Применение правовых норм и теорий осуществляется, в частности, при помощи принципов и норм международного права. В свою очередь, международное гуманитарное право является важным элементом уголовно-правовой системы Российской Федерации, непосредственно по причине закрепления в нем положений, содержащих запреты совершения определенных деяний. Реализуются механизмы уголовной ответственности за применение запрещенных средств и методов ведения войны в правовом поле России.

Конструктивные особенности ст. 356 УК РФ непосредственно переадресовывают правоприменителя к нормам международного гуманитарного права, регламентирующим защиту военнопленных и гражданского населения во время боевых действий, запрет на высылку мирных жителей, расхищение национальной собственности на захваченной территории и применение средств и методов, запрещенных международным договором Российской Федерации[222]. Важнейшими нормами, закрепляющими в себе способы и обычаи ведения вооруженных конфликтов, считаются Женевские конвенции 1949 г. (далее – Конвенции) и Дополнительные протоколы к ним 1977 г. (далее – Протоколы), Гаагская конвенция 1954 г.

Очевидно, что приведенные нормы являются фундаментом международного гуманитарного права, устанавливающим правовую защиту лиц, не участвующих и тех, кто перестал участвовать в вооруженных конфликтах.

Кроме того, Конвенции и Протоколы содержат комплекс правил и запретов, применимых как к конфликтам международного, так и к конфликтам немеждународного характера, предусматривающих привлечение к ответственности лиц за «серьезные нарушения» общепринятых норм права.

В связи с тем, что положения ст. 356 УК РФ выступают в качестве специальных и применяются только в условиях вооруженных конфликтов, прецеденты привлечения к уголовной ответственности за совершение вышеперечисленных деяний до недавнего времени отсутствовали. В ходе специальной военной операции (далее – СВО) правоприменителям удалось изобличить и привлечь к ответственности лиц из числа вооруженных формирований Украины (далее – ВФУ), совершивших военные преступления.

В 2023 г. Верховным Судом Донецкой Народной Республики вынесен 121 обвинительный приговор в отношении 165 лиц из числа военнослужащих ВФУ, 25 из которых приговорены к пожизненному заключению свободы[223].

Анализ правоприменительной практики показывает, что преступления, совершаемые военнослужащими ВФУ, связаны с обстрелами гражданской инфраструктуры, преднамеренными убийствами гражданского населения, уничтожением и повреждением их имущества, и в данном случае, помимо применения специальной нормы – ст. 356 УК РФ, применяются нормы Особенной части Уголовного кодекса РФ по совокупности преступлений в соответствии с совершенным деянием.

Эта тенденция свидетельствует о том, что правоохранительные органы принимают исчерпывающие меры по выявлению лиц, причастных к совершению общественно опасных деяний, и применяют принцип неотвратимости уголовного наказания.

Во-первых, одними из наиболее резонансных преступных деяний, совершаемых в ходе противостояний, является жестокое обращение с военнопленными или гражданским населением.

Нормы Конвенции «Об обращении с военнопленными» устанавливают их статус как лиц их состава вооруженных сил, попавших во власть неприятеля в ходе боевых действий. Помимо этого, они обладают правами, установленными указанной Конвенцией. Военнопленные вправе пользоваться гуманным обращением и не подвергаться действиям насильственного характера и жестокому обращению со стороны противника.

Защита гражданского населения регламентирована Конвенцией «О защите гражданского населения во время войны», а также Протоколом о защите жертв международных вооруженных конфликтов, содержащих нормы запрета на любое жестокое обращение с покровительствуемыми лицами, находящимися в зоне конфликта или оккупации.

По своей природе целью любого вооруженного конфликта является уничтожение неприятеля и завоевание победы. Не избирая средства и методы боевых действий, лица из числа вооруженных сил могут прибегать к различным способам сохранения собственных жизней. Среди выявленных запрещенных методов, которые применяли военнослужащие ВФУ в период СВО, – воспрепятствование организованной эвакуации гражданского населения из зоны боевых действий, жестокое обращение с гражданским населением, уничтожение гражданских и социально значимых объектов в зоне вооруженного конфликта.

Важно отметить, что уголовно-правовое предписание не закрепляет в себе понятие жестокого обращения в рамках рассматриваемых деяний; как следствие, возникают вопросы, каким деяниям свойственны признаки жестокого обращения.

Полагаем, что под жестоким обращением можно считать любое насильственное действие или бездействие в отношении указанных лиц, образующее наказуемое деяние, предусмотренное уголовным законодательством государства, во власти которого находится данное лицо, и определяемое нормами международного гуманитарного права, если эти действия приводят к негативным последствиям физического или психологического насилия в отношении указанных лиц.

Во-вторых, в результате неизбирательного применения артиллерийских обстрелов и бомбардировок городов наступают опасные последствия в виде причинения увечий и смерти мирных жителей и массовых разрушений объектов, не являющихся военными целями.

Положения Протокола предусматривают защиту гражданских объектов и определяет их как те, которые ввиду своей дислокации и предназначения не вносят действенный вклад в военные действия, при это закрепляя принцип «сомнения», т. е. если не установлено, что объект, который постоянно используется для гражданских целей, применяется в качестве военного, предполагается, что такой объект используется в гражданских целях.

Гаагская конвенция 1954 г. устанавливает охрану культурных ценностей, находящихся в зоне вооруженного конфликта, запрет на их вывоз с оккупированной территории, запреты на их использование, если таковое может привести к их разрушению или повреждению. Кроме того, стороны, подписавшие указанное соглашение, обязаны привлекать к ответственности лиц, нарушивших положения договора в рамках национального уголовного законодательства.

Таким образом, в целях сохранения мировой культуры и культурного наследия, а также защиты гражданских объектов в период боевых действий нормы международного гуманитарного права предусмотрели их защиту в связи с тем, что в вооруженными конфликтами прошлых лет был нанесен серьезный ущерб населенным пунктам и национальным достояниям. Данные положения свидетельствуют о том, что установленные в международных договорах запреты являются общепринятыми и обязаны соблюдаться всеми ратифицировавшими ее сторонами.

В-третьих, международными нормами установлен запрет на депортацию гражданского населения, понятие которого закреплено в Римском статуте и означает насильственное перемещение лиц из района, в котором они проживают, без каких-либо оснований. Иначе говоря, в случае оккупации территории одной из сторон конфликта запрещено принудительно выселять и перемещать лиц, находящихся в зоне боевых действий. Указанные действия должны носить характер эвакуации в более безопасную местность с последующей возможностью вернуться в район постоянно проживания.

Следовательно, нормы международного гуманитарного права влияют на реализацию уголовной ответственности за применение запрещенных средств и методов ведения войны, запрещая при этом совершение общественно опасных деяний в отношении военнопленных и мирного населения, гражданских объектов и культурных ценностей, пресекая применение средств и методов, влекущих за собой тяжкие последствия в виде многочисленности человеческих жертв, причинения избыточных страданий и чрезмерных разрушений. Лица, совершившие военные преступления, несут ответственность согласно законодательству государства, против граждан которого совершены акты насилия. Поддержание законности и строгое соблюдение международных стандартов способствует защите прав человека и укреплению международного мира и безопасности.