Подперев кулаком щеку, я сидела за обеденным столом и залипала на мужскую спину.

Полуобнаженный красивый мужчина на кухне. У плиты. Еще и умеющий готовить. Зрелище само по себе уникальное и сногсшибательное, а уж если учитывать все эти широчайшие, трапециевидные, ромбовидные мышцы… Развиты они у Алекса отменно, не перекачаны. Аккурат такие, как надо. Да и ягодичные весьма и весьма недурны, так и перетягивают на себя взгляд.

М-м-м, тридцать три удовольствия в одном флаконе.

И двигается он лениво, пластично. Тигра напоминает. Кстати, а танцует Алекс хорошо? Любопытно было бы посмотреть стриптиз в исполнении главы княжеского рода Меньшиковых.

— У меня появился вопрос, — объявила я, не изменив позы.

Инквизитор обернулся, вопросительно поднял брови.

— Если у князя Ростова княжество Ростовское, то у меня, получается, Алайское? А у тебя — Меньшиковское?

Александр удивленно хлопнул длиннющими ресницами и необидно рассмеялся.

— Нет. Ни Ростовского, ни Алайского, ни уж тем более Меньшиковского княжества не существует.

— Пояснишь?

— Обязательно. И ты спрашивай все, что интересно, — кивнул инквизитор. — Ничего, если, рассказывая, повернусь к тебе спиной? А то наш ужин пригорит.

— Поворачивайся, — разрешила я. — Твой вид сзади меня вполне устраивает.

Алекс глухо кашлянул, усмехнулся и вернулся к колдовству над мясом, явив мне чудесное зрелище мускулистых ягодиц, обтянутых джинсами.

— Давным-давно княжества действительно называли по родовым фамилиям. Но вот уже более трех десятилетий княжеств нет, а есть аристократы, владеющие определенными земельными участками. Причем это необязательно князья. Владельцем земли может быть и граф, и барон, и беститульный дворянин. Люди по старинке называют такие земельные участки княжествами, графствами, баронствами, ну а главу рода, соответственно, хозяином или хозяйкой. Допустим, тебя могут величать хозяйкой Алайского княжества, а того же графа Ушакова — хозяином Ушаковского графства. Ясно-понятно?

Я кивнула. Но сообразив, что стоящий спиной Алекс этого не видит, подтвердила вслух:

— Ага.

Инквизитор открыл дверцу навесного шкафчика, достал тарелки и принялся большой ложкой аккуратно накладывать в них жаркое.

Любуясь игрой его мускулов и не особо задумываясь над формулировкой, я выдала:

— А как размножаются светлые маги?

Ложка на секунду застыла над тарелкой. Медленно повернув ко мне голову, Александр обольстительно улыбнулся.

— Ты действительно хочешь, чтобы я тебе словами объяснил, как проходит половой акт между мужчиной и женщиной?

Его бархатистый низкий голос звучал ласково и интригующе. Пришла моя очередь рассмеяться.

— Вот же… мужчина!

— Неужели догадалась? — притворно удивился полуголый инквизитор. Он поставил на стол тарелки с бесподобно пахнущей едой и уселся напротив меня. — Тебя не смущает мой неподобающий вид? Если хочешь, оденусь. В джемпере, конечно, жарковато, но ради твоего душевного покоя потерплю.

— Сиди уж. Так и быть, еще немного помучаюсь, — съехидничала я. Положила в рот нежнейший кусочек мяса и замурчала от удовольствия. — Восхитительно!

— Рад, что тебе пришлось по вкусу.

Ели мы молча. Бесспорно, вопросов к Алексу у меня было много, даже не вагон, а целый состав. Но отрывать голодного мужчину от долгожданного ужина — изуверство. Особенно от ужина, приготовленного им собственноручно, да еще и так вкусно. Кстати, мой незамысловатый салат тоже оказался недурен.

Промокнув губы салфеткой, я заметила, как Алекс сыто откинулся на спинку стула, и уточнила:

— Продолжим разговор или ты пока не в состоянии?

В глазах инквизитора заплясали озорные смешинки.

— Если мне память не изменяет, мы остановились на теме размножения светлых магов, — «припомнил» он.

— Ага. Вот ответь мне, если все поголовно светлые маги служат в святой инквизиции и жениться вам запрещено, то как передаются способности? Верить в то, что до вступления в орден вы направо и налево строгаете детей, а потом бросаете их на произвол судьбы, честно говоря, не хочется. Но иного варианта передачи уникальных способностей я не вижу.

— Вот и не верь. Подобное поведение категорически осуждается. Санкции жесткие — вплоть до блокировки способностей. Таким моральным уродам, как Фил, в ордене не место.

— У меня мозг скоро закипит, — призналась я жалобно. — При таком подходе светлые маги просто обязаны вымереть как вид.

— Сколько рыжих людей в мире?

— Процента два-три, — ответила я с недоумением.

— Отдельного гена, формирующего такой цвет волос, нет. На рыжесть влияют десятки генетических факторов. Тем не менее процентное соотношение рыжего к иным цветам у людей остается неизменным. Рыжики были, есть и предпосылок к тому, что они канут в Лету, не имеется.

— Так-то да. Но рыжие рождаются после полового акта мужчины и женщины. А как передается дар светлого мага без секса? Воздушно-капельным путем?

— Почему это без секса? Без него никак! — запротестовал этот невозможный мужчина.

— Укушу, — мрачно пообещала я.

— Все, больше не буду тебя доводить. — Алекс примирительно поднял руки. — Способности светлого мага проявляются исключительно у мальчиков, рождающихся в семьях аристократов. Возраст активации дара — семь-восемь лет. С этого момента с пацаном начинают плотно работать наставники, заодно методично доносят, что из-за своих уникальных способностей он может стать частью элиты. Его воспитывают, что называется, в ежовых рукавицах, и, как правило, сексуального опыта до восемнадцати лет юноша не имеет. Но поступив в вуз, он внезапно узнает, что может заниматься сексом с любыми женщинами, которые только обратят на него внимание. Причем не покидая стен учебного заведения.

— Парни уходят в отрыв?

— Не-а. Они прекрасно понимают, что это еще один этап воспитания силы духа. Такие бабники, как Фил, — исключение из правил. В основном студенты-инквизиторы щепетильно относятся к выбору половых партнерш. Помнишь, я говорил, что студентки-аристократки вовсе не обязаны сохранять невинность до брака?

— Угу.

— И одна из основных причин такого лояльного отношения к добрачным связям юных дворянок — возможность возвысить род.

— Да ладно⁈

— Дело в том, что даже во время защищенного полового контакта происходит энергетический обмен между светлым магом и одаренной женщиной. Если кратко, то способности передаются не со спермой, а на энергетическом уровне. Женщина становится латентным носителем дара. Когда она зачнет от мужа, то высока вероятность родить ребенка с даром светлого мага. Может, конечно, и не родить, но этот дар неизбежно проявится у кого-то из ее потомков.

— И что дальше? Род, в котором появился светлый маг, обретает почет и уважение? — усмехнулась я, не скрывая недоверия.

— Именно так, — подтвердил Алекс. — Инквизиторам запрещено заводить собственные семьи, но не возбраняется общаться с членами своего рода. И, разумеется, при необходимости оказывать посильную помощь родственникам. Чем выше статус светлого мага в ордене, тем большую ценность он представляет для своего рода. Правда, разгуляться такому инквизитору особо не дадут — интересы империи превыше всего. Но, думаю, суть ты поняла.

— Ух ты ж елки-метелки! — пробормотала я с изумлением. — И волки сыты, и овцы целы.

— Типа того.

Встав, Алекс собрал со стола грязную посуду и отнес в раковину. Я хотела помыть тарелки, но он мягко меня отстранил.

— Ты моя гостья. Отдыхай. Сам приберусь, — пояснил, забирая губку из моих рук.

Сам так сам. Спорить по этому поводу я не стала и удобно улеглась на диване, обняв подушечку.

Закончив наводить чистоту, инквизитор примостился рядом. Отобрал у меня подушку, откинул ее в сторону, принудительно уложил мою голову к себе на плечо. Вытянулся во весь рост. И затих. Его сердце билось размеренно, а тонкий аромат эмоций обволакивал, навевал дремоту.

Так и уснуть недолго.

Я сцедила зевоту в кулак и поскребла ногтем по обнаженной груди мужчины, привлекая внимание. Алекс глубоко вздохнул и объявил:

— С Ушаковых ты вправе стребовать денежную компенсацию. Сумма — до пятисот тысяч. За покушение на убийство слуги рода вряд ли больше дадут.

— Наживаться на подобном не комильфо, но в моей ситуации и такие сомнительные деньги лишними не будут, — согласилась я. Задумавшись, машинально побарабанила пальцами по мужской груди.

Накрыв мою руку своей, Александр сухо проговорил:

— Давай начистоту. Сама по себе история с наследством Алайских мутная и тащит за собой ворох серьезных проблем. Князь Ростов спит и видит, как бы избавиться от неугодной родственницы, а потому в любой момент от него можно ожидать подлянки. Кроме этого, у тебя, как у главы рода, огромная задолженность перед казной. С того момента, как выставят требование об уплате, долг необходимо погасить в десятидневный срок, иначе все имущество рода продадут на торгах и ты станешь банкротом. Это несмываемый позор. Я готов отдать тебе все свои накопления, но их не хватит покрыть долг. А для того чтобы найти злодея, который не один десяток лет пировал за твой счет, и вытрясти с него деньги, потребуется время. Боюсь, что до отъезда я физически не успею этого сделать.

Мысли замелькали в голове. Я думала обо всем и сразу, но отчего-то фраза Алекса о его отъезде задела сильнее остальных слов.

— Куда ты уезжаешь?

— В столицу. Моя жизнь давно предопределена. После окончания учебы забирают в головной офис святой инквизиции. Поначалу буду заниматься практически тем же, чем и в прошлой жизни, разве что с магическим уклоном. Потом — повышение. Меня все эти годы готовили на должность правой руки верховного инквизитора.

— Ух ты! Тебя ждет головокружительная карьера! Рада за тебя!

Я тепло улыбнулась, потерлась щекой о его грудь. В ответ Алекс тяжело вздохнул.

— У меня есть еще одна новость. Двадцать два года назад в непосредственной близости от хутора Большой Лог открылась аномалия высшего класса опасности. Инквизиторы тварей оперативно зачистили, жертв среди жителей удалось избежать. Однако без последствий не обошлось: две трети пашен непригодны для засева. Ни ячмень, ни рожь, ни пшеница, ни подсолнечник, ни картофель, ни капуста с морковью там расти еще лет двадцать не будут, не стоит и пытаться.

Твою ж мать! И что же там теперь выращивать? Неужели это все, край⁈

— Такое чувство, будто на эшафот поставили и петлю на шею ладят.

— С этого эшафота еще можно сойти, — совершенно серьезно возразил Александр. — Сегодня ты приняла наследство, но у тебя есть трое суток «на подумать». По закону в течение четырех дней ты вправе отказаться от уже принятого родового имущества. В этом случае почти все вышеперечисленные проблемы отпадут.

— Князь Ростов останется?

— Скорее всего.

— И что дальше? Бегать от него перепуганным зайцем? Жить без денег и в вечном страхе?

— Нет. Решение всех твоих бед уже есть и лежит на самом видном месте. Оно мгновенно избавит тебя от финансовых и бытовых проблем. И о князе Ростове позволит забыть. — Алекс повернулся ко мне лицом и открыто заглянул в глаза. — Одно твое слово, и завтра же я организую тебе встречу с верховным инквизитором. Скажешь ему, что передумала, и примешь предложение войти в орден. Светлым магом тебе уже никогда не быть, один шанс из миллиона, что эту способность удастся разблокировать. А вот с эмпатией все не так однозначно. Она не ветвь магического ствола, а часть души. Скажу откровенно: я не слышал, чтобы такой дар у кого-то еще блокировали. Видимо, и Егору Дмитриевичу это оказалось не по силам. Повторять кошмарную процедуру он вряд ли станет, в этом нет никакого смысла. Ты останешься эмпатом до конца своих дней.

— Вот оно как, — протянула я задумчиво. — Саш, я ведь первая женщина-попаданка. Почему же верховный инквизитор так легко меня отпустил? Уверена, ты знаешь ответ. Сможешь сказать?

Приподнявшись, я пытливо посмотрела на Александра. Тот на миг застыл, словно проверяя, может ли ответить. А после ошарашил:

— Егор Дмитриевич видит будущее, он провидец. Единственный в Российской Империи.

Провидец⁈ Даже так⁈

Я вновь улеглась на грудь инквизитора, осмысливая услышанное.

— Машка, я помню все, что ты говорила о своих «не хочу», и уважаю твое мнение и выбор. Но ты же понимаешь, что с вырисовывающимися проблемами не каждый мужик справится. У тебя еще есть время подумать. Не торопись с ответом. Пожалуйста.

Его эмоции хлынули на меня лавиной. Я вдыхала исходящий от Алекса пьянящий аромат и буквально каждой клеточкой кожи ощущала, насколько сильно этот мужчина стремится мне помогать и меня защищать. И всей душой желает… не отпускать.

Но мне нечего было ему ответить.

Впрочем, эмпатам слова не нужны. Он понял все сам. С нежностью провел тыльной стороной ладони по моей скуле и шепнул с горечью:

— Ты не изменишь решения.

А после сжал меня крепко-крепко.

Уткнувшись ему в шею, я замерла. Нас отчаянно тянуло друг к другу, однако мы оба знали истину: между нами возможна только дружба. Увы.

Но как же жаль.

Конец первой книги.

продолжение тут https://author.today/reader/564972/5360215