— Нет! Натаниэль! — закричала Кира, бросаясь к порталу.

Его поверхность задрожала, как густое желе, а затем схлопнулась с оглушительным всплеском плазмы.

Подоконник исчез прямо в воздухе.

Кира пролетела через место, где он только что был, и тяжело рухнула на землю.

— Чёрт, — простонала она, поднимаясь и стряхивая сухие листья с платья.

Паника волной накрыла её, пока она лихорадочно оглядывала пустую аллею.

Какая же я идиотка.

Я должна была догадаться, что он снова решит изображать героя.

Надо было остановить его.

Она судорожно выдохнула, слишком ошеломлённая, чтобы даже расплакаться.

Он обещал мне, что не сделает этого.

Перед глазами всё ещё стояло лицо Натаниэля.

Пустой взгляд.

Последнее, что она увидела, прежде чем портал закрылся.

Теперь стало понятно его странное поведение в последние дни. Кира думала, что он просто нервничает из-за свадьбы и всех тех опасных планов, которые они строили. Она и сама нервничала.

Но ей и в голову не приходило, что он уже всё решил.

Что собирается пожертвовать собой ради неё.

Дыхание стало рваным. Кира металась по месту, где только что был портал, и с каждой секундой тревога внутри неё росла всё сильнее.

Я должна остановить его.

Должна найти способ.

Хруст ветки заставил её резко обернуться.

Из леса вышла невысокая женщина со светлыми волосами и лесными зелёными глазами.

— Барбара! — выдохнула Кира, наблюдая, как ведьма приближается. — Что ты здесь делаешь?

— Меня послали присмотреть за тобой. Или, если точнее… задержать тебя. — Она высвободила край пёстрой юбки из веток. — Приказ Натаниэля.

— И ты собираешься меня задерживать? — осторожно спросила Кира.

Если бы ведьма действительно собиралась напасть, уже давно бы это сделала.

Барбара пренебрежительно махнула рукой, словно вопрос был нелепым.

— Я пыталась его отговорить. Сказала, что он совершает чудовищную ошибку. Но он, как всегда, упрямый идиот. Я дала ему всё, что нужно было для закрытия портала, но только после того, как высказала о нём всё, что думаю, имей в виду. Хейли и Ана тоже должны были быть здесь. Представляешь? Следить за мной. — Она коротко хмыкнула. — Но я о них позаботилась.

Кира напряглась.

— Что значит «позаботилась»?

Она быстро оглядела лес, принюхиваясь, но не уловила ни следа волчиц.

— Где они?

— Задержаны, — весело ответила Барбара. — В огромной бочке с липкой дрянью, если тебе интересно.

Она отряхнула руки о кружевной фартук, перепачканный чем-то жёлтым, кажется, серой.

Потом склонила голову набок, внимательно разглядывая Киру.

— И как ты себя чувствуешь?

— Паршиво, — жёстко ответила Кира, украдкой косясь на место, где исчез портал, но не сводя глаз с ведьмы. — У нас с Натаниэлем был план на свадьбу… но он решил действовать без меня.

— Не суди его слишком строго, дорогая. Он просто хочет тебя защитить.

Кира кивнула.

— Знаю. Но он не может всё время быть тем, кто спасает остальных.

— Ты переживаешь за него, — заметила Барбара.

— Конечно переживаю! Кто тогда спасёт его?

Голос Киры дрогнул и стал ниже. Она яростно заморгала, не позволяя себе расплакаться.

— Я не могу просто сидеть здесь, Барбара. Я должна помочь ему.

Барбара улыбнулась. Её губы бантиком выглядели почти ласково.

— Я знала, что не ошиблась насчёт тебя.

Она тяжело опустилась на ближайшее бревно, словно внезапно устала.

— У тебя такое же доброе сердце, как у нашего Натаниэля.

— Не думаю, — пробормотала Кира.

Особенно после того, что он собирался сделать этой ночью.

Взять на себя убийство собственного отца только ради того, чтобы избавить её от участи, которую приготовил Хенрик.

Это уничтожит его.

Проклянёт.

Отнимет у него всю прежнюю жизнь.

И мою тоже, с болью подумала Кира.

Потому что как она сможет жить дальше без него?

Пока Натаниэль жив, пока обречён никогда не быть счастливым, для неё не будет никого другого.

Я должна остановить его.

Пока ещё не слишком поздно.

Но до конца доверять Барбаре Кира всё равно не могла.

Поможет ли ведьма ей?

Или это ловушка?

Барбара тихо застонала и помассировала шею. Позвонки громко хрустнули.

Кира внимательнее присмотрелась к ведьме.

В последний раз она видела Барбару старухой, почти умирающей. Потом кровь Натаниэля вернула ей молодость.

Теперь она выглядела женщиной лет сорока. Возраст сделал её даже красивее: тонкие впалые щёки, морщинки в уголках глаз, мягкая усталость в лице.

Она снова стареет.

Быстрее, чем должна.

Кира не собиралась недооценивать Барбару.

Но времени у неё почти не осталось.

— Мне нужно попасть на свадьбу. Натаниэль нуждается во мне.

— Это правда, — задумчиво согласилась Барбара.

— Ты поможешь мне? — спросила Кира, всё сильнее раздражаясь с каждой секундой. — Пожалуйста.

— Конечно, дорогая. Именно поэтому я здесь.

Барбара поднялась на ноги и вытащила из-за пояса длинный кинжал с жестоким зазубренным лезвием.

— Ч-что ты делаешь? — выдохнула Кира.

Она попыталась отступить, но каблуки увязли в земле. Кира потеряла равновесие и рухнула назад.

Страх ледяной волной пробежал по позвоночнику.

Барбара шагнула вперёд.

Её глаза горели безумием, пока она медленно крутила нож в пальцах.

— Я слишком долго ждала этого момента.

Она подняла клинок над головой, готовясь вонзить его Кире в грудь.

— Я всегда знала, что однажды пролью твою кровь в этом лесу.

Господи.

Эта ведьма ебанутая.

Кира выдернула одну туфлю на каблуке из земли, но вторая запуталась в тонких древесных корнях. Те будто жили собственной жизнью, обвиваясь вокруг её лодыжки и не давая вырваться.

Блядь. Блядь. Блядь.

Она резко вскинула взгляд на Барбару и вскинула руки, пытаясь защититься от ножа.

Но удара не последовало.

Вместо этого Барбара опустила клинок, схватила Киру за запястье и сделала короткий надрез на внутренней стороне предплечья.

— Этот день был предсказан, — сказала ведьма, и её возбуждённое лицо оказалось всего в нескольких сантиметрах от лица Киры.

— Что?.. — выдохнула Кира, глядя, как тонкая струйка крови скользит по руке.

— Давным-давно мне приснился сон. Пророчество, если угодно. — Барбара довольно улыбнулась. — Во сне я снова открывала для тебя портал. Правда, там я резала тебе ладонь. Так было бы куда поэтичнее, не находишь? Но порезы на ладонях ужасно долго заживают, терпеть не могу. Хотя кровь есть кровь, а кровь для магии всегда полезнее снаружи, чем внутри.

Кира всё ещё смотрела на неё широко раскрытыми глазами.

— Я думала, ты собираешься, блядь, убить меня!

Барбара нахмурилась.

— Что за глупости, голубушка. У меня и без того спина вечно болит.

Она снова подняла руки, морщась, когда потянула плечо. Кинжал сверкнул в оранжевом свете заката.

— Портал куда удобнее.

— В следующий раз пойду пешком, — огрызнулась Кира.

Корни с тихим хихиканьем отползли от её ноги.

— Пешком? Господи, нет. Крепость Винтермоу на другом конце столицы. Ты ни за что не успеешь вовремя, даже в волчьем облике.

Кира судорожно вдохнула, только теперь по-настоящему осознав, что всё ещё жива.

Барбара начала бормотать слова на незнакомом языке. Её руки рассекали воздух, оставляя за собой полосы ярко-синей плазмы.

Аукниси окиса васкезок земельмес.

Байлхк амайн.

Плазма растянулась в прямоугольную раму на месте старого портала, но пока внутри виднелись только берёзы.

— А теперь, голубушка. Портал нестабильный, долго он не продержится. Мне нужна твоя кровь, чтобы запустить его. Просто дай нескольким каплям упасть под раму. Да, вот так, умница…

Первая капля крови ещё не успела коснуться сухих листьев, как воздух прорезал резкий свист.

Пространство исказилось.

Порыв силы ударил Кире в лицо, отбросив волосы назад и взметнув пышный подол платья. Портал вспыхнул ослепительно белым, а затем потемнел.

И в следующую секунду по ту сторону появилась спальня Натаниэля.

Кира уставилась на неё с таким облегчением, что у неё перехватило дыхание.

Я иду, Натаниэль.

Только держись.

Барбара тем временем продолжала болтать, будто удерживать портал открытым не стоило ей огромных усилий.

— …он смухлевал, чтобы обойти меня на Чемпионате волшебников, — продолжала она. — Альфонсо его звали. Никогда он мне особо не нравился, а потом я всё равно взяла и согласилась выйти за него. И что это о нас говорит, а? Наверное, если живёшь достаточно долго, рано или поздно начинаешь любить собственных врагов. Или не начинаешь. Что, пожалуй, даже к лучшему.

Она вдруг схватила Киру за запястье, когда та уже собиралась пролезть в портал.

— О! Чуть не забыла. Байрон и Мэри уехали несколько часов назад и направляются в Крепость Винтермоу. Они хотят помочь тебе, дорогая, но через портал можете пройти только ты и Натаниэль, так что встретят тебя уже там.

Сердце Киры сжалось.

Мэри и Байрон выходят из укрытия?

После стольких лет?

— Но это опасно, — начала она. — Если—

— О, с ними всё будет прекрасно. Они знают крепость лучше кого угодно. Ах да, ещё они просили встретиться под восточным мостом.

— Под восточным мостом, — повторила Кира, вспоминая карту замка из библиотеки академии. — Там, где ручей?

— Возможно. Хотя теперь я думаю, что Мэри могла сказать «западный». Но, по-моему, всё-таки восточный. В любом случае разберёшься на месте, голубушка.

Кира плотно сжала губы, удерживая себя от ответа, о котором потом пожалеет.

Барбара была союзницей.

Даже если совершенно безумной.

Ведьма продолжала говорить без остановки, удерживая гудящий портал.

— И ещё, что мне делать с Хейли и Аной? Милые девочки, но они всерьёз собирались держать тебя здесь силой ради твоего же блага. И знаешь, как дерзили мне? «Приказ Натаниэля», сказали они. А я им: «Чепуха, вы уже взрослые, пора бы научиться думать своей головой». Хотя Натаниэль умеет быть ужасно властным, когда захочет. Ты наверняка уже заметила. Впрочем, наверное, этого и стоит ожидать от принца…

— Отпусти их, — перебила Кира.

Она ухватилась за подоконник портала и перекинула ногу внутрь. Каждая секунда казалась потерянным временем, а магия Барбары старила её прямо на глазах.

Кира замерла и оглянулась.

— И Барбара… спасибо.

— Всегда пожалуйста, дорогая, — ответила ведьма.

Голос её уже заметно охрип, а в волосах проступило ещё больше серебряных прядей.

— И удачи тебе.

Портал с громким треском закрылся за спиной Киры, погружая комнату во тьму.

Она шумно выдохнула.

Странно, но оказаться снова в спальне Натаниэля было почти успокаивающе. Вернуться сюда казалось невозможным, но теперь впереди ждало нечто не менее страшное.

Комната тонула в темноте.

Даже магические огни погасли.

Натаниэль никогда их не выключал.

Значит, он не собирался возвращаться.

Паника снова рванулась наружу, но Кира заставила себя сосредоточиться и принюхалась.

Запах Натаниэля всё ещё оставался здесь: глубокий, дымный, с лёгкой цветочной нотой, странной и неуместной. След был свежим, всего несколько минут.

Значит, он ушёл сразу после того, как закрыл портал.

Кира взглянула на часы. Их магический циферблат мягко светился в темноте, оставаясь единственным источником света.

Сердце подпрыгнуло.

Её не было даже десяти минут.

Шанс ещё есть.

Возможно, Натаниэль всё ещё в академии. Если поторопиться, можно успеть перехватить его у кареты.

Или поехать с Викторией и Феликсом. Виктория всегда собиралась первой, но приезжала последней.

Сначала к Виктории.

Это было по пути. Если Виктории не окажется в комнате, Кира перекинется в волчью форму и помчится вверх по лестнице к главному выходу из академии. И плевать, кто её увидит.

В комнате Виктории она раньше никогда не бывала, но Феликс однажды сказал ей, что нужная дверь украшена пурпурными лилиями.

Сейчас Кира отчаянно надеялась, что вампирша окажется внутри.

Отправляться в Крепость Винтермоу одной было слишком опасно. Да, она изучала планировку замка, но не питала иллюзий насчёт того, насколько это поможет в реальности. Винтермоу славился охраной.

А вот Виктория могла провести её внутрь.

Особенно учитывая, что у неё есть приглашение на свадьбу.

С Викторией они, возможно, просто вошли бы через парадные двери.

Саму Киру на свадьбу не пригласили, хотя Хенрик явно ожидал её появления. Она почти не сомневалась, что это устроила Глория.

Теперь Кира понимала, почему Натаниэль не стал ничего исправлять.

Раньше ей казалось, что он просто не хочет лишний раз тыкать её свадьбой в лицо.

Но всё было иначе.

Он вообще не собирался брать её с собой.

Кира двинулась вперёд в темноте, осторожно обходя кровать и ощупывая путь через комнату. Даже в человеческом облике она прекрасно видела ночью, но каблуки мешали двигаться быстро.

И пол был завален каким-то хаосом.

Носки.

Цепи.

Секс-игрушки.

Сброшенные подушки.

Скомканные простыни.

Книги.

Будто здесь кто-то перевернул всё вверх дном.

Кира резко замерла.

Ужас прошёлся холодом по позвоночнику.

Она была здесь не одна.

Если бы она не так спешила, то почувствовала бы чужое присутствие раньше и сразу узнала бы густой запах роз.

Кира перестала дышать, напрягая слух и выпуская магию пульсом по комнате.

Не один человек.

Двое.

Плечи слегка расслабились, когда она поняла, кто именно скрывается в комнате.

Свои.

Надо было сразу бежать к двери.

Но она, как идиотка, доверилась им, хотя уже тогда была, блядь, слишком сбита с толку тем, что они вообще здесь делают.

А потом стало поздно.

Кира вскрикнула, когда грубые руки схватили её сзади и потащили через комнату.

В ту же секунду камин вспыхнул зелёным пламенем, и её швырнули на пол.

Она резко подняла голову, оскалившись, и уставилась на женщину в кресле с высокой спинкой. Та сидела, закинув ногу на ногу и изящно положив руки на подлокотники.

— Милая, вот и ты. Я уже начинала переживать.

Кира щёлкнула зубами в сторону Феликса, удерживавшего её, а потом прорычала:

— Виктория… Какого. Хрена?

— Мы отправляемся в небольшое путешествие в Крепость Винтермоу, — сказала Виктория, лениво покачивая каблуком прямо перед её лицом. — Я лично прослежу, чтобы Хенрик получил свою волчью игрушку. То есть тебя, милая.

Кира не сумела скрыть потрясение.

— Зачем? Я не понимаю…

— Хенрик скоро станет моим мужем, — радостно сообщила Виктория. — Мы переспали пару недель назад, когда он приезжал в академию. Я бы давно тебе всё рассказала, если бы ты проводила со мной больше времени. И он сделал мне предложение, от которого я просто не смогла отказаться. Я в полном восторге.

— Ты спала с Хенриком?

— Да. И я заверила его, что всё будет в порядке. Он переживал, что Натаниэль не выполнит приказ и не привезёт тебя в Винтермоу. У Натаниэля всегда была слабость к волкам.

Кира стиснула зубы.

— Значит, Хенрик попросил тебя убедиться, что я всё-таки окажусь на свадьбе.

— Да! Именно! — Виктория захлопала в ладоши. — А взамен он пообещал сделать меня своей женой.

— Он тебе в отцы годится, — прорычала Кира.

Виктория безразлично пожала плечами.

— Старше на тридцать два года. Но мне всегда нравились мужчины постарше.

— И тебя вообще не волнует, что он собирается трахать меня?

— Нет. Он хочет получить от тебя потомство. Но жена ему тоже нужна. Кто-то достойный. Кто-то вроде меня.

У Киры отвисла челюсть.

Она и не подозревала, насколько Виктория честолюбива. Кира всегда считала её хитрой, общительной, расчётливой.

Но не настолько.

— Значит, тебе нужна власть.

— Я хочу возвысить свою семью. И ты только представь: королева-консорт Виктория. Боже, я до сих пор поверить не могу. А ещё Хенрик сказал, что ты можешь нести цветы на нашей свадьбе.

Да пошла ты.

— И Феликса это устраивает? — недоверчиво спросила Кира.

— Феликс всё понимает, правда, дорогой? — пропела Виктория, даже не дожидаясь ответа. — В конце концов, речь идёт о Короле вампиров. Да, Хенрик сегодня отречётся, но мы-то оба знаем, кому в Винтермоу принадлежит настоящая власть. Ох, милая, мы с тобой ещё столько времени проведём вместе. И смотри, у меня есть для тебя подарок.

Сердце Киры ухнуло вниз, когда Виктория подняла большую металлическую игрушку.

— Знаешь, что это?

— Стальная пробка.

— Неправильно. Те пробки, что Натаниэль делал для тебя, были стальными. Я проверяла. Ювелир оказался очень разговорчивым после того, как я укусила его за шею.

Кира напряглась.

— Он жив?

— Наверное. Какая разница? Он человек, — раздражённо бросила Виктория. — Суть в другом. Отец приказал Натаниэлю использовать на тебе серебро. По легендам волки чувствительны к серебру. Эта пробка должна была блокировать твою магию. — Её глаза опасно сузились. — Но, как я заметила в фойе, Натаниэль халтурил.

У Киры скрутило живот, когда Виктория поднялась с кресла.

— Что ты делаешь? — выдохнула она.

Кровь словно застыла в жилах, когда Виктория медленно обошла её со спины.

Кира выпустила магию, мягко вплетаясь в сознание Виктории и Феликса, пытаясь заставить их увидеть всё её глазами.

Виктория замерла.

— Мне правда жаль, милая. Я знаю, тебе это не понравится. Но однажды поймёшь.

Чёрт.

Недостаточно.

Виктория погрозила ей пальцем.

— Ай-ай-ай. Никакой магии. А теперь не двигайся, пока я вставляю пробку. Мы и так ужасно опаздываем. Ты ведь не хочешь пропустить момент, когда Нэт и Глория скажут «да»?

Кира рванулась в хватке Феликса, направляя магию уже только на него.

Его руки ослабли.

Почти.

Она почти вырвалась.

Но Виктория двигалась слишком быстро.

Слишком точно.

Она метнулась Кире за спину и одним движением вставила пробку.

Та была смазана, и вошла легко, но давление сразу показалось неправильным. Холодное серебро обожгло её изнутри так, как никогда не делали обычные пробки.

Кира закричала.

От боли.

От ужаса.

Магия рассыпалась внутри неё, будто её никогда и не существовало.

Когда Феликс рывком поднял её на ноги, Кира попыталась обратиться.

Но ничего не произошло.

Всё кончено.