Самое страшное, что может произойти — невозможность помочь тем, кто тебе дорог. Алекс никогда еще не чувствовала себя такой разбитой.

Смерть родителей оставила на ней отпечаток, но она и представить не могла, что ужасы внезапных смертей повторятся с ней вновь.

Джо исчезла, Ева и бабушка Гвен мертвы, дед в апатии — и ни одного луча надежды не предвидится.

Алекс не верила. У нее не было возможности в полной мере осознать весь ужас произошедшего.

Время шло, но поиски Джо не давали результатов.

Алекс едва держалась, принимая успокоительные. Дед Питер ушел в запой, и как вытащить его из страшного состояния, Алекс не знала. После злополучного дня она ни разу не видела его трезвым.

Ее попытка отыскать улики в доме Ганса ни к чему не привела. Он, словно чувствуя ее намерения, сжег дом. Алекс оказалась на пепелище.

Она не знала, как им быть. Смерти бабушки и Евы стали внезапными, и ей с трудом удалось насобирать денег на похороны.

Алекс пришлось взвалить на себя непосильную ношу. Еще год назад она проходила через этот Ад. У нее просто не было никаких сил, чтобы справиться с охватившим ее ужасом.

День похорон шел, как в замедленной съемке. Алекс видела Еву в красивом платье, бабушку в костюме. Казалось, что это злая шутка, что вот-вот они оживут, но чудо не случилось.

Силами соседей и администрации Рочестера были организованы скромные похороны: без поминок, красивых церемоний.

Алекс понимала, что они достойны этого, и поклялась организовать все позже, но сейчас все ее мысли занимала Джо.

Где ее сестра? Что с ней? Как ребенок? Что делает с ней Ганс?

Алекс перестала спать. Она прокручивала в голове случившееся и пыталась понять, где допустила ошибку, как сразу не поняла, что маньяк — Ганс?

Алекс не говорила с ним, не обращала внимания, считала пустым местом. Почему он обратил внимание на Джо?

Страх и не думал отступить. Каждый час казался страшнее предыдущего.

Алекс бегала по городу, развешивала листовки, приставала к людям с фотографией сестры, бегала в участок в Рочестере.

Если бы ей дали выбор — сесть в тюрьму, но при этом Джо будет жива, Алекс готова была согласиться.

Алекс понимала, что держится только на вере и любви к сестре. Если Джо не станет, то и она не выдержит этого кошмара.

Джо — ее младшая сестра, ее солнце, ее надежда. Алекс дала ей слово, что они всегда будут вместе и никогда не расстанутся.

У нее не было права на ошибку. Без Джо все потеряет смысл.

Макс был рядом, но Алекс больше не испытывала чувств. Со смертями бабушки и Евы, с похищением Джо — она утратила всякую возможность испытывать хоть какие-то чувства.

Макс не наседал, держал ее в курсе, но ближе не подпускал.

Алекс подключила к поискам волонтеров и вместе с ними прочесывала местность в надежде найти хотя бы что-то.

Одним морозным днем ей раздался звонок. Один из волонтеров сообщил, что видел подозрительную машину далеко за лесом, у старого лесопильного склада на окраине Рочестера.

Вот уже много лет он заброшен. Полиция начала следить. Они нашли их.

Ганс приезжал туда несколько раз в день на стареньком пикапе.

Перед глазами Алекс мелькали картинки: кошмары, что внушают фильмы ужасов, фотографии мертвых девушек, растерзанных Гансом, и ее сестра — убитая.

Для спецоперации выбрали несколько человек, совсем рядом стояла скорая. Алекс рвалась со всеми, но ей долго отказывали. Но Максу удалось убедить всех, что Джо может стать лучше, если рядом с ней окажется близкий ей человек, а не только люди со значками и в белых халатах.

Алекс готова была побежать туда в одиночку. Она лично убьет Ганса за все, что он сделал с ее сестрой.

Ночью все было готово. Отряд отправился в путь.

Они забежали на территорию склада и очень быстро нашли путь в подвал по следам крови.

Алекс готовилась. Ганс не уйдет живым. Макс был рядом, и Алекс заприметила его пистолет. Заберет пистолет, застрелит его, но в живых не оставит.

С петель слетела старая дверь в подвал. Алекс в числе первых забежала внутрь.

В дальнем углу, в холодном подвале, на старой проржавевшей кровати сидела Джо. Ее лицо и шея были в синяках. Она была бледной, заметно исхудавшей.

Волос не было — Ганс обрил ее.

Джо выглядела невозмутимо спокойной, словно все в порядке и будто всю эту неделю ее не держал в плену маньяк.

Ганс тут же схватил пистолет, и, схватив Джо, взял ее в заложники.

— Склад окружен! Ганс, отпусти Джоан! — решительно сказал Макс.

— Еще шаг, и я ее убью, пусть и люблю. Она моя! — заорал Ганс.

— Отпусти мою сестру, урод! — заорала Алекс.

Ее сдержал полицейский. Алекс хотелось броситься в пекло, отбить у Ганса сестру.

Джо выглядела безучастной, подчинившейся.

Самое страшное, что допустила себе Алекс — он ее сломал.

Макс взял Алекс за руку. И это на мгновение отрезвило ее.

— Не лезь и молчи! — шепнул Макс.

Ганс начал отходить с Джо к противоположной стене. Джо беспомощно подчинилась ему.

— Послушай, она беременна. Ей небезопасно тут быть. Нужно доставить ее в больницу! Мы дадим тебе шанс уйти! — попытался вразумить его Макс.

— Шанс? Не смеши! Вы тут же убьете меня или схватите! — истерично сказал Ганс.

— Уходите! Я не хочу никуда идти. Я останусь с моим мужем! — прервала молчание Джо.

Алекс похолодела. Она не узнавала голоса Джо. Сестра будто превратилась в куклу. Ее голос охрип. Джо начала кашлять, а Ганс лишь крепче дернул ее к себе.

— Джо, что ты такое говоришь? — Алекс едва сдерживала слезы.

— Я здесь по своей воле. Вы мне никто! — заорала Джо.

Алекс понимала, что сестра не в себе. С Джо случилось страшное, и ее психика попыталась спасти ее, дав такую правду.

— Слышали? Слышали? Она уже сказала, что моя! И это наш ребенок! Мой! — истерично рассмеялся Ганс.

— Хорошо, мы вас отпустим! — проговорил Макс.

— Что ты такое говоришь? — Алекс ошарашено посмотрела на Макса.

— Тихо, без паники. Мы ее вытащим! — шепнул Макс, а затем повысил голос. — Всем отступить к стене и позволить им уйти!

Ганс прижимал Джо к себе, стоя у кровати рядом с шатким столом. Алекс увидела, как изменились глаза сестры, и она взяла нож.

Алекс все поняла. Джо притворялась.

Джо схватила нож, а затем воткнула его Гансу в ногу.

Он взвыл, отпуская пистолет, а с ним и Джо.

Хрупкая, раненная, обессиленная Джо будто превратилась в дикого зверя. Она набросилась на Ганса и начала резать его ножом.

Ганс упал на пол, пока Джо на глазах всех присутствующих наносила удар за ударом.

Кровь разливалась по полу, обагряя не только стены, но и Джо. Она безумно хохотала.

Алекс никак не могла пошевелиться.

Ганс больше не шевелился. Вдруг Джо закричала, нож выпал из ее рук.

Она схватилась за живот.

Алекс отмерла и бросилась к сестре.

— Больно… Алекс… что со мной? — рыдала Джо. — Не оставляй меня больше никогда…

— Все будет хорошо….сейчас… сейчас…

Алекс обняла Джо, прижимая к себе. К счастью, скорая была рядом. С мигалками они помчались в больницу. Преждевременные роды оказались опасны для Джо.

Она промучилась несколько часов, прежде чем они добрались до Балтимора и сделали ей кесарево сечение.

Алекс сидела в коридоре и молилась. Она не знала никаких молитв, но верила в жизнь после смерти, в Бога.

«Пожалуйста, не забирай ее у меня… прошу… Я без нее не смогу», — мысленно просила Алекс.

Операция шла долго.

Алекс не знала, что ей делать? Как она может помочь сестре?

Дверь операционной открылась, и к Алекс подошел врач.

— Операция прошла успешно. Мальчик. Вес 2800, рост 49 сантиметров. Состояние матери стабильно.

Алекс выдохнула и зарыдала. Не так она представляла свои эмоции, когда малыш появится на свет, не этого хотела.

К ребенку Алекс не допустили, хотя всеми фибрами души ей хотелось взять племянника на руки. Ей позволили лишь понаблюдать за ним через стекло.

Малыш был слаб и нуждался в помощи. Алекс не сдерживалась, глядя на него.

Маленький, с трубками в маленьких ногах и руках — не так он должен был начать путь в их мире.

К Джо ее допустили лишь спустя пару дней. Алекс больше ни о чем не думала, кроме как о сестре и племяннике.

То, что сделала Джо с Гансом, Алекс понимала, а Макс обещал раз и навсегда решить этот вопрос — их оставят в покое.

Джо не разговаривала даже с психологом, но ее состояние объяснялось стрессом.

Спустя неделю, когда мальчик окреп, его принесли ей, и Алекс в очередной раз навестила их.

Она вошла в палату к сестре. Джо смотрела пустым, отсутствующим взглядом.

Она испуганно взирала на своего сына, и Алекс это встревожило.

— Джо, что с тобой? — Алекс подошла к ней.

— Нет… это не правда, — шептала она. — Это не мой ребенок. Это ребенок Ганса.

Алекс похолодела. Она видела, как странно вела себя Джо, но чтобы помешаться.

— Джо, — Алекс настороженно присела рядом. — Это твой сын. Твой и Хатори. Помнишь, Хатори?

Джо растерянно посмотрела на Алекс, покачав головой.

— Ты не можешь его не помнить? Ты же гуляла с ним в Балтиморе, помнишь? — Алекс с трудом сдерживала дрожь.

— Хатори? — Джо нахмурилась, будто пыталась вспомнить. — Я не знаю никакого Хатори. Мой муж — Ганс. Он погиб… защищая нас…

Алекс побледнела. Самая страшная мысль, что посетила ее — Джо сошла с ума.

— Джо, послушай, — Алекс взяла ее за руку. — Это неправда. У тебя должно быть расстройство. Ты неделю провела в плену. Ганс похитил тебя. Ты сама убила его, Джо. Ребенок не от него.

Джо поджала губы, вырывая руку.

— Ты врешь. Ты лицемерная дрянь! Ты всегда мне завидовала! Мне и моему счастью. Убирайся из моей жизни!

Джо вскочила и подошла к кроватке с сыном.

— А я его забери. Я не хочу его знать! Он напоминает мне о Гансе!

Алекс ушла, но незамедлительно обратилась к врачам, рассказав о том, что стало с Джо. Страх сковал ее.

Чтобы Джо не навредила ребенку и себе, их разделили. Алекс не могла представить, что когда-нибудь с ними может случиться такой кошмар.

Джо начали обследовать, и исход оказался неутешительным — ПТСР.

После пережитых событий, чтобы справиться с ужасом и стрессом, ее психика выстроила защиту и создала ложные воспоминания о ее жизни, сыне, Гансе.

В ее голове пропала правда. Джо не помнила ни деда Питера, ни бабушку Гвен, ни сестру Еву. Весь последний год выпал из ее памяти, будто никогда не существовал.

Алекс рыдала каждый день. Она разрывалась между попыткой вытащить из запоя деда и поездками в Балтимор к сестре.

Макс предложил сопроводить ее и заодно обо всем поговорить.

Алекс безучастно смотрела в окно. Она оказалась морально убита.

— Вы с Джо больше вне подозрений. Герман оставил вас. Мне пришлось сделать подлог и выставить убийцей Родригеса Ганса. Германа и такое устроило. Уже завтра я поеду за Лео.

— Хорошо… — со вздохом произнесла Алекс.

— Я знаю, что тебе трудно, но Джо нужна помощь, — тихо сказал он. — И тебе…

— Я в порядке, ясно? — огрызнулась Алекс. — Мне и моей сестре никто не нужен! Мы справимся сами.

— Алекс, она пережила ужасные вещи. Неизвестно, что Ганс с ней сделал! Мы должны обратиться за помощью!

— Мы? Какие мы? — взбесилась Алекс. — Нет никаких «мы». Есть я, моя сестра, мой племянник и дед. Ты не наша семья!

— Алекс! — ошарашенно проговорил Макс.

Он сразу же остановил машину. Видимо, ее слова задели его.

Алекс только сильнее разозлилась. Макс стиснул руль.

— Почему ты так жестока? Я же был рядом! Всегда помогал вам… я думал….

— Надоело, мне все надоело! — Алекс закрыла лицо руками. — Просто молчи и не лезь в наши дела. Отвези меня к сестре, пожалуйста…

Алекс чувствовала себя отвратительно. Ей казалось, что в ней не осталось ничего, кроме бессилия.

Кошмар продолжался, и она никак не могла проснуться.