— Доброго времени суток, разумные… — неторопливо и с ощутимым трудом, приступил я к своей финальной речи. — Позвольте мне представиться: Я бывший бессмертный, носивший лицо Чала Грейсона Хеймса, создателя бесценного Слапа, возродившего Чальского Ферзя Войны. Я же — Брунен Павший Хеймс, владетель живых кораблей, убийца Возрожденного Ферзя. Я же пришелец-человек из мира бессмертных Сергей Олегович Кондаков уроженец Земли. Сегодня я выступаю перед всеми расами нашего угла галактики и… — приступ боли снова, меня едва не скручивает, но я справляюсь с собой, продолжаю. — И я призываю вас, на сегодняшний день задуматься о том, что мы значим друг для друга. Когда я впервые пришел в этот мир, он был разделен на три части — Миротворцы, Альянс Скайран и неприсоединившиеся. Сейчас же в галактике просто нет никакого мира — вы все стали друг другу врагами. Продолжаете строить корабли и вооружение, словно от вас это кто-то требует. Лишь Механоиды держат свой нейтралитет и идут по давно намеченному курсу. Вы думаете, что окружены врагами… Пусть так, но что вам ближе? Хорошо известный враг, с кем много лет шла торговля и хоть и худой, но все же мир… — я опять вздрогнул и едва не заскулил. — Я не призываю вас, распахнуть двери перед теми, кто вам не… не нравится. Я призываю вас прекратить бессмысленные войны…

— Все нормально? — спросил Ник, наклонившись ко мне.

— Нет, Никита, не нормально… — честно ответил я и снова посмотрел на мониторы. — Сейчас, я хочу показать, насколько вы по факту еще слабы перед прошлым и будущим… Лекс, будь добр, открой переход в сектор Инсектов, который я тебе передал.

— Принято, капитан…

В следующий миг, прямо за условными спинами моих собеседников — открылся круглый «лаз» между координатными плоскостями, за которыми были миллионы кораблей Инсектов, не ожидавшие ни одной секунды, не принимающие решения, действующие только по заложенным в них инстинктам. Они ринулись в бой, как и должно поступать боевому флоту, защищающему сердце Колонии. В эфире мгновенно наступила паника, корабли и крейсера стали разлетаться, стараться уйти подальше, не попасть под удар первыми. Все, кроме Ворков, злобных и крутых бойцов, ощерившихся стволами и боевыми системами и первыми, открывшими торпедный огонь по врагу.

— Лекс, начинай сближение с порталом, веди отстрел кораблей Инсов по одному за такт. Всегда снимай ближайшего.

— Корабли Инсектората, являются союзными, капитан.

— Игнорируй, нет на той стороне союзников. Все союзники здесь.

— Да, капитан… — покорно ответил Лекс и в следующий миг, как и во все последующие, с крупных глаз псевдо-живого корабля, начали испускаться золотистые лучи, разрезающие и подрывающие корабли Инсов.

Несмотря на это, мой корабль не столько помогал в уничтожении противника, сколько просто сдерживал поток, не позволяя ему увеличиваться по экспоненте, а лишь геометрически. Ворки отчаянно бились и подали верный пример — Чалы развернули Лектор и нанесли сокрушительный удар прямо по той части вселенной, куда смотрел «лаз», выстроенный Лексом. Залп ослепил союзников, а несколько тысяч кораблей врага превратились в труху, а на месте самого массового скопления, взрыв едва не превратился в небольшое солнышко, сжигавшее все вокруг. Эфир продолжал наполняться криками и характерными звуками боя и самых разных приказов на всех языках рас.

Удар со стороны Чалов не оставил равнодушных — Миротворцы развернули порядки и встали клином рядом с Ворками, Хаммеры поднялись над всеми и рассредоточили силы для внесения своей лепты в этот хаотичный танец войны и боли. Люди вернулись последними, но их ярость ничем не уступала те же Воркам. Ряды выстроились, каждый выставил вперёд самые сильные свои стороны, никто не рисковал, и никто не хотел опозориться. Лишь Механоид остался в стороне, хотя я видел, что Вероника крайне этим недовольна и стремиться развязать бойню любой ценой. Но все было рассчитано верно — никто не остался в стороне: врага давили, а остальные постепенно начинали понимать, что никаких сил не хватит, чтобы сдержать этот лютый поток хаоса. Тогда я снова активировал канал связи, обращая внимание всех на себя.

— Сейчас, вы видите сценарий, который был запланирован для всех вас — бесконечная война в ходе, которой, вы вынуждено сплотитесь против общей угрозы, идущей со стороны чуждого разума. Нужен ли вам такой путь ил нет? Желаете ли вы подобную судьбу для своих детей? Чтобы они рождались в боях и умирали там же? Чего будет стоить такой мир? — я отвернулся и сжал кулаки, боль снова начала меня сворачивать в узел. Ник поддержал меня, Ксев что-то стала лепетать, но я уже был словно зомбированный. Снова повернулся к экрану, сглотнул тягучую слюну. — Я предлагаю вам иной путь — я сам лично уничтожу эту угрозу здесь и сейчас, если ваши представители, соберутся на корабле Экстранета и заключат расовый союз, блюсти который будут Миротворцы, а их в свою очередь будут контролировать Механоиды, — я выделил взглядом экран, на котором был Расти и увеличил его для всех. — Пират-Ранус, не откроете ли вы… ваши двери для подобного соглашения?

— Всегда к вашим услугам! — усмехнулся киборг. — Мои двери открыты, а стол уже накрыт. Милости просим.

— Тогда я помогу остальным определиться или вызвать более уполномоченных лиц… Лекс, открой рядом с нами переходы к материнским системам рас, по списку координат. Держи коридоры открытыми, а атаку по Инсам прекрати, ими займутся другие.

— Да, капитан…

И если до этого была паника, то сейчас в рядах, собравшихся наступил натуральный ужас. Местные жители не игроки, они понимали, что за открытыми переходами — сердце их империй, и если они сейчас не справятся, то падет все. Несколько кораблей кинулись в нашу сторону, но были уничтожены еще на подлете. Ник стоял молча, Ксев смотрела на экран равнодушно, а с камер меня буквально испепеляли сотни озлобленных взглядов. Но так или иначе — лед тронулся. Первыми в сторону Механоидов вылетел корабль от Хаммеров, которые в очередной раз показали себя наиболее разумными. Ник наклонился ко мне.

— Может мне тоже стоит вылететь?

— А смысл? Инсы в Шмеле тебя не тронут, а вот остальные — прихлопнут просто попутав.

— Твоя правда, — согласился он. — Смотри, люди.

И верно, следом за Хаммером вылетели представители человеческой расы. Спустя минут десять, туда же махнули Миротворцы, за ними Ворки. И только Чалы продолжали биться без устали. У них не было материнской планеты, они дрались из чистого принципа. Они рисковали только теми, кто сейчас был в этой системе, которую они однажды сами и уничтожили. Я не зря собрал всех именно тут — тут нет невинных, нет живых, а бесконечное кладбище, лишь отражало всем собравшимся — к чему приводят войны.

— Черный Ферзь, прекращайте бойню, лети к общему столу — ваш час настал, — коротко произнёс я и увидел, как Лектор начал разваливаться на куски, выпуская из себя сотни мерцающих кораблей и спас-капсул, а сам здоровяк неожиданно ускорился, выбрав направление на скопление противника, к порыву Инсов, где и детонировал, уничтожив еще несколько сотен тысяч юрких кораблей и их господ.

Собрание началось не сразу, но тем не менее. Экраны изменились, выводя участникам и зрителям, в том числе и приближенным материнским системам — трансляцию этого подписания мира. Никто не успевал вести переговоры, все спешно решали свое место в новой жизни, а правители гибко меняли установки в то время, как все остальные безуспешно противостояли угрозе со стороны лаза, ведущего в мир Инсов.

Мое самочувствие падало с каждым часом, пока тянулись эти переговоры. Лекс начал сигнализировать о том, что ему крайне тяжело держать переходы, но я требовал выжать максимум. И вот наконец, когда соглашение подписали все, я уже едва не падал, но улыбался — мой план удался…

— Лекс, приказ главнокомандующего: уничтожь матку Инсектората.

— Слушаюсь, капитан… — произнес совершенный из всех кораблей, а я кивком отправил Ксев в его головной отдел.

— Уходи, делай все, о чем я тебе говорил!

— Прощай Хеймс, — кивнув, ответила она и умчалась из контрольного зала.

Мигом позже, энергия равная целой звезде, собралась в золотой луч и прожгла нескончаемый поток, ведущий до царства Инсов и всего за один выстрел, уничтожила планету с первичными заводами, производящими Маток Инсов. Отныне, Инсекторат не будет плодиться как раньше — теперь их число будет только падать с каждой уничтоженной маткой. Я включил эти данные в общую рассылку, куда добавил формулу Слапа, так сказать «от себя», затем снова активировал общий канал связи.

— Я приношу всем свои извинения, но у меня не так уж и много осталось времени. Вся эта затея, была призвана лишь показать, что лучше жить в натянутом мире, чем в дружной войне. Возможно, это мнение многие не разделят, но тем не менее я настаиваю на соблюдении заключенного соглашения… — я снова сжал кулаки, заболевшие ничуть не меньше чем голова, затем собрал последние силы, и снова посмотрел вперед. — Я заклинаю вас, не пр@#$%^те то, что стоило многих жизней! Если вам нужен враг, то я перед вами — ненавидьте меня одного! Презирайте мою расу и этот корабль! Но оглянитесь вокруг — разве вас сейчас окружают враги? Мы годами были вместе! А вы… вы… — дыхание у меня перехватило, я едва не рухнул, но Ник поддержал. — Я не могу больше… — почти моля произнес я, смотря в большие глаза Хаммера. — Это выше меня…

— Терпи, Серый… Немного осталось…

— Ты… ты прав… — с неимоверным усилием я снова сел. — Неара, вколи мне все что у тебя есть, сними боль и спазмы. Приказываю… Мы воины, мы победим или умрем… Навеки мы… ох… — боль от уколов была незаметной, а вот наступивший после инъекций меня едва не привело в норму, однако на интерфейсе возникло мерцающее сообщение: «Передозировка медикаментов! Угроза летального исхода — необходимо обратиться в медицинский стационар!». Милашка, думает, что меня еще можно спасти… Поворачиваюсь к Нику. — Бери свой новый корабль, лети к Ростку… — я взял Хаммера за руку и сдавил ее. — Неара, промаркируй новое создание для управления Живым флотом!

— Ай! — поморщился Ник, когда, пара уколов пробило его шкуру.

— Лети к Ростку, найди деревянный корабль, он тебе подчинится. Ты мое наследие в этом… в этом мире, — я лизнул губу и ощутил вкус крови, кашлянул, сплюнул прямо в шлеме. — В твоем ДНК, скрыто очень много нашего забытого народа, а в базах данных деревянного корабля, обширнейшие сведения, не растеряй все это понапрасну… Будет возможность, встреться с Николаем, скажи, что он молодец — добился больше всех нас, обрел семью, научился жить, ушел от костлявой… Нам бы быть такими как он… А если возглавишь сопротивление против Инсектов, то они не будут в тебе видеть врага… они ж тупые… — я снова вздрогнул. — А встретишь Ферзя, передай ему, что он «мудак», ну только по-доброму, он же не со зла все это… — ощущение сна, стало накатывать на меня, и я отпихнул Хаммера. — Лекс, отстреливай Головной отсек по последним координатам, что я тебе пе… передал. И еще: после улета Шмеля и моей смерти — самоликвидируйся. Твой путь окончен, солдат Бруннен-жи, ты служил нам верно и никогда не подводил!

— Воины идут в бой

За свой дом и за свои сердца

Мы воины, мы победим или умрём

Навеки мы Бруннен-Жи…

— Навеки, мы Бруннен-жи… — просипел я и размяк на кресле пилота. Открыл забрало шлема, повернулся, посмотрел на Хаммера. — Как я выгляжу, друг мой многорукий?

— Как настоящий Герой! Помнишь, пять лет назад, я предположил, что ты убил матку Инсектов?

— Как в воду… глядел, — из последних сил улыбнулся я, напоследок ощутив, как струйка крови украшает мое лицо…

Интермедия 14.

Тело Брунена обмякло, глаза словно остекленели, кровь медленно текла из носа, да и в целом, картина была ясна. Ник поднял глаза ко входу, где были Конкистадоры, затем посмотрел на экран, где до сих пор виднелись сотни экранов — трансляция продолжала идти до сих пор.

— Лекс, это Николас, завершая этот сеанс связи. Абонент больше не доступен…

— Хорошо, Николас, — ответил Лекс одновременно с этим, прерывая все подключения. — Новый Шмель ждет своего капитана.

— Я понял… — Хаммер повернулся и снова посмотрел в открытые глаза друга, наклонился и провел пальцами по его векам, прикрывая глаза. — Прости меня, — добавил он и усадил Сергея в кресло, чтобы он хотя бы в конце пути, не валялся как кукла. — Позаботься о нем, Лекс.

— Хорошо, Николас

Хаммер ушел из рубки, захватив с собой двух Конкистадоров, которые как ни странно, но пошли за ним. Он покинул жилой отсек, прошелся вдоль технических узлов, и наконец добрался до Завода, где на гладком как стекло полу, стоял Крупный Шмель, превосходивший корабль Серого раза в полтора. Глаза судна были меньше чем у Мухи, но все остальное буквально кричало о своей брутальности, а нечто вроде матового напыления, создавало ощущение, что весь корабль покрыт замшей.

Едва Хаммер поставил свою ногу на палубу, как неких голос, что-то у него спросил.

— Да, я твой капитан, — ответил Ник и подняв руку, принял в ладонь легкое свечение, согревающее кожу. — Нарекаю тебя, Большим Мухом Волосатым! — кривясь от горькой улыбки, произнес Ник. — Но откликайся и на аббревиатуру.

Корабль ответил, но языка Ник не знал, зато он помнил, как он управлял Мухой. Хаммер сел в центральное кресло, уложил нижнюю пару рук на штурвал, а верхними провел по панели, запоминая расположение всех элементов управления. На одних рефлексах коснулся небольшой панели и вызвал на большой экран все характеристики Шмеля, затем открыл систему связи, оценил список открытых каналов и только после этого начал выходить из Ангара, после чего он покинул тело Лекса, выводя своего «БМВ» в его первый полет. Уже в космосе, Ник активировал один из каналов.

— Ремонасор! Хитрожопая твоя морда! Да ты звезда! — вместо какого-либо приветствия засмеялся Расти, чья физиономия вспыхнула на главном экране.

— Иди ты. Подскажи лучше, мне надо с ферзем пообщаться, он еще у тебя?

— Ферзь был на Лекторе, — убирая с лица улыбку, ответил бывший пират и вывел на экран последнюю запись чальского лидера:

На экране, молодой Салец в дорогом черном доспехе, был один, он грустно улыбался и негромко начал говорить:

— Я прошу прощения за себя и за все события, произошедшие четыре с половиной года назад. Не мы были жестокими, а те, кто управлял нашими умами. Все чего я хотел — обретение дома для своего народа. И видимо, мой протеже преуспел куда сильнее меня. Мой путь окончен, — Ферзь приложил два пальца к виску и вскинул руку, отдавая честь. — Мне было приятно с вами провести это время. До встречи в ином мире… — запись прерывается.

— Так что вот… — Расти развел руки. — Передать ему, что он Мудак, тебе не удастся.

— Понятно. А где Вероника?

— Оплакивает друга.

— Понятно… А мы стало быть живы… — Лекс движется?

Хаммер вывел радар на экран и отметил, тот факт, что корабль Бруненов вдруг начал поворачиваться и взял направление на звезду системы. А затем он едва не смазался в ускорении. Пять минут, и он исчезает в свете звезды.

— Скрылся? Или закончил свой путь? — тихо спросил Никита, с грустью глядя на последний путь Лекса.

— А кто его знает. Переходы уже закрылись, так что все возможно, — не стал ничего выдумывать Расти. — Нам никто не мешает надеяться на лучшее.

— Странно…

— Что странного?

— Я в нашей команде был первый, кто провалился в этот мир. Пил как черт, учился руками владеть, думать новыми стандартами… — Хаммер усмехнулся. — Встретил Виктора, с ним собирал команду. В игры играли все вместе, разношерстная компания: Человек, Хаммер, Ворк и Флора… А затем, мы встретили его в образе чала с брутальной рожей. Представляешь Расти, он выглядел мужчиной, а глаз у самого были как у рыбки аквариумной — пустые-пустые, — Ник снова хмыкнул, но улыбки на его лице уже не было. Расти же слушал спокойно, не перебивая. — Вообще мясо. «Что делать», «А куда идти?», «А как статы раскидать?» — как ребенок. Но живой — причудливый. Все с ним занимались, пытались дать науку жизни. Я его механике учил, Коля стрелять, Виктор учил быть человеком. Эх Времена… — Ник отвернулся от экрана, глубоко вздохнул, сжал губы. — Слап он создал тогда, как — никто не понимал, а он не болтал лишнего. Умнел на глазах… Помню на станцию-призрак залетели, откуда выхода кроме могилы нет, так наш Серый из нее все генераторы скрутил… мародёр. Спас всех, и не заметил. А мы заметили. Тогда же с Виктором посидели и решили, что с нами он должен остаться… Да ты наверно и сам знаешь, как он к себе располагает. Вроде ничего особо не делает, а все равно — комфортно с ним, — Хаммер сморгнул скупую слезу, снова вздохнул полной грудью.

— Так что дальше было? — тихо уточнил пират с экрана.

— Да что там… все было. И радость, и драки. Квест он поймал — Ферзя воскресил и укатил от нас, выполнять его. Мы не говорили, но мы это тяжело перенесли. Виктор в себе замкнулся, Коля нервный стал, Зара… флора одна с нами летала — плакала вечерами. А я словно снова оцифровался, ходил по помещениям и не знал куда себя пристроить. Затем на какой-то планете Виктор встретил Веронику, взял ее к нам, всю такую нескладную, потерянную, одинокую. Молодец он, нашел душу в ее механике, разглядел нашу девчонку… — Ник посмотрел на экран, где рядом с Расти, присела вышеназванная дева. — Вон как поднялась. А все Виктор, да Серый… Он вернулся к нам уже Бруненом — уровня десятого что ли. Лошпед — короче, — Хаммер хмыкнул. — И все стало налаживаться, снова приключения, обучения, жизнь ключом… Я тогда с дури взял квест расовый, и забыл вовремя на станцию прибыть… Попал в немилость к Вархаммеру из-за этого. Хотя ни разу даже ни одного из своих и пальцем не тронул, кроме пиратов, конечно, — Николас снова повернулся в сторону, скрывая заблестевшие глаза. — Затем нас предала Зара, и мир закружился, все в кучу и мир против нас. Отказались в миротворцы идти, и все нас возненавидели. Скрывались, и там уже пути стали расходиться… Затем бой, плен… Я всех подвел… Виктор умер из-за меня! — Хаммер хлопнул по подлокотнику и шмыгнул носом. — Четыре года я себя винил в смерти близких мне друзей. А Коля оказывается семью завел — умнее всех поступил. Верочка вон — против системы вышла, сплотила потерянных Механоидов. А я — просто беглый преступник… Затем случился уже ты…

— И все снова стало налаживаться, — наклонившись, произнесла Вердина.

— Но недолго… — кивнул Ник. — Виктор мертв, Серый скорее всего тоже. Моя раса меня презирает, а вы вдвоем уже нашли себя. Ничего не наладилось…

— Ну, вообще-то после того как вы выступили с Сергеем на общий вид, граждане твоего Вархаммера затребовали вернуть тебе твои права и амнистировать.

Хаммер спокойно поднял все четыре руки и выставил средний палец на каждой.

— Нахер их, со своей амнистией! — процедил он. А в следующую секунду, прямо на экране появилась черная рамка, где в центре он держал свой вызов и тихо шептал вышесказанное. Расти при этом заржал как конь.

— Зацени мемасик! Отправляю! — изображение скрутилось в конвертик и ушло в массовую рассылку.

— Да ты охирел! — едва не подпрыгнул Хаммер! — Расти, что за фигня!

— Остынь, хитрозадый, я отправил все, а не только это. Весь наш разговор уже у твоих братков.

— Никита, не расстраивайся, тебе только на пользу пойдет, — доверительно добавила Вероника. — Да и мы тебя в обиду не дадим. Ты же с нами и всегда будешь нашим другом.

— Верно, — подхватил Расти. — Весь Экстранет к твоим услугам, наследие Бруненов.

— Спасибо ребята. Но, я наверно попробую немного пожить в мире, а уже потом к вам на шею сяду.

— Давай-давай, но сначала встречай вон ту делегацию, что летит по твою душу.

Ник посмотрел на радар и увидел два крейсера Хаммеров, идущих к нему на полном ходу. Улыбнувшись, он взял рукояти штурвала.

— Пусть сначала догонят…

Интермедия 15.

— Ну что же, мир заключен, похоже она была права, — тихо произнес человек с бесцветным лицом, глядя на разворачивающуюся картину по другу сторону монитора, стоя на одном из людских судов.

— Сестра никогда не ошибалась в людях, — ответил приятный мужской голос от второго человека с приятным лицом и чудовищным шрамом на шее. — Правда она немного не учла расходы по времени.

— Это не страшно, главное она завершила свою роль и достигла цели. А значит и я выполню свою часть сделки.

— Стоит ли оно того, Алый? Стоит ли ради простых слов умирать?

— Я не собираюсь умирать! — возмутился человек названный Алым. — Я обещал ей уйти с арены и не более. Я вернусь на Землю, займусь какой-нибудь простой и бесполезной работой. Возможно женюсь, а быть может и детей заведу.

— Ты поэтому не горевал все эти годы? Приучал себя к жизни?

— И тебе следовало бы заниматься тем же. Игра давно осталась позади. Долги розданы. Сейчас настало самое время для новой Реальности, где мы с тобой будем рядовыми пешками, среди тех, кто не боится смерти и гнет свою линию.

— Расти Гранус?

— Верно. Пешка дошла до края доски и стала Королевой. Он прекрасно вписался в назначенную ему роль. И ты бы не мелькал особо перед ним, а то ведь он может и закончить начатое, — человек указал на шрам на шее. Оппонент же застегнул ворот костюма чуть выше.

— Еще одна заслуга Миланы — предупредила и помогла пережить такое покушение… Я буду по ней скучать.

— Не грусти, человек, она не так проста, как тебе кажется. Она наверняка нашла способ, чтобы продлить свое существование, — Алый смахнул с экрана отметки радаров и выделил зависший в космосе новый корабль Николаса Ремонасора. — Если уж ваш Кондаков оставил наследника, то не сомневайся, что и Милана не оставит этот мир без своего пригляда.

— Будем надеяться на это, — ответил тот, кого весь мир знал, как «Красавчика». Алый же одобрительно кивнул бывшему персонажу системы.

— Хватит раскисать, у нас впереди еще много работы. Этот мир сам по себе не измениться, нам многое еще предстоит сделать.

— А не ты ли собирался на пенсию?

— Не на пенсию, а на скучную роль, Президента Земной Федерации, — хитро улыбнулся Алый. — А тебя назначу своим министром.

— Злой ты, Алый, как чеснок.

— И тебе с этим жить…