Аксель пребывал в скверном настроении. Круглосуточного магазина в поселении он так и не нашёл, так что путь пришлось преодолеть без единой затяжки.

На подходе к лагерю он заметил Шону вместе с Молли, они спускались по ступенькам преподавательского домика. Девушки были явно подавлены, но завидев парня всё равно подошли к нему.

— Привет, — вяло поздоровалась Молли, смотря куда-то себе под ноги и скрестив руки на груди, — как погуляли?

— Ничего особенного, — брюнет пожал плечами и кинул быстрый взгляд в сторону дочки смотрителя, — а ты что здесь делаешь?

— М? — девушка вопросительно вскинула брови, она явно не слышала вопроса Акселя, так что он повторил его.

— Какими судьбами в лагере?

— А, это, — Шона обхватила себя руками, поёжившись от резко усилившегося ветра. Начал моросить лёгкий дождь. — Гуляла с Молли.

— Видимо прогулка не удалась?! — усмехнулся юноша, подняв глаза к небу. На его лицо упала пара прохладных капель. — Может зайдём внутрь?

— Может посмотрим кино? — Молли посмотрела на Шону, — отвлечёмся?

— В рубке у Бекки хранятся плёнки, а под навесом есть проектор, — бесцветным голосом ответила девушка.

— Я схожу, — и не дав никому опомниться Молли скрылась в темноте, Аксель и Шона направились к навесу, находившемуся прямо за столовой.

— Ты в порядке? — осторожно поинтересовался юноша, осознавая, что его действительно это волновало.

Девушка лишь неопределённо пожала плечами, усаживаясь на одну из скамеек, прямо напротив экрана. Парень опустился рядом, сцепив пальцы перед собой. Повисло неловкое молчание.

— Это всё отец, — Шона неотрывно смотрела на носки своих кроссовок, уперев руки в поверхность лавочки по обе стороны от себя, — ему снова нездоровится.

Парень никак не стал это комментировать, просто и без стеснения взяв девушку за руку. Её кожа была мягкой и прохладной, приятной на ощупь.

Шона подняла свои серые глаза, в которых застыл немой вопрос. От одного взгляда на девушку парню хотелось обнять её, защитить, спрятать от всего мира. Такого раньше он никогда не чувствовал.

— Я взяла парочку, чтобы было из чего выбирать, — раздался голос Молли, которая бежала под дождём в сторону навеса.

Шона дёрнулась и высвободила свою руку из ладони парня, на что тот лишь закатил глаза.

— Малышка Молли, ты, как всегда, вовремя!

— Я знаю, — не уловив сарказма в голосе одноклассника, улыбнулась Моллз. — А как пользоваться этой штуковиной?

— Давай я, — Шона подошла к кинопроектору, забирая одну из плёнок из рук девушки.

Вскоре экран озарился светом, а следом на нём возникла ожившая картинка.

Во время просмотра фильма Шона была как на иголках, что не могло скрыться от парня, внимательно наблюдающего за ней. Кино мало интересовало Акселя в отличие от девушки, с которой явно что-то происходило.

— Я схожу проверю как он, — не выдержала местная, спустя всего десять минут просмотра кинокартины, и быстро поднялась на ноги.

— Кого? — встрепенулся парень, вставая следом за девушкой.

— Отца, — одними губами прошептала Молли, предупреждающе глянув на парня. Она словно говорила ему «не вмешивайся», но разве это могло остановить Акселя?

— Он здесь? — брови брюнета взметнулись вверх. Но Шона уже скрылась из виду.

Аксель кинулся вслед за девушкой под проливной дождь, который заметно усилился. Он сам не понимал своего порыва, но ему казалось, что он должен быть рядом, иначе произойдёт нечто непоправимое.

— Шона, — окликнул парень, но девушка его вряд ли могла расслышать из-за разыгравшейся непогоды.

Он увидел, как рыжий хвост мелькнул в дверях преподавательского домика и последовал туда же.

Парень осторожно открыл дверь, стараясь не наделать шума. В углу комнаты на кресле, полулёжа, укутавшись в плед, сидел мужчина, а перед ним Шона. Девушка положила свои руки на колени отца и что-то шептала.

Мужчина неотрывно смотрел на лицо дочери, но в его глазах была лишь пустота.

Пройдя в комнату, парень беззвучно прикрыл дверь, оперевшись о неё спиной. Ему было противно от того, что он являлся свидетелем чего-то личного, интимного, но не мог просто взять и уйти. И не зря.

В какой-то момент поведение смотрителя лагеря стало меняться, он начал яростно качать головой, вцепившись мёртвой хваткой в свои волосы.

— Папочка, прошу, успокойся. — Шона подалась вперёд, намереваясь обнять отца, лицо которого исказилось яростью, а глаза налились кровью.

— Нет, стой, — воскликнул Аксель, но было уже поздно, мужчина повалил Шону на землю, вцепившись той в горло, перекрывая доступ к кислороду.

— Ты не она, гадкая тварь! — взревел обезумевший мужчина, уворачиваясь от рук девушки, тянущихся к его лицу.

Аксель схватил со стола телефон и со всей дури ударил им мужчину по голове. От седых волос к подбородку стекла узкая струйка крови и мужчина завалился на бок.

Шона, с ужасом наблюдая за происходящим, отползла к стене, не переставая кашлять. В её глазах стояли еле сдерживаемы слёзы.

Парень бросился к ней, обнимая девушку, позволяя той уткнуться в его грудь и наконец-то почувствовать себя в безопасности.

— Он… — дрогнувшим голосом прошептала дочь смотрителя.

— Жив, — заверил её Аксель, проводя рукой по шелковистым волосам, — и больше тебя не обидит.

***

Молли ещё какое-то время просидела, уткнувшись в экран, но фильм так и не вызвал в ней должного интереса. Тогда девушка, запомнив примерную последовательность действий Шоны, попыталась поменять бобину, надеясь, что другая плёнка содержит что-то более интересное и менее романтичное.

Белое полотно экрана потемнело, затем по нему прошлись серые помехи, словно плёнка была порезана, а далее пошло любительское кино. На клетчатом покрывале, посреди полевых цветов, сидели рыженькая девчушка и угрюмый мальчишка. Им было не больше пяти лет. Девочка щурилась от солнца и не переставала улыбаться, а вот мальчик явно был чем-то недоволен и старательно избегал смотреть в камеру, набивая щёки фруктами.

Больше на пикнике никого не было. Разве что человека, держащего камеру.

— Дорогой, почему ты такой недовольный? — раздался за кадром приятный женский голос с весёлыми нотками.

— Мама велела не уходить из дома, — буркнул мальчишка, от чего изо рта выпала ягодка винограда и женщина разлилась задорным смехом.

— Но ты же не с чужими, а с семьёй, — мягким голосом сказала та, кто всё это время была за кадром.

— Семьёй? — мальчик поднял удивлённый взгляд на камеру, — я вас не знаю.

— Зато знаешь свою сестру, так? — мягко поинтересовалась женщина. Мальчик кивнул от чего его тёмные волосы упали на лоб.

— Ну вот, а я её мама, а это значит, что мы семья!

— И я у вас в гостях?

— Верно!

Что-то промелькнуло в голове Молли, при просмотре киноплёнки, но она не могла понять, что именно. Какая-то мысль вертелась на подкорке, но отказывалась выходить наружу. В этом семейном пикнике, приятном женском голосе и детях было что-то не так. От просмотра по телу пробегал неприятный холодок, словно ты смотришь на конфету в дорогой обёртке, а внутри кишат личинки.

Со стороны домиков послышался шум, заставив Молли отвернутся от экрана. На лагерной площади что-то явно происходило, и девушка поспешила туда. Благо дождь к этому времени сошёл на нет, и розовая краска с её волос снова не отпечатается на светлой футболке.

Камера с мальчика сместилась на лицо девчушки, усыпанное солнечными поцелуйчиками.

— Шона, милая, споёшь нам?

***

Беатрикс поднималась на небольшой холм следуя за мужчиной, что молча катил тележку, то и дело поправляя сползающую ткань. Атмосфера явно не располагала для общения. Им чудом удалось избежать дождя, но всё равно идти в ночь непонятно куда с малознакомым мужчиной, катящим повозку с разложившимися телами, казалось так себе идеей.

Женщина усмехнулась. Вот она и стала героиней романа, правда явно не любовного, как в тайне грезила ночами.

— Нам ещё далеко? — переводя дыхание, поинтересовалась учительница, жалея о бокале недопитого вина, что остался на веранде преподавательского домика. — И почему мы не могли поехать на вашей машине?

— Она, хм, сломалась, — кинул через плечо Николаус, продолжая толкать тележку вверх. — Вот мы и на месте.

Когда Беатрикс достигла вершины холма и поравнялась с мужчиной её глазам открылась неприятная картина. Поляна без травы, усеянная неровными крестами. Парочка могил были свежевскопанными, видимо оттуда смотритель и извлёк тела несчастных упокоенных.

— Это кладбище? — женщина поплотнее укуталась в шаль, которую предусмотрительно прихватила с собой.

— А вы думали мы скинем несчастных в овраг? — усмехнулся спутник, наклоняясь к тележке, откидывая покрывало и осторожно беря одно из тел на руки.

— Что, что вы делаете? — взвизгнула преподаватель, отшатнувшись назад.

— Хочу вернуть их на место, — Николаус направился к одной из выкопанных ям, — а вы что подумали?

— Я, ну, — замялась женщина, — вы хотите вернуть каждого в свою могилу?

Мужчина вернулся к тележке, снова склоняясь над трупом и отодвигая волосы с лица покойника, чтобы лучше рассмотреть.

— Это меньшее из того, что я могу сделать для них и их семей, — в голосе Николауса послышались печальные нотки. Ведь ему не удалось так же предать земле ни своих братьев, ни сестру.

Беатрикс прикусила губу.

— Ладно, давайте только побыстрее.

Когда мужчина разнёс всех несчастных по своим последним пристанищам, он вернулся к преподавателю. Женщина сидела на корне поваленного дерева и смотрела в противоположную сторону.

— Закопаем завтра с мужиками, — вытирая руки, измазанные землёй, о штаны, проговорил местный.

Беатрикс ловко извлекла из кармана белоснежный платок и протянула Николаусу.

— Возьмите, не стоит пачкать одежду.

Улыбка, которой её одарил Клаус, заставила женщину смутиться, но она быстро одёрнула себя. Не маленькая уже краснеть перед каким-то мужланом. Но все же, не отдавая себе отчёта, она восхищалась его накаченными руками, волевым подбородком и этой заразительной улыбкой.

Когда они спустились с холма, тревожность отступила, и Беатрикс позволила себе немного расслабиться, поражаясь тому, насколько до этого было скованно её тело.

— О нет, — нарушил тишину мужской крик, — они вернулись! Нужно было их всё-таки закопать.

— Кто? — женщина подскочила на месте и стала истерично оглядываться, — трупы?

Николаус разразился смехом, словно гром среди ясного неба.

— Нет, вы купились. Я и подумать не мог, — вытирая слёзы на раскрасневшемся лице, выдавил из себя мужчина.

— Вы – кретин, — вырвалось у женщины, и она зажала рот ладонями, испуганно уставившись на спутника.

В следующее мгновения они уже смеялись оба.

— Как так вышло что вы стали преподавателем? — на подходе к лагерю поинтересовался Клаус.

— Верите, когда-то я была наивной девушкой с мечтами изменить мир к лучшему и считала, что правильнее всего это сделать, начав с подрастающего поколения. — Честно ответила Беатрикс с нотками светлой грусти.

— Теперь вы так не считаете?

— Я… я даже не знаю.

Мужчина на краткий миг задумался.

— А ваш муж? Он спокойно отпустил вас в такую даль, да ещё на всё лето?

— Я в разводе.

— О, это прекрасно. — Встрепенулся Николаус, но поняв, что он только что ляпнул, виновато улыбнулся. — Простите, я не хотел.

— Вы правы, это прекрасно, — улыбнулась женщина.

Со стороны домиков послышались голоса. Беатрикс переглянулась с Николаусом, и они поспешили в лагерь.

***

— Я сейчас уберу руку, а ты пообещай, что не будешь кричать, договорились? — прошептал, касаясь кончика уха губами, вкрадчивый голос. От его тёплого дыхания по коже побежала волна мурашек.

Дарина быстро закивала и неизвестный, как и обещал, отнял руку от её губ. Девушка резко повернулась и встретилась с пронзительными ястребиными глазами Ульрика. Парень был собран и совершенно не походил на того неуверенного юношу, что она видела до этого.

— Где твой оберег? — он быстрым взглядом просканировал девушку, словно проверяя на наличие ушибов и то, что он увидел ему явно не понравилось.

Дарина представляла, насколько жалко она сейчас выглядит, грязная, испуганная, с разбитой губой и вся в ссадинах. Волосы, что ранее были собраны в аккуратную гульку, давно распались, собрав в себя кучу листвы, веток и не пойми чего ещё. А одежда, так бесстыдно украденная у сестры, местами порвалась.

— Что? — девушка непонимающе уставилась на парня.

— Рябина, что я тебе дал, где она?

— Я… я потеряла, — соврала Ди и вся сжалась, словно местный мог её ударить в наказание, прям как отчим, который позволял себе поднять руку на нелюбимую падчерицу.

Парень глубоко вздохнул, после осторожно приподнялся, выглядывая из-за ствола дерева.

— Ладно, нам нужно идти, — он взял девушку за руку, помогая ей встать на ноги. — Сможешь?

Ди кивнула, вцепившись тонкими дрожащими пальцами в Ульрика, как в спасательный круг.

— Я видела, — Дарина шмыгнула носом, — я не знаю, что я видела.

Парень с сожалением посмотрел на девушку. Он мог представить сколько ужасов она пережила за эту ночь, но не мог ничем помочь. Прошлое не изменить, но он может постараться повлиять на её будущее.

— Я знаю.

В следующее мгновение Дарина повисла у него на шее и разрыдалась. До чего же он был высоким, ей даже пришлось встать на носочки, но Ульрик облегчил ей задачу, сгорбившись и приобняв девушку чуть выше талии.

— Они тебя не тронут, обещаю, — брюнет пропустил её светлые пряди между пальцев, — а теперь идём.

***

— Ты говорила, что моей сестре ничего не угрожает в твоём доме! — Демитрион навис над Ясминой. Руки были сжаты в кулаки, и он из последних сил сдерживался чтобы не впечатать одним из них в стену.

— И я не соврала, — гордо вскинула подбородок Ясна, всем своим видом давая понять, что не боится мужчину.

— Тогда где же она? — преподаватель развёл руками в сторону, — не знаешь?

— Наверное ушла обратно в лагерь, — пожала плечами местная.

— Ты говорила она проспит до утра, — не унимался мужчина.

— И должна была, но видимо проснулась раньше, — девушка прикрыла глаза и потёрла виски, она явно была обессилена, — слушай, давайте просто вернёмся в лагерь и проверим.