Атомная энергетика с момента появления дает повод для общественных дискуссий. Правда, обостряются они с неизбежной поляризацией мнений, как правило, на фоне резонансных инцидентов, связанных с ядерной безопасностью.

Яркое тому подтверждение – аварии на АЭС «Три-Майл-Айленд» и в Чернобыле, после которых резко возрос уровень радиофобии у населения и, соответственно, усилилось негативное отношение к любым атомно-энергетическим программам. И если такой поворот в общественном сознании может произойти молниеносно – на фоне новостей о соответствующих технологических катаклизмах, – то для восстановления репутации атомщикам требуется много времени.

Между тем, как показало исследование соцсетей, проведенное Мичиганским университетом, более 54% американцев позитивно относится к ядерной энергетике (рис. 34)[94]. А вот в Австралии, согласно опросу 2024 г., только 34% респондентов в той или иной степени поддерживают использование атомной энергии[95].

Рис. 34

Как менялось отношение к атомной энергетике у населения США с 1983 по 2024 г.

Источник: Bisconti Research

В относительно спокойные, безаварийные периоды определяющими становятся следующие факторы[96]:

● Наличие собственных АЭС: в странах, где уже реализуются атомно-энергетические проекты, общественность более благосклонна и лучше осведомлена.

● Половая принадлежность и политические взгляды: мужчины с правоцентристскими взглядами доминируют среди сторонников атомной энергетики.

● Отношение к зеленой повестке: разъяснение роли АЭС в борьбе с изменением климата позволяет заметно повысить уровень общественной поддержки.

Нельзя не отметить роль различных источников информации – СМИ и соцсетей – при формировании общественного отношения к атомно-энергетическим проектам. При этом так называемая гражданская журналистика (посты, публикуемые в соцсетях частными лицами) далеко не всегда способствует улучшению имиджа атомной энергетики и доверию к официальной информации, касающейся тех или иных аспектов деятельности АЭС. Авторы публикаций в соцсетях могут приводить непроверенные, неподтвержденные, а то и заведомо искаженные сведения.

В этом смысле важным элементом работы по популяризации мирного атома и минимизации общественных страхов может стать более активный выход в соцсети представителей научного сообщества, способных доступным языком объяснять аудитории все нюансы и поддерживать с ней уважительный диалог. Благо соцсети – и в этом их безусловный плюс – предоставляют такую опцию.

Например, было бы крайне полезно разобрать на экспертном уровне, но с использованием общедоступных информационных платформ плюсы и минусы так называемой линейной беспороговой модели (linear no-threshold model, LNT), широко используемой для оценки воздействия ионизирующего излучения на организм человека. Согласно этой модели, даже самые малые дозы радиации могут причинять вред. Причем эффект считается линейно нарастающим, без безопасного порога. И накапливается на протяжении всей жизни.

Многие ученые сомневаются в релевантности такой экстраполяции, поскольку влияние низких доз облучения крайне сложно оценить.

Тем не менее именно построенные на использовании LNT выкладки стали одной из основных причин массовой эвакуации жителей Фукусимы, после известной аварии на АЭС покинувших свои дома на многие годы. Притом что сама эта эвакуация и обусловленные ею стрессы повлекли за собой более 2000 смертей, а также серьезные психические расстройства.

К слову, схожая ситуация – когда всплеск радиофобии, стремление предотвратить последствия, обусловленные радиацией, заставляют людей совершать поступки, чреватые не менее трагичными последствиями, – возникла после аварии на Чернобыльской АЭС. Тогда десятки тысяч жительниц Европы пошли на прерывание беременности, опасаясь родить детей-мутантов. И это несмотря на отсутствие доказательств, что радиация вызывает наследственные генетические мутации. В то время как наиболее вероятные дозы, полученные этими женщинами, составляли менее тысячной доли уровня, который, по наблюдениям, может вызвать врожденные дефекты.

Согласно данным Института конкурентного предпринимательства (Competitive Enterprise Institute, CEI), страх перед радиацией, особенно связанный с риском развития онкологических заболеваний, оказывает значительное влияние на общественное неприятие атомной энергетики[97]. Радиация в высоких дозах действительно опасна. Однако низкий уровень облучения, с которым люди сталкиваются даже в повседневной жизни, не представляет реальной угрозы и не должен вызывать чрезмерного беспокойства.

Кстати, если возвращаться к теме чернобыльской аварии, то, согласно отчету ООН за 2018 г., в 1991–2015 гг. рак щитовидной железы был диагностирован у 20 000 пациентов, которым на момент инцидента не исполнилось 18 лет. Лишь в 15 случаях зафиксирован летальный исход. Пока не выявлен рост заболеваемости лейкозом или другими онкологическими заболеваниями.

Еще один распространенный общественный страх связан с утверждением, что существующие нормы радиационной безопасности ставят во главу угла защиту взрослых мужчин. А значит, другие группы работников АЭС подвергаются риску более значительного облучения.

Вызывает вопросы использование в сельскохозяйственных целях земель, которые располагаются рядом с ядерными объектами.

И разумеется, в сфере повышенного общественного внимания остается проблема долгосрочного хранения ОЯТ. Выше мы писали о существующих методах ее решения. Но ни один из них пока не может обеспечить полное и одномоментное уничтожение радиоактивных отходов. Какая-то их часть, пусть и не очень большая, остается в специальных хранилищах на весь период распада. А далеко не все общество готово принять это как данность или неизбежные издержки развития атомной энергетики.

Сохраняются и опасения по поводу устойчивости АЭС и хранилищ ОЯТ по отношению к террористическим атакам. Тем более что подобного рода риски резко возросли на фоне конфликта на Украине.

Вне зависимости от того, насколько обоснованы те или иные страхи, касающиеся атомно-энергетической отрасли или ее объектов, крайне неосмотрительно игнорировать их, ссылаясь на мифы и фейки. Отсутствие открытого и уважительного диалога между так называемыми лидерами общественного мнения, экологическими активистами, с одной стороны, и атомщиками, медиками (включая психологов) – с другой, – пожалуй, самая оптимальная питательная среда для распространения дезинформации. И как следствие, возведение все более серьезных барьеров для развития атомной энергетики, в том числе для повышения ее безопасности и решения реальных проблем: хранение ОЯТ, предотвращение инцидентов, способных привести к выбросу радиации, и защита от террористических угроз.