После предыдущей бессонной ночи Лера была уверена, что мгновенно уснет, тем более рядом с Димой, который после душа сгреб ее в охапку и уже через минуту отключился. Но сна не было ни в одном глазу. В свете ночника она начала вглядываться в его руки. На одном запястье мелкими цифрами было выбито много дат. На втором – крупно всего одна. Лера провела по ним пальцами и скорее почувствовала, чем разглядела тонкие, еле заметные шрамы.

Мысль о том, что он мог когда-то резать вены, не укладывалась в голове: «Дима? Самоубийца?» Она была почти уверена, что крупная дата была связана именно с этим. Четыре года назад. Лера попыталась вспомнить, что с ней самой было в то время. Тогда она еще была со Стасом. До первого их разрыва. Еще счастлива в неведении. Еще не беременна впервые и не обессилена.

Отогнав от себя воспоминания, Лера закрыла глаза и плотнее прижалась к Соколу, словно искала у него защиту от дурацких мыслей. Он сонно уткнулся носом в ее волосы и натянул повыше одеяло.

* * *

– Дим…

– М-м-м… Блин! Сколько времени?!

– Тише. Семь утра.

– Я уже подумал, что снова проспал. А… Почему… – Дима пытался проморгаться и спросонок никак не мог понять, зачем Лера его разбудила.

– Ты говорил во сне.

– Я? О чем?

Лера повернулась к нему лицом:

– О том, что виноват. И о какой-то Карине.

– Ясно…

Она продолжала смотреть на него в тусклом свете весеннего утра.

– Расскажешь?

Дима с неохотой потер глаза:

– Я опоздал. Затусил с друзьями после тренировки и не встретил вовремя младшую сестру после музыкалки. Она ждала меня на остановке. Ее затащили в машину. И дальше все было фатально.

– Карина – твоя сестра?

– Да.

Лера напряженно сглотнула:

– Мне жаль… Это из-за нее ты?.. – Она коснулась его запястья.

– Ну… И из-за нее тоже… Но больше по дурости. Я уже смирился.

Лера обняла Сокола за шею и вдохнула запах его кожи. Солоноватый, с примесью древесной коры.

– Все нормально. Правда. – Он прижал ее к себе, пытаясь прогнать отголоски кошмара.

– Да я сама иногда во сне говорю…

– О ком?

Лера вздохнула:

– Много о ком… Пару лет назад я с разницей в полгода потеряла двух друзей. До этого у меня был выкидыш. И теперь еще малыш… Иногда кажется, что я насквозь состою из потерь… Пытаюсь смириться… Но пока что сложно.

– Все наладится. Уедешь из страны, прочистишь мозг и… начнешь с нуля. – Правда, Дима слабо представлял, что будет с ним, если Лера действительно улетит. Снова ехать в аэропорт… Провожать… – Или ты еще не решила окончательно?

– Решила. Тут Стас меня точно достанет.

Сокол подумал, что было бы неплохо пристрелить Багрянцева, чтобы тот не лишил его призрачной возможности быть с Лерой. С другой стороны, впереди суд, Денис еще занимался ее заказом на документы… Было время что-то изменить…

* * *

Морок зашел в раздевалку и уперся взглядом в Диму, стоявшего напротив своего шкафа в одном полотенце и натягивавшего на себя белую футболку.

– Судя по тому, что ты третий день подряд ходишь в одной и той же гребаной черной майке, я подозреваю, что ночевал ты все-таки тут.

– Давно зрение проверял, брат?

– Это что? – Денис ткнул пальцем в лежавшую на нижней полке майку.

Дима вздохнул и с улыбкой покачал головой:

– Чертов капитан Коломбо. Да. Я ночевал здесь. Извини, Дэн. Я прекрасно помню твои слова. И ты, конечно, вправе снова наорать на меня или лишить денег до конца года. Или еще что-то. Но я влип. Она мне нравится. До одури. Так что мне плевать.

Денис резко открыл свой шкаф и закинул внутрь сумку:

– Сокол, дело твое. Но она ведь уедет. И судя по скорости работы Волохова, уже через пару недель.

– За пару недель многое может измениться.

– Я надеюсь, твой воспаленный любовью мозг не толкнет тебя на убийство Багрянцева.

– А вдруг он смирится и отстанет от нее?

– А вдруг Земля не шар, а кубик?

Дима сел на скамейку и уставился в одну точку:

– Не знаю…

Денис похлопал его по плечу и ушел в спортзал.

* * *

Два дня спустя

– У меня отличная новость! – Оля поставила перед сонным Вовой большую тарелку с омлетом.

– Ты наколдовала себе сменщицу?

– Бли-и-ин! Как ты узнал?!

Вова рассмеялся и притянул ее к себе:

– Я просто угадал. И очень рад. Наконец-то ты сможешь выдохнуть.

– Поэтому теперь у меня встречный вопрос: ты сам-то собираешься устроить себе пару выходных дней?

– Не уверен.

– Ясно…

– Заяц, прости. У нас со следующей недели пятеро новых человек в команде. И мне нужно их спешно натаскать… – Вова еще крепче обнял погрустневшую Олю. – Обещаю, к лету постараюсь разгрузиться. И мы с тобой на несколько дней куда-нибудь уедем. Вдвоем. Без срочных звонков и ночных вызовов. Потерпишь немного?

Оля расслабилась и кивнула:

– Конечно, я потерплю… До лета. До осени или зимы…

– Не расстраивайся, пожалуйста.

– Я ни капли не расстроена. И готова потерпеть. – Она легко поцеловала Вову в губы. – Вообще плевать, сколько придется ждать… Мне достаточно тебя самого…

– Кажется, я сегодня опоздаю… – Забыв про омлет, Вова увлек смеющуюся Олю обратно в спальню.

* * *

– Ты знал?! Дэн подарил Алисе колечко! – Аня так внезапно зашла на кухню, что Арчи вздрогнул от неожиданности и чуть не выронил брелок от машины.

Он повернулся к ней и насупился:

– Обязательно так подкрадываться?

– Извини…

– Нет, не знал. Дэн сейчас вообще о личном не говорит, слишком много рабочих вопросов.

Аня посмотрела в пол и грустно улыбнулась:

– Понимаю… Но я очень рада за них…

– Я тоже. Он всегда искал девушку на всю жизнь.

– М-м-м…

Арчи усмехнулся, глядя, как Аня забавно переживала известие о помолвке лучшей подруги.

– Подумаешь, одно колечко.

Аня с негодованием посмотрела на него:

– Ну это же… Они же…

– По-моему, четыре колечка – намного лучше.

– Арчи… Дело же не в количестве, – она запнулась. – В смысле, четыре колечка?

Он еле сдерживал смех:

– Иди сюда. – Схватив Аню за руку, он обнял ее сзади и подвел к окну: – Смотри, какие классные. Четыре колечка. – Арчи нажал на брелок, и со двора им задорно подмигнула черная «Ауди А5» с алым бантом на капоте. Аня открыла рот и зависла. – Или так себе?

– Что-о-о?! Это что?!

Он молча вложил ей в ладонь брелок и с громким выдохом поцеловал в висок:

– Это тебе.

Аня завизжала от восторга и бросилась на шею Арчи, забыв о его недавнем ранении.

– Ауч…

– Ой… Прости… Ты с ума сошел!!!

– По тебе…

– Арчи!

– Да, кошечка.

– Арчи… – Глаза Ани наполнились слезами.

– Что?..

Она уткнулась лицом в его ключицу и всхлипнула:

– Мой супергерой… Спасибо.

Кельт довольно усмехнулся и крепко обнял ее:

– Все для тебя, кошечка.

– Люблю тебя. Люблю. Люблю. Целиком, полностью, без остатка.

– М-м-м… И я тебя. Моя кошечка. Моя без остатка.

Аня подняла голову, стерла с лица слезы и прижалась к нему в нежном поцелуе.

– Арчи…

– М-м-м… Соленая…

– Я люблю тебя…

Он улыбнулся и скользнул языком по ее губам. Аня потащила вверх его футболку.

– Я опаздываю…

– Я тоже… – Она толкнула Арчи на стул и села сверху.

– Дэн нас убьет…

– Ну и пусть…

Он раздел Аню и, обняв ее, освободился от джинсов.

– Моя соленая кошечка…

* * *

Морок с легким раздражением сжимал и разжимал пальцы. Автомобильные перчатки противно поскрипывали. С неприятным удивлением он начинал понимать вечно напряженное настроение Алексея. В «Фобосе» у него в подчинении было полсотни таких раздолбаев. А Денис уже не справлялся с пятнадцатью. Арчи и Вова практически одновременно влетели в офис с опозданием.

– Дэн, извини!

– Где костюм?

– В шкафу. Все, понял. Две минуты. – Вова скрылся в раздевалке.

– Арчи, ты за старшего. Мы уже опаздываем в суд.

– Ты собрался жениться и ничего нам не сказал?

Денис недовольно повел бровью и встал:

– Потом поговорим.

Лера маячила на кухне бледная как смерть.

– Тебе дурно?

– Очень.

Морок протянул ей таблетку в блестящей упаковке.

– Что это?

– Против дурноты. Притупляет нервозность, но не влияет на концентрацию и внимание. – Денис не стал вдаваться в подробности своего знакомства с препаратами, предназначенными для солдат перед стартом военных действий.

– Это не наркотик?

– Нет.

Лера вскрыла упаковку, закинула таблетку в рот и запила водой.

– Пойдем.

– Вы с Вовой будете вдвоем?

Денис, не оборачиваясь, закатил глаза и вздохнул:

– После заседания нас будет больше. На всякий случай. Да. Дима тоже будет. Если тебя интересовало именно это. – Он не мог отрицать, что испытывал напряжение из-за связи между Соколом и Лерой. Но и расставить их по углам, словно школьников, тоже не мог. – Садись сзади.

– Хорошо.

Через несколько минут Лера действительно почувствовала, как напряжение ее отпустило. Зато концентрация стала зашкаливающей. Казалось, будто она смотрела в прицел. Цвета стали приглушенными, звуки – четкими, движения вокруг – заметными и как будто предсказуемыми.

– Что ты мне дал? Я словно в компьютерной игре.

Морок рассмеялся:

– Красную таблетку.

* * *

В здание суда Лера вошла между Денисом и Вовой. Волохов был уже на месте, как и Стас с двумя адвокатами.

– Опаздываете. Хотя и наше заседание задерживается.

– Привет… – Лера с опаской озиралась по сторонам.

– Нервничаешь?

– Не особо. Хотя, конечно, переживаю насчет результатов экспертизы.

Даниил был спокоен и позитивен, хотя не ухмылялся так откровенно, как стоявший дальше по коридору Стас. Лера шепнула Волохову:

– Его настрой меня пугает. Почему он такой довольный?

Даниил наклонился к ее уху и ответил:

– Думает, что умеет незаметно мухлевать.

Лера попыталась не показать удивления, но все же нахмурилась:

– Он подкупил комиссию?

– Не переживай, у меня все под контролем.

К Волохову подошел помощник и что-то тоже тихо прошептал. Лера отвернулась и неловко врезалась лбом в плечо Вовы.

– Ой.

Тот улыбнулся и мягко придержал ее за локоть:

– Совсем потерялась в пространстве?

– Чувствую себя Алисой.

Денис услышал имя и удивленно прищурился:

– Алисой?

– В Стране Чудес.

– А… Ты про это.

– А ты про что?

Вова тихо ответил вместо него:

– Его фею зовут Алиса.

– О… Ясно. Единственная, с кем я так и не познакомилась.

– Ну… Все впереди.

– Или нет, – процедил Денис и, отойдя от них, продолжил внимательно сканировать пространство, не выпуская из виду Багрянцева.

– Я раздражаю его, да?

– Очень.

– Недолго осталось…

Вова с сомнением посмотрел на Леру:

– Ты все же уедешь?

– Надеюсь.

– А Сокол?

– Не знаю… Видимо, к тридцати годам я так и не научилась жить без проблем и сложных решений.

– Вы оба – взрослые люди, знали, на что шли.

Лера зажмурилась и уперлась лбом в стену:

– Молчи…

– Все, шоу начинается. Нас приглашают. – Волохов кивнул помощнику, Лере и агентам «Феникса».

* * *

Даниил внимательно следил за реакцией Стаса на выступление психиатра. За пару дней до суда он связался с Денисом и попросил, чтобы кто-нибудь из отдела информационной безопасности проверил телефонные звонки и банковские счета Багрянцева, представителей комиссии и заведующего отделением судебно-психиатрической медицины.

Накануне поздно вечером Волохов с полученной информацией приехал к эксперту, который должен был выступить в суде с результатами обследования Леры. И сейчас немного заикавшийся от волнения психиатр очень уклончиво отвечал на вопросы судьи, не давая четкого ответа, нуждалась ли Лера в опекуне или она была вполне здорова и дееспособна.

Стас хмурился, но успешно скрывал удивление и возраставшее с каждой минутой раздражение. Даниил идеально копировал его выражение лица, ничем не выдавая истинные эмоции. Лера напряженно следила за психиатром. Под действием волшебной таблетки она замечала каждое нервное подергивание мышц на его лице и чувствовала, что он пытался извернуться, словно угорь. Позади сидели Денис и Вова. Первый следил исключительно за Стасом, второй – за всеми остальными.

– В конечном итоге мы констатируем у пациентки наличие явных признаков депрессии, но на основании полученных результатов анализов и других обследований не имеем достаточно доводов для постановки диагноза биполярного или каких-либо иных видов расстройства личности. И… соответственно… не видим оснований для… для назначения опекунства и размещения в специализированном медицинском учреждении…

Стас смотрел на него с каменным лицом. Судья отпустила эксперта и дала слово Волохову. Тот вызвал Леру и нажал на кнопку пульта, чтобы продемонстрировать некоторые отрывки записи экспертизы и получить комментарии от самой Леры.

Тут даже Денис отвлекся от наблюдений за противником и едва не уронил челюсть. На видео внешне спокойная Лера без зашкаливающих эмоций рассказывала о том, как Стас вынудил ее уволиться и по какой причине. О том, как он отреагировал на смерть их новорожденного сына, жестко игнорировал ее эмоции, швырнул бутылку, осколок которой поранил ее ногу, и требовал новую беременность в качестве извинений за смерть первенца.

– Ваша честь, думаю, теперь всем стало немного понятнее, откуда у моей подзащитной могли возникнуть, как сказал эксперт, явные признаки депрессии.

Судья выразительно посмотрела на Стаса и предоставила слово ему и его адвокату. Стас, конечно же, не мог упустить свой звездный час и крайне убедительно прокомментировал каждый из своих поступков. По его словам, работа и должность Леры негативно влияли на ее эмоциональное состояние во время беременности, поэтому он и принудил ее уволиться. Он сам очень болезненно переносил потерю сына, потому что давно мечтал о большой семье, рано оставшись без матери и не имея возможности наладить отношения с вечно занятым отцом.

Волохов слушал сладкие речи Стаса с приподнятой бровью.

– Даниил.

– М-м-м?

В шаге от истерики Лера прошептала ему:

– Стас – бывший наркоман. В юности он лечился от зависимости. И до недавнего времени продолжал посещать клинику, когда чувствовал, что теряет над собой контроль.

– Я в курсе.

Лера замерла от неожиданности:

– Как? Откуда?

– Я знаю все про своих противников.

– Но… Почему тогда… Мы же могли бы…

Судья сделала строгое замечание, и Лера умолкла. Волохов сжал ее холодную ладонь и хитро подмигнул.

– …к тому же, из назначенных четырех свиданий мы были только на двух. – Стас выразительно посмотрел на Леру. В этот момент его глаза не выражали ничего, кроме бесконечной любви и сожаления.

Она чуть не рассмеялась, подумав, что Стас мог бы стать оскароносным актером, и изобразила на лице его привычную гримасу безразличия и циничной скуки.

После небольшого перерыва судья вернулась в зал заседаний и сообщила, что не видит оснований для оставшихся свиданий и для признания Леры недееспособной, поэтому в течение десяти рабочих дней стороны слушания получат свидетельство о расторжении брака.

– Уходим, – тихо произнес Волохов. – Все эмоции потом.

Лера быстро встала и под прикрытием «Феникса» вышла из зала вслед за Даниилом. Она была настолько шокирована произошедшим, что не нашла в себе сил даже обернуться на Стаса. На улице было солнечно и уже по-настоящему тепло. Перед входом в здание суда почему-то образовалась плотная толпа людей, которая задержала выходивших.

– Черт. Где Сокол и Арчи? – Денис с высоты почти двухметрового роста беспрепятственно оглядывался, но нигде не наблюдал черные «Гелендвагены».

– Написали, что почти на месте, – ответил Мастер.

Действие таблетки плавно заканчивалось, и Лера внезапно ощутила нахлынувшую в толпе панику и последовавшую за ней нехватку кислорода. Обернувшись, она заметила Стаса, явно желавшего добраться до нее. Лера попятилась, но, когда между ними оставалось около метра, перед ней возникла спасительная спина Димы. На Леру вновь хищно уставился сокол, выглядывавший из-под воротника белой рубашки и лацканов черного пиджака.

– Не в мою смену, дружок. – Дима закрыл собой Леру, встретившись лицом к лицу с уже тянувшим к ней руку разъяренным Стасом.

Серо-карие и серо-зеленые глаза с полминуты враждебно изучали друг друга.

– Это не финал, – процедил Багрянцев.

Морок затащил почти потерявшую сознание Леру в машину Арчи. Тот отъехал одновременно с Вовой, а Денис вместе с Волоховым подошли к Соколу и Стасу.

– Боюсь, что все же финал, – улыбнулся Даниил.

– Мы еще посмотрим. – Стаса совершенно не трогало единоличное противостояние троим мужчинам. Он шагнул вперед мимо них и сел в подъехавший служебный «Мерседес».

– Непрошибаемый, – цокнул языком Сокол.

– Где вы, черт возьми, застряли?

– Нас дважды останавливала полиция.

Денис проследил за машиной Багрянцева:

– Ладно. Валим. Нужно догнать Кельта и Мастера.

* * *

Арчи молча протянул Лере бутылку ледяной воды.

– Спасибо. – Она сделала несколько больших глотков, поперхнулась, с трудом откашлялась и без сил рухнула на сиденье.

– Нет, тебе лучше сесть.

– Ладно… – Лера приподнялась и защелкнула ремень безопасности.

Это было крайне вовремя, потому что на следующем перекрестке в них почти врезался автомобиль без номеров. Арчи успел нажать на газ, и удар пришелся в задний правый угол бампера.

– Когда он уже наиграется?!

– Никогда…

– Вечеринка, это Кельт. На нас пытаются наехать.

– Кельт, это Морок. Принял, догоняем.

Арчи безостановочно оглядывался и через пару минут насчитал уже пять хвостов.

– Они разорят нас на бамперах!

Лера сидела с закрытыми глазами и чувствовала, как падает в бездонную кроличью нору. Эмоции вновь отступили, оставив в ее голове звенящую пустоту. И даже уже знакомый звук прикручивания глушителя к пистолету не всколыхнул в Лере ни одну душевную струну. Снова стрельба по колесам. Снова резкие смены направлений. Снова и снова трещала по швам ее тонкая ментальная броня.

* * *

– Лер.

– М-м-м…

– Все закончилось.

Услышав голос Сокола, Лера открыла глаза и поняла, что сидит в машине на незнакомой подземной парковке.

– Где мы?

– Избавились от хвостов и решили везти тебя не в «Феникс», а в… Ну, в общем, ко мне.

– К тебе? Это безопаснее, чем в «Фениксе»?

– Это не так предсказуемо.

– Мы вдвоем?

– Снаружи еще кто-нибудь будет дежурить. Чуть позже подъедет на менее заметной тачке. Ты как?

– Ужасно. Денис дал мне какую-то дрянь. Сначала я перестала нервничать и вообще что-либо чувствовать, а потом меня накрыло вдвойне.

Дима усмехнулся:

– Денис – идиот. Дозировка одной капсулы рассчитана на вес крупного мужика. Потерпи, скоро отпустит.

Лера вышла из машины и покачнулась от головокружения.

– Тише… Давай помогу. – Дима закрыл «Гелендваген», обнял ее и медленно повел к лифту.