В субботу днем ​​Мелисса приготовила запеканку на ужин. Пока она готовилась, она села и написала письмо Саймону.

Наконец-то я начинаю приходить в себя. Хаос был невероятный — вчера он достиг апогея: рабочие, укладывающие ковры, ползали повсюду, а плотник Чарли мешал им, пытаясь починить то, что нужно было починить еще до моего переезда. В какой-то момент стало очень напряженно, и мне пришлось по очереди заваривать им чай, чтобы они не мешали друг другу.

Я в восторге от коттеджа и его расположения и с нетерпением жду, когда смогу показать его вам. Обязательно съездите в Великобританию этим летом. Из вашей комнаты открывается прекрасный вид на долину, склоны которой усеяны овцами и резвящимися ягнятами. Мне кажется, они очаровательны, но моя соседка говорит: «Подождите, пока начнут стричь»; похоже, ягнятам трудно узнавать своих остриженных матерей, и им может потребоваться двенадцать часов или больше, чтобы прийти в себя. А тем временем они блеют, как непрерывный хор из «Скотного двора», и уснуть становится трудно!

Моя соседка по дому — творческая женщина по имени Айрис…

Мелисса посвятила пару страниц Айрис, Глории, настоятелю и его жене, угрюмой женщине с неизменным выражением неодобрения на лице, которая навестила ее тем утром, пытаясь уговорить ее присоединиться к Женскому институту и ​​работать в церковной службе флористов. Она улыбнулась, представляя реакцию Саймона на новую обстановку, в которой оказалась его мать. Ее улыбка исчезла, когда она снова упомянула его письмо.

Вы спрашиваете про Обри? Пожалуйста, не надо. Я пытаюсь выкинуть его из головы. Да, я знаю, что он надежный, добрый и отзывчивый, и всегда был готов помочь в трудную минуту, но он стал таким НАДОЕДЛИВЫМ! Он настаивал на том, чтобы относиться ко мне как к совершенно беспомощной и нуждающейся в защите, чего я быстро понимаю, что это не так, и это очень утомляло. Я успешно боролась со строителем за выполнение некоторых ремонтных работ, и я уже обнаружила, что умею пользоваться молотком и отверткой. Я повесила крючки для своих картин (приятный мужчина в магазине товаров для дома показал мне, как это делать), и я уверена, что есть много других работ, которым я могу научиться. Айрис поможет, она потрясающая. Она умеет делать столярные работы, красить ворота и чинить заборы, когда не занимается дизайном тканей. Она поможет мне спланировать сад. Подозреваю, она заставит меня выращивать органические овощи и культивировать крапиву для бабочек.

Напишите мне снова в ближайшее время. Мне очень приятно получать от вас новости.

Подписав и запечатав письмо, Мелисса решила немедленно отправиться в деревню, чтобы отправить его, хотя следующая отправка почты была только в понедельник утром. Прекрасная сухая погода грозила закончиться. Тонкая облачность скрывала раздражающее солнце, а прохладный ветер шел по долине, рябя поверхность ручья. Мелисса застегнула куртку и быстрым шагом направилась по тропинке к главной дороге. Айрис, работавшая в своем саду, помахала ей рукой в ​​перчатке в знак приветствия, когда она проходила мимо.

Деревня располагалась в верховьях долины. Каменные дома цеплялись за склон холма неровными рядами и группами, словно их выбросило на берег отступившей приливной волной. Они теснились плечом к плечу, некоторые высокие и узкие, другие приземистые и раскинувшиеся вдоль неровных улиц. Время от времени узкая боковая дорога, поднимающаяся под пугающим углом, позволяла увидеть второй ряд таких же разнообразных жилищ, отделенных от первого ряда двойным рядом круто спускающихся садов. Цветы цвета мороженого танцевали на ветру, ковры из фиолетовой обреции были разбросаны по альпинариям, а стены коттеджей сияли молодой листвой плетистых роз и виргинского винограда.

Первые капли дождя упали на руку Мелиссы, когда она опустила письмо в ящик. Она с тревогой взглянула на небо. Тучи быстро сгущались, и ветер усилился. По радио сообщалось о ливне; ей следовало одеться поудобнее.

«Добрый день, миссис Крейг!» Ректор резко остановился и спрыгнул с велосипеда. «Похоже, нас ждет шквал».

«Я только что подумал о том же. Меня поймают, если я не потороплюсь».

«Срежьте путь», — предложил он. «Я покажу вам, где это. Это сэкономит вам семь-восемь минут». Он спешился и проводил ее до входа на церковный двор, указал на покрытые мхом ворота, наполовину скрытые за обветшалыми надгробиями, и с радостным видом попрощался с ней: «Увидимся завтра в церкви!»

Тропа спускалась вниз через лес. Местами она была каменистой, пересеченной колючими кустарниками и, как предупреждала настоятельница, склонной к грязи, несмотря на то, что неделю стояла сухая погода. После дождя она превращалась в болото.

Дождь начался вовсю, барабаня по деревьям. Она шла так быстро, как только осмеливалась, боясь подвернуть лодыжку о камень и размышляя, не лучше ли было бы пойти по дороге. Когда она дошла до конца тропинки и вышла на открытое пространство, дождь лил как из ведра.

Она стояла на вершине высокого склона, глядя вниз на дно долины, где мост с металлическими перилами перекинут через небольшой ручей. Травянистый склон круто обрывался у её ног, коварный и скользкий в сырую погоду. В спешке она чуть не соскользнула вниз, но вовремя остановилась. «Начнёшь бежать вниз, — подумала она, — остановишься будет непросто. Повезёт, если доберёшься до низа, не сломав ногу».

Мелисса повернула домой и побежала. Дождь лил как никогда сильно; к тому времени, как она добралась до старой пастушьей хижины, лил проливной дождь. Недолго думая, она укрылась внутри.

Было неожиданно темно. В прошлый раз, когда она сюда приходила, светило солнце, и она лишь заглянула в дверь, отстраненная и любопытная наблюдательница. Теперь же она чувствовала себя окутанной атмосферой сырости и разложения. Порыв ветра свистел ей за плечи, и дверь заскрипела.

Сердце бешено колотилось, и она слегка задыхалась. Ей действительно следовало бы больше заниматься спортом. Она достала платок и вытерла лицо, прищурившись, смотрела на небо сквозь щель в каменной стене, пытаясь определить направление ветра и увидеть, есть ли просвет в облаках.

«Сильный ливень!» — раздался мужской голос позади неё.

Мелисса резко обернулась. В глубине тени за дверью стояла высокая фигура. Она испуганно отшатнулась, когда он сделал шаг к ней. Выйдя в полумрак, она увидела, что он молод и хорошо сложен, с чистым лицом и пронзительными голубыми глазами. У него была непокрытая голова, короткие темные волосы, а руки были засунуты в карманы вощеной куртки.

«Не бойся», — сказал он успокаивающим голосом. «Он не причинит тебе вреда».

Мелисса едва сдерживала крик. Она вспомнила, что слышала о том, как психопаты иногда думают и говорят о себе в третьем лице, чтобы снять с себя ответственность за свои насильственные действия. У нее похолодело в животе, и сердце заколотилось сильнее, чем когда-либо. Она бросила отчаянный взгляд за спину мужчины. Возможно, если она будет достаточно быстрой, то сможет проскочить в дверь, прежде чем он схватит ее. Затем ее внимание привлекло легкое движение у пола. Черная собака, почти полностью скрытая за своим хозяином, выглядывала из-за его ног любопытным, но не недружелюбным взглядом.

Присутствие собаки внушало уверенность. Психопаты, поджидающие безлюдных мест, чтобы напасть на беззащитных женщин, обычно не брали с собой собак. Мелисса выдавила из себя дрожащую улыбку. «Я… не очень-то привыкла к собакам», — сказала она, теперь радуясь возможности оправдать свою нервозность.

«Ты будешь той самой писательницей из коттеджа Хоторн». Он говорил с характерным для Глостера гласным, который становился все более знакомым Мелиссе и почему-то напоминал ей толстых пушистых овец, пасущихся на склонах напротив ее коттеджа. Она еще больше расслабилась.

«Верно», — признала она. «Откуда вы узнали?»

Он рассмеялся. «В этих краях все происходит довольно быстро».

Тот факт, что он так легко её узнал, наводил на мысль, что он знаком с Глорией. Возможно, это был мистер Паркин? Он казался подходящего возраста, но не совсем соответствовал её представлению о продавце подержанных автомобилей. Она подумывала спросить его, но передумала. Если бы она ошиблась, это могло бы быть неловко. Она попробовала косвенный подход.

«Вы живёте в этой деревне?»

Он покачал головой. «Ферма Рукери… на другом конце долины. Почти в Нижнем Бенбери».

«Но вы же наверняка знаете людей в Аппер-Бенбери?»

Он усмехнулся. «Конечно. У нас нет паба, поэтому мы все собираемся в «Вулпаке» по пятницам. Стэн Паркин был там вчера вечером с Глорией. Она всем рассказывала о вас!»

«О боже!» Это было именно то, чего Ирис советовала ей избегать. Ей следовало выбить из Глории обещание молчания в обмен на неограниченный запас книг издательства Mills and Boon. Она на мгновение почувствовала ностальгию по анонимности Лондона.

Ее спутник вышел на улицу и остановился, глядя в небо. «Чуть не остановился!» — крикнул он в ответ. «Пойдем».

«О, как здорово!» — сказала Мелисса. «Было приятно познакомиться с вами, мистер…?»

«Вудмен, — сказал он. — Дик Вудмен». Он поднял руку и зашагал прочь, а собака следовала за ним по пятам.

Мелисса несколько секунд наблюдала за ним, как он уверенно спускался по крутому склону, упираясь лапами в кочки, в то время как собака уверенно бежала впереди. По дороге домой у нее зародилась новая идея для романа, и она устроилась поудобнее, чтобы съесть запеканку и картофель в мундире, держа блокнот под рукой.

В восемь часов позвонил её агент.

«Мел?»

«Джо! Как приятно получить от тебя весточку!»

«Решил узнать, как у вас дела».

«Это очень мило с вашей стороны. У меня всё хорошо, спасибо. Ещё многое предстоит сделать, но я постепенно прихожу в себя».

«Переезд прошёл гладко?»

«И да, и нет. Грузчики были великолепны, но в коттедже оставалось довольно много недоделанных работ. У меня было несколько споров со строителем».

«Надеюсь, ты не позволила ему издеваться над тобой!»

«Ты имеешь в виду, как ты это делаешь?»

«Точно. Но я всегда издеваюсь над тобой, руководствуясь твоими интересами».

«Так вы говорите. В любом случае, я так жестко обошелся с этим торговцем, что он в итоге предложил мне работу, исключительно благодаря тому, что я был таким стойким клиентом!»

«Молодец! Пора научиться постоять за себя!»

«Я учту это в наших будущих делах. Кстати, вам будет интересно узнать, что я уже работаю над новой книгой». Она не собиралась ничего говорить прямо сейчас, но знала, что он будет доволен.

«Правда? Я думал, ты собираешься взять перерыв на пару месяцев».

«Я тоже, но… помнишь ту пастушью хижину, о которой я упоминал в своем последнем письме?»

«Мм-м».

«У этой истории довольно жуткая предыстория», — рассказала она версию Глории о гибели Дэниела, которая, как и ожидалось, пришлась ему по вкусу.

«Похоже, вы на верном пути», — усмехнулся он.

«Ах, да. Я уже встретил модель для своего первого трупа. Он чуть не до смерти меня напугал, когда я укрылся в хижине Даниэля».

«Тогда он заслуживает того, чтобы его убили. Расскажите подробнее».

«Сюжет только начинает складываться, но я уже начинаю понимать его общую схему. Группа торговцев антиквариатом и похитителей произведений искусства. Местные фермеры и землевладельцы… столпы истеблишмента… возможно, мировой судья… все они разыгрывают целое представление, сотрудничая с законом и умело обманывая всех, пока один из них не становится жадным, не начинает употреблять наркотики и не представляет опасности для остальных…»

«Звучит многообещающе. Слушай, Мел, мне нужно быть в твоих краях во вторник. Не мог бы ты заехать?»

«Конечно! Приходите на обед!»

«Не обед, я не закончу достаточно быстро. Скажем, после трех часов?»

«Хорошо. Буду ждать с нетерпением».

Было бы неплохо увидеть Джо. Он был бы ее первым посетителем, не считая неодобрительной миссис Кэллоуэй. Она попыталась бы составить для него примерный синопсис, чтобы он мог с ним ознакомиться. Он был необычайно терпелив, зная, как она занята переездом, но ему всегда было интересно узнать, над чем она работает дальше. Она помыла посуду после ужина и принялась за работу.