«Спереди я еще круче!»

Полина подумала, что не до конца проснулась, и крепко зажмурилась, а потом снова открыла глаза. Надпись на спине Ильи, прямо по центру мощной трапециевидной мышцы, осталась той же.

Она еле слышно хмыкнула. Юмор был как раз в духе Шамана. Глянув на мерцавшие в полутьме раннего утра часы, Полина расслабилась: можно было с полчаса понежиться под одеялом, прижавшись к теплой спине Ильи. Который внезапно еще крепче прижал к себе ее ладонь и сонно пробормотал:

– Я набил ее по пьяни… Все никак не сведу.

Полина не сдержалась, и комната наполнилась мелодичным смехом:

– Оставь, мне нравится, – и в подтверждение нежно коснулась губами забавной надписи.

– Ладно… Как ты?

– Да нормально… Хорошо.

Повернувшись к ней лицом, Шаман с сомнением вскинул бровь:

– Хорошо? Прикалываешься?

– Нет… – поморщившись, Полина закусила губу и выдохнула: – Не помню, когда чувствовала себя лучше…

– Женщина, ты меня пугаешь. А… Ну, там всякое… Стоять на первом месте пьедестала под звуки гимна? Наклоняться за золотыми медалями? Не?

Взгляд Пули при упоминании о ее прошлом стал пустым:

– Ненавидела стоять там. Не такой ценой…

– Прости, – поцеловав ее в висок, Шаман зевнул и потянулся: – Последняя рабочая смена в году. Пора вставать…

– Я думала, у нас еще полчаса.

– Увы, но нет…

– Ладно, – откинув одеяло, Полина села. – Что будешь на завтрак?

– Хм… – Илья замолчал на несколько секунд, мысленно взвесив варианты. – Я буду… – он аппетитно облизнулся и потянул ее обратно к себе. – Я буду… Полинку в позе боком…

– Блин… – пропустив все будильники, Андрей недовольно уставился на часы, приближавшиеся к полудню.

В телефоне висели с полдюжины уведомлений от программы-пеленгатора и два сообщения от хакера. Фенрир коротко ответил ему и открыл «шпиона». Удовлетворенно усмехнувшись, он поднялся с кровати и размял мышцы.

Зайдя в ванную комнату, Фенрир долго рассматривал себя в зеркале. Свежие рубцы выделялись розоватыми полосками на загорелом теле. Сбоку на правом бедре укоризненно темнела недобитая татуировка в виде скрещенных пистолетов. Последний раз он был у мастера еще в августе и теперь сомневался, нужно ли доделывать или лучше перебить другим сюжетом.

После контрастного душа и плотного завтрака Андрей засел за ноутбук и несколько часов потратил на ликбез по фармакологии. С трудом продираясь через химические и медицинские термины, он под конец забил в поисковую строку несколько вопросов, в ответах на которые слишком сильно сомневался.

В шесть вечера, когда он приканчивал плотный мясной ужин, снова пришло уведомление с пеленгатора. Фенрир встрепенулся, проверил уровень пробок на дорогах столицы, вызвал такси и раскрыл шкаф.

– Для такого случая одеться нужно соответственно… – Он надел черную рубашку, оставив расстегнутыми верхние две пуговицы, и темно-серый классический костюм. – Хорош…

Накинув поверх пиджака черное полупальто, Андрей спустился на улицу, зашел в аптеку и сел в подъехавшее такси.

Бар с коротким названием «96» на проспекте Мира был одним из немногих увеселительных мест в Москве, куда до сих пор пускали далеко не всех. Секьюрити на входе тщательно осматривали любого потенциального посетителя. Исключение составляли постоянные гости, чьи имена числились в закрытом списке.

Андрей очень надеялся на безалаберность персонала, редко перепроверяющего актуальность списка: его имя туда попало пару лет назад по технической причине, а не из-за частых визитов и объемов выпитого алкоголя.

Он уверенной неторопливой походкой приблизился к высоким стеклянным дверям и как ни в чем не бывало протянул запястье под нос дежурному вышибале. Тот щелкнул сканером и опустил взгляд в смартфон.

«Добрый вечер, Андрей Максимович. Рады снова видеть вас в нашем баре!»

Фенрир довольно кивнул и, сдав пальто в гардероб, спустился в роскошное помещение, выдержанное в ретростиле, с приглушенным освещением, высоким темным потолком и бесшумно передвигающимися официантами. На сцене джаз-бэнд из пяти музыкантов наигрывал медленную мелодию. За широкой барной стойкой переливались теплыми оттенками несколько рядов дорогого элитного алкоголя. Две трети столов были свободны.

Сразу заметив Васильева традиционно в обществе пары шикарных эскортниц, Андрей без лишних телодвижений уверенно прошел к соседнему столу и присел так, чтобы был виден его профиль. Материализовавшийся через полминуты официант быстро принял заказ и, слегка удивившись, удалился, чтобы вернуться с целой бутылкой «Блю Лейбл», ведерком льда, щипцами и одним стаканом. Давыдов-младший расплатился сразу же и, перечислив юноше приятную сумму чаевых, отпустил его.

Спустя всего один глоток от соседнего стола послышался знакомый зычный хмельной голос:

– Андрюха?! Ты, что ли?!!

– О, Егор Сергеич. А я вас не заметил…

Бизнесмен широко улыбнулся и звонко хлопнул по столу, отчего стоявшие на нем бокалы и тарелки звякнули:

– Чего ты там один-то? Подсаживайся! Давай-давай! Отметить надо!

Фенрир бросил короткий взгляд на стол позади Васильева, за которым сидели теперь уже двое телохранителей «Феникса», и, изобразив на лице неловкое сомнение, пересел к бывшему клиенту вместе с алкоголем. Обе девушки с интересом и легкой досадой оглядели Андрея.

– Угощаю, – хмыкнул он, придвинув к уже откупоренному вину дорогой виски.

– Слышал, что со мной приключилось? – кивнул Васильев.

– Слышал, Егор Сергеич. И видел…

– Парнишку вашего жалко, слов нет. Хороший был, профессионал. Но один против толпы ебанатов, конечно, не выстоял… Теперь вот с двумя хожу, – он двинул головой в сторону телохранителей.

– Понимаю, – Андрей поморщился, отпив из своего стакана. – Ну, хорошо, что вы живы остались.

– Прям хоть второй день рождения отмечай! – хохотнул Егор Сергеевич. – А ты сам как? Чем промышляешь-то?

– Да я пока еще переучиваюсь…

– Хорош темнить, Андрюха!

– В спецподразделение ушел.

Васильев с подозрением прищурился:

– Армейское? Или частное?..

– То самое… – красноречиво моргнув, Андрей ушел от прямого ответа.

– И надо оно тебе…

– Хочу двигаться дальше.

– Ясно… Ну, будем здоровы! – бизнесмен поднял бокал с виски в воздух и звонко чокнулся с Фенриром.

– Здоровы и счастливы, – тот сделал пару глотков и добродушно улыбнулся.

Разговор плавно перетекал от темы к теме. Эскортницы незаметно сдерживали зевки от скуки, но Васильев будто напрочь забыл об их присутствии и продолжал увлеченно общаться с Андреем, который охотно задавал все новые вопросы, удивлялся ответам и аккуратно подливал себе и Егору Сергеевичу виски, не забывая подкидывать в стаканы лед.

Спустя полчаса на лбу Васильева выступила испарина, он оттянул галстук и несколько раз тяжело выдохнул.

– Все в порядке? – озабоченно поинтересовался Андрей.

– Да вроде… Как-то душновато, что ли. Не пойму… – бизнесмен даже в приглушенном свете бара заметно побледнел и попытался снять пиджак, но тут же резко скривился от жгучей боли в груди. – Да что ж это…

Охранники мгновенно поднялись из-за стола и приблизились к клиенту.

– Что-то дурно мне, хлопцы… – Васильев закрыл глаза и хрипло застонал. – Сердце шпарит… Звоните…

Появившийся рядом администратор бара попытался уточнить причину переполоха, но его мгновенно прервали с просьбой вызвать скорую. Егора Сергеевича быстро уложили на пол, замерили пульс и давление.

– Как бы не инфаркт, – встревоженно произнес Андрей. – А давление высокое?

Телохранитель кивнул, подложив Васильеву под голову сложенный пиджак.

– Значит, нужен нитроглицерин.

– Есть… У меня… – пробормотал из последних сил бизнесмен. – В кармане… в рубашке…

– Может, лучше скорую дождаться?

– А если… задержатся… Не… Надо сразу… – Васильев дрожащей рукой вытащил блистер и закинул таблетку под язык.

Через пару минут к нему вроде бы вернулся здоровый цвет лица, а давление снизилось, и Васильев даже попытался присесть. Андрей и взволнованные эскортницы с облегчением выдохнули и начали юморить. Но еще через несколько минут бизнесмен покачнулся и с трудом ухватился за ножку стола. Снова измерив давление, агенты с удивлением заметили, что оно продолжало снижаться, приближаясь к опасным значениям.

– Голова… кружится… Что-то совсем… не так…

В бар быстрым шагом вошла бригада скорой помощи. Пока фельдшеры раскладывали свои датчики и препараты, Андрей поднялся из-за стола и продолжал смотреть на слабевшего Васильева. Тот в свою очередь уставился на Фенрира, в чьих глазах перестала отражаться тревога, уступившая место чему-то похожему на… злорадное удовлетворение.

Васильев, теряя связь с реальностью, что-то попытался промычать, дернул рукой в сторону Андрея, со страхом глазея то на врачей, то на агентов, но никто не понял его метаний. Давление продолжало снижаться с необычайной скоростью. На вопросы медиков, какие препараты принимал Васильев в течение дня, он не смог внятно ответить: язык еле ворочался, во рту пересохло, а зубы судорожно стучали…

– А… Ан… Да… – Васильев беспомощно скулил, но в итоге все же лишился сознания.

– Охренеть… – прошептал Фенрир, когда спустя четверть часа и безрезультатные манипуляции врачей было зафиксировано время смерти.

– Привет, старая гвардия, – Морок в приподнятом настроении заглянул в офисную кухню «Феникса», где с вечерней порцией кофе маячили Макс, Лера и Сатир. – Вы тут ночуете, что ли? По какому поводу у нас сбор?

– Сейчас Санта придет, и я скажу, – тихо ответила Лера.

– Пока он идет, я тоже кое-что хочу сказать, – Денис загадочно глянул на друзей.

– Ты никак женился? – хохотнул Сатир.

– Только после тебя, – парировал Морок. – На Влада снизошло вдохновение, и он впервые за три года отпустил меня на каникулы. Аж до седьмого. И раз уж Санька улетел в Рим, я решил расслабиться.

– Внезапно! – усмехнулся Макс. – Это и есть твоя таинственная новость?

– Не совсем. Я снял коттедж на выезде из Москвы. И хочу там как следует напиться в компании старых друзей, – Морок улыбнулся и оглядел присутствующих. – Хватит вам тухлить.

– О-о-о! Я в деле! – Сатир задорно хлопнул Дениса по плечу.

– Собственно… Почему бы и… да! – Макс, жаждавший наконец-то отключить голову и абстрагироваться от своих проблем, кивнул.

Морок вопросительно посмотрел на Леру, но та медленно качнула головой, не глядя ни на кого из присутствующих.

– Я пас…

– Блин, Лерка, хорош, а? – Константин шутливо ткнул ее пальцем в бок.

– А вот и я! Извините, спасал чужие миллионы… – зевнув, вошел Санта. – Что за новости?

– Да вот, зову всех за город на Новый год, – Денис пожал протянутую руку. – Вы как?

– Блин, круто. Но мы улетаем завтра в Сочи. Предупредил бы заранее…

– Я сам узнал о своих каникулах вчера утром.

– Скай выяснил, что случилось с Аней и Арчи, – мертвым голосом прервала дружескую болтовню Пики.

Все четверо резко повернулись в ее сторону и замерли.

– Я была близка к истине… Но опоздала на несколько лет, – безуспешно сдерживая всхлипывания, она продолжила: – Они действительно попали в картель и вынуждены были работать на одного из влиятельных боссов бразильской мафии. Точнее… работал в основном Арчи. Аня была скорее гарантией его подчинения, – Лера отставила пустую кружку дрожащей рукой. – Через два года она умерла от желтой лихорадки. И Арчи… Арчи…

Мужчины хмуро переглянулись, сдвинув брови и наморщив лбы.

– Арчи пустил себе пулю в сонную артерию…

Воцарилась гробовая тишина.

«Молчи. Молчи!» – и все же Денис проиграл битву самому себе:

– Это было… ожидаемо.

– Мы могли бы их найти! Если бы приложили чуть больше усилий тогда.

– Теперь уже без разницы.

Пики вскинулась:

– Ты себя вообще слышишь?!

– Вполне. Теперь уже без разницы, – угрожающе повторил Морок.

– А ты не думаешь, что, если бы мы их вернули, в твоей жизни все сложилось бы иначе?! Алиса бы не сломалась и никуда бы не улетела! И ты не стал бы вдовцом!

– БЫ.

– Что?

– Одна маленькая проблема в твоей гениальной схеме: БЫ. Извини, но я не собираюсь убиваться по сослагательному наклонению, – не сдержавшись, Денис почти швырнул кружку в мойку, где она пронзительно звякнула. – Давай, накинь на меня еще парочку крестов, которые я и так тащу на себе изо дня в день.

– Я не…

– Что?! На моих руках и так кровь тысячи человек. На моей совести смерть Джокера, Сокола, Алисы, Арчи, Ани, твой выкидыш. Не переживай, мой котел в аду будет самым глубоким.

Сатир и Макс переглянулись, Свят закатил глаза. Лера растерянно уставилась на Дениса, ее нижняя губа дрожала, а по щекам медленно текли слезы.

– И все же я планирую всласть надышаться лесным воздухом, напиться алкоголя и отоспаться. Поторчать у костра и отметить этот чертов Новый год в компании друзей. Но натыкаться каждые десять минут на твой мертвый взгляд не намерен. Сиди дома в обнимку со своим гребаным котом, напивайся в блаженном одиночестве и убивайся дальше по прошлому, которое нельзя переиграть. А я заебался! – Морок со всей силы ударил кулаком по стене. – Заебался существовать в режиме зомби! Заебался терзать себя чувством вины, потому что продолжаю жить, когда все умерли!

– Да как ты…

– Вот так! Ты не выбирала выражения несколько дней назад! Почему я должен?! Ты мне ОЧЕНЬ дорога! Я тебя ОЧЕНЬ люблю! Но я больше не намерен окунаться во все это блядское болото!

В затянувшейся паузе все старались смотреть куда угодно, только не друг на друга. В итоге Денис снова нарушил молчание, совершенно спокойно спросив у Макса:

– Скай вернулся?

– Прилетает утром тридцать первого…

– Хорошо. Напишу ему. Может, тоже захочет к нам присоединиться. Из города стартуем около полудня. С вас вискарь и мясо. Адрес всем пришлю.

Бросив короткий взгляд на вконец поникшую Леру, он вышел из кухни, так и не попрощавшись.

– Пупсик… – Сатир приобнял ее за плечи. – Нам всем тяжело. И жаль, что так все вышло… По Шерманам не ты одна скучаешь. Но вообще-то Дэн прав. Нет, он, конечно, не должен был орать на тебя. Но суть-то…

– Отвали, – Пики скинула его руку и тоже стремительно вышла.

– Вот и поговорили, – хмыкнул Санта без капли веселья.

– По-моему, ты пережестил, – застряв в вечерней пробке, Макс набрал номер Морока.

– Я сделал это намеренно, – устало ответил тот.

– В смысле?

– Чтобы до нее уже дошло…

– Если ты всегда так в любви признаешься, то мне жаль твоих женщин, – Макс тихо рассмеялся, не удержавшись от колкости.

– Да пошел ты, – в динамиках раздался ответный смешок.

– Ладно, будем надеяться, провокативная психология поможет лучше, чем романтические ужины.

– Макс, договоришься…

– И что ты мне сделаешь, бородатый? Не пустишь в новогодний теремок?

– Ткну башкой в сугроб.

– Это я и сам люблю!

– Зови Андрея, может, он согласится с нами отметить?

– Сомневаюсь…

– В Новый год нужно мириться.

– М-м-м… Вот значит, чем вы с Лерой на кухне занимались? – На дисплее, словно по волшебству, высветился ее номер. Макс удивленно вскинул брови: – Блин, она мне звонит…

– Ответь. До встречи, – Морок отключился.

– Лера?

– У нас ЧП, – голос Пики звучал так жестко, будто она не плакала полчаса назад над погибшими друзьями.

– Что случилось?

– Васильев умер. Ларионов уже поехал на место.

– Умер? Убили? Или что? – Макс от неожиданности чуть не врезался в бампер впередистоящей машины.

– Инфаркт. Но это не все.

– Говори…

– Там был Андрей.