Я была рада, что в этот раз все разрешилось вполне себе сносно. Ну, как сносно? Черныш, когда понял мой коварный план, обиделся на меня страшно! Я пыталась с ним разговаривать, хвалить, даже рыбку предлагала, но мой фамильяр решительно отказывался идти на контакт. Отвернулся от меня, демонстрируя пушистую отъевшуюся благодаря моей любви к нему попу, и все тут.

Не знаю уж, что на это повлияло, но иль Кан пропал аж на два дня. Что было неплохо, ведь мне много чего надо было переделать, да и к тому же с Чернышем помириться. Но затем боевой маг появился на пороге моей комнаты ровно в понедельник, когда я стояла у окна и наблюдала за бурей.

Метель — это не то слово, которым можно описать сплошную стену из снега, которой застилало мне обзор на улицу. Буран. Что еще жестче бурана? Объясню. Погода не просто шалила, она буйствовала! Не представляю, что будет, если попытаться открыть дверь, но масштабы бури поражали.

Стук в дверь раздался снова.

— Черныш, — позвала я.

— Мяу! — Обиженное в ответ.

Ладно, я попыталась. В триста миллионов сорок восьмой раз. Будем продолжать подкупы рыбкой. Стоит, наверное, принести ему еще одну подушку из библиотеки. Вообще, там я видела похожие кресла…

— Я люблю тебя! — Попыталась снова пристать к коту я.

— Мур, — обиженное в очередной раз.

Вздохнула, пошла открывать. Иль Кан стоял в дверях с ухмылочкой, я героически ее проигнорировала и подошла к вопросу со знанием дела.

— Изложи все свои требования насчет амулета на бумаге, я посмотрю, что можно будет сделать, — отрезала я безапелляционно, попыталась выйти.

Иль Кан скопировал мое движение и естественно не позволил этого сделать. У меня в руках была метла, которая не слушается, опасное дело он совершал. Не думаю, что мы сегодня будем летать, но никакого дополнительного уведомления о том, что ее приносить сегодня не надо, у меня не было, так что я естественно была с ней.

— Подожди, — попросил он, я многозначительно скривилась, давая понять, что не хочу разговаривать больше. — Не обижайся, ладно?

Хотела устроить выговор, разнести его в пух и прах, но потом подумала: ну и чего я этим добьюсь? Все, хватит, сама подписалась на амулеты, действуем профессионально.

Все-таки посмотрела иль Кану в глаза, стараясь выглядеть непринужденной и по деловому отстраненной. Судя по его примирительной улыбке, он видел что-то свое. Не будем об этом. Главное, что я вкладываю в эту улыбку, а не его помыслы.

— Слушай, амулет, который мне нужен, он… немножко сложнее, чем те, которые ты делала, — объясняет иль Кан. Фыркнула из серии «ну, ты выдал», но ничего не сказала. Иль Кан быстро все понял, поэтому продолжил: — Здесь есть несколько важных условий.

— Ладно, — сдалась, а что еще было делать? — Сейчас у меня занятия, давай после, хорошо? В библиотеке!

Это я выпалила на случай, если бы он решил сказать, что зайдет за мной. Он и собирался, даже рот открыл, но не успел. Судя по тому, как он старался, полагаю, амулет значит для него очень многое. Что не удивительно, ведь я — Мастер амулетов.

Но не будем о моем чувстве собственной важности, вернемся к главному, а именно — к занятиям!

Все-таки выпустил меня из комнаты, я закрыла дверь, бросив напоследок «пока, Черныш, я буду скучать!», на что ответа не последовало, и уже собиралась уходить. Но тут…

— А ты не знаешь, где Мастер теней? — Спрашивает меня иль Кан.

Замираю посреди коридора, прижимаю к себе метелку. Честно говоря, все эти приключения с некро Кричем и его командой несколько сгладили углы, отодвинув мои переживания насчет случившегося куда подальше. Да, я переживала, это понятно, но старательно игнорировала эти мысли, не желая совершенно к ним возвращаться.

И тут…

Прикрыла глаза на мгновение и вздохнула. Ладно. Метелка жалобно забилась в моих руках.

— А что такое? — Уточняю несмело.

Иль Кан подходит ко мне ближе.

— У меня с ним занятия должны были состояться, — объясняет, — но он не пришел.

— Может, это испытание, — лгу, как на духу.

— Ты уверена?

Чуть вздрогнула (метелка уже бьется в конвульсиях от моей хватки), но не поддалась на провокацию. За окнами, по-прежнему, бушует буря, вокруг полумрак, только слабые фонари напоминают о том, что все еще день. Смотрю в окно, естественно ничего не вижу, но пытаюсь скрыть в этой непроницаемой буре свое беспокойство.

— У меня так часто было, — ровно сообщаю я, — он исчезал, моя задача была сделать все, что необходимо. Подумай, возможно, ты просто не понял его задания.

И не дожидаясь его комментариев, я рванулась вперед. То ли показалось, то ли моя метелка и правда взвыла. Отпустила ее немножко, та перестала брыкаться. Вздохнула. Мастер теней… неужели ты действительно предатель?

Как оказалось позднее на занятии, мои утренние упражнения «зажми метелку в захват» очень даже эффективные. Как я и предполагала, на улицу мы не пошли, ибо та огромная белая стена, которая, по-прежнему, заслоняла весь обзор на вересковые пустоши, никуда не исчезла. Поэтому ви Трина отвела нас в специальную огромную залу с высоченными потолками, которые и не разглядишь, пока не подлетишь к ним.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍И вот мы приступаем к уламыванию метел, ставим их на пол с помощью заклинания, а я замечаю, что моя метелка дрожит, словно осенний лист на ветру. Мимо с оглушительным визгом проносится Круасана, вздымая в воздух все и даже больше, я же хмурюсь, не обращая на ведьму внимания, и наблюдаю за своей метлой. Хм…

— Ну-ка, ко мне! — Приказываю.

Метелка неожиданно вздрагивает и… подлетает ко мне! Я так и уронила челюсть, остановив время. Потому что все остальные адепты уставились на меня с ужасом и неподдельным удивлением. Одна только Круасана снова промчалась мимо с воплем «уиииии!».

Я тоже была в шоке, но, тем не менее, взгромоздилась на метелку и… все. Она меня не сбросила, не двинула мне, немножко дрожала от страха (вот я ее сжала-то с утра!), но так — все нормально.

— Ну, наконец-то! — Чуть ли не взвыла от облегчения ви Трина. — Я уж думала, в этом году никто больше с метлой не договорится!

Я криво улыбнулась и немножко расслабилась, наблюдая за остальными. Ви Верна полыхала злостью и метала молнии в мою сторону, но по сравнению с тем, как в огромные витражные окна снаружи бился буран, ее взгляд — это почти как взгляд комарика. Некро Крич хмурился и пытался словно считать мою стратегию, а ти Варпул…

— Все… все… хватит! — Внезапно разревелся он. — Я больше так не могу! Не могу!

Вообще, Водяной обычно молчал, как рыба, а тут — столько слов подряд! Теперь мой внезапный триумф померк, и мы только и наблюдали за истерикой мальчишки.

— Это невыносимо! Мало того, что мне приходится заучивать по сто названий растений по травничеству, так еще и эта дурацкая метла!

Метла в долгу не осталась, как взмоет в воздух в приступе гнева, как направится в сторону своего нерадивого хозяина! Правда, спустя секунду раздался щелчок пальцев, и метла тут же завалилась на пол, а к ти Варпулу медленно подошла ви Трина. Она не выглядела злой и разъяренной, как обычно она реагировала на любое несогласие с ее манерой преподавания или же нарушения ее правил. Список которых нам был неизвестен, мы составляли его по ходу, когда она испепеляла нас уничтожающим взглядом за неповиновение. Но не будем о грустном.

В общем, это было удивительно видеть ее такой… спокойной.

— Я старался… — тем временем продолжал свою тираду ти Варпул. — Честное слово, Вы же видели. — Это он уже с ви Триной. — Я…

— Все в порядке, адепт, — приблизилась к нему ведьма и даже похлопала по плечу.

Ти Варпул шмыгнул носом и утер слезы рукавом. За окном, по-прежнему, бушевал буран, бившись в окна наисильнейшими потоками всех ветров. Предчувствие настигло меня раньше, чем событие, которое случилось дальше, действительно произошло.

— Ты можешь идти, — сообщила ви Трина. — Я к тебе попозже зайду.

Ти Варпул повесил голову, ссутулил плечи и совсем уж расстроился. Однако, прежде чем он ушел, я все же заметила, какое облегчение он испытал по поводу произошедшего. Едва заметно кивнув, он почему-то пингвиньем шагом вышел из аудитории, оставляя нас во власти нарастающего крещендо снежной бури. «То как зверь она завоет, то заплачет, как дитя», — это вот, прям, про нее.

Ви Трина проводила адепта внимательным взглядом, а затем медленно повернулась к нам.

— Иногда даже определение на тот или иной курс не может быть абсолютным, — объяснила нам она. — Его успехи были минимальными, поэтому…

— Его выгонят?! — С ужасом предположила Круасана.

Поскольку тут происходило нечто из ряда вон, она естественно подлетела поближе, и, как я, сидела на своей метле, потихоньку покачиваясь. Необычное ощущение, но к нему быстро привыкаешь. Это как в гамаке. Несмотря на то, что метла — это в первую очередь палка, на ней было безумно удобно сидеть. Я вообще забыла про гравитацию. Ведьмовство, что и говорить?

Ви Трина смерила ведьму своим коронным взглядом «ты нарушила правило и тебя теперь надо сжечь!», после чего вздохнула и продолжила.

— Он пройдет еще одно испытание по другой дисциплине, — объяснила ведьма. — Если все получится, он будет обучаться дальше. Если нет…

Тут уж она не договорила, но и так стало понятно, что за этим последует. Было странно. Казалось бы: сиди, учись. Но мысль о том, что что-то может не получиться, ни разу не приходила мне в голову. Что странно, ведь даже если вспомнить школьный курс: с литературой у меня всегда все было хорошо, но вот алгебра — сущий кошмар! Логично ли было предположить, что и в ВАУ происходит нечто похожее? Не могу сказать наверняка, ведь если так подумать: нас же специально распределяли, так ведь?

— Почему такое произошло? — Озвучила свои мысли вслух я. — Ведь мы же проходили испытания.

Ви Трина грустно улыбнулась.

— Задатки способностей у всех разные, предрасположенность к той или иной дисциплине лишь искра. А вот что из нее раздуется, пламя или дым — покажет лишь время.

Глубокомысленно. Было жалко, что теперь с нами не будет Водяного. Мы и не были прям лучшими друзьями, но все же… это получается, что технически кто угодно и когда угодно может вылететь?

Ви Трина, которая казалась такой задумчивой еще секунду назад, внезапно сделалась суровой и метнула поочередно в наши сторону злобные взгляды.

— Ну? Чего замерли? У нас что? Занятие закончилось? — Рявкнула на нас она. — Ну-ка, быстро по метелкам и летать!

М-да…

Но неважно. Надеюсь, у ти Варпула все получится. А вот что касается меня…

Я понимала, что полеты — это не ходьба, но была до глубины души удивлена, когда выяснила, что зрение воспринимает отдаленные объекты несколько по-другому. Метелка моя подчинилась, все еще тряслась подо мной иногда, потому плавно подняла меня в воздух. Но когда я оказалась метрах в пяти над остальными — мои глаза округлились, я взвизгнула, вцепилась в метлу и отказывалась хоть что-нибудь делать.

— Давай вниз! — Кричала мне ви Трина. — Просто спускайся!

— Ви Рада! Ну, же! Я тебя поймаю! — Махал мне руками маленький некро Крич.

Я взвизгнула еще сильнее, вжалась в метлу еще больше, доведя бедную до истерии, и захныкала. Позор моего первого полета исправила Круасана, подлетев ко мне с грацией кошки, чуть почесав верхушку моей метлы, словно кота за носик, и мое средство передвижения плавно опустило меня на землю.

Я так с нее до конца занятия и не слезла, а ви Трина после бесплодных попыток меня с нее снять, просто махнула на меня рукой и ушла читать свою книжку со словами «сама слезет». Я знала, что будет не сладко, но это — похоже и мне пора выбирать другую профессию.

* * *

Иль Кан. Мое неизбежное наказание. Не нужно было с ним о резонансе вообще разговаривать, теперь каждый раз, когда я его видела, у меня было такое чувство, будто он читал меня, словно открытую книгу. И знал о моих позорных мыслях на его счет. Да, признаю, что есть, то есть. Но…

После того, что случилось с Мастером теней, я, если честно, свой пыл поумерила. Не ожидала я такого… то есть я вот даже сейчас не могу принять это, хоть убейте. То есть — этого не надо, конечно, поэтому все так и печально. Преимущественно. Но…

Буря похоже не собиралась прекращаться, так и накрывала Вересковые пустоши собой. Мы к весне-то выберемся наружу? Единственное радостное — похоже, из-за бури Принц не мог практиковать свой внезапно проснувшийся дар земли. Что действительно несказанно радовало, ведь пока я была не готова к полетам на метле.

Ох, метла…

Ладно, вернемся к главному: иль Кан. Ждал меня у библиотеки, сразу же расплылся в своей улыбочке, окинул оценивающим взглядом. А у меня ведь было стандартное всеми виденное платье ведьмы, я вообще не хотела выделяться. Да после того, что случилось с Мастером теней, я вообще мужчин не воспринимаю.

Ладно-ладно, это я уже загнула, но неважно.

— Дело непростое вот почему, — когда мы уселись за столом в библиотеке, я подперла голову рукой и с мало заинтересованным видом смотрела на иль Кана.

Чтобы рассказать мне все сначала, он извлек клинок из черного оникса из ножен и аккуратно возложил его на стол. Разглядывала я сей необычный предмет несколько минут, поражаясь филигранности гравировки на самом лезвии, на рукояти, да и вообще — оникс был красивым, но я была удивлена тому, что подобный материал использовался для боевого оружия.

— Это клинок моего клана, — объяснил иль Кан. Судя по тому, как загорелись его глаза, он болел всей душой за это произведение искусства. — Когда мне было десять, я отправился сквозь Ониксовые врата в копи, чтобы раздобывать и изготовить его.

Гордость так и выпирала, я же только нахмурилась примерно на возрасте. Десять? Серьезно? Не хотелось проявлять непочтение, я прекрасно помню, как иль Кан это дело не любит, поэтому я лишь вздохнула и постаралась придать выражению лица как можно более беззаботный вид.

— Ты… так рано уже… выбирал себе оружие? — Улыбнулась я.

Иль Кан откинулся назад и ухмыльнулся, демонстрируя недюжинное бахвальство.

— Только единый наследник рода имеет право на это, — с гордостью заявил иль Кан. — В нашей семье это традиция. И мой отец, и дед, и прадед проходили это первичное испытание в день своего десятилетия.

Хм… впрочем, хотела ли я углубляться в его историю? Может быть, только чуть-чуть. Но не сейчас. Рана от предательства Мастера теней зияла во мне непоправимым кровоточащим порезом, я удивлялась все больше и больше тому, как же сильно меня это подкосило. А я-то наивно полагала, что это всего лишь легкое увлечение…

— Оникс поглощает любую магию, — продолжал рассказывать боевой маг. — Так вот, мне нужно инкрустировать в него амулет. Понимаешь?

— Чтобы он был без магии? — Подвела итог я. — А каким тогда свойством он должен обладать?

Иль Кан улыбнулся.

— Он должен творить особую магию, — объяснил он, я лишь нахмурилась. — Понимаешь, — он подался ко мне ближе и заговорил более проникновенно, — в древние времена, когда Матушка Природа еще не одарила всех нас способностями к магии, существовали иные формы магии. Это не совсем магия в ее классическом понимании, скорее… — боевой маг задумался, — использование собственных сил и резервов с целью преображения ее в магию.

По моим более нахмуренным бровям иль Кан понял, что я немножко не в теме. Хмыкнул.

— А ты думаешь, откуда вообще берется магия? Здесь на Вересковых пустошах мы почти полностью зависим от магии, которой напитана земля, — рассказывал он, — но если выходишь за пределы ВАУ, там ты используешь наполовину собственные резервы. Вспомни наше задание в прошлом году: ты ведь устала, хотя на занятиях здесь затрачивала втрое, а то вчетверо больше сил. И чувствовала себя в порядке.

Я задумалась над его словами, погружаясь в воспоминания. Снова банши, эльф, наше приключение в замке с приведениями…

Но иль Кан был прав, я ведь там устала неимоверно, хотя что я там делала? Пару раз тени использовала? Этого же ничтожно мало. Но на Вересковых пустошах…

Ну да, я помню легенду, что рассказывал мне Броня. Многое проясняется.

— Хорошо, это я поняла, — согласилась, — что именно должен делать амулет в твоем клинке?

— Мне нужна скрытность и полное подавление моей магии, — объясняет иль Кан, — то есть, максимальная магическая невидимость.

Я нахмурилась сильнее и пожевала губу, задумавшись глубоко и надолго. Хм, а вот подобного амулета мне и не заказывали, и, что удивительно, мысли в голове роились, словно пчелы, в моем случае бессмысленно сталкиваясь в воздухе и иногда расходясь в разные стороны. То есть у меня были идеи, но их было слишком много.

— Нет, — качаю головой, отслеживаю реакцию иль Кана, он аж отпрянул, то ли испугался, то ли разозлился, сжал кулаки… — мне нужно больше деталей. Слишком много вероятностей.

Улыбка рисовалась на его лице медленно, он подался вперед, приблизившись к моему лицу настолько максимально, насколько можно было бы его уже отпихнуть. Почти…

— То есть… — тихо, интимным, уютным шепотом под симфонию снежной бури за окном, — это возможно?

Я улыбнулась ему в ответ.

— Мы обучаемся магии в Магическом Университете, ты действительно все еще сомневаешься?

Не знаю, было ли это его планом, но он потянулся за вполне конкретным, я синхронно с ним отклонилась и в итоге легла на стул, изображая Киану Ривза из «Матрицы». Иль Кану не хватило места для маневра, поэтому он подставил руку и чуть не упал.

— Не смей, — предупреждаю, — еще раз так сделаешь и амулет не дождешься.

Ухмыляется, нехотя выпрямляясь.

— Ты дала обещание изготавливать амулеты, — сладко напоминает он.

Тоже выпрямляюсь, усаживаясь подальше от этого приставучки.

— Но я не обещала, что амулет обязательно должен быть идеальным, — ухмыльнулась я в ответ.

Иль Кан прищурился, как будто проверяя, действительно ли я серьезно. Серьезно. После Мастера теней у меня случилась какая-то атрофия чувств. Хочет амулет, пусть постарается чтобы его заполучить.

Помогло. Вот умею я убеждать. Больше не приставал и не лез со своими «иди сюда, жена». Что очень даже хорошо, ведь я была не настроена. Ладно, если честно, я боялась не устоять, потому что… ну, он мне нравился, в общем. Вот. И чем больше мы общались, пока создавали ему амулет, тем больше я это понимала.

Если отбросить его хладнокровное самодовольство, он был веселым парнем. Шутки шутил, веселил меня, в чем-то помогал, в чем-то ухаживал… без откровенных «иди сюда!», что и не позволяло возмутиться и залепить ему окончательную оплеуху.

Мы побродили по библиотеке, поискали несколько книжек, чтобы я определилась с названиями тех ингредиентов, которые могли бы пригодиться, затем сходили ко мне, познакомились более плотно с попой Черныша, которую кот всячески выставлял, пока мы бродили и изучали мои заполненные ингредиентами полки. Я пыталась его растормошить, но фамильяр всячески отказывался от сего.

Иль Кан наблюдал за нашей маленькой ссорой с улыбкой и забавлялся каждый раз, когда я пыталась отвесить котику комплимент, а тот фырчал, шипел и мяукал из серии «уйди!». Но ничего не поделаешь, придется тащить еще больше рыбки.

Когда полки в моей комнате закончились, мы отправились в ученическую комнату и бродили там почти до ночи. Не могла я никак подобрать нормальных ингредиентов, соответствующих запросу. Все имело под собой магическое основание, а посему не подходило совершенно.

И тут мне в голову пришла гениальная идея!

Иль Кан ничего не понял, нахмурился и с видом «что эта сумасшедшая тут собирается творить?» наблюдал за моими плясками некоторое время. Собрав все в мешок, я быстро перенесла нас тенями к кузне, чем вызвала волну зависти и попытки сдержать волну безудержного гнева боевого мага, потом сгоняла обратно к себе и вернулась.

— Итак! — Радостно улыбалась я. — Вот!

Иль Кан уже сидел с кислой миной, совершенно не соображая, что происходит, и какого местного лешего он связался со мной, умалишенной. Ладно, признаю, идея выглядела со стороны… не очень, мягко сказать. Но зато отвечала всем требованиям.

Вздохнув, боевой маг посмотрел на столик с ингредиентами, где я расположила свечку с фитилем, стаканчик с водой, самодельный веер и булыжник. Попытавшись снова как-то связать это в своей голове, иль Кан сглотнул, как будто я собиралась заставлять его это есть (дурачок!), и снова посмотрел на меня.

— Объясняю! — Объявила тут же я. — Смотри: здесь четыре элемента. Но! Они не магические, это способ, которым их добывают в моем мире. Но ведь четыре элемента — это основа каждого из нас, так ведь? Следовательно!..

Иль Кан вздохнул, кивнул на кучку ничего.

— Земля в Вересковых пустошах вся насквозь пропитана магией, камень не подойдет, — заметил он.

— А вот и подойдет! Это камень с Адриатического побережья! — Вопросительный взгляд в ответ. — Из моего мира. А как тебе известно, там магии минус ноль. То есть, конечно же, меньше нуля. Ну, ты понял! Короче! Я жертвую своим памятным сувениром, так что бери нож и скреби!

— Чего? — Каким-то не своим голосом переспросил иль Кан. — Чего?!

— Оникс же поглощает магию, следовательно, нам не навредит, — объяснила я с гордостью.

Иль Кан мне не доверял. Вообще. Даже сомневался в верности собственного решения, так и читала по его глазам «на кой черт мне это вообще надо было?!». Но ничего не поделаешь, Мастер амулетов здесь я — делай, что говорят.

Вот он и скреб. Надо признать, думая над тем, как это вообще будет, скрести камень, я подозревала, что мы здесь надолго. Но клинок у иль Кана был нереально крепким. Крошку из камня он наскреб минут за пять.

— Видимо, — нервно улыбнулась, — очень острый клинок.

Иль Кан загордился, подбросил клинок в воздух и изящно поймал его в полете.

— Еще какой, — заверил он.

В общем, я собрала все ингредиенты, посыпала на клинок крошку из камня, облила его водой, зажгла свечку спичками (на всякий случай мама положила, вдруг электричество отключат?), а потом помахала веером на клинок. Ничего не произошло. Иль Кан стоял и наблюдал за всем этим с сомнением.

— Я же помню, как ты создавала амулет в прошлый раз, — заметил он, не решаясь подойти к клинку, — то было… зрелищно.

— То была магия, — напомнила я нравоучительно, — а сейчас у нас с тобой безмагическое создание артефакта. Это другое.

— Мне нужна проверка, — заключил иль Кан. — Что? Как я узнаю, что сработало?

Хм…

— И как мы должны проверить?

Иль Кан задумался на несколько секунд, потом огляделся, подошел к двери и извлек другой клинок (у него их было целых четыре, считая тот, что он мне подарил, плюс меч, но он сейчас был без него). Это оружие имело как раз иное значение, выглядело иначе, украшено глифами на лезвии, светилось.

Начертив парочку символов на косяке двери, иль Кан вернулся к клинку и с моего разрешения взялся за свой оникс. Задержался на несколько мгновений, словно прислушиваясь к нему — как будто оружие могло говорить. Зачем я это вслух озвучила?

— Оно умеет разговаривать! — Жарко воскликнул иль Кан. — Оружие запоминает каждую битву! Каждое сражение! Каждое!..

— Хорошо-хорошо, — вскинула руки вверх я. — Что с этими закорючками?

— Глифы, — скривился иль Кан. — Это барьер. Знаешь, простой, но в боевой магии очень помогает. Его используют на арене, нужно очертить круг, за пределы которого выходить нельзя. Пересек — проиграл. Глифы реагируют на магию.

Ага, ясно.

— Ладненько, — вздохнула, — тогда удачи!

— Стоп, подожди! — Преградил мне путь иль Кан. — А если не получится?

— Я уверена, что не получится, — заявила я смело, на что иль Кан аж отпрянул. — Потому что тебе еще надо научиться им пользоваться.

— Да, но…

— Завтра занятия, — строго напомнила, — ви Трина меня четвертует, если я буду клевать носом на ее лекциях.

Иль Кан скривился в недовольстве, явно не желая со мной расставаться. Но ему пришлось меня отпустить, все-таки обучение первостепенно. Я так устала, что уже не пошла пешком, собралась переноситься к себе тенями.

Тенями… так теперь всегда будет?

— Пока, женушка, — бросает напоследок иль Кан.

Одариваю его недоброжелательным взглядом.

— Ни за что.

— Это мы еще посмотрим, — ухмыляется, а я ухожу в тень.

И чего щеки так пылают?