Я с самого начала не разделял опасений этих молодых паникёров, которые вздрагивали при любом постороннем шуме. Думаю, если защитники города Халот Джерэм всё же решились бы напасть на наш временный лагерь, то явно провели бы такую операцию неожиданно и, думаю, максимально скрытно. И наблюдая за нашим старым рыцарем, который не соизволил удостоить своим вниманием эти величественные патрули, состоявшие исключительно из огромных мёртвых рыцарей, я думал, что он наверняка был со мной солидарен в этом мнении. Но переубеждать кого-либо я совсем не стремился. За последнее время моя точка зрения о происходящих событиях вокруг меня очень сильно изменилась. И большой вклад в моё новое мировоззрение привнёс именно старый господин Корвин. Глядя на него, я задумался над одним простым вопросом, о котором почему-то раньше старался даже не размышлять.

— А зачем мне всё это нужно?.. — тихо проговорил я себе под нос.

Зачем мне помогать другим людям, да хоть и в малости, пусть даже просто советом, что лично мне это даст? Или этому заносчивому Талеру Соятову. Ведь это ему пообещали внушительную награду за его содействие в устранении старика Корвина, а лично меня обещали просто не забыть. Вот на такую малость я позарился. Даже не верится, если честно. Думаю, всему виной эта подавляющая своей дороговизной и редкостью обстановка во дворце этих мерзких аристократов Соятовых. Ведь у них редкими породами дерева были украшены даже стены в коридорах. А как много дорогих доспехов выставлено в просторных залах напоказ, на протяжении всего нашего пути к кабинету Захария Соятова, где состоялся тот злосчастный разговор. И даже так, зачем мне нужна их награда, что это поменяет в моей жизни? Да ничего кардинальным образом это не изменит. Моё происхождение не позволит мне занять хоть сколько-нибудь высокое положение. Даже ротным мне никогда не стать, не говоря о такой уважаемой и главное безопасной должности, как интендант. Ну смогу я лишний раз поразвлечься на эти золотые монеты или прикупить ещё один бесполезный портрет древнего полководца, и что? Что с этого лично мне? Принесёт ли это радость? Очень сомневаюсь, особенно после леденящего взгляда старого рыцаря Корвина, оглядывающего нас с молодым магом Соятовым, словно незначительные крошки на столе. Наверное, даже не так, он словно бы и за живых нас уже не считал, как будто давно записал наши имена в книгу мёртвых.

— Чего ты так нахмурился, Леур? — вывел меня из задумчивости неожиданно весёлый Талер Соятов. — Неужто планы на будущее строишь? Так это ты не спеши, вот вернёмся домой, пойдём в твой любимый ресторан и хорошенько всё обдумаем.

— А с чего ты взял, что господин Корвин не прикончит нас в городе, когда его сдерживать наказание за наши смерти уже не будет? Вне мисси наша безопасность — это уже личное дело каждого аристократа. Ведь твой особняк не охраняют гвардейцы семьи Соятовых, а за свой дом, вне крепостных стен, который стерегут двое неуклюжих бестолочей, я даже говорить не хочу, — сказал я угрюмо.

— Да чего ты придумал снова? Посмотри на господина Корвина, он с каждым днём становится всё более замкнутым. Его рассудок скоро не выдержит, и он окончательно превратится в дикого монстра! Дядя о подобных случаях мне рассказывал, а иначе, не будь негативных последствий, все бы солдаты этот хитиновый покров бы носили! — весело сказал молодой маг.

— И что в этом ты увидел хорошего? Ведь мы находимся к нему ближе всех на марше, — удивлённо спросил я.

— Я уверен, что такие изменения наш полковник сможет заранее распознать, ведь опасность он может представлять со своим гигантским луком и запредельной силой, не только нам двоим, но вообще всем, включая и старших офицеров. Ты видел, как он расправился с теми скелетами. Может быть, я и не понимаю чего-то, но во время обучения нигде не упоминалось, что воин [1] ранга может победить полсотни не слишком уступающих ему по силе противников. И даже его звание, должность или даже несравненный боевой опыт никак не отменяет этот неоспоримый факт. Думаю, это в принципе невозможно. И наверняка внезапная проверка, устроенная полковником Овцевым, для этого старого рыцаря тоже произошла совсем неслучайно. Видимо, старших офицеров тоже одолевают подозрения, — абсолютно уверенно в своих словах закончил Талер Соятов.

— И что, ты думаешь, наш полковник спокойно прикончит своего лучшего младшего офицера? — скептически заметил я.

— А что, у господина Корвина Злобного внезапно появилась родня из благородных, или он так впечатлил своей красотой одну из молодых аристократок, и та решила скрепить с ним официально свою жизнь? Вижу по твоим глазам, что это совсем не так. И следовательно, чем его жизнь ценнее жизни никчёмного деревенщины с самых окраин области? Можешь не отвечать. Ничем. Только кровь в наших жилах важна, только она позволит тебе развить свою родословную и переродиться в благородного высшего человека. Все остальные — лишь жуки под нашими ногами! — весело и самоуверенно закончил молодой маг.

И как у него это всегда получается? Он снова полностью переубедил меня. А главное, я не нахожу противоречий в его словах и моих собственных убеждениях. Но в этот раз всё было по-другому. Стоило мне мельком взглянуть на спину нашего командира старого злобного рыцаря, который с упоением поедал неизвестно какую по счёту миску наваристого супа, как я вспомнил свои же слова. А что это даёт лично мне? И стройные доводы Талера Соятова прямо на моих глазах разрушились в небытие. Ну, убьёт полковник нашего непосредственного командира — и что это изменит? Да может, этот старик вообще единственный, кто беспокоился о жизнях своих подчинённых в этом походе. И даже если это не так, что изменится лично для меня? Ну, наградят ещё одним уровнем, может, даже двумя, лет эдак через десять и что? Заклинания повысить до следующей ступени всё равно не удастся, и даже если и так, то опять же, что это изменит для меня глобально? По-настоящему могущественнее я всё равно не стану, как тот же полковник.

— Ну, останешься ты жив, — спокойно сказал я, — и что это изменит? Может, тебя ротным назначат, а?

Талер на мгновение растерялся. Он явно не ожидал такого поворота в нашем разговоре. Молодой маг неуверенно искал ответ на явно неучтённый заранее вопрос.

— Ты что такое говоришь? — раздражённо начал он. — Тебе что, жизнь перестала быть дорога? Разве не выжить в этом аду — наша цель? Разве не обрести силу мы пытаемся?

— Прекрати нести этот бред! — вспыльчиво оборвал я молодого Соятова. — О каком выживании ты говоришь? Наши жизни находятся полностью в руках офицеров. Сам, наконец, пораскинь мозгами, если бы о нас по-настоящему беспокоились, то чем наша подготовка и набор умений отличался бы о того же набора ротного, который в одиночку способен на очень многое? Нас же специально ограничивают и развивают однобоко. И поверь мне, сделано это осознанно и со знанием дела. А по поводу силы, ты действительно веришь, что может наступить момент, когда ты займёшь должность, позволяющую тебе пройти перерождение в высшего человека официально? Вижу по твоим глазам, что это совсем не так. Так зачем ты пытаешься убедить меня в том, во что и сам абсолютно не веришь? Да и неважно всё это. Я, честно говоря, уже смирился, что старый злобный рыцарь нас не простит, не в его это характере. Ведь он и за малость пальцы ломал, а как рассказывали некоторые ветераны, ещё и отрубал их трусам и глупцам. А такой проступок, который мы совершили, точно не из тех, о чём можно просто забыть. Так что и тебе советую смириться с неизбежностью. Не питай иллюзий, господин Корвин по возвращению обязательно найдёт способ совершить акт воздаяния. И даже если он решит сделать это позже, через месяц или два, тем самым только продлит нашу агонию. Но увернуться от занесённого меча над нашими головами уже никак не удастся.

— Леур, ты совсем умом тронулся, что ли⁈ — почти взбешённо начал кричать Талер Соятов. — Что за чудовище ты мне описываешь? Может, он ещё и полковника Овцева, ко всему прочему, обезглавит мимоходом? Это просто старый дед, поехавший рассудком, и ничего больше.

— Посмотри на него и повтори эти слова! — неожиданно весело, даже для самого себя, сказал я.

Соятов мгновенно стушевался и не смог себя заставить взглянуть на это истинное воплощение ужаса среди людской расы. Да и вообще, поведение молодого мага было чрезвычайно странное и нелогичное. И пары недель не прошло с того момента, когда у самого Талера Соятова рассудок висел буквально на волоске от падения в пропасть безумия. А сейчас его оптимизм снова заставлял сомневаться, что он помнит произошедшие с ним события. Ведь именно он не так давно в мире Ссшорс вёл себя, как типичное умертвие.

— Не можешь? — злорадно произнёс я. — А всё продолжаешь строить долгоиграющие планы. Лучше бы весь свой появившийся энтузиазм направил на исправление неприязни со стороны столь враждебно настроенного к нам младшего офицера. Подумай, что мы можем ему предложить. Что его заинтересует? Потому что у меня дельных мыслей на этот счёт нет абсолютно.

Мы молча погрузились в размышление. На самом деле всё, что у меня было из ценного, я уже отдал в прошлый раз. Оправдываться и выгораживать себя смысла не было никакого. Нападение однозначно было, в таких вопросах шутники долго не живут. И старый рыцарь справился без видимых усилий и каких-либо повреждений своего тела. Предлагать себя в роли информатора тоже не лучший вариант — предателям, а тем более дважды переметнувшимся, доверия у здравомыслящего человека тоже не будет никакого. Единственная надежда на то, что светлая мысль посетит моего молодого коллегу.

— А знаешь, Леур, — после нескольких минут размышлений заговорщицки произнёс Талер, — кое-какая мысль всё же у меня есть.

Глава 20.1. Начало пути. Старый рыцарь Корвин

Честно говоря, столь внезапного предложения от моих магов я точно не ожидал. Да что там говорить, эдакой смелости от двух трусливых чародеев и, главное, спесивых отпрысков аристократов было тяжело представить даже такому старику, как я.

— Господин Корвин, разрешите обратиться! — по-военному официально начал разговор Леур.

— Разрешаю, — продолжая поедать ароматный суп, прошипел я.

— Мы очень виноваты по отношению к вам, — начал бодро Леур, но не смог поднять на меня взгляд и перешел на бормотание, — я и Талер Соятов знали о готовящемся на вас покушении. Даже примерно догадывались, какой именно отряд собирались отправить за вами. Но на самом деле у нас не было по-настоящему важной информации. Как для исполнителей покушения, так и для вас лично. Чем-то, реально способным повлиять на эту ситуацию, мы однозначно не располагали. Скажу честно, не скрываясь за кружевами слов, надеялись и строили дальнейшие планы, после вашего устранения. Но лично, кроме той постыдной попытки отравить вас, мы ничего не предпринимали. По правде говоря, мы несколько приукрасили ваши возможности в разговоре с господином Захарием Соятовым. Но опять же, опирались лишь на собственные домыслы и общеизвестные слухи, гуляющие по городу…

Видя, что энтузиазм Леура полностью угас и он понял, сколь обличительно звучат эти слова, я почувствовал, что страх окончательно сковал его. А вот Талер смог сам набраться храбрости и продолжил разговор вместо старшего мага.

— Думаю, подобных ситуаций за вашу долгую службу случалось не так уж и мало. И как опытный офицер, вы, господин Корвин, понимаете, что лично мы, два молодых волшебника, не можем представлять для вас хоть сколько-нибудь серьёзной угрозы, — сказал он запальчиво, но и его бравый настрой довольно быстро прошёл и превратился в трусливый лепет, — но всё же мы чувствуем за собой вину и очень хотели бы получить возможность исправить нашу ошибку.

— Ближе к сути, — прошипел я, — что ты предлагаешь, как собираешься смягчить мою неприязнь?

На эти побледневшие лица было чудовищно приятно смотреть. Они вмиг осознали, что я слышал весь их разговор, несмотря на разделяющее нас расстояние. И как в это не поверить, если слово «неприязнь» крайне редко сейчас употребляется в нашем обществе? Да и в принципе, я прекрасно понимал, что они в полной мере снабжали информацией отряд, напавший на меня. И вина их действительно заслуживала самого сурового наказания. Впрочем, расправа над этими предателями может и подождать, если они предложат действительно нечто ценное. Опять же, ярость, бурлящая в моей душе после нападения, за прошедшие недели слегка померкла, и разговаривать об этой ситуации я мог вполне спокойно. Да и в целом мне было прекрасно понятно, что они лишь пешки, но от этого, конечно, моё желание устранить их не становилось слабее.

— Однажды Талер прочёл довольно редкую книгу, — первым взял себя в руки Леур, хотя взгляд поднять на меня так и не смог, — так вот, в ней упоминалось, что характеристики всегда находятся в промежуточном состоянии. Им иногда не хватает самой малости для преодоления порога следующего уровня. И применительно к показателю Живучести, это может заключаться в некой хронической болезни или застарелой травме.

— Леур, неужели ты думаешь, что я этого не знаю? — холодно и отрешённо снова прошипел я. — Суть предложения.

— Простите, господин Корвин, — нервно промямлил Леур, — в книге упоминалось, что даже ежедневное применение заклинаний лечения может не привести к положительному результату. В этом случае предлагалось воспользоваться услугами нескольких магов одновременно и буквально рывком преодолеть этот застой.

— Так вот, господин Корвин, — почти что уверенно взял слово молодой Соятов, — позвольте нам собрать всех магов из оставшихся отделений и попытаться рывком довести вашу характеристику Живучести до пяти единиц. Все траты мы возьмём на себя.

— Думаю, если эта затея удастся, я смогу забыть о многих ваших проступках, — произнёс я действительно заинтересовано, обдумывая столь необычную виру за жизни.

Когда подготовительная работа чародеев была завершена, скорее всего со стороны это выглядело даже несколько внушительно. Вокруг меня в форме круга собрались восемь оставшихся в живых магов. Естественно, что ротные и интенданты не имели ни малейшего желания участвовать в этом сомнительном эксперименте. Но и запрещать тратить ману своим подчинённым они не стали, но тут скорее в отсутствии командиров полков эти трусы не рискнули злить меня. Тот же лейтенант Малихов сделал вид, что это его словно бы совершенно не касается.

Сказать по правде, я и сам не верил, что это возможно. С другой стороны, в меня собирались влить свой резерв маны восемь волшебников, практически одновременно. Это действительно может исправить в организме дефект, который обычной регенерации не под силу излечить и за несколько лет. Поначалу у меня было небольшое опасение по поводу внезапной атаки, но маги расположились довольно близко ко мне, таким образом, что могли задеть атакующей волшбой и друг друга. Да и тот же огненный шар убил бы вообще всех собравшихся, включая любопытных зрителей поблизости. Так что на этот счёт мои опасения, скорее всего, были слегка преувеличены. И чувство опасности, к тому же, молчало.

Когда волшебники начали произносить первые заклинания, я почувствовал невероятно сильный поток лечебной энергии, который не испытывал ни разу в своей жизни. Казалось, тело начало светиться изнутри. А маги всё продолжали накладывать заклинания лечения одно за другим. Всё моё внимание в этот момент было сконцентрировано на внутренних ощущениях. Хотелось понять, что именно в моём, на данный момент абсолютно здоровом теле, пытается исправить магия лечения. Но, естественно, без внутреннего магического источника в полной мере отследить потоки маны, движущиеся внутри меня, наверное, было невозможно. Но всё же, когда этот поток лечебной магии начал иссякать и то у одного, то у другого волшебника заканчивался внутренний резерв, я отметил, как покалывает моё сердце. Может быть, именно оно износилось в этом старом теле больше всего. Но характеристика Живучесть так и осталась равна четырём единицам. Несмотря на все усилия Талера и Леура.

Они с потаённой надеждой ждали от меня оглашения результата. Но я лишь отрицательно мотнул головой. Леур разочарованно опустился на землю, прямо на песок, там, где и стоял. А вот молодой Соятов явно был настроен более решительно, ведь идея в большей степени принадлежала ему. Он сорвался с места и начал раздавать припасённые кристаллы маны из своего пространственного мешка. Не сказать, что очень крупные, но по сотне единиц маны в каждом из них точно было.

И вот спустя десяток минут волшебники смогли частично восполнить свои резервы. И вновь обрушили на меня поток лечебных заклинаний. Больших надежд, честно говоря, я уже совсем не возлагал на эту авантюру. Но в любом случае, для моего организма это будет чрезвычайно полезно. Как итог, на меня потратили не меньше двадцати тысяч единиц маны. Вполне себе серьёзное количество. И если так подумать, то начинающему магу потребовалось бы на нечто подобное не меньше полугода, конечно, если не использовать дополнительно кристаллы энергии.

Задумавшись над подсчётами затраченной маны, я не сразу заметил, что в районе сердца сгусток теплоты по-прежнему не исчезает. Тем временем маги, с трудом стоявшие на ногах от небольшого магического истощения, уж не знаю, что мои волшебники пообещали им, начали разочарованно расходиться, так и не дождавшись от меня подтверждения положительного результата. А я, не веря своим ощущениям, продолжал прислушиваться к теплоте, разливающейся у меня внутри.

— Ну что, молодёжь, — гнусаво и как-то злорадно начал Жерар Малихов, для начала использовав на мне заклинание Идентификации, — я же предупреждал, что так легко характеристику Живучесть не поднять.

— Но я же лично читал об этом в древнем фолианте, там даже меньше магов участвовало!.. — потерянным голосом сказал Талер Соятов.

— Ну, мы хотя бы попытались… — непонятно кого надеясь утешить, то ли себя, то ли в большей степени Талера, сказал Леур и поплёлся вслед за остальными волшебниками.

А я молча продолжал смотреть на свои истинные характеристики, не искажённые умением Малая иллюзия.