Агнис не нужно было долго уговаривать. Она медленно придвинулась к Синнару и, лукаво на него посмотрев, прижалась к его губам в неловком поцелуе.

Дракона забавляла ее смелость и одновременно с тем неискушенность в любовных делах. Такая неприступная и холодная внешне, внутри Агнис оказалась нежным цветком, который ему совсем не хотелось сминать своим напором.

Поэтому он медлил, смирившись с правилами игры, чтобы Агнис определилась, чего именно она от него желает получить. Но то, что она сама явилась к нему в дом, показывало как ей не терпится вкусить все прелести любви, не дожидаясь церемонии бракосочетания.

В конце концов, какая разница, как скоро настанет этот день, если они Истинная пара и уже навеки связаны друг с другом небесами?

Сердце Агнис гулко стучало. Синнар целовал ее губы медленно и нежно, растягивая удовольствие. Он гладил ее спину, намеренно не спускаясь ниже поясницы.

Его напускное спокойствие, по всей видимости, стало немного раздражать Агнис, которой хотелось большего. Она начала дразнить его, оттянув ворот его верхней одежды и запустив руку внутрь. Она прошлась ладонью по коже его груди, придвинулась еще теснее и, углубив поцелуй, дернула завязки на рубашке дракона.

Синнар, бережно поддерживая Агнис за спину, опустил ее на софу и оказавшись сверху, проложил дорожку из горячих поцелуев от ее скулы, к ключицам. Девушка, издав стон удовольствия, гладила его шею и затылок, нетерпеливо сжимая его волосы в кулак.

Дракон потянул за шнурки, стягивающие корсет на ее груди, и сдвинул лиф платья вниз. Упругая грудь Агнис просвечивала сквозь материю нижней сорочки, и Синнар, не удержавшись, поцеловал одну из вершин через тонкий батист, оставив на деликатной ткани влажный след от губ.

Агнис выгнулась, прикрыв глаза. Ее руки хаотично двигались, пытаясь стянуть с мужчины рубашку. Синнар, приподнявшись, освободился от верхней одежды и снова опустился, чтобы вновь впиться в уста Агнис.

Он целовал ее жадно и страстно, начиная терять контроль. Агнис, словно намеренно его провоцируя, запустила руку за ремень его штанов в районе поясницы, чтобы потрогать стальные мышцы его ягодиц.

Синнар, не выдержав, задрал вверх ее юбку, слегка запутавшись в тяжелой плотной ткани. Опустившись ниже, он избавил Агнис от тонких кружевных панталон, оставив их болтаться на ее лодыжке.

Агнис, внезапно напряглась, не ожидая такого развития событий, будто не подозревала, что всё это время играла с огнем. Она стыдливо сжала колени и бросила испуганный взгляд на мужчину.

— Не бойся, — прошептал ей Синнар, припав в нежном поцелуе к ее алым губам. Он опять медленно опустился к ее шее, затем груди, освободив ее из плена белоснежной сорочки. Когда Агнис снова начала извиваться от удовольствия, он нырнул ей под юбку и, целуя ее бедра, прикоснулся губами к самому сокровенному.

Агнис издала громкий стон и, закрыв глаза, ухватилась руками за подушки на софе. Движения его губ и языка, вознесли ее на такие вершины удовольствия, о которых она ранее не имела никакого понятия.

Когда мир вокруг нее перестал существовать, а в голове набатом застучал пульс, она, громко вскрикнув, потеряла связь с реальностью, выгнувшись в его руках.

Синнар, откинув юбку с головы, наблюдал за Агнис. Он смотрел на румянец, окрасивший ее щеки, на раскрытые алые, словно лепестки цветка, губы. Она часто дышала, томно прикрыв глаза. Ее ресницы дрожали, отбрасывая тени на алебастровую кожу.

Ему показалось, что за столь долгую жизнь он еще не видел более восхитительного зрелища, чем лицо этой женщины, находящейся на пике удовольствия.

Он выпрямился, ожидая пока ее дыхание выровняется. Когда Агнис открыла глаза, на ее губах заиграла довольная улыбка. Она стыдливо закусила нижнюю губу и, потянувшись к Синнару, заставила его опуститься к ней, чтобы вновь его поцеловать.

— Я хочу продолжения, — прошептала она, оторвавшись от его губ. — Покажи мне твои покои.

Синнар, усмехнувшись, поправил тесные брюки и, поднявшись, протянул Агнис руку.

— Не смею тебе отказывать, — отозвался он, увлекая Агнис следом за собой на лестницу, ведущую к его спальне.

На опустевшей софе с раскиданными как попало подушками, остались лежать ставшие ненужными панталоны, отделанные изящными кружевами.

Вернувшись рано на рассвете, Агнис, никем не обнаруженная, прокралась в комнату и, спешно избавившись от одежды, нырнула под одеяло.

Она чувствовала себя уставшей, но не той усталостью, от которой ноют ноги и тянет поясницу, как после тяжелого дня, посвященного заботе о куче детей.

Сейчас в ее теле разлилась приятная тяжесть, наполняя каждую клеточку ее тела сонной негой.

Жаль, что она вынуждена спать в одиночестве в своей холодной постели.

Ведь ей после ночных приключений очень хотелось бы прижаться к теплой мужской груди, чтобы вновь почувствовать дыхание любимого, засыпая под мерное биение его сердца.

Она лениво потянулась и закрыла глаза.

Она думала о всех тех приятных вещах, что они с Синнаром делали вместе, и ни о чем не жалела. Теперь она с еще большим нетерпением ждала дня, когда они станут супругами, чтобы вновь и вновь любить друг друга, пока им не надоест.

Хотя, как такое вообще может кому–либо надоесть?

Прошло несколько недель. В замке творилось невообразимое. Прислуга и местные обитатели трудились, не покладая рук, чтобы подготовиться к грандиозному событию.

По всей драконьей стране разлетелись приглашения на торжество, которое ознаменовало начало новой эпохи мира и благополучия. Устав от распрей и войны, люди и немногочисленные выжившие драконы, радостно предвкушали многодневные пиры в честь бракосочетания представителей двух кланов.

Тот факт, что сразу трое драконов нашли пару, вселило в остальных надежду, что вымирающий вид снова сможет обрести былую мощь. Поэтому все кланы захотели принять участие в церемонии, чтобы стать свидетелями этого чуда, и почтить своим присутствием Властелина.

В замок прибыл Синнар.

Агнис встретила его, будто видела впервые с тех пор, как они покинули поле боя. Они оба старались не демонстрировать близкие отношения, получившие развитие, благодаря ночным вылазкам Агнис. Которые с поры ее первого посещения замка Синнара совершались регулярно.

Если кто об этом и знал, то помалкивал, чтобы не нарушить гармонию, которая царила в обоих кланах. Ксангор, пребывающий в абсолютном счастье, казалось окончательно смирился с присутствием бывшего врага, а ныне верноподданного. И будущего зятя по совместительству.

Конечно, никто из них двоих не проявлял особого дружеского расположения, но и не старался каким–то образом оскорбить или унизить друг друга.

Агнис это вполне устраивало. А Надежду тем более. Мысли Нади витали где–то далеко в облаках. Она была поглощена любовью и радостью. Ожидание ребенка наполняло ее предвкушением прекрасного, и она, как обычная женщина в положении, все дни занималась тем, что много спала и ела.

Ксангор старался потакать всем ее капризам, которых, кстати говоря, оказалось совсем немного. Единственное, что его удивило, так это внезапная просьба Избранной прокатиться вместе с одним из сирот на спине Ксангора. Дракон, восприняв ее просьбу с долей скептицизма, все же согласился. Но пообещал сделать это только после свадьбы.

Замок заполнился гостями. Повсюду можно было увидеть благородных драконов с семьями и одиноких, окруженных многочисленной прислугой, которая прибыла вместе с ними.

Склады набились большим количеством съестных припасов, кухня работала, не покладая рук. Когда до бракосочетания остался один день, залы и помещения, где планировались пиры, украсили горными цветами. Везде развесили гобелены, а полы закрыли свежими деревянными настилами.

Надежда бродила по замку, отмечая преображение интерьеров. Она дегустировала изысканные блюда, которые планировали подать к празднику. Невеста с Земли мало что понимала в свадебных обычаях драконьего мира, поэтому полностью полагалась на решения, принимаемые Ксангором и Агнис.

Надя позволила себе всего лишь выбрать материал для свадебного платья. Правда, в силу обычаев, сродни средневековым, никаких белых нарядов не подразумевалось. Да и для самой Нади это казалось совсем не важным.

Ее платье цвета расплавленного золота производило впечатление настоящего произведения искусства. Отделанное изысканным кружевом и вышивкой, оно переливалось в лучах солнца, проникающих сквозь окна покоев.

Надя, еще совершенно не изменившаяся в талии, на финальной примерке выглядела в нем драгоценной статуэткой. Ну, по крайней мере, в этом ее заверила Агнис.

Сестра Властелина заказала для себя платье цвета голубого неба. Как она вскользь заметила, этот оттенок напоминал ей глаза Синнара. Надя обратила внимание, что при упоминании Истинного щеки Агнис вспыхивали румянцем. Это ясно говорило о том, что девушка окончательно и бесповоротно влюбилась.

Надежда не знала, возможно ли вообще не любить пару, которую избрали для тебя небеса, и бывает ли это невзаимным. Но все же безмерно радовалась, наблюдая счастье Агнис.

За Синнара она тоже была рада, но, как говорится, не от души. Главное, чтобы он оправдал надежды Агнис и подарил ей любовь, которую она заслуживает, как никто другой.

Наконец, наступил день, которого все ждали.

Надежду с самого утра закрутила суматоха. Бесконечное число слуг сновало по ее покоям, наряжая невесту и заканчивая последние приготовления.

Надя, покорно отдавшись в руки проворных женщин, стойка выносила, когда ее долго отмачивали в благоухающей ванне, а затем натирали ароматическими маслами, пока ее кожа не стала бархатной. Ее бесконечно долго расчесывали, доведя довольно сильно отросшие локоны до зеркального блеска.

Волосы уложили в сложную прическу и на голову водрузили драгоценную тиару. Поверх сорочки из тончайшего батиста надели свадебный наряд. Когда все складочки и кружева были расправлены, Надежду, наконец, оставили в покое.

Ксангор поднялся с постели гораздо раньше Нади, и она не видела его с прошедшей ночи.

Через какое–то время за Надеждой прислали, и она в сопровождении празднично одетой охраны прошествовала в залу, где запланировали церемонию.

Надя, пребывая в состоянии легкой нервозности, переступала с ноги на ногу перед закрытыми дверями, не в силах устоять на месте. Рядом с ней появилась Агнис, которая, несмотря на схожее состояние, граничащее с нервным припадком, выглядела великолепно.

Подруги взялись за руки, чтобы оказать друг другу хоть какую–то моральную поддержку. Пальцы сестры Властелина были холодны, как лед.

— Пройдем этот путь вместе, — подбодрила ее Надя, сжав ладонь Агнис. — Впереди нас обеих ждет бесконечное счастье.

— И только благодаря тебе, оно стало возможно, — отозвалась сестра Властелина, нежно обняв Надежду.

Двери медленно раскрылись, и обе девушки ступили на порог залы. Внутри толпилось невероятное количество людей в богато украшенных одеяниях. Заиграла легкая мелодия, которую исполняли искусные музыканты, скрывающиеся в боковой нише.

В огромные окна лился дневной свет, лучами прорезая пространство и отражаясь на украшениях благородных дам и господ.

Если бы не незримая поддержка шествующей рядом Агнис, Надежда сразу растерялась бы от такого количества незнакомых лиц.

Когда половина пути была пройдена, она увидела Ксангора, застывшего у импровизированного алтаря.