Рокки вернулась ко мне в комнату. Вообще-то ей и без этого неплохо жилось, просто я все еще должна была приглядывать за ее раной. Ну и вообще – Рэйвин вернулся, почему я должна была списывать ее со счетов? Как ни странно, побережье ей нравилось гораздо меньше, чем суровые морозы близ академии. Ладно, может быть, они были не столь суровыми, совершенно нормальная зима, если не считать всех этих аномальных снегопадов, вызванных элементалями.

В общем, главное, что я нашла Рэйвина до отъезда. Сегодня наконец-то должен был состояться рождественский бал, после которого завтра утром почти все разъедутся. Надев свое платье, я еще раз осмотрела себя в зеркале: мое платье было длинным и сидело на мне отлично. Само по себе темное, оно выигрывало за счет золотой нити и рисунка из золотистого же бисера.

Оно действительно было очень красивым, мама не зря обратила на него свое внимание. Разве что пришлось настоять на выборе высокого закрытого ворота, чтобы скрыть все еще не зажившие окончательно синяки, которые в подарок оставил мне Рэйвин.

Мои каштановые волосы локонами ниспадали мне на спину и плечи. Я была готова идти, осталось только дождаться Оддэт, которая обещала зайти за мной. Забавно: я чуть не погибла от рук Воронов, спасла Рэйвина от смерти, применила свою магию, но об этом никто, кроме меня, не знает. И не думаю, что я сделаю об этом официальное заявление в ближайшем – или в каком-нибудь – будущем.

Рокки снова заворчала, и я обернулась.

– Прости, – извинилась я, – знаю, тебе бы хотелось пойти на бал. Спорю, твое платье убило бы всех.

Рокки только отвернула мордочку от меня. Я шагнула к ней и, несмотря на всю красоту платья (хоть бы она только случайно, или не очень, не махнула своей когтистой лапой и не испортила его! Места-то в моей комнате – кот наплакал!), опустилась с ней рядом на ковер.

– Рокки, – погладила я пантеру по голове, – я обещаю, я найду способ тебя превратить обратно в человека. Просто… я не такая хорошая ведьма и мне потребуется на это время. Но теперь, когда у меня есть больше возможностей с моим Вороном, я думаю, что смогу найти этот способ гораздо быстрее.

Пантера снова обиженно заворчала. Да, я ее понимала. Жизнь продолжалась вне зависимости от того, была ли Рокки пантерой или человеком. Ничто не могло остановить или замедлить время и это было самым печальным, потому что сейчас вместо того, чтобы лежать посреди моей комнаты, она так же, как и я могла бы готовиться к балу.

Я уже приняла решение. Раз Рэйвин пока все равно мне подчиняется, значит, он останется со мной и на отдыхе. В смысле не то, что поедет со мной, но я точно так же, как и сейчас, всегда смогу его призвать. И вот уже с ним я попытаюсь отыскать все возможные способы, которые можно будет применить в борьбе с огромной черной кошкой взамен человеческой формы Рокки.

Да, будет немного сложнее, особенно с моими родителями под боком, которые вряд ли расценят мое: «Сейчас вернусь» и пропала на два часа совершенно нормально. Но я все-таки попытаюсь отыскать способ вернуть Рокки.

В мою дверь постучали. Пантера нехотя поднялась с места и спряталась за дверью, когда я пошла открывать. Как смогла – спряталась, конечно. На пороге, как я и ожидала, меня встретила Оддэт в ярко-алом струящемся платье.

– Привет! – Улыбнулась мне она широченной улыбкой. – Ты готова идти?

– Да, – подтвердила я и закрыла за собой дверь.

– Зои нас догонит, – сообщила Оддэт. – У нее там важный звонок какой-то.

Не то, чтобы мне до этого было дело. Да, мы уже довольно давно общаемся с Зои, словно лучшие подружки. Но я до сих пор не причисляю ее к таковым. Не могу я забыть тот раз на вечеринке. Пусть даже она смогла. Не по своей воле, конечно, но все-таки дела это не меняло. Может быть, я не права и немного сурова к той, кто, в общем-то, ничего и не делал, но такая уж я: запоминаю, если люди предают меня.

Сказала та, кто помогает девчонке, которая пыталась меня убить. Ага-ага. Зои просто монстр по сравнению с Рокки!

Мы с Оддэт спустились вниз и отправились к актовому залу. Многие девчонки шли на бал с парнями. Я бы тоже пошла. Если бы мой официальный парень не пытался меня убить и впоследствии не исчез, Киану не запрещено было со мной общаться, а Рэйвин вообще ко мне что-нибудь испытывал, проблем бы не было. А так…

– Хорошо, что мы решили идти компанией девчонок, – заметила я. – По крайней мере, не совсем одни.

– Ах, да, – сразу же сделалась виноватой Оддэт, – я забыла тебе сказать.

Я вздохнула. Очевидность этой фразы меня убила. Не то чтобы совсем, просто я надеялась, что хотя бы план на сегодняшний рождественский бал никто не посмеет нарушить. Но, как обычно, я ошибалась.

– Кто твой кавалер? – Спросила я.

– Привет! – Подскочил к нам какой-то старшеклассник.

– Артур, – разволновалась сразу же Оддэт. – Мы вроде бы договаривались встретиться у зала.

– Я знаю, – улыбнулся Артур. – Не мог больше ждать.

Оддэт похихикала.

Артур был довольно обычным парнем с ровным пробором на левый бок. Довольно аккуратный, как бы странно это не прозвучало, но впечатление он производил именно такое, и можно даже сказать симпатичный. Оддэт он подходил, вместе они смотрелись очень даже хорошо. Она все-таки была стройной и хрупкой девушкой, а он рядом с ней сразу же превращался в верного защитника. Да и улыбка у него была искренняя и доброжелательная.

– Вилу… – обратилась ко мне Оддэт, но я не дала ей ничего сказать.

– Идите-идите! – Тут же заявила я.

– Но…

– Я кому сказала? Ну-ка, быстро пошли на бал! – Скомандовала я и улыбнулась.

Оддэт просияла и одними губами сказала мне: «Спасибо». Да ладно, не так уж и сильно мне хотелось весь вечер изображать из себя радость. Я в том смысле, что причин для этой радости у меня особо и нет. Почему? А чему тут радоваться? Рэйвин почти свободен, Грэй куда-то сбежал, и кто знает?.. Может, он собирается исподтишка на меня напасть. А что? Во-первых, он собирался меня убить, что может заставить его передумать? Его человеческая теперь натура? Только на это и остается надеяться.

Пытаясь отогнать от себя дурные мысли, я двинулась к актовому залу. Конечно, я любила вечеринки и в том числе балы. Особенно после того, как бал в честь Хэллоуина все-таки отменили. Все соскучились по данному событию. Просто все теперь было совсем не так. Наверное, это было связано со всем, что произошло, но легче мне от этого не становилось. А хотелось бы.

В зале я появилась незаметно. Свет был немного приглушен. По периметру были развешаны гирлянды, а в центре зала стояла высоченная, усыпанная игрушками, зеленая ель. Вообще, конечно, веяло праздником и хотелось как-то расслабиться и позволить себе отдохнуть. Может быть, и стоило…

Я прошлась немного по залу, оглядывая толпу. Студенты веселились и смеялись, невольно поддаешься этой атмосфере, когда находишься внутри праздника.

– Вилу! – Окликнул меня кто-то.

Я обернулась и увидела Дэмьяна. Он как раз разглядывал меня очень внимательно.

– Ты выглядишь… – он шагнул ко мне, – шикарно.

Я улыбнулась.

– Спасибо, ты тоже ничего.

Сегодня он был в костюме. Такой строгий и официальный, не то, что обычно, когда мы валялись в снегу.

– Я тебя даже не узнал, – выдохнул Дэмьян. – Как-то…, не знаю…, не привык видеть тебя такой.

– Да я тоже тебя не сразу узнала, – призналась я. – В смысле, когда ты не вывален весь в снегу.

Дэмьян рассмеялся.

– Принести тебе что-нибудь выпить? – Предложил он.

– Что-нибудь покрепче желательно, – похихикала я. Дэмьян шутки не понял, продолжая сканировать меня взглядом. – Сок.

– Хорошо, – скрылся моментально в толпе он.

И чего это он?

Все улыбались и веселились вокруг, не обращая никакого внимания на тех, кто, как и я, незаметно мялся по углам, поэтому настойчивый взгляд с другого конца комнаты заметить было не так сложно. Честно говоря, мне не хотелось его замечать, но он все таращился, медленно потягивая то, что находилось у него в стакане.

Блэкторн. С какого-то перепугу таращился на меня, словно я ему денег должна. Я пару раз состроила ему кислую мину, всем своим видом давая ему понять, что мне так же приятно терпеть его взгляд, как если бы какой-нибудь случайный тип начал хлестать меня огромной протухшей рыбиной.

Блэкторн, конечно же, повыпирал еще немножко своей важностью, попивая сок, но все-таки бросил эту глупую затею, наконец-то отвернулся и отошел. Чего ему опять надо? Как он меня достал!

– Вот держи, – вернулся ко мне Дэмьян с соком.

– Спасибо.

На самом деле пить не хотелось. Впрочем, пока я пила, я смогла еще раз оглядеть толпу и заметить среди присутствующих Киана. Я не знала, что он здесь. Впрочем, он не обязан был не появляться на балу. Даже Скарлет здесь присутствовала. Даже в платье. Вообще платье у нее было – куда смотрел директор! Не для школьников такое платье.

Длинное, с разрезом на правой ноге аж до живота. Оно было красивым, не спорю, но не для школьного бала.

В общем, я не столько о ее наряде. Как это ни печально, но она наблюдала за Кианом. Не знаю, видела ли она меня, но за ним вела неустанное наблюдение. Бедный Киан! Как мне хотелось что-то сделать, чтобы ему помочь. Но что я собственно могла? Да ничего. В этом-то вся проблема.

Постояла немного с Дэмьяном и поболтала ни о чем. За ним пришли его друзья, и ему пришлось уйти. На самом деле мне самой уже хотелось покинуть праздник жизни. Все-таки такое поверхностное событие на фоне всего происходящего в моей жизни радости доставить может совсем мало.

– Почему скучаешь, Вилу? – Внезапно появился со мной рядом историк.

Еще одно важное обстоятельство такого рода мероприятий: волей-неволей, но здесь присутствуют практически все обитатели академии, и натолкнуться на кого-нибудь можно вполне свободно.

Я улыбнулась.

– Я не скучаю, – опровергла его слова я. – Просто немного грустно…, что мы разъезжаемся на праздники.

– Это нормально, что ты будешь скучать без своих друзей, – заметил Баррэт.

Я посмотрела на историка и заметила, как он сам погрустнел.

– Ладно, я понятно, почему грущу, а Вы?

Он тут же улыбнулся.

– Наверное, я успел привязаться к академии немного больше, чем мне казалось, – пожал плечами он.

– Не волнуйтесь, мистер Баррэт, – он посмотрел на меня, – это совершенно нормально, – добавила я.

Мы немного посмеялись. Впервые я смогла хоть немножко, но расслабиться. Не знаю, почему к этому имел отношение мой историк, но все-таки. Может быть, потому что он хотя бы ни в чем не был замешен и был просто моим учителем и ничем больше, иногда давая мне возможность побыть просто подростком без какой-либо лишней ответственности.

– Пойду, поскучаю с другими преподавателями, – вздохнул Баррэт и удалился.

Я проводила его взглядом, а потом снова посмотрела в толпу. Я заметила Оддэт, которая кружилась в танце с Артуром. Она была счастлива, даже, несмотря на то, как многие, вроде Джеймса и Джорджи, смотрели на нее. Не понимаю, почему они никак от нее не отстанут? Ведь она уже давно не докладывает ничего директору…

Вроде бы стою уже и думаю о чем-то другом, но тут до меня запоздало докатывается одна мысль, и я медленно меняюсь в лице. Сначала я даже не придала этой мысли значения, подумаешь? Какие только мысли не посещали мою голову! Но мысль начинала обретать определенный смысл, и сразу же посеяла во мне бурю сомнений.

Я бросила взгляд в сторону историка и пару минут смотрела на него. Он стоял возле столика с напитками и как раз наливал себе что-то в стакан. Потом он повернулся к толпе и принялся осушать содержимое своего стакана. Вроде бы все, как обычно, но теперь я смотрю на него как-то иначе.

Нет, я не могу полагаться только на интуицию, надо проверить.

Решительно двинувшись к мистеру Баррэту, я осторожно протиснулась сквозь толпу танцующих.

– Мистер Баррэт! – Позвала я.

Он заметно удивился, что я снова к нему подошла, вроде бы обо всем на свете, о чем может разговаривать учитель истории и его ученица, мы уже переговорили, но примкнул ко мне всем своим вниманием.

– Что такое, Вилу? – Спросил он.

– Я просто хотела поблагодарить Вас, – улыбнулась я. – Вы всегда относились ко мне совсем по-другому. Как-то по-доброму. Раньше я относилась к учителям не так, как к Вам.

Баррэт совсем расслабился и выдохнул улыбку.

– Ну, что ты, Вилу? Я очень рад это слышать.

– Спасибо вам, мистер Баррэт, – продолжала я, – за то, что дали мне возможность дописать мой доклад, – Баррэт понимающе улыбнулся, сразу же вспомнив тот момент, когда я не успевала, а он пошел мне навстречу и дал возможность не получить плохой оценки, – и за то, как заступились за меня в столовой перед Себастьяном Блэкторном, – продолжала я, а Баррэт все вспоминал и кивал, – и за то, как позволили мне выплакаться после снежной бури…

Баррэт сначала снова кивнул, стерев улыбку со своего лица, потому что понял, что это нечто серьезное. А потом в следующее мгновение он вдруг осознал, что я сказала, и быстро посмотрел мне в глаза. От улыбки не осталось и следа. Он обо всем догадался.

Как и я.

Что за мысль пришла мне в голову? Да очень простая. Я просто вспомнила, что до того момента, как Дарэн погиб, мистер Баррэт не обращался ко мне на «ты» и не называл по имени. Именно тогда после метели он позволил мне выплакаться ему в жилетку. И именно тогда, когда кафе откопали, он подошел ко мне и впервые назвал меня по имени.

Он не мог этого помнить, поскольку все воспоминания о Дарэне были стерты, а, следовательно, и то, почему историк позволил мне выплакаться. Он не должен был этого помнить.

Но он помнил.

А это означает только одно: он тоже имеет отношение к магии.

Мы довольно долго смотрели друг другу в глаза и взгляда не отводили. Баррэт как будто ожидал от меня какой-то реакции, причем не самой хорошей реакции. Но мне в принципе это было не нужно. В какой-то момент я медленно улыбнулась ему.

– Хороших Вам праздников, мистер Баррэт, – пожелала я и ушла.

Не то, чтобы мне не хотелось узнать, каким образом он относится к магическому миру, просто я все-таки не собиралась злоупотреблять, если можно так сказать, его доверием ко мне.

Не скажу, что оно было полным, да и потом с тем, что я теперь знаю, я начинаю подозревать, что он знает не только обо мне, но и о моем Вороне. Но пока мне не нужна новая война. Я просто хочу закончить то, что давно уже пора закончить. Вот и все.

Бал продолжался. Дэмьян уломал меня потанцевать, но потом Джеймс от радости – и парочки лишних рюмок, которые никто из дежуривших учителей не заметил – налетел на стол с напитками и грохнул его. Студенты посмеялись, опустив Джеймса ниже плинтуса. В большей степени из-за фото, которое кто-то сделал. Случайно, конечно, но Джеймс вышел на фото таким страшилой, что ему теперь ближайшие полгода не отмыться от этого позора.

К тому же его вывели из зала за это. В общем, получил он по первое число. Пока его дружки, пользуясь случаем, активно обсуждали произошедшее, я стояла в сторонке и поражалась, насколько многие лицемерны, и совершено не заметила, как ко мне кто-то подошел. Зато, когда заметила, сразу же состроила недовольную гримасу.

– Блэкторн, – рявкнула первым делом я словно ругательство, – сколько еще раз мне повторять тебе: отстань от меня и не подходи ближе, чем на сто метров!

– Ты была права, – проигнорировал мои слова он.

Я нахмурилась и вопросительно посмотрела на него.

– На счет чего?

– На счет Воронов, – объяснил он. – Я действительно стану одним из них.

Интересно, откуда он это узнал? Не важно. Понимая, к чему это идет, я широко улыбнулась. Блэкторн не понял, что меня так развеселило, но спрашивать не решился, дождался, когда я сама скажу.

– Верно, – ласково подтвердила я. – И знаешь что? Теперь я знаю, что тебе от меня понадобится в ближайшем будущем.

– Что же?

Я ухмыльнулась и подошла к нему поближе, чтобы только он смог меня слышать.

– Когда это узнаешь ты – поймешь. Но я хочу, чтобы ты понял: я никогда, ни за что на свете, ни в жизни не стану помогать тебе. Ты сам по себе. Это понятно?

Блэкторн смерил меня вроде бы безразличным взглядом, но за ним скрывалось беспокойство, я это заметила. Но он продолжал молчать, а мне не хотелось больше с ним стоять, поэтому я развернулась и уже собралась уходить. Но тут-то Блэкторн включил мозги. Поймав меня за руку, он не позволил мне сделать следующий шаг. Я резко обернулась слегка испугавшись. Что? Он собирался ударить меня, на что он еще может быть способен – неизвестно.

– Ты считаешь себя такой особенной? – Процедил сквозь зубы Блэкторн. – Этакой принцессой?

Почему-то после этих слов он ухмыльнулся, как будто порадовался попаданию в цель. Да, сначала меня слегка зацепило. Но потом… я опустила глаза на мгновение, а затем улыбнулась.

– А знаешь что? Я ведь действительно принцесса, – заметила я. – Я пыталась ею не быть. Но что я получила взамен? Предательства и ложь. Не так-то и плохо быть принцессой. По крайней мере, мне не приходится общаться с теми, с кем я не хочу общаться, улыбаться тем, кто мне противен. Вроде тебя. Да, я уже не такая, какой была в сентябре. И да, тогда я действительно была никем. Но не теперь.

Я смерила Блэкторна уверенным пронзительным взглядом, а затем выдернула руку и скрылась в толпе танцующих.

Я понимала его гнев, конечно же, он был недоволен. Но если я действительно все правильно рассчитала, то Блэкторн придет ко мне за свободой. А разве Вороны не были созданы прислужниками изначально? Вот именно. И Блэкторн захочет свободы. А что еще ему может понадобиться от меня? Я ведь действительно собираюсь освободить Воронов. Рэйвин уже почти свободен. Это уже не предположение, это факт.

Я понимала, что все это будет не просто. Я понятия не имею, как освобождать Воронов. Да и не думаю, что смогу углубиться в истоки магического мира и применить какие-нибудь древние заклинания или еще что-нибудь еже с ними невероятно непостижимое. Однако я все же где-то в глубине души понимала, что смогу это сделать. Раз Вороны верят в меня.… Хотя я и не понимала, с чего им вдруг мне верить?

Пробираясь сквозь толпу, я вдруг услышала приглушенный хлопок, и яркая вспышка залила собой зал. Сначала я не поняла, что происходит, но потом…

– Фейерверк, – выдохнула я.

За окнами запустили салют. Я остановилась и так же, как и все остальные, стала смотреть в окна. Вроде бы ничего особенного не происходило, все стояли и смотрели на яркие разноцветные всполохи. Но внезапно, словно на испорченном экране телевизора, пошла какая-то неясная рябь. Все начали меняться. Я даже не поняла, что происходит, но мне стало не по себе.

– Рэйвин, – позвала я. Мне не нужно было оборачиваться, чтобы понять: он уже здесь. – Что происходит?

– Это временные петли, – произнес Рэйвин.

Сначала мой желудок радостно сжался от звучавшего рядом с моим ухом его голоса. А потом до меня дошел смысл его слов. Я обернулась.

– Временные петли, – повторила я. – То же самое говорил мне тогда Дарэн. – Рэйвин только кивнул в ответ.

Я вернулась взглядом к толпе. Все вроде бы были такими же. Только периодически на каждом из присутствующих появлялись маски. Происходящее превратилось в застывшую картину. Я заметила зеркало слева и заглянула в него. На мне было обворожительно прекрасное темно-бордовое платье без бретелек, синяки абсолютно зажили, на шее висело безумно красивое ожерелье с темно-фиолетовым камнем. Он поблескивал каждый раз, когда вспыхивал очередной залп фейерверков – единственное, что все еще жило.

На мне, как и на многих присутствующих, была маска. Настолько красивая, что и описать ее сложно. Замысловатые искусные узоры обрамляли мое лицо. Волосы, как всегда, были распущены, но заметно длиннее, чем у меня сейчас.

Но все это было не важно. Важно было другое: кто стоял позади меня. Во-первых, это был Рэйвин. И да, не только он. Он стоял практически вплотную, и одна его рука лежала на моей талии. Он тоже был в маске, похожей на мою. А чуть дальше, позади нас был Киан. Но он как будто тоже был со мной.

Как и Грэй.

Я вернулась взглядом к толпе перед собой, судорожно переводя дыхание. Кажется, я начинаю понимать, где нахожусь, и что происходит. Правда не понимаю, почему это происходит, но это уже не важно. Глазами нахожу метрах в двух от себя девушку, стоящую ко мне спиной, с длинными каштановыми волосами, которые в моменты затухания фейерверков, становятся иссиня-черными. Она в маске, это видно по тонкой шелковой повязке, затянутой на ее затылке.

На ней платье без рукавов, верх черный, пышная, безумно красивая юбка снизу. И ее плечо. И крестообразный шрам. На ее левом плече. Да, теперь я видела его, теперь я понимала, каким он был и теперь я знаю, что не заметить его невозможно. Он вполне четкий и явный.

Вот она, искупительница, всего в каких-то двух метрах от меня. Желание перебороло меня, и я чуть не шагнула вперед. Чуть, потому что Рэйвин остановил меня.

– Ты не можешь изменить это, – произнес он, а потом тихо добавил: – Пока.

Я повернула голову к нему и поняла, что он слишком близко к моему уху. Всего лишь какие-то миллиметры от моих губ.… Я даже не знаю, от чего меня колотило больше: от того, что я вижу искупительницу в двух метрах от себя, или от того, что Рэйвин так близок ко мне. Что значит «Не знаю?».

– Пока? – Тихо уточнила я. – Значит, это еще случится?

– Да, – ответил он.

– И здесь… – тихо и очень осторожно начала я, – ты будешь свободным?

– Да.

Я нервно сглотнула. Если он будет свободным, то… нет, я не могу, не могу сейчас позволять себе таких мыслей. Нужно сосредоточиться.

– Все ли видят это? – Спросила я.

– Только те, кто относятся к этому видению, – объяснил Рэйвин.

– Значит, Киан и Грэй?..

– Мы не знаем, кто к нему действительно относится, – поправил меня Рэйвин.

Мой желудок радостно сжимался от такой близости Рэйвина. Голова кружилась, сердце бешено колотилось. Еще чуть-чуть и будет поздно взывать к мозгу, он просто отключится. Медленно обернувшись, я убедилась в том, что все вернулось на круги своя и вокруг меня только студенты. Мы снова находимся на рождественском балу.

Рэйвин без маски, стоит напротив меня и смотрит мне в глаза. Теперь, когда он начал разговаривать – звучит, конечно – он стал еще больше похож на человека. Я знаю, я все еще закрываю глаза на очевидности, но…

– Почему Вороны поверили мне? – Чтобы отвлечь себя от ненужных мыслей, спросила я. – Да, ты практически свободен, никто не спорит, но… они действительно поверили мне.

– Они знают, – ответил Рэйвин.

Каждый раз, когда он говорил, все внутри меня трепетало.

– Знают?

– Они знают, что ты освободишь их.

– Как?

– Ты слишком многого не знаешь о нас.

– Расскажи, – попросила я.

– Тебе не нужно знать.

– По-моему, это мне решать, не считаешь?

– Нет.

Я скривилась.

– Ты будешь принимать решения за меня?

– Пока я все еще на страже твоей безопасности – да, – твердо заявил Рэйвин.

Я вздохнула. Все-таки слишком сложно злиться на него. Особенно, когда он все еще так близко…

– Я же не могу сделать их моими прислужниками, верно? – Спросила я.

– Нет.

– Тогда… я должна все-таки найти их хозяина. – Рэйвин промолчал. Нет, я больше не хочу слышать его молчание. – Ты ведь можешь сказать мне?

– Нет.

– Почему?

– Некоторые клятвы нарушить нельзя никогда.

– Скажи, как это сделать!..

– Я помогу тебе, – перебил Рэйвин.

Я снова смотрела в его темные глаза. В приглушенном свете они снова казались черными, словно ночь. Но что-то было в них еще. Что-то большее, что-то новое, необъяснимое, потрясающее, заставляющее мой желудок сжиматься.

– Тогда, в метель и… потом у меня в комнате, – нервно сглотнула я, – я видела нож. Ты должен был убить меня, я это понимаю. Но… ты этого не сделал. Почему?

Рэйвин почему-то медлил с ответом, продолжая пронзать меня своим суровым взглядом.

– Потому, что я знал.

– Знал?

– Что ты должна будешь освободить моих братьев.

– Почему я?

– Ты спрашиваешь об этом меня?

– Ну… – я даже растерялась немного, – да.

– Я не смогу ответить тебе на этот вопрос. Это было твое решение. Никто на свете не заставлял тебя его принимать.

Я улыбнулась.

– Так откуда ты знал?

– Ты узнаешь.

– Узнаю? – Полезли наверх мои брови. – Подожди: что ты от меня скрываешь?

– Ничего.

– Ага, как же!

– Я же сказал…

– Да-да, помню. Все, что не угрожает моей безопасности, уже в моем распоряжении. – Я вздохнула и почему-то вспомнила тот момент в лесу, когда я вызвала шаровую молнию. Я медленно улыбнулась. – Но я все-таки не плохая колдунья, так ведь?

– Ты можешь стать великой.

– Серьезно?

– Да.

Как будто Рэйвин мог пошутить и покатиться с хохота.

– Так… – я все-таки решилась задать этот вопрос, однако это было не так уж и легко, – бал, на котором я увижу искупительницу.… Ты будешь свободным. И… ты все еще будешь со мной рядом?

Я уставилась на Рэйвина, как будто он собирался поведать мне все тайны вселенной.

– Я выполню свой долг, – пообещал Рэйвин.

– Долг? – Нахмурилась я. – Верно, долг, – закивала тут же я.

Пару секунд я, молча, смотрела в пол, размышляя обо всем, что произошло за последние несколько недель.

– Скажи мне, Рэйвин, – снова заглянула в его глаза я, – теперь, когда ты почти что свободен…. Кем ты теперь будешь?

– Вороном, – просто ответил мне он.

Я вздохнула. Это не то, что я хотела услышать.

– Но ты теперь будешь свободным Вороном, – повторила я, – что ты будешь делать?

Он снова взял маленькую, едва заметную паузу.

– Это важно?

– Да, – кивнула я.

– Мне все еще не дозволено думать самостоятельно.

– Я тебе позволяю.

– Зачем? – Спросил он, и мне показалось, как будто он предостерегал меня, не давая мне подбираться слишком близко к собственным мыслям.

– Затем, что… – а вот тут-то мне стало трудно говорить, пришлось выкручиваться, – Вороны, так ведь? Никто о вас не знает ничего. Вы много тысячелетий были на службе, а теперь… – я снова засмотрелась на его глаза, – о чем ты думаешь? Кем ты станешь, что сделаешь первым делом?

– Тебе нужна еще одна ложь? – Спросил Рэйвин.

Пожалуй, немного строже, чем обычно.

– Мне все еще нужно только одно.

– Ты этого никогда не получишь, – как-то слишком наиграно (в ситуации с Рэйвином в это еще труднее поверить) произнес он.

Я медленно улыбнулась.

– Знаешь, я ведь действительно понимаю. Ты бессмертный прислужник дьявола, у тебя нет никаких чувств, и не будет. Ты хладнокровен и жесток, в тебе нет ни капли человечности. Ничто не даст даже шанса приблизиться к тебе с иными намерениями.

Рэйвин снова молчал, то ли ожидая моих следующих слов, то ли он совсем уже ничего не ожидал.

– Но знаешь, что странно? – Продолжала я. – Когда я искала тебя, Ворон, что помог мне найти тебя, ему потребовалась моя эмоциональная связь с тобой. Я ведь знаю, что ты все еще Ворон и ничто этого не изменит. Но… в момент, когда я поцеловала тебя, почему ты положил руки мне на талию?

Секундная задержка означала только одно: он не ожидал, что, начиная со слов: «Ты бессмертный прислужник дьявола» я приведу к подобному.

– Ты хотела, чтобы та ведьма поверила тебе, – произнес Рэйвин.

Я улыбнулась.

– Верно, – медленно закивала я. – Но ведь сейчас она на нас не смотрит.

Рэйвин как будто только что действительно заметил, что его рука лежит у меня на талии. Попытался одернуть ее, но я перехватила его ладонь.

– Я устала, – призналась я, делая вид, будто не обратила на этот факт никакого внимания. – Пойдем лучше в мою комнату. Ты почитаешь мне перед сном.

Да, теперь он мог разговаривать, но его лицо по-прежнему выражало лишь эмоциональный спектр кирпича. Уже собравшись идти, я потянула его за собой, но он вдруг сжал мою руку и потянул обратно. Я удивленно обернулась.

– Я знаю, тебе нравится эта ложь, – тихо произнес он. – Но тебя ждет разочарование.

Я медленно улыбнулась.

– Кого ты пытаешься в этом убедить? – Спросила я.

– Я не способен на то, что ты ожидаешь от меня.

– Я знаю.

– Но ты все еще хочешь большего.

– Ну, если это большее ты дать мне не можешь, то тебе и не о чем беспокоиться, так ведь?

– Я не беспокоюсь за себя, я…

– Беспокоишься за меня?

– Это приведет тебя только к боли.

– Откуда ты знаешь? Ты же не умеешь чувствовать. Откуда тебе известно, что это приведет меня именно к ней?

Впервые за все наши немые диалоги и за наш первый довольно длинный диалог, Рэйвин не ответил мне.

– Я ничего от тебя не требую, – спокойно напомнила я. – Разве что, почитать мне перед сном. Это же ты можешь сделать, правда?

Рэйвин кивнул.

Не нравится мне его кивание, но что поделаешь? Таков уж он. Да, я понимала все, действительно понимала, даже если не хотела себе в этом признаваться. Но еще одно я понимала так же хорошо: по какой-то причине он будет со мной рядом в тот вечер, когда я увижу искупительницу. Может быть, это будет уже не первый раз, и я встречу ее раньше, кто знает? Но к тому времени Рэйвин будет свободным и он будет со мной. Большего мне знать не нужно. Пока…