Соберись и сделай вид, что ты полна энергии. Даже если ты, как старая развалюха, мечтаешь надеть шерстяные носочки и, накрывшись одеялком, завалиться спать.

Понятно, что прошли времена, когда Вика могла пить и тусить всю ночь напролет, а потом как ни в чем ни бывало ехать в универ. Но раз связалась с пацаном, продержись хотя бы один день, не дав ему понять, насколько велика пропасть между вами.

Такими словами Вика уговаривала себя не сдаваться, шагая на шпильках и спотыкаясь на неровной брусчатке. Она крепко ухватилась за руку Артура, но ее все равно пошатывало из стороны в сторону.

Она держала в руках стаканчик с двойным эспрессо, который должен был привести ее разум в порядок. Артур, бросив свой автомобиль, вызвал такси, и до него нужно было дойти всего лишь метров тридцать.

Чудом не переломав ноги, она, выдохнув, опустилась на заднее сидение. Артур, будто читая ее мысли, ободряюще похлопал ее по бедру.

Через полчаса они стояли в огромном, переполненном помещении. Музыка громыхала, заставляя эту толпу двигаться в едином, понятном только ей ритме.

Ночь была в самом разгаре, и Виктория, открывшая в своем организме, благодаря заряду кофеина, дополнительные ресурсы, уже на входе начала пританцовывать под мощные басы.

Они прошли к бару и накатили еще текилы. На этот раз по–простому, без облизывания друг друга. Пройдя в центр толпы, Виктория и Артур начали двигаться, сначала медленно, словно подстраиваясь друг по друга, а потом, ускоряясь вслед за музыкой.

Вика, забыв про каблуки и усталость, танцевала и прыгала, будто и не прошло тех десятилетий со дня, когда она в последний раз была в клубе.

Ей было настолько весело и свободно, что она, перестав себя контролировать, обнималась и целовалась с Артуром на танцполе, как будто они обычная молодая парочка влюбленных.

Она кружилась вокруг себя, закрыв глаза и подняв руки к потолку. Музыка гремела у нее в груди, заставляя сердце стучать быстрее и громче. Один микс сменял другой, и Вика потеряла счет времени.

Не сводя с нее взгляда, Артур двигался рядом с ней. По всей видимости, он проводил много времени в подобных клубах. И в отличии от взрослой Виктории, смотрелся на своем месте.

Виктория оглянулась. Вокруг нее танцевали одни малолетки. В основном ровесники Артура или даже младше. Почти дети. Ей стало немного не по себе от осознания, что она не видит никого, кто бы выглядел старше, хотя бы тридцати лет.

Внезапно ей стало казаться, что она здесь неуместна. Словно все вокруг смотрят на нее и думают, что она старая калоша, которая пытается молодиться, танцуя в клубе с подростками.

Вика, будто ее ударило током, резко развернулась и направилась к выходу из зала. Зачем она сюда пришла? Кому и что она пыталась доказать?

Артур, выйдя вслед за Викторией, обнял ее за талию.

— Что случилось? — спросил он, заглядывая Вике в лицо.

— Стало душно, — соврала она, не желая выглядеть жалкой.

— Тогда прогуляемся? — предложил Артур, и Виктория кивнула в ответ. Они медленно прошлись вдоль здания и вышли на большой проспект. Ночной город светился, словно днем, не думая засыпать.

Вика, скинув каблуки, взяла лодочки в руки и пошла босиком. Ей было наплевать на дорожную пыль и остывший асфальт.

Сейчас она хотела чувствовать только дыхание города, а не противный укоряющий голосок совести в ее голове.

Артур, забрав у нее из рук туфли, взял Вику за руку. Этот простой жест, такой милый и теплый, очень удивил ее. Ее давно никто не брал за руку, вот так, просто чтобы чувствовать, что она рядом.

Виктория посмотрела на парня. Тот шел, погрузившись в свои мысли и глядя вдаль. Он выглядел спокойным и каким–то… близким. Стоп.

Ты слишком долго была одна. Слишком истосковалась по нежности. Ты проецируешь свой голод по любви не на того, кого нужно.

Вика отвела взгляд, уставившись себе под ноги. Они шли молча, каждый сам в себе. И даже в этом молчании чувствовалась некая, начинающая зарождаться, близость.

С проспекта они свернули на обычную улицу с тусклыми фонарями. В такое позднее время пешеходов практически не встречалось. Свет в витринах давно погас.

Только автомобили, изредка проезжающие по направлению к проспекту, освещали фарами стены зданий. Арки жилых домов с решетчатыми входами зияли непроглядной темнотой.

Виктория присела на ближайшей скамье, чтобы снова надеть туфли. На этой плохо освещенной улице слишком велик шанс наступить на что–нибудь неприятное.

Артур, присев перед ней, взял ее за лодыжку. Отряхнув от пыли каждую ногу обычным носовым платком, надел обратно лодочки на шпильке.

— У тебя красивые ступни, — сказал он, проведя ладонями вверх по ее икрам. Она наклонилась к нему и отблагодарила за заботу нежным поцелуем.

Его ладони, поднявшись выше, гладили ее бедра. Она снова его поцеловала, задержав на несколько секунд губы и прикрыв глаза, запечатлевая в памяти этот момент.

Он отстранился и начал покрывать медленными поцелуями ее голые коленки. Руки, снова заскользив вверх по ногам, задрали ее узкое платье. Виктория запустила руки в его шелковистые волосы.

Артур, поднявшись, взял ее за руку. Торопясь, они зашли под ближайшую арку дома. Там было темно, но не настолько, чтобы любой, кто будет идти со двора наружу, их не заметил.

Но этот факт уже никого не волновал, потому что Артур, прижав Викторию к прохладной кирпичной стене, задрал платье до талии.

Впившись ему в губы, Вика вцепилась руками в ворот его рубашки. Приспустив свои брюки, он без прелюдий и не разрывая поцелуй, задрал ее ногу к себе на бедро.

Начав двигаться в ней, Артур постепенно ускорялся, вдавливая ее в шершавую поверхность кирпича, пока они оба, застонав, не достигли кульминации.

Он, положив голову ей на макушку и прижавшись всем телом, тяжело дышал. Ноги Виктории дрожали, и она едва устояла, когда он ослабил хватку на ее бедре.

Подворотня? Что ж, Вика, ты вышла на новый уровень. Вернее, опустилась глубже. На самое дно.

Когда такси остановилось у новостройки, небо на горизонте раскрасилось всеми цветами розового и оранжевого. Светало. Вика, решив не возвращаться в пустой дом, вышла из автомобиля вместе с Артуром.

Она предусмотрительно отпустила весь персонал в оплачиваемый трёхдневный отпуск. Под предлогом того, что хочет побыть в тишине и одиночестве, пока муж отсутствует.

Обычно домработница и водитель лишних вопросов не задавали, так как за время работы в этом доме видели много странных вещей. А уж к странностям хозяйки они привыкли давно.

Артур положил руку на плечо Виктории, будто они старые друзья, возвращающиеся после попойки. Так, пошатываясь, любовники зашли в лифт. Усталые и сонные, они скинули у порога спальни одежду и, упав на кровать, тут же заснули.

Вика открыла глаза. На улице светило солнце, день был в самом разгаре. Она, прикрыв глаза от яркого света ладонью, повернула голову и обнаружила, что Артура уже нет рядом.

Да, чем старше она становилась, тем тяжелее было вставать каждое утро, особенно после спиртного. Ей казалось, что каждый раз она не просыпалась, а воскресала. Настанет день, когда чуда воскресения может и не случиться.

Опустив ступни на пол, она прошла в душ и долго стояла под горячими струями воды. Из глубины квартиры доносилась музыка, что–то в стиле диско или фанка. Виктория такой себе меломан.

Завернувшись в мягкое большое полотенце, она вышла. С ее густых длинных волос на пол падали капли воды. Она прошлепала босиком по длинному коридору в сторону доносившейся мелодии.

Артур, по всей видимости решив продолжить веселье, вышел ей на встречу. На нем были низкие пижамные штаны, которые открывали прекрасный вид на пресс и дорожку темных волос на животе.

У него в руках была бутылка шампанского. Он медленно танцевал, отпивая из горлышка ледяной брют. Вика на несколько секунд залюбовалась этим зрелищем.

Молодость и сила. Вот о чем говорила ей Крис. В отличие от него, Виктория после бессонной ночи еле выползла из спальни. А Артур полон энергии и, судя по танцам, в прекрасном расположении духа.

Увидев Вику, он отставил брют в сторону и, продолжая танцевать, подошел к ней. Неожиданно приподняв, прижал к себе.  Вика тут же обвила его талию ногами и рассмеялась.

Артур, не останавливая свой танец, направился в сторону кухни. Вика хохотала, подняв руки, пока он крепко держал ее за бедра. Там он усадил ее на стол, отодвинув какие–то бумаги и чашки, и поцеловал, втянув ее нижнюю губу.

Отстранившись, он с улыбкой чмокнул ее в нос и спросил:

— Кофе? Чаю? Шампанского?

Вика несколько секунд смотрела в его синие глаза, обрамленные густыми ресницами. Что ж, ее жизнь и так бодро катится в тар–тарары, так пусть хоть будет весело до самого конца.

— Тащи сюда бутылку, — сказала Вика. Она сделала несколько больших глотков холодного игристого, и брют, тонкой струйкой стек по ее подбородку к шее. Артур, слизав с ее кожи жидкость, бедром широко раздвинул ее ноги.

Забрав у нее бутылку, он еще раз отпил из горлышка и отставил в сторону. Опустившись перед Викторией, он снял с нее полотенце и, придвинув ближе к себе, начал доводить языком до полного сумасшествия.

Со стола сыпались какие–то предметы, но Вика этого не замечала, выгибаясь и громко крича. Поднявшись и спустив с себя штаны, Артур, резко войдя и придерживая ее за ягодицы, снова довёл до пика, кончив одновременно с ней.

После они лениво лежали на постели, переплетясь руками и ногами.

Вика надела мужскую свободную майку, а Артур домашние штаны. Он листал вкладки у себя в телефоне, а она смотрела вдаль, погруженная в свои мысли.

— Почему я? — вдруг спросила она Артура.

Он, отложив телефон, непонимающе сдвинул брови.

— Почему ты со мной, а не с какой–нибудь юной девушкой под стать себе? — Вика перефразировала вопрос.

Артур несколько секунд обдумывал ответ.

— Мне не интересны юные девушки, — честно признался он, слегка повернув голову, чтобы видеть Вику. — Ты — намного лучше, сколько бы тебе там ни было.

— Мне сорок четыре. Сорок четыре. Я старше тебя почти в два раза, — четко проговорила она, будто это могло его отпугнуть.

— И что? — спокойно спросил он. — Ты считаешь, что я тебе не подхожу?

— Ты же понимаешь, что это не может долго продолжаться. К тому же, может, ты и забыл, но я замужем, — она прямо посмотрела в его глаза.

— Разведись, — коротко сказал он, не отводя взгляд.

Вика хрипло засмеялась. Как у него все легко и просто! Будто она разговаривает с подростком.

— Мы с тобой знакомы… сколько? Недели две–три, наверное?

— Это не имеет значения, — отрезал он. — Главное, что мы подходим друг другу. Мы, как магниты, притянулись, чтобы никогда не разлучаться, — он искренне улыбнулся.

— Ты сейчас на полном серьёзе несешь эту восторженную чушь? — она нахмурила брови, и ее улыбка застыла.

— Хочешь по серьёзному? — он резко поднялся на локтях, чтобы видеть ее глаза. — Ты живешь со стариком, которого ненавидишь. Который бьет тебя, как собаку. Для чего? Вряд ли из–за денег или угроз. Ты типичная жертва.

Артур смотрел, и его глаза метали молнии. Он говорил Вике правду, которую она тщательно скрывала.

— Да откуда ты… — начала она.

— Думаешь, я не видел желтые синяки на твоем теле? На лице? — он начинал злиться.

Виктории это жутко не понравилось. Она поднялась с постели.

— Не смей меня судить, — кинула она ему раздраженно. — Думаешь, если пару раз меня трахнул, можешь лезть в мою жизнь?

— Ты судишь обо мне только по оболочке, — спокойно ответил он. — Думаешь, я ничего не знаю о жизни? Я с четырнадцати лет один. Сам по себе.

— Вот и не ищи во мне мать! — вырвалось у Виктории.

— Тогда бы я тебя не трахал, — выплюнул он ей. Виктория, окончательно разозлившись, оглянулась по сторонам и взяла первое, что попалось под руку — пульт от кондиционера.

Она со всей силы швырнула его в лицо Артура. Он увернулся от летящего в глаз снаряда в последний момент. Виктория лихорадочно искала, чем бы еще запустить в придурка, но Артур, взяв в руки подушку, ударил ею наотмашь. Вика, успев поднять руку, отразила удар. Схватив вторую подушку, она обогнула кровать и ударила Артура по голове.

Поймав рукой за ткань наволочки, он со всей силы дернул. Подушка, разорвавшись, усыпала комнату перьями. Вика не растерялась и пнула его в колено, но Артур, схватив ее за талию, бросил на постель.

От удара, хоть и смягченного матрасом, Вика чуть не прикусила язык. Она некоторое время тяжело дышала, а потом начала смеяться. Она хохотала долго и заразительно, отчего Артуру тоже стало весело. Упав на кровать рядом с ней, он притянул к себе Вику и крепко обнял.

Сверху на них сыпался белым снегом пух.