Когда это было, не знаю. А как было, расскажу. Это были тяжелые времена.

Века сменялись веками. Сменялись и падишахи: что ни падишах, то — кровопийца. Ни один из них не был справедлив к народу.

Жил тогда в одном из городов Кашгарии один бедный человек. Казалось бы, какое отношение он может иметь к падишаху! А вот имел.

Не было у него в жизни другой радости и отрады, кроме единственного сына Идриса.

Когда мальчику исполнилось десять лет, отец решил обучить его грамоте.

— Где это видано, чтобы дети бедняков учились! — забеспокоилась мать. — Разве бедняку доступно это великое счастье — стать ученым.

Отвел отец Идриса к мулле.

Глянул мулла на бедняков, сразу понял: не смогут они платить пяйшембилик. Мальчику отказал в ученье, а его отцу сказал:

— Что поделаешь? Падишах не дал мне права обучать детей бедняков. Забирай своего сына, веди его домой подобру-поздорову. Если не умрет он, всю жизнь проведет в таком же темном углу, каков твой угол.

Пришел бедняк домой, обо всем рассказал жене. Стали они горевать: единственная мечта в жизни, и та не сбылась.

Жаль Идрису своих родителей. Начал он, как мог, успокаивать их:

— Зачем вы плачете? Не горюйте! Проживем как-нибудь еще годика три-четыре, подрасту я, помогать вам буду, даже если стану мядикаром[154].

Ободрились родители. Не все еще в жизни потеряно: есть надежда на сына — умным растет.

А положение в стране тем временем все ухудшалось. Падишах приказал увеличить налоги, и жизнь людей — слов не найдешь, чтобы ее описать.

Однажды отец Идриса тяжело заболел.

Мать стала ухаживать за больным. Работать в семье бедняка и вовсе некому, жить не на что. Пришлось тогда мальчику самому искать заработок, чтобы приносить в семью хотя бы кусок хлеба.

В поисках работы Идрис каждый день приходил на базар. Но те, кто нанимал обычно работников, не замечали мальчика. А кто и догадывался, что он ищет работу, махали на него рукой, с досадой говорили:

— Э-э! Какой из него работник, если он ростом с наперсток.

Так и шло время, не принося семье бедняка никакой радости. Жить с каждым днем становилось все труднее, все хуже, и мальчик вынужден был пойти просить подаяние.

Однажды Идрис, скитаясь в поисках куска хлеба, очутился в селении, где жили и работали кузнецы. Один из них пожалел мальчика, привел его домой, накормил, расспросил, откуда он родом и почему просит милостыню.

Идрис все чистосердечно рассказал.

— Сколько же тебе лет?

— Пятнадцатый пошел.

— Сможешь ли ты работать в кузнице, если я возьму тебя молотобойцем, — спросил кузнец.

— Смогу, — смело заявил Идрис.

Работать молотобойцем тяжело, но все же лучше, нежели ходить из города в город, из села в село, из дома в дом и вымаливать кусок хлеба.

— Мои условия таковы, — сказал кузнец, — год ты будешь учиться у меня и работать, а я буду кормить тебя и одевать.

— А что же я пошлю своим родителям? — спросил Идрис.

— О них я позабочусь, — ответил кузнец. — В течение года я каждый день буду передавать твоим старикам три лепешки и один жин[155] горчичного масла, да еще четвертушку кирпичного чая на месяц…

Мальчик засомневался: «Разве прокормлю я этим своих родителей?» Но потом решил: «Так будет все же лучше, чем совсем ничего», — и согласился.

Кузнец дал Идрису сразу четыре лепешки, жин горчичного масла, чаю и отправил его домой, сказав:

— Завтра к восходу солнца ты должен быть в кузнице.

Дома мальчик рассказал родителям, что решил работать молотобойцем. Поплакали они, погоревали: уж очень мал сын для такой тяжелой работы, а выхода иного нет.

На другой день до восхода солнца Идрис не только успел прийти в кузницу, но и насыпал в горн угля, раздул меха. Кузнец сытно накормил мальчика и поставил его к наковальне.

Учился и работал Идрис старательно, выполнял все поручения мастера и даже устали не замечал. Так прошло полгода. Мальчик привык и к кузнице, и к многочисленным заказчикам, и к своей тяжелой работе.

Тем временем отец Идриса поправился и стал все чаще навещать сына. Теперь мальчик и вовсе не знал устали. В свободное от работы время он самостоятельно изготовлял ножи, серпы, ксымак, киргуш и чанчазиге[156]. Отец продавал их на базаре, а на вырученные деньги покупал еду и одежду.

Прошел год. Кончилось учение. По уговору кузнец начал ежемесячно платить мальчику за работу деньги. Семья бедняка стала жить лучше.

Прошло еще два года. Мальчик превратился в юношу. Он в совершенстве овладел мастерством кузнеца и однажды попросил хозяина дать ему возможность открыть свою кузницу.

Жаль было кузнецу расставаться со своим лучшим подмастерьем, и он долго медлил с ответом. Юноша продолжал настаивать на своем, но кузнец согласился выделить его лишь тогда, когда Идрису исполнилось двадцать лет.

Открыл Идрис в городе свою небольшую кузнечную мастерскую, начал работать самостоятельно. Слава о его искусстве быстро разнеслась по всей стране. И стали к нему приходить и приезжать из самых отдаленных уголков заказчики и мастера. Заказы заказами, а главное — люди стремились увидеть искусного мастера и поучиться у него кузнечному делу.

В то время Идриса называли уже мастером Идрисахуном.

Всем был теперь доволен Идрисахун, довольны были и его старики. Имели они и рабочих лошадей, и выездных на праздники, и скаковых на случай охоты или состязаний. Дорогие одежды носили, а ели и того лучше.

Но как бы ни хорошо жила его семья, сердце Идрисахуна всегда сжималось от боли, когда он видел вокруг себя бедный, страдающий от жестокости падишаха народ.

Народ часто роптал, выражая вслух свое недовольство падишахом.

В ответ на ропот жестокий падишах приказал очистить город от недовольных. Тысячи семей бедняков были изгнаны в пустыню, где не было воды. Здесь они гибли от голода и жажды.

Вскоре до Идрисахуна дошли слухи о тяжелых лишениях изгнанных, и он решил сам отправиться к ним, помочь беднякам.

Родители благословили сына в дальнюю дорогу. Купил сын несколько верблюдов, погрузил на них все необходимое, в том числе кузнечные инструменты, и отправился в пустыню.

Сорок дней и сорок ночей пробирался Идрисахун со своим караваном по зыбучим пескам. Зной и холод, жажду и голод — все испытал он, пока добрался до тех мест, где погибали бедные люди.

Идрисахун собрал совет старейшин и сказал:

— Я не помогу вам, если вы сами не поможете себе. Во вьюках моего каравана есть лопаты. Берите и копайте колодцы. У меня есть ружья, порох, пули. Берите их и выходите охотиться на зверя й птицу. Я же с несколькими йигитами пойду дальше искать воду и плодородные земли. Помните: кто не трудится, тот приближает свою смерть!

Шли они день, шли ночь, выбирая дорогу по полету птицы и следу зверя, а утром следующего дня увидели большую реку. Прошли они вверх и вниз по тому и другому берегу и решили: «Здесь можно заниматься земледелием!».

Вскоре весь народ переселился к реке.

На новом месте Идрисахун открыл большую кузницу, и вокруг нее стали вырастать дома горожан.

А когда был прорыт канал и в арыках зашумела живительная вода, вблизи нового города зазеленели пашни, виноградники, а на улицах города появились тенистые сады.

Тогда-то и зашел разговор, кто станет управлять народом? И взоры всех устремились к Идрисахуну. Он и стал во главе их.

Однако ремесла своего Идрисахун не оставил. Он обучил кузнечному делу многих молодых людей, которые занялись потом выделкой земледельческих орудий, охотничьего оружия и необходимых в домашнем обиходе вещей.

Для каждого горожанина нашлось дело по душе. Одни занимались землепашеством и садоводством, другие — охотой и рыбной ловлей, третьи — ремеслом.

Наладилась торговля и с тем городом, откуда были выселены люди.

Имя Идрисахуна, как народного вожака, знали далеко вокруг.

Услышал о нем и жестокий падишах. Собрал он отряд воинов и послал его к Идрисахуну, чтобы узнать, как без его ведома возник новый город в пустыне, кто населяет его и кто управляет им.

Посланцы падишаха долго пробирались по безводной пустыне. Опаленные зноем и измученные жаждой лошади начал падать, и вскоре отряд оказался без лошадей. Гибли от жажды и люди.

Наконец, уцелевшие воины падишаха добрались до колодцев, некогда вырытых здесь изгнанными в пустыню людьми. Напились воины воды, отдохнули.

А визири тем временем собрали совет. Долго судили и рядили, что делать. Жить возле колодцев нельзя, нельзя и домой вернуться, не выполнив приказания падишаха.

Визири решили продолжать путь. Но один из начальников отряда возразил:

— Зачем нам идти дальше? В отряде нет уже ни одной лошади. А сколько погибло наших воинов! Вся пустыня усеяна их костьми. Нет! Мы дальше не пойдем. Пусть падишах пришлет нам лошадей, пищу, одежду и заберет нас отсюда.

Старший визирь, услышав такую речь, приказал солдатам схватить бунтовщика и связать его. Но солдаты не подчинились приказу. Тогда юзбаши[157] видя, что солдаты на его стороне, обратился к ним:

— Братья мои! Все вы знаете, сколько горя и страданий принес народу падишах. Многое испытали и мы сами в этом дальнем пути. Теперь мы пойдем дальше, на поиски нового города. Но только с одной целью: останемся в том городе жить и никогда не вернемся к падишаху. Визирей же его я приказываю схватить, связать и казнить!

Солдаты быстро исполнили приказ своего начальника.

После этого отряд отправился дальше. Солдаты, оставшиеся в живых, были гостеприимно встречены жителями нового города и самим Идрисахуном.

Между тем падишах, не дождавшись возвращения посланного отряда, собрал большое войско и сам отправился в поход против Идрисахуна. Но на подступах к новому городу его войско было разбито, а падишах захвачен в плен.

Тогда-то Идрисахун и решил вновь посетить тот город, в котором он родился и где до сих пор жили его отец и мать.

Родители сильно обрадовались приезду своего сына. Но еще больше обрадовались, когда Идрисахун, собрав на площади всех жителей старого города, объявил им:

— Сегодня в полдень на этой площади будет повешен самый жестокий человек — падишах. Я передаю вам привет от изгнанников и объявляю, что отныне вы свободны. Никаких поборов, налогов и платежей с вас не будет взыскиваться. Каждый из вас может заниматься тем, что ему по душе.

Криками радости и восторга принял народ это известие.

После казни жестокого падишаха кузнец Идрисахун всенародно был избран падишахом. Он прославился как падишах-искусный мастер.

Вскоре два города соединила большая дорога. В безводной пустыне были прорыты многоводные каналы и выкопаны колодцы, посажены сады. А новому городу было дано имя в честь бывшего бедного мальчика-подмастерье — Идрис.

Так прославился Идрисахун, сумевший добиться свободы для своего народа.