Беглянка, преодолев боль, поднялась на ноги, но Андрей оказался шустрее и, сделав резкий кувырок, преградил ей путь к лестнице.

– Остановись!

Глаза в узкой прорези маски насмешливо закатились, и девушка приготовилась к драке, приняв удобную стойку. Фенрир цокнул языком и, заблаговременно задрав рукав с татуировкой куар-кода, пошел в атаку, стараясь зажать противницу у двери на крышу, чтобы выдавить ее туда и лишить возможности скрыться.

Женские кулаки, локти и колени били по нему скорее своей остротой, а не мощью, но Андрей умело выворачивался, не давая наемнице попасть по болевым точкам. Наконец ему удалось ухватить ее за гладкую куртку и ударить по замку запястьем. Дверь звонко щелкнула, и они оба вывалились на крышу, занесенную тонким слоем мокрого снега.

Девушка с упорством сумасшедшей вырвалась из пальцев Фенрира и отскочила на безопасное расстояние.

– Хватит! – снова рыкнул он, бросаясь вдогонку за ней. – Отсюда некуда бежать!

Внезапно она рванула ему навстречу и, оттолкнувшись, прыгнула, выставив ногу вперед, чтобы опрокинуть Андрея обратно в снег. Тот в последний момент ухватил ее за лодыжку, но заблокировать удар целиком не успел. Глухо простонав, он рухнул на спину, но утащил девушку следом за собой. Они, вцепившись друг в друга, покатились по слякоти.

Как бы Фенрир ни старался, противнице удавалось выскальзывать из его хватки и продолжать драку. В какой-то момент она так ловко извернулась, что попала коленом в его солнечное сплетение и заставила закашляться.

– Сука… – просипел Андрей, вскочив на ноги и устремившись за ней.

Дернув еще пару дверей, оказавшихся заблокированными, беглянка дала ему драгоценные секунды на сокращение дистанции. И вот уже Фенрир коснулся пальцами ее затылка, но в кулаке остался только плотный подшлемник, а в свете сигнальных фонарей обжигающим пламенем сверкнула густая копна длинных рыжих локонов.

Наемница, оттолкнувшись ногами от металлических конструкций, взлетела вверх, на прощание повернулась лицом к Андрею, победоносно усмехнулась и выставила средний палец.

Тот успел пробежать несколько метров и, не веря глазам, прошептал:

– Злата?..

Уже падая вниз с небоскреба, рыжая дернула куртку, и над ней раскрылся темный прямоугольник купола парашюта.

– Тварь! – бессильно проорал Андрей, но тут же вспомнил о задании и затараторил: – Сатир, смотри вверх и стреляй!

– Ох еба… – раздалось в наушнике.

– Не упустить цель! – проорал снайпер, всматриваясь в темное небо. – Кто увидит парашют, сигнальте и стреляйте в туловище! Шокерами! Не пробейте купол!

Судорожно вздохнув, Полина, находившаяся дальше всех от «Царь-Башни», отложила пистолет, вскинула вместо него винтовку и прицелилась. Темное пятно беглеца стремительно неслось вниз, приближаясь к освещенным изнутри этажам небоскреба.

– Я вижу цель… – Пуля задержала дыхание, отсчитывая секунды и удары пульса.

– Жги, – хрипло хмыкнул Сатир.

Как только человеческая фигура оказалась ясно различима на фоне офисов, Полина нажала на курок, и «Сумрак» с минимальной отдачей подчинился ей. Черный силуэт дернулся, безвольно повиснув на стропах парашюта.

– Готово… – только сейчас Полина заметила в прицеле, что беглец был девушкой с развевавшимися на ветру длинными волосами.

– Окружение, поймать летуна! Не дайте ему расшибить башку! Берем живьем!

Отряд, пытаясь предугадать траекторию падения оглушенного объекта, бросился в сторону лабиринта. Сатир, матерясь на бегу, несся впереди остальных.

– Дежурные у тачек! Не спать!

Одновременно с Черномором они перемахнули обратно к точке старта, уже слыша шелест парашюта.

– Ловлю!

– Правее!

Сталкивая друг друга с ног, они повалились на землю под тяжестью тела объекта. Всех троих накрыло ледяной тканью. Через несколько секунд весь отряд уже был на месте. Запыхавшийся Андрей, несшийся с крыши вниз на лифте, выбежал с парковки и на свистящем выдохе согнулся пополам, уперев ладони в колени. Сверху из-за ограды лабиринта показалась нервная Полина. Спустя полминуты рядом с ней замаячила напряженная Лера:

– Ну?

Илья, Саид и двое солдат помогли убрать парашют, под которым, чертыхаясь, резали ножами запутавшиеся стропы Сатир и Черномор, придавивший Злату коленом в спину.

– Сучку не теряли? – усмехнулся Матвей, грубо схватив в кулак рыжие волосы только-только начавшей приходить в себя наемницы.

Она болезненно застонала и, неловко двигая плохо слушавшимися руками, попыталась высвободиться. Но против двухметрового бугая оказалась бессильна.

– Теряли, – буркнул Андрей и защелкнул на тонком девичьем запястье наручник.

Злата всхлипнула и отчаянно дернулась, но взбешенный Фенрир рванул ее на себя, забыв о хватке Черномора.

– Эй, – тот вовремя отпустил ее волосы, не дав лишиться скальпа. – Где твои джентльменские повадки, волчонок?

Полина продолжала с ужасом наблюдать за расправой с незнакомой ей девушкой, сильно сомневаясь в правильности своих действий. Она часто моргала и дышала поверхностно.

– Экхм, – Лера попыталась привлечь ее внимание.

– Да? – Пуля резко повернулась и чуть не выронила винтовку из дрожащих рук.

– Ты молодец, – Пики уверенно положила ладонь на ее плечо. – Эта… девушка сегодня в третий раз пыталась меня убить. До этого я вообще спаслась чудом. Иначе не скажешь.

– Ясно… А вы ее?..

– Мы ее допросим. Нужно узнать, кто заказчик.

– А потом?

Лера поежилась на ветру и неопределенно пожала плечами:

– Все будет зависеть от ее ответов.

Но мысленно она уже знала, что рыжеволосая наемница к утру будет мертва.

– Но вы ее все равно не отпустите просто так, да? – Полина угадала ход мыслей Леры.

– А ты отпустила бы? – та демонстративно вскинула бровь. – Пойдем. Нужно уезжать.

Вдвоем они вошли на парковку. Лера протянула Полине брелок от «Гелендвагена»:

– Езжай домой. Ни о чем не думай. Ты выполнила приказ. Ты сегодня молодец.

– Мне нельзя за руль…

– Уже можно, – Пики уверенно усмехнулась. – Тебе вернули права полчаса назад.

– Как это?

– Легким движением руки. Езжай. С остальным мы разберемся сами.

Полина неуверенно взяла брелок и вернула винтовку Лере. Автомобиль медленно выехал к лабиринту.

Заметив Пулю за рулем, Илья удивленно выпрямился, но та аккуратно махнула ему рукой и проехала мимо, стараясь не смотреть на рыжеволосую пленницу.

– Ну что? Всем спасибо, – голос Леры звучал твердо, но устало. – Дальше мы сами, – она окинула враждебным взглядом Злату с ног до головы.

– Нет, подождите, – Андрей повернулся к Черномору. – Я могу допросить ее на вашей базе?

Поперхнувшись сигаретным дымом, Григорьев хохотнул:

– Вот те здрасте! Что, не хочется заляпать кровью родной элитный офис?

– У вас обстановка… способствует, – процедил Фенрир.

– Пакет для трупа оплатишь, – хмыкнул главарь. – Погнали.

– Ну что, пупсик, расскажешь, что это за малолетка такая? – Матвей ехал последним в колонне из четырех автомобилей.

– Понятия не имею. И хватит меня так называть!

– А что такого? Я свободен. Ты свободна. Чего нет-то? Или Денис Александрыч ругается?

Лера поперхнулась и негодующе уставилась на Черномора:

– Что ты несешь? При чем здесь Денис?

– Ну как же? Будто ты не знаешь, как он вечно брови свои черные хмурит и глазеет на тебя, словно на последнюю надежду вселенной. А если кто к тебе приблизится на метр, так он кулаками хрустит, что аж за Уралом слышно.

– Матвей, хватит плести чушь! За дорогой смотри.

Черномор усмехнулся и закурил очередную сигарету.

– Странные вы. Может, я за вас порадоваться хотел.

– Странный здесь только ты, – буркнула Лера.

– Ладно. Давай о чем-нибудь другом поговорим.

– Давай. Что тебя так взбесило при виде Ирины?

– Не хочешь говорить, не надо, – Черномор резко напрягся.

– Это твоя давняя бывшая? – в отместку усмехнулась Лера.

– Можем ехать молча, я не обижусь.

– Погоди. Она же моя ровесница… О Матвей, тебе нравились девочки постарше? У них ведь всегда есть чему поучиться… – Пики издевательски хихикнула и похлопала его по плечу.

Черномор сдвинул брови и остервенело уставился на нее.

– Если Денис Александрыч смотрит на меня точно так же, то я теряюсь в догадках, где ты там чего заметил, – Лера запрокинула голову и заливисто расхохоталась.

– Стерва.

Андрей сидел в фургоне напротив Златы, зажатой между Саидом и Ильей. Ему до зуда в конечностях хотелось задать ей множество вопросов, начиная с их встречи в клубе, которая, он был уверен, оказалась не такой уж и случайной, заканчивая наличием у нее компактного парашюта.

Но Фенрир молчал и хмуро разглядывал лицо девушки, на котором уже темнела пара синяков, а из уголка губ по подбородку тянулась запекшаяся струйка крови.

Память услужливо подкидывала воспоминания о допросе Бриджит, но Андрей, даже будучи в ярости, с некоторым страхом ждал момента, когда все это придется повторить с рыжей. Он чувствовал внутри какой-то непонятный блок. Избивать противника, равного ему по силе, – это одно. А допрашивать пятидесятикилограммовую девчонку, для чьих рук и наручники-то великоваты, – совсем другое. Причинять физическую боль той, что не может равноценно ответить… Пусть даже она и наемница. Враг. Потенциальная убийца Леры.

Фенрир напряженно сглотнул и нахмурился еще сильнее. Назначенное ему испытание проваливать было нельзя.

«К утру я окончательно возненавижу и себя, и весь мир… – в глубине души он надеялся, что Злата расколется, как только увидит тот чертов ящик с пыточным арсеналом и большой черный пакет. – Хотя какая разница? Лера все равно прикажет убить ее, узнав имя заказчика… Мне светит очередной запой… – он опустил взгляд на свои руки и зажатый в пальцах «Глок». – Лучше бы в Сирии сдох…»

Андрей снова посмотрел на Злату. В ее больших светло-зеленых глазах пылал коктейль ужаса и ненависти. Она явно догадывалась об исходе допроса и точно так же пристально рассматривала Андрея, видя в нем своего мучителя и палача.

Илья старался ни о чем не думать, кроме отданного приказа контролировать пленницу, и упорно убеждал себя, что этическая сторона вопроса его не касалась. Под прицелом была владелица агентства, где он трудился, женщина, не оставившая его за бортом после взрыва на саммите: «Это моя работа. Ну вот такая уж… Сам сюда стремился. Сорвал все возможные плюшки… Это всего лишь обратная сторона «Феникса». А рыжая – банальный враг. Ну и что, что девчонка? Как будто девчонки не умеют драться и стрелять? У меня самого одна такая имеется…»

Саид, напротив, упрямо ковырял свои принципы, пытаясь понять, что чувствует. Нет, в его мыслях не зрел план по безбашенному спасению рыжей незнакомки из лап владелицы частной армии. Но и ощущение того, что они делают нечто незаконное и бесчеловечное, никак не проходило: «Сидел бы себе гайки крутил. Но нет же. Вроде Москва, а законы как в горах. Око за око… А как иначе? А те, кто нападает на клиентов «Феникса»? Я ведь не знаю сути всех конфликтов… И никогда не задумывался, кто плохой, а кто хороший. А вдруг я на темной стороне? Или я на стороне силы? А я так загонялся бы, сиди слева от меня не девчонка в три вершка, а какой-нибудь бугай? Ладно. Плевать. Живем в джунглях ровно по их законам. Деваться все равно уже некуда…»

Спустя час все участники ночной охоты въехали на территорию базы Черномора. Андрей первым вылез из фургона и, крепко держа Злату за локоть, двинулся по уже знакомым тропам. Девушка шла неуверенно, запиналась, ноги ее не слушались и подгибались от страха. Фенрир грубо дернул ее на очередном повороте, едва не вывихнув плечо:

– Давай, смелая! Где теперь твои средние пальцы?!

Злата закашлялась, чуть не рухнув в снег, но спотыкаться перестала.

Саид и Илья шли, озираясь по сторонам. База наемников выглядела зловеще в отличие от сиявшего статусом и финансовой мощью офиса «Феникса».

– Что приутихли, малыши? – их обоих сзади хлопнул по плечам смеющийся Сатир. – Будете плохо себя вести, Лерчик сдаст вас сюда.

Издалека послышался агрессивный лай. Чем ближе путники подходили к основному зданию, тем сильнее скалились в гневе сторожевые псы.

– Чуют гостей, – посмеивались солдаты Матвея.

– А где были собаки в прошлый раз? – Леру передернуло от множественного рычания.

– В прошлый раз они были сыты, – хмыкнул Черномор. – Да не переживай. Все на цепях. Но с дорожки лучше не сходить.

Пики вздохнула и плавно нагнала Сатира, взяв его под руку. Тот хохотнул в тон наемникам:

– А что, может, тогда и на услугах Лешего в этот раз сэкономим? Раз уж тут публика голодает?

Злата инстинктивно вжала голову в плечи, сгорбившись и окончательно перестав сопротивляться.

Матвей обогнал процессию и первым на правах хозяина вошел за забор:

– Тихо! Тихо! Чего разгорлопанились? Ужин через час!

Мощные ротвейлеры и американские питбультерьеры вовсю заливали снег пенной слюной, но при виде Григорьева перешли с оглушительного лая на тихое поскуливание.

– Прям уж нашли повод поскандалить! – Он подошел к своим питомцам и без тени страха потрепал их за загривки. – Папочка всех накормит. Так что заткнулись!

Псы как по команде умолкли и заняли каждый свое место. Черномор подмигнул Лере, но та только неопределенно качнула головой.

– Нам тоже таких надо, – прыснул Сатир, все еще успокаивающе сжимая руку Пики. – Будут тебе пяточки облизывать.

– Ей и так армия амбалов пяточки лижет, куда ещето? – Черномор поднялся на крыльцо и гостеприимно распахнул железную дверь: – Милости прошу.

Основная часть процессии осталась на первом этаже. Вниз, к камере допросов, спустились только Андрей, окончательно побледневшая Злата и один из наемников, приставленный к ним сопровождающим.

В помещении, облицованном мелким кафелем, было влажно и резко пахло хлоркой. Окинув взглядом пыточную, Фенрир с подозрением уставился на два объемных черных пакета в дальнем углу. При мысли, что там лежали два свежих трупа, его самого передернуло.

Как только дверь за Андреем и его пленницей захлопнулась, он толкнул ее вперед и шагнул к тому самому металлическому столу, где все так же занимал почетное место ящик с инструментами. Злата, не удержавшись на ногах, рухнула на колени и тихо всхлипнула. Фенрир выудил со дна пассатижи и повернулся к ней:

– Ну? Сама расскажешь? Или помочь?

Рыжая уставилась на инструмент в его руках и попыталась отодвинуться.

– Говори, – угрожающе произнес Давыдов-младший. – Говори по-хорошему.

Он медленно приближался к Злате, нарочито дерзко подкидывая пассатижи на ладони, а сам в это время мысленно повторял: «Давай же! Я не хочу тебя ломать! Говори сама! Не будь дурой!»

Но рыжая молчала, глядя на него исподлобья и отодвигаясь все дальше к стене.

– Это будет слишком больно. Так что лучше бы тебе начать говорить.

По щекам Златы скатились злые слезы, но она не издала ни звука.

– Кто заказчик? – Фенрир встал над ней.

Рыжая мотнула головой и сжалась.

– Кто заказчик? – повторил Андрей, присев на корточки и внимательно следя за Златой и каждым ее движением. – Мне нужно имя.

Пленница с ненавистью сморщила нос, дернув верхнюю губу, и неловко подалась вперед в надежде приложиться лбом в переносицу Фенриру, но тот вовремя увернулся и с размаху ударил ее по лицу, оставив рассечение на щеке концом плоскогубцев.

– Имя!!! – Андрей схватил рыжие пряди и, старательно игнорируя болезненный стон, дернул Злату за волосы с такой силой, что она скользнула по полу на добрых полтора метра и ударилась виском об кафель. – Не заставляй меня продолжать!

Его нижняя челюсть дергалась от злости, а зрачки расширились так сильно, будто он был под чем-то.

Злата громко всхлипывала, а ее тело сотрясали крупные волны дрожи.

– Ну?! – борясь с тошнотой, Фенрир нагнулся и заломил ее левую руку, вцепившись в тонкие пальцы. – Маникюр я делаю хреново!

– Нет! – рыдая, девушка безуспешно вырывалась в попытках спасти ногти. – Нет!!!

– Рассказывай, сука!

Смахивая со лба подступивший пот, Андрей придавил ее коленом и, рискуя вывихнуть девичью руку, ухватился за мизинец. Злата кричала от боли и ужаса, но сопротивляться почти перестала.

– Имя! Просто скажи мне имя! Кто заказчик?! – орал Андрей, проклиная себя и свою глупость, управлявшую им последние полгода.

– Никто… – прошептала рыжая в полузабытьи. – Никто!

– Ответ неверный! Давай еще раз! – подцепив тонкий ноготок, Фенрир зажал его и медленно потянул. – Так доходчивее?!

– Никто!!! Нет!!! Правда!!! Никто!!!

– Имя!!!

Мизинец Златы окрасился в бордовый цвет, и руки Андрея скользнули по окровавленной ладони.

– Я! – вскрикнула рыжая, захлебываясь плачем. – Это я! Пожалуйста!!! Нет!!!

Давыдов-младший отбросил плоскогубцы и повернул ее к себе лицом:

– Что ты сказала?

Злату трясло так сильно, что она не удержалась и рухнула на пол, забившись в истерике:

– Это… я… сама…

– Как тебя зовут? – раздался из динамиков ледяной голос Леры.

– Ззлата… Ссмиирнов-ва…

– Зачем? – Фенрир потянул ее за правую руку, пытаясь усадить.

Но Злата, собрав остатки сил, оттолкнула его. Она рванула было в сторону, но шок от боли и жуткий страх не дали ей ни единого шанса подняться на ноги.

– Зачем?! – повторил Андрей.

– Да стреляй уже! – взмолилась рыжая.

– Я смотрю, мой маникюр тебе понравился? – он потянулся за инструментом.

– Нет!!! – Злата, скуля и поскальзываясь, отползала на четвереньках.

– Тогда отвечай!

– Вадим Смирнов – твой отец? – снова заговорила Лера.

Девушка замерла, в ужасе озираясь на Фенрира. Ее волосы спутались и намокли. Щека от рассечения покрылась кровью.

– Отвечай, – обессиленно пробормотал Андрей.

– Да… – раздался еле слышный шепот.

– Кто это? – швырнув пассатижи в сторону ящика, Фенрир безуспешно силился вспомнить хоть одного более или менее известного Вадима Смирнова, каким-либо образом связанного с «Фениксом».

Злата, отчаянно прижалась затылком к холодной стене и, уже зная свой приговор, прошептала еще тише:

– Падре…