мезоамериканской цивилизацией.

Первый фактор культурного многообразия – это территория. Географическое разнообразие хотя и не является абсолютным определяющим, но, безусловно, лежит в основе многих аспектов, отличающих образ жизни в каждом регионе страны. Это универсальное явление, которое, как мы уже видели, сыграло важную роль в становлении и развитии мезоамериканской цивилизации. Разнообразие и контраст экологических ниш с различными природными ресурсами постоянно влияли на формирование мексиканской культуры. Однако конкретное значение природы не всегда было одинаковым, ведь природа обретает смысл и становится ресурсом для человека только через культуру, а она, в свою очередь, меняется с ходом истории.

Регионы Мексики изучались с различных точек зрения. Проводилась регионализация страны по физической географии: типы почв, рельеф, растительность, климат и другие подобные данные. Были выделены и экономические регионы, исходя из распределения и особенностей производственной деятельности. Большинство таких работ касается современной эпохи, и лишь немногие дают историческую картину формирования отдельных экономических регионов. Однако до сих пор не существует научного труда, который бы охватывал совокупность культурных регионов Мексики. Это тема сопряжена с бóльшими проблемами, так как некорректно выделять регион только по наличию или отсутствию определенного набора культурных черт, а также трудно обработать всю историческую и современную информацию, необходимую для создания реалистичной картины, учитывая, что культурные регионы – это исторические феномены, которые изменяются и перераспределяются под воздействием множества факторов определенной природы. Несмотря на отсутствие систематизированного обзора, существование различных региональных культур – неоспоримый факт, который легко заметить, просто путешествуя по стране с «открытым сердцем» и желанием говорить с людьми.

Житель севера отличается от харочо [38] или от уроженца Бахио [39] своими привычками, манерами и обычаями, то есть различными аспектами своей культуры. Однако и о северянах нельзя говорить обобщенно: сельская культура Соноры не та же, что в Нуэво-Леоне, не говоря уже о различиях между сельской и городской жизнью вообще, которые будут рассмотрены далее. Всё это результат различных историй заселения территории, в которых участвовали поселенцы разного социального происхождения, с изначально различными целями, которые и придали особенности всем регионам страны (разработка шахт, скотоводство, торговля, оборона и т. д.) и установили определенные отношения с индейским населением, жившим в этих регионах до европейского вторжения. В одних зонах выжили индейские анклавы, в других же коренное население было уничтожено, изгнано или деиндеанизировано. Существуют редкие изолированные островки, возникшие за счет сравнительно недавних иностранных поселений, например афроамериканцы из США, обосновавшиеся в Эль Насимиенто (муниципалитет Мускис, штат Коауила), французы в Сан-Рафаэле (штат Веракрус) или итальянцы в Чипило (штат Пуэбла). Влияние африканской культуры, привнесенной рабами, остается малоизученным, но оно, без сомнения, оставило определенный отпечаток в зависимости от численности чернокожего населения, его демографического веса и специфических условий их интеграции в местное общество.

Во всей стране и в пределах каждого региона наблюдается резкий контраст между деревней и городом. Городской образ жизни сильно отличается от сельского. Здесь тоже статистические методы, например данные переписей, могут быть обманчивыми и малополезными: граница в 2500 жителей для различения сельских и городских населенных пунктов не отражает реальности, поскольку многие более крупные деревни живут крестьянской культурой, а значительные секторы в крупных городах сохраняют и сельские формы жизни, указывая на свое недавнее происхождение из деревни и тесную связь с сельским миром. Независимо от точных цифр, очевидно, что присутствуют оба сектора, сельский и городской, и воплощают разные культуры, что усиливает культурное разнообразие в неиндейских слоях общества. Основные последствия дихотомии «город/деревня» будут рассмотрены в третьем разделе этой главы.

Кроме «горизонтальных» культурных различий между регионами и между городом и деревней, культурная картина неиндейского общества еще более усложняется присутствием «вертикальных» различий, связанных с иерархическим расслоением общества на страты и классы. В отличие от культурных контрастов, вызванных сосуществованием этнических групп или формированием регионов с культурой, отличной друг от друга, культурные различия, вытекающие из классового деления, следует понимать в терминах уровней. То есть в обществе с общим происхождением группы участвуют в одной и той же культуре в разной степени, в зависимости от социального порядка, предоставляющего одни возможности и привилегии одним секторам в ущерб другим. В неиндейском мексиканском обществе проблема культурных уровней тесно связана с существованием двух основных источников происхождения населения: индейского и европейского. Хотя идеология утверждает, что это метисное общество, где гармонично сочетаются кровь и культура двух ветвей происхождения, реальность иная. Большинство народных и низших слоев имеют индейское происхождение или близкое к нему, и поэтому они сумели сохранить гораздо больше элементов мезоамериканской культуры. Напротив, некоторые слои высших классов происходят более или менее напрямую от испанских колонизаторов и склонны сохранять неиндейские культурные формы. Эта проблема будет более подробно рассмотрена в четвертой главе второй части книги.

Таким образом, культурная панорама неиндейского общества далека от однородности. Присутствие индейского, являющееся глубинной причиной этой пестроты, также неодинаково выражено в разных регионах, в деревнях и городах, в различных социальных классах и слоях. Далее мы рассмотрим эту ситуацию в общем виде.