— Дэн, постой, я могу с тобой поговорить?

Тот непонимающе уставился на одноклассника:

— Вить, а тебе не кажется, что туалет — не самое лучшее место для разговоров?

— Кажется, — согласился Витя.

— Может мы, ну, выйдем тогда? — предложил Денис.

— Нет, — упрямо заявил Витя. — Здесь.

После непродолжительной паузы Денис все же согласно кивнул. Видимо, раз Витя настаивал на разговоре именно в таком странном месте, то у него наверняка была причина.

— Я хотел у тебя спросить, — Денис заметил, что Витя говорит как-то в пол. — Как мне доказать Лехе, что я не виноват в их разрыве с Настей?

Денис горько усмехнулся. Да, именно подобного разговора он и ожидал.

— Для начала хотелось бы задать тебе вопрос — ты в этом точно не виноват?

— Да! — с готовностью ответил Витя, но затем замялся. — Ну… Почти. Она сама ко мне начала клеиться после того, как меня покусал волк. А я по дурости ей поддался по началу. Я ведь… Черт с ним, влюблен я в нее был долго. Потом понял, что это неправильно. И дал заднюю. И она теперь мне таким образом решила отомстить, поссорив меня с доброй половиной школы.

— Ну, то, что ты влюблен был в нее — ни для кого не секрет, — призадумался Денис.

— Подожди… В смысле, ни для кого не секрет? — ошарашенно спросил Витя.

— Вить, вся школа знала, — Денис очень силился не рассмеяться, глядя на Витино лицо. — Ты серьезно наивно полагал, что все слепые и в упор не видят очевидного?

— Вашу мать, — вздохнул он.

— Но мне приятно, что ты решил быть со мной честным, — улыбнулся Денис. — Откровенность за откровенность — я сам когда-то испытывал к ней чувства. Мы даже встречались в десятом классе.

— Серьезно? — нахмурился Витя.

— Да, просто мы это не афишировали, — ответил Денис. — Я чего хочу сказать — Настя она хороший человек. Ты сам должен помнить. Просто ей легко внушить что-либо. А учитывая, какая тварь у нее лучшая подруга, то я ни капли не удивлен твоим словам. Мы сами расстались из-за подобных заскоков с ее стороны. Остается надеяться, что Настя повзрослеет и поймет все эту срань. Заведет в универе новых подруг и сведет с Таней общение на «нет». Да, я даже уверен в этом. Она умная девочка-то в принципе.

— А Леха знает о том, что вы были парой? — уточнил Витя.

— Нет, и не узнает, — цокнул языком Денис. — Ни к чему это.

— Подожди, но если ты знал, что Настя, ну, такая вот, то почему ты не отговорил Леху с ней начинать отношения?

— Ну, во-первых, я в постель друга не лезу, — пояснил Денис. — А, во-вторых, ты бы Сережу послушал, будь на его месте?

Справедливый вопрос. Витя вынужден был согласиться.

— Вот именно, — продолжил Денис. — Суть не в этом. Как только эта история между вами тремя всплыла, то я сразу понял, что ты не при делах. Жертва обстоятельств. Да и тебя я все же, как-никак, но знаю хорошо. Поэтому я стараюсь по мере возможностей сгладить углы, но пока, увы, без особых успехов.

— Ну, а мне-то ты можешь что-нибудь посоветовать? Ты же его лучший друг, знаешь его лучше всех, — с надеждой спросил Витя. — Плевать, что там большинство думает, мне главное, чтоб Леха на меня зла не держал.

— Могу. Но не буду, — честно признался Денис. — Понимаешь, Вить, если я дам тебе совет, то твое извинение будет слишком наигранным. Он сразу поймет, что к чему. И так ты его разозлишь еще больше.

— Ну и что мне делать?

— Наблюдай. Жди момент, — пожал плечами Денис. — Не переживай, Витек. Сдюжим.

Витя был рад хотя бы тому, что хоть один сторонний человек ему верит. Это хоть на малую толику, но снимало камень с души. Остался еще оплот адекватности в их школе.

— Ладно, я тебя понял. Спасибо, Дэн, — кивнул Витя.

— Кстати, хочешь поржать? — вдруг уже почти на выходе окликнул его Денис.

— Ну? — слегка настороженно повернулся Витя.

— Ермак искренне считает, что ты оборотень. Мило, да? Может, хоть это тебе настроение поднимет.

Витя натянуто улыбнулся. Это было лишь вопросом времени, когда Ермак хоть раз напряжет извилины. Что ж, Витя сам виноват. Нужно было держать себя в руках. Теперь остается лишь только все отрицать. Ну, хоть с этим проблем быть не должно. Оборотни миф. Точка.

— Да, забавно. Ну, можешь ему передать, чтоб в ночь полнолуния в таком случае дома сидел, ибо он будет первым, за кем я приду.

— Ахах, обязательно, — улыбнулся Денис. — Ладно, я пойду, а то…

— А, да, конечно, — опомнился Витя. — С облегчением… В смысле, с предстоящим… Короче, увидимся!

Засунув руки в карманы, Витя чуть ли не выбежал из мужского туалета. Идиот! Ну зачем надо было так свое волнение показывать? Успокаивало лишь то, что это можно было с натяжкой принять за обескураженность. Пусть будет так. Пожалуйста, пусть будет так!

— Поговорил? — тут же спросил ждавший его у дверей туалета, будто охранник у ночного клуба, Сережа.

— Да, пошли, — Витя схватил его за рукав и поволок в сторону кабинета английского.

— Ну? — Сережа был в нетерпении.

— Сказал, чтоб я сам думал. Типа, подозрительно будет. Ну, по крайней мере, он понимает, что я ничего не делал.

— Ну, хоть так. А чего взволнованный такой?

— Да блин, — Витя быстро оглянулся по сторонам. — Миша обо всем догадался. Дэн сказал.

— Что ты…?

— Да! — шикнул Витя. — Правда, очевидно, что ему никто не поверил. Но проблем это может доставить.

— Забей, Витек, — махнул рукой Сережа. — Неудивительно, что над этим только все поржали. Логичная реакция.

— Да знаю я, просто… Походу, он уже начал копать. Я тебе не говорил, не счел нужным, но за нами с Максом вчера кто-то следил. Я подумал, что это нарик какой-то шарится просто, а теперь, вот, думаю — шапка у него, понимаешь, знакомая была.

— Думаешь, Миша?

— Не исключено. Было бы неплохо, не знаю, проследить за ним сегодня, да некогда, ни мне, ни тебе. Знаю, глупо, но это необходимая мера.

— Напряги Свету, она всяко свободна, — предложил Сережа.

— Мысль, — подхватил Витя. — Поговорю с ней после уроков.

До английского еще пара минут. Витя только уселся за первую парту, как тут же телефон в кармане подал сигнал сообщения. От Иры:

«Приветики!)) Прости, что не выходила на связь, переезд совсем времени ни на что не оставил. Долетела, все у меня хорошо:) Расположились в Аксбридже, можешь потом посмотреть в интернете, место удивительное))) Конечно, много к чему надо привыкнуть, тут ведь все не так, как у нас, но мне пока все нравится:) Как ты там?»

Витя глупо улыбнулся экрану смартфона. Ну, хоть у нее все в порядке.

«Привет, Ириш) Рад это слышать)) Конечно ты привыкнешь, я в тебе не сомневаюсь;) Ну, мне тебя удивить нечем, я готовлюсь к английскому: D»

А вот и Света, легка на помине. Подходит к друзьям с каким-то озадаченным взглядом.

— Вить, ты перевел статью?

Ни здрасьте, ни до свиданья, типичная Света.

— Ну да, конечно перевел, а что?

— Можешь сесть со мной? Пожа-а-а-луйста, — у Светы в этот момент были такие жалобные глаза, что отказать ей было нереально. — К Сереже Ритка сядет. На один урок. А то у меня совершенно из головы вылетело.

— Один вопрос — как? — добродушно спросил Витя, собирая учебники. — Нам англичанка квизом по этой статье всю плешь проела, даже Ермаков наверняка худо-бедно подготовился.

— Хотела все вчера сделать, но так уж получилось, занята я была, — чуть покраснела Света.

— Так-так-так, и чем же ты таким занята была? — живо поинтересовался Витя с нескрываемой улыбкой.

— А вот не скажу тебе, мучайся, — фыркнула она.

— Ладно, можешь не говорить, переживу. Кстати, раз уж на то пошло, я в свою очередь могу тебя кое о чем попросить?

— Поможешь с квизом и можешь просить все, что хочешь, — на этих словах Света загадочно опустила глазки. — Ты, кстати, ничего не чувствуешь? Весь день помойкой какой-то пахнет, а откуда — не могу понять.

Витя лишь неопределенно пожал плечами, уставившись в потолок. Мало он все же вчера в душе полоскался. Мало.

Леха стоял за углом школьного двора, облокотившись на машину Мишиных родителей, которую тот тайком периодически угонял. Сам же Миша в этот момент самозабвенно курил гашиш в салоне, лишь слегка приспустив стекло. Капитан от этого был явно не в восторге. Но сколько бы бесед уже на эту тему не было проведено — все без толку. Правильным было бы сдать его главному тренеру «Витязя» — и дел с концом, но Леха не хотел чувствовать себя крысой. Поэтому ему оставалось лишь втайне уповать на то, что Ермак спалится с этим делом сам в один прекрасный день.

Денис подошел, когда Леха уже начинал терять терпение. И без того плохое настроение перемежалось с возрастающим желанием заехать Ермаку по накуренной морде.

— Долго ты! — раздраженно отметил Леха, стараясь перекричать электронную музыку из Мишиных колонок.

— Извини, задержали, — спокойно ответил Денис. — Может, Ермак сделает музыку потише?

Леха не без удовольствия постучал кулаком по капоту автомобиля. Миша с возмущением уставился на товарища, на что тот жестом показал ему убавить громкость динамиков. Разочарованно вздохнув, тот все же подчинился и по пояс высунулся из окна.

— Можно было и словами попросить, — сказал он, недовольно сузив глаза.

— Спасибо, Миш, — Денис говорит это скорее из соображений элементарной вежливости. — Леш, что за необходимость была нас собирать здесь?

— Садись в машину, — велит он. — Есть разговор. И его никто не должен слышать.

— Что ж за день сегодня такой, — вздохнул Денис, усаживаясь на заднее сиденье.

Леха уже почти присоединился к товарищам, когда краем глаза заметил Соколова с Тихоновым. Они шли, о чем-то оживленно разговаривая.

«Недолго тебе ухмыляться осталось, Соколов», — мстительно подумал Леха, пристраиваясь рядом с Мишей.

— Так, значит, ребят, — начал он, поморщившись от запаха травы. — То, что я вам скажу, пока что останется здесь. Чтоб никто, кроме нас троих, об этом не знал — вам все понятно?

— Фрол, я могила, ты знаешь, — пообещал Миша.

Денис лишь молча кивнул. Что-то ему подсказывало, что то, о чем хочет поговорить его друг, явно не имеет отношения к футболу или планам на выходные.

— Короче, я вчера, ну, за Соколовым проследил…

— Боже, Леш, ты опустился до слежки? — воскликнул Денис.

— Дэн, мне позавчера пришла мысль в голову. Соколов явно чего-то употребляет. И я оказался прав — он якшается с каким-то мужиком. Причем мужик явно не из наших краев. Да и одет весьма прилично — такой не будет просто так тусить со школьником и уж тем более не пойдет с ним в лес! Я готов на что угодно поспорить, что он ему что-то продавал подальше от глаз, либо…

— В лес? — глаза у Миши тут же загорелись.

— Ермак, ты задолбал со своими оборотнями! Я тут пытаюсь о настоящей проблеме поговорить, а не о твоих бедах с башкой! — прорычал Леха.

— Что они делали в лесу? — не унимался Миша.

— Да не знаю я! Мужик меня как-то заметил. Пришлось драпать. Вдруг ствол еще достал бы, — Леха уставился в окно, рефлекторно рисуя на его заиндевевшей поверхности какие-то закорючки. — Слышал только, что у Соколова на что-то «мало времени». Я о чем и говорил — вдруг он задолжал за дозу?

— Леш, ну даже если Витя что-то принимает, в чем я сомневаюсь, твое какое дело? — попытался урезонить его Денис, которого уже начала пугать одержимость друга. — Ты за что ему отомстить-то хочешь, я не пойму? С Настей он не встречается…

— Я так не думаю, — перебил его Леха. — Я видел их вместе. Аккурат перед тем, как Витя встретился с тем мужиком.

— Они обнимались? Может, целовались? — прямо спросил Денис.

— Нет, но…

— Леш, заканчивай, — Денис стал серьезен. — Я всегда на твоей стороне, ты знаешь. Но ты уже перебарщиваешь. Винишь в вашем расставании Витю, а тебе не приходило в голову, что Настя с тобой рассталась просто потому что? И Витя тут никаким боком не причастен?

Леха тяжело дышал. Подобная мысль была для него недопустима. Настя, она не такая, она… А какая она? Она — первая красавица школы, он — ведущий спортсмен, между ними рано или поздно должна была вспыхнуть искра. Или нет? У Леши комом в горле встряла эта мысль. Что он знает-то о ней? Ну, знает-то многое, но так ли оно на самом деле?

— Говоришь, что на стороне Лехи, но уже который раз защищаешь этого, — едко бросил Миша. И совершенно не вовремя.

— Я никого не защищаю, я стараюсь быть объективным, — поправил его Денис, пытаясь не дать выбить себя из колеи. — Если мой лучший друг ошибается, то я обязан его поправить.

— Я не ошибаюсь! — решительно заявил Леха, которого неприятно кольнули слова Ермака.

Денис сдавленно молчал. Леша должен знать. О Насте, о разговоре с Витей. Про Настю ему давно надо было все рассказать, еще когда Леха только начал за ней ухаживать в начале учебного года. Хотел как лучше. Если бы он только знал, чем это обернется. Как там любил говорить Петрович — «Ситуацию оценивают по ее последствиям»? Если так — то ситуация дерьмовее некуда.

— Ладно… Не ошибаешься… Ну, рассказал ты о своих вчерашних похождениях, дальше-то что? Ты ведь не только для этого нас собрал подальше от чужих ушей?

— Именно. Я хочу, чтобы вы мне помогли. Если мы втроем поймаем Соколова с поличным, то у него точно не будет никаких шансов оправдаться.

Одобрительных возгласов, на которые рассчитывал Леха, не последовало. Миша нервно заелозил в кресле. Взгляд Дениса остался неподвижным. Он силился подобрать нужные слова.

— Нет, Леш, — Денис сказал это почти через силу. Он был готов сделать все для своего друга. Но это выходило за рамки его морального компаса. — Я не буду в этом принимать участия. Если бы Витя намеренно увел у тебя девушку — я бы еще подумал. Но так — нет, извини.

Леху обуревала ярость. Он никак не мог предположить, что человек, которого он считал лучшим другом, повернется к нему спиной.

— Так вот значит, да, Дэн? — сдавленно проговорил он. — Такой ты мне друг значит?

— Да при чем здесь друг или нет! — Денис все же не выдержал. — Ты помешался! Зациклился на какой-то непонятной мести! Я не узнаю тебя, знаешь. Тот Лешка Фролов, с которым я еще в начальной школе подружился, никогда бы так не поступил!

— Так, значит, нам может больше не стоит быть друзьями? — Леха выпалил это больше на эмоциях. И тут же закрыл рот рукой.

Денис посмотрел на него с таким разочарованием, что тому стало неуютно. Внутри будто что-то оборвалось.

— Дэн, я… — начал было оправдываться он.

— Пошел ты, — не дал договорить ему Денис. Он спокойно вышел из машины и таким же спокойным шагом направился куда-то в сторону.

Капитана всего трясло. Сначала Настя. Теперь Денис. Кого еще он потеряет из-за этого проклятого выскочки? Хотелось выплеснуть всю ту ненависть, которая зародилась у него в груди. Повесить перед собой грушу и молотить до крови в костяшках. Или нет. Не грушу. Соколов — куда более достойный вариант.

— Что ж, в такие моменты и познается, кто друг, а кто — так себе, — философски заметил Миша.

— Пасть закрой! — рявкнул Леха.

— Фрол, да успокойся ты, я от такого ножа в спину в шоке не меньше твоего, — признался Миша. — Предать друга ради человека, с которым общаешься раз в год по обещанию, это просто мерзость.

— Ты хоть со мной останешься? — угрюмо уточнил Леха, уже ни на что не надеясь.

— Да я-то конечно, Фрол, просто… Ты не злись только… Что мы будем делать, если, ну, все же моя теория имеет право на существование…

— Я в это поверю, только когда Соколов лично на моих глазах превратится в волка, — отрезал Леха. — Все, не обсуждается!

— Ладно, я все понял, — Миша покорно опустил глаза, но все же, несмотря на упрек, от своего предположения он не отказывался. Он прекрасно помнил те два горящих желтых глаза у Соколова. И до сих пор его от этого бросает в дрожь. — Тебя подвезти?

— Нет, спасибо, я с тобой без прав и уж тем более накуренным не поеду, — поморщился Леха, тут же вылезая из машины в подтверждение своих слов.

— Когда начнем-то? — крикнул ему вдогонку Миша.

— Я тебе напишу.

Витя остановился возле «Янтаря» перевести дух. Деваться было уже некуда. Только вперед! Из головы все не выходила одна мысль — почему он не может просто перемотать время, пропустить момент приветствия и перейти сразу непосредственно к прогулке. Так было бы намного проще. В подобных ситуациях беседа сама настраивается на нужный лад. А тут — придумывать что-то, выуживать из головы нужные слова для развязки диалога. Жуть.

Витя вспомнил, как легко и непринужденно он начал диалог с Ирой, еще тогда, в больнице. Тогда все казалось проще. Подошел и заговорил. А тут… Надо подойти и заговорить! Ужас.

— Ладно, вдох-выдох, вдох-выдох, Виктор Константинович, вперед и с песней, — подбодрил Витя сам себя и с высоко поднятой головой зашел в гипермаркет.

Эскалатор спускался на цокольный этаж будто целую вечность. Витя за это время успел уже два раза передумать и два раза вновь собраться с силами.

«Черт, надо было хоть подарок какой-нибудь купить… Да откуда у меня деньги на подарок? Я же не работаю еще. Не маму же опять раскулачивать на украшение ненужное? Блин, мог бы у папы денег попросить — он бы понял и дал. Неужели от меня до сих пор пахнет после вчерашнего? Даже я не чувствую. Хотя я у Сереги еще дезик одолжил… Как Света умудрилась учуять? Фиаско, фиаско, фиаско… Сейчас Аня тоже учует. Отвечаю. И будет отворот-поворот. Разбитое сердце и двадцать косарей за абонемент впустую. Блин, кроссы грязные… Хотя зима, а я не в лесу, конечно, они грязные! Так, все, собрались, я приехал!»

То ли от безысходности, то ли от природы, но Витя перед входом в зал все же вспомнил, что он так-то ликан и заметно воспрял духом. Как ни крути, но мысль о своей такой уникальности волей-неволей, а поднимала самооценку. Можно с легкостью выстроить вокруг себя ореол загадочности перед девушкой. Ходить с томным взглядом и кидаться фразочками по типу: «Нет, не приближайся ко мне, иначе я могу причинить тебе боль!». Или «В ночь полной луны прислушайся к звукам природы — там я буду петь тебе свою песню!».

— Ты мой личный сорт героина, Белла, тьфу, блин, нафиг, — выругался он. — Нет уж, даже думать забудь. Я не похож на вечно страдающего идиота.

А вон и Аня. На рабочем посту. Пока он видел только ее кудряшки, ибо она стояла к нему спиной. Разговаривала с каким-то парнем. Довольно внушительных габаритов. Клиент, очевидно. Или же…

Витя нервно сглотнул. А вдруг парень? Ну, у такой красавицы — неудивительно. Хотя, за все время их общения в сети, Аня ни разу не упоминала ни про какого парня. Вдруг специально? Это, конечно, было бы неприятно. Или из-за Насти у Вити уже просто элементарная фобия? В голову пришла дурная мысль — а зачем вообще задавать себе столько вопросов, если их можно просто подслушать с помощью слуха ликана?

«Нет, нельзя! И что мне теперь, мучиться от недосказанности? Блин, я уже один раз подслушал чужие разговоры на свою голову… Ну, никто же не узнает, ведь так? Я немножко, для укрепления, так сказать, чувства восприятия действительности. Да, я думаю, что ничего страшного».

Витя напрягся. Конечно, это было неправильно. Но такие вещи лучше узнавать сразу. Чтобы потом не попасть в глупое положение.

— Тем, ну нет, говорю же, не могу завтра, — услышал Витя Аню. — У меня на конюшне много дел.

— Зачем тебе конюшня? — голос парня Вите не понравился. Слишком наглый. — Я тоже тот еще жеребец.

— Очень смешно, — в голосе у девушки уже чувствовалось раздражение. Что довольно контрастировало с ее обычной манерой общения. Не то, чтобы у Вити было какое-то представление о ее манере общения. Он ведь вживую слышал ее голос всего лишь дважды.

— Ну, давай хоть домой провожу, знаю, что у тебя уже смена заканчивается, — все наседал этот Артем.

— У меня есть уже кому проводить, — с улыбкой ответила Аня, на автомате глянув при этом в сторону выхода. Витя тут же сделал вид, что вытирает подошвы ботинок. Не хватало еще, чтобы она подумала, будто он пялился. — А вон, кстати, и он. Привет, Вить!

Последние слова были сказаны слишком громко для волчьего слуха. Вите стоило больших усилий не зажмуриться в ответ на Анин дружелюбный возглас.

— Этот задохлик? — высокомерно усмехнулся Артем. — Это какая-то шутка?

Ну, он хоть не ее парень. Уже радует. А вообще что-то Вите вся эта ситуация очень сильно напоминала. Воспоминания о Тарасе будто током прошлись по всему телу. Внутренний волк вскочил на все четыре лапы, жадно принюхался и угрожающе зарычал. Будто защищал свой кусок добычи. Витя почувствовал небывалый подъем. А вместе с ним — уверенность. Ту самую, которая была у него в больнице.

— Привет, Ань, — улыбнулся он от уха до уха. Перевел взгляд на нахмурившегося Артема. — Привет!

Протянул руку. Слегка помедлив, Артем протянул в ответ. Витя тут же почувствовал, как он пытается ее сдавить. Еще эта глупая ухмылка. Ну, сам напросился. Вите-то как слону дробина, хоть и ощущения не самые приятные. Все так же радушно улыбаясь, юноша начал сдавливать конечность Артема в ответ. И с куда большим успехом. Молодой человек поперхнулся и с изумлением вытаращился на Витю. Огромных усилий ему стоило не вскрикнуть, судя по всему. Потерпев пару секунд, Артем вырвал красную и слегка обмякшую ладонь. Витя про себя отметил, что ему все же стоит быть поосторожнее — еще немного и он запросто мог сломать парню руку. Что в планы его вечера совершенно точно не входило.

— Приятно познакомиться, — декламировал он.

— Артем к нам уже давно ходит, — пояснила Аня. — Тренером потом хочет к нам устроиться. Так что, Вить, если тебе понадобится профессионал своего дела, то можешь к нему обратиться, да, Артем?

— Было бы замечательно, — злорадно улыбнулся Витя.

— Не то слово, — пробубнил Артем, все еще потряхивая рукой. — Ладно, я пойду, пожалуй. Хорошего вам вечера.

— Странно, — призадумалась Аня, смотря ему вслед. — Обычно он более разговорчивый.

— Переживаешь? — не подумав, ляпнул Витя.

— Ну да, друг все-таки, — беспечно ответила она.

Витя недоуменно покосился на Аню. Либо она это сейчас сказала специально, либо она правда в упор не заметила, как он к ней подкатывал. Боже мой, святая наивность.

— Ну да, за друзей не грех переживать, — протянул он. — Если с Серегой какая оказия серьезная, то я тоже себе места не нахожу.

— Хорошо, что у него есть такой друг, как ты, — улыбнулась Аня. — Так, ладно, жди меня здесь, я переоденусь, и по расписанию, хорошо?

— Конечно, — кивнул Витя.

Аня скрылась в комнате для персонала, а Витя тем временем облюбовал местную магазинчик. Протеиновые коктейли, батончики, фрукты — все как полагается. Вите даже было жаль, что денег у него с собой кот наплакал — так бы разжился каким-нибудь батончиком.

— Хорошая штука, — вяло бросил парень за прилавком, заметив, что Витя пристально изучает гейнер. — Много белка и углеводов. Два раза в день по одной ложки без горки на 300–400 миллилитров молока.

— Спасибо, не интересуюсь, — вежливо отказался Витя.

— Дело твое, — пожал плечами парень. — Я бы на твоем месте все же немного прибавил в массе. Без обид, если что. К Аньке, смотрю, пришел? Тот самый Витя?

— Тот самый? — слегка напрягся юноша.

— Ну, Анька о тебе только последние пару дней и болтает. Только я тебе ничего не говорил. Не хочу, чтобы она на меня смотрела своим испепеляющим взглядом.

— Она? — не поверил Витя, при этом чувствуя, как его эмоции устремляются куда-то в стратосферу после такой оговорочки. Она правда говорила о нем?

— А ты чего думал? — хмыкает его собеседник. — Дьяволенок еще тот. Но добрая. Ты уж ее не обижай.

— Не буду, — пообещал Витя.

Парень как-то странно смотрит на Витю, затем кивает и удаляется в другой конец барной стойки. Витя еще сделал пару кругов вдоль прилавка, прежде чем на горизонте замаячило уже знакомое улыбающееся личико.

— Держи, — с ходу вручила Аня свою сумку Вите. — Ну, пойдем. Пока, Кирюш!

Парень лишь неуклюже машет рукой, но Ане, кажется, и этого достаточно.

— Эх, — вздохнула она, когда они поднялись на первый этаж. — Сейчас бы пиццы. Но надо держаться.

— Я бы тоже не отказался, если честно, — при упоминании еды у Вити заурчало в животе. Он ведь с обеда ничего не ел. Да и там — поклевал немного и все.

— Хочешь, зайдем, ты покушаешь? — услужливо предложила Аня.

— А, да нет, что ты, это я так, к слову сказал, — улыбнулся Витя. Не хотелось ему сидеть и есть, в то время как Аня наверняка смотрела бы на него с завистью в глазах.

— А ты какую пиццу любишь? — спрашивает.

— Ну, чтоб мяса побольше, — ответил Витя, чувствуя, как рот наполняется слюной.

— А я где сыра и грибов, — мечтательно ответила она. — Главное, чтоб без оливок. Ненавижу их.

— Симметрично, — тут же закивал Витя. — Всегда их выковыривал. А грибы, кстати, топ. Люблю грибочки.

— Грибочки моя страсть. Особенно лисички.

— Слышал, что их можно сырыми есть, — призадумался Витя. — Правда, не ручаюсь за достоверность этой информации.

— Ой, нет, — Аня забавно сморщила носик, чему Витя не мог не умилиться. — Сырыми точно пробовать никогда не буду.

Аня слегка поежилась, когда они вышли на улицу. Витя почувствовал себя как-то неловко. Он-то уже и забыл о том, что такое холод. И-за чего его предложение накинуть на Аню его парку было скорее инстинктивным. На что она ему ответила недоуменным взглядом:

— Вить, ну ты что, ты же сам замерзнешь тогда. Не волнуйся, сейчас привыкну.

— Надень шапку тогда, — смущенно посоветовал он, понимая, насколько глупо звучало его предложение.

— У меня нет шапки, — задорно ответила Аня.

— А из кармана что торчит? — как бы невзначай поинтересовался Витя.

— Вот же глазастый, посмотрите на него, — надула губки Аня, все же без удовольствия натягивая шапку. — Вот из-за тебя придется потом с расческой у зеркала торчать.

— Ничего страшного, — подытожил Витя. — Зато не придется покупать новые уши.

— Знаешь, где можно купить новые уши? — хитро улыбаясь, спросила Аня.

— Догадываюсь, — Витя уставился куда-то в сторону, пытаясь изобразить задумчивость. — Нам далеко до тебя-то идти?

— Не, не очень, — ответила Аня. — Ты в подъезде постоишь или на улице? Я быстро схожу, обещаю. Сумку занесу, Пуговку покормлю, и дальше уже пойдем, куда я запланировала.

— Пуговку? — переспросил Витя.

— Ну, морскую свинку мою.

— А, ну да, — вспомнил Витя. — Просто ты не говорила, как ее зовут.

— Непростительная глупость с моей стороны, — Анины глазки хитро бегали туда-сюда, периодически останавливаясь на Вите. — Обычно через минут десять после знакомства со мной уже все знают, как зовут мою свинку. Еще через десять минут уже слышать не могут слово «Пуговка».

— Ну, нам было до этого, о чем поговорить, и без твоей свинки, — Витя надеялся, что это не прозвучало грубо.

— И то верно, — согласилась Аня. — Как твоя учеба?

— Да потихоньку, — Витя не очень хотел это обсуждать, но раз уж спросили, то никуда не деться. — Пока особо не напрягают. Хотя сегодня на английском добрая половина класса люлей получила.

— Ты тоже? — хмыкнула Аня.

— Нет, — честно ответил Витя. — Я хорошо язык знаю. Даже подруге помочь умудрился между делом.

— Везет, я бы тоже хотела английский знать.

— Что мешает?

— Сложно, да и учить не хочу, — призналась Аня. — Хотя понимаю, что надо. А то я просто очень хочу на Аляске побывать. А без английского я там заблужусь.

— Да, ищи тебя потом в снегах Аляски, — улыбнулся Витя.

— Буду снежным человечком, — Аня накинула на себя капюшон с мехом и, вытаращив глаза, уставилась на Витю. — Похожа?

— Сосулькой ты будешь, Ань, — поправил ее Витя. — И не факт, что живой. Так что учи, пока в академе.

— А ты мне поможешь, если что?

Витя непроизвольно отвел взгляд. Однажды к нему уже обратилась так девчонка, которая ему нравилась. Ничего хорошего из этого не вышло. Впрочем, есть ли смысл проводить параллели? Вряд ли.

— Да, почему нет? Надо только скооперироваться будет, помогу уж, чем смогу.

— Это было бы здорово. Может, хоть с тобой у меня не будет возникать отвращения к английскому.

Вите только и оставалось, что ответить неопределенной улыбкой. Происходящее ему казалось каким-то другим, отдаленным от его жизни, что никогда не могло случиться с ним в реале. Забавные мысли, учитывая, что он уже почти две недели как стал оборотнем. Но даже его ликантропия казалась уже чем-то обыденным на фоне нынешней ситуации. Аня казалась ему слишком идеальной. Таких просто не бывает. Где-то должен был быть подвох.

Она все говорила о чем-то, а он смотрел в ее карие глаза и забавно свисающие кудряшки из-под желтой шапки. Ну, точно — одуванчик. Только сейчас Витя обратил внимание, что он почти на голову ее выше. «Гномик», — Витя улыбнулся своим мыслям. И ведь так со стороны не скажешь, что он ее младше. Внешне Аня вполне могла сойти за его одноклассницу, а не за студентку. Но самое главное — было у них какое-то взаимопонимание друг друга. Когда Витя предложил изучать английский, читая в оригинале книгу Дугласа Адамса «Автостопом по Галактике», у Ани будто включился моторчик, и она начала под нос себе мурлыкать мотив прощальной фразы дельфинов из экранизации романа. Не услышать этого Витя не мог, и они тут же переключились на обсуждение этой серии книг и отличий экранизации от исходника. Витя боялся показаться ей скучным. Но обсуждение литературы пробуждало в Ане невиданный интерес. И юноше это нравилось. Очень нравилось.

Хотелось взять ее за руку. Она будто нарочно не засовывала для этого руки в карманы. Ее маленькая ладошка маняще болталась рядом с Витиной рукой. Всего-то одно легкое движение. И Витя безумно хотел ощутить ее тепло. Но каждый раз тормозил. Рано. Еще не подходящий момент. А нужен ли таковой? И что вообще значит этот самый подходящий момент? Какой сакральный смысл вкладывают люди в это понятие? Как его узнать? Почему этот самый момент не может быть сейчас?

Пока Витя все тупил, они уже дошли до Аниного дома. Подмигнув ему и попросив не скучать, Аня исчезла за дверью. Витя смог хоть как-то выдохнуть. Издав стон умирающего тюленя, подросток плюхнулся лицом в сугроб. Остудиться ему сейчас явно не помешало бы. Найдя в себе силы подняться и приведя сознание в относительный порядок, Витя приметил недалеко качели. Ну, почему бы и нет, подождать девушку на качелях самое то. Всяко лучше, чем ошиваться около входа. Тем более бабушка на соседней лавочке, которая наверняка выполняла те же функции, что и Зинаида Михайловна около его подъезда, уже начала как-то недобро на него поглядывать.

Смахнув с сиденья снег, Витя уселся на качели и начал слегка раскачиваться, обреченно периодически поглядывая на подъездную дверь. В этой части Белоомутска он, конечно, бывал, но редко. До этого момента не видел особого смысла здесь гулять. Раньше ему казалось, что тут нет ничего примечательного. До этого дня.

Качели слабо скрипели. Но раскачивались довольно хорошо. Даже легко. Витя уже даже и не заметил, как раскачался на их максимум. Была бы возможность — он бы смог даже «солнышко» сделать. Создавалось ощущение полета и отрыва от реальности. Хотя Витя и так был оторван от этой самой реальности по самое не балуй. Только сейчас он вспомнил тот фокус, который ему крестный показывал в субботу. Он ведь тогда загадал, что хочет найти якорь. И на следующий день он встречает ее. Совпадение? Или Витя просто так хочет уже быть с ней и видеть ее рядом с собой, что ищет параллели там, где их нет? Ему очень не хотелось что-то начинать загадывать или планировать. Когда что-то планируешь, все так или иначе идет наперекосяк. Витя решил просто наслаждаться моментом.

— Хорошо тебе! — услышал он вновь ее голос.

— Люблю так периодически кататься, — отозвался он, сбавляя темп. — Ветер дует в лицо и хоть на какой-то момент не думаешь о всякой ерунде.

— Помню, в детстве мама с папой потащили меня на какой-то день рождения. Загородный домик такой. Там еще девочка была моего возраста. Она мне сразу не понравилась, а меня с ней играть еще заставляли. Ну и, в общем, отпросилась у мамы на задний двор, благо, та девочка за мной не увязалась. А там качели были как раз. Я сидела, качалась и думала, что это самый ужасный день в моей жизни, — Аня вздохнула с какой-то немного грустной улыбкой на лице. — Но, знаешь, по прошествии лет, я поняла, что этот день был не так уж и плох. Тишина, теплый ветерок, качели и красивое звездное небо.

— А такие мелочи обычно в голову и врезаются, — Витя ловко спрыгнул с качелей, приземлившись аккурат рядом с ней. — Прекрасные моменты, когда ты действительно чувствуешь себя живым.

— Ну, сейчас я это понимаю, а тогда думала иначе, — Аня чуть прикрыла глаза, защищая их от падающих снежинок, которые красивым узором падали на ее ресницы.

— Так куда мы сейчас? — спросил Витя.

— Придется немного пройтись, — взгляд у Ани горел. — Слышал же про общину в лесу?

Смешок вырвался у Вити сам собой. Со стороны это выглядело странно. Но какой-то иной реакции от него было трудно ожидать.

— Слышал, — напряженно ответил он. — Даже бывать там доводилось один раз. С Серегой забрели случайно.

— О, значит, ты видел прямо перед ней озеро, — обрадовалась Аня. — Там если чуть глубже в лес уйти — можно наткнуться на вышку заброшенную. Я сама туда не залезала, страшно, но места там очень красивые. Думала до туда дойти, на природе погулять.

— Ну, не знаю, по-моему, не очень хорошая идея гулять в лесу вечером, — засомневался Витя, но, заметив погрустневший Анин взгляд, поспешно добавил. — Ты же ведь наверняка слышала про волка?

Он искренне надеялся, что эта новость ее немного отрезвит. Омега-то вряд ли будет скакать около общины, а вот местные ликаны вполне могут прогуляться. И если они наткнутся на кого-нибудь из них, да еще в волчьем облике, это будет катастрофа.

— Насчет волка можешь не переживать, — Аня с триумфом достала из кармана что-то на подобии зажигалки.

— Это что? — поинтересовался Витя.

— Ультразвуковой отпугиватель, — пояснила Аня. — Люди звука не слышат, а вот животным он причиняет болезненные ощущения, может даже оглушить. Ну, смотри сам.

Витя не успел ничего предпринять, как Аня нажала кнопочку. Его уши тут же прожгла адская боль. Глаза расширились, а сам он еле сдержался, чтобы не закричать.

— Блин, выключи, выключи, — запричитал он.

— Ты чего? — Аня не на шутку испугалась.

Витю слегка потряхивало. В ушах неприятно звенело. Анин голос раздавался будто откуда-то издалека.

— Вить, с тобой все хорошо?

Он поднял на нее покрасневшие глаза. Она смотрела на него с таким волнением, что ему захотелось ее обнять, лишь бы она не переживала. И может быть он бы это и сделал, если бы его голова не трещала по швам.

— У меня очень чувствительное внутреннее ухо, — кое-как выдавил он. — Слышу очень низкие частоты.

— Боже, прости, я не знала, — Аня говорила так быстро, что проглатывала некоторые звуки. — Пожалуйста, прости меня…

— Да, все нормально, зато я убедился в надежности этого устройства, — перевел все в шутку Витя.

— Дурак, — нахмурилась Аня. — Я испугалась, а он тут шутки шутит.

— Прости, Ань, — виновато улыбнулся Витя. — Я всегда начинаю глупо шутить в таких ситуациях. Считай это защитным механизмом. Просто не направляй на меня больше эту фигню.

— Обещаю, — ответила она, все еще поглядывая на него с тревогой. Неужели и правда переживает? Витя заулыбался. Ему это было приятно. Осознавать, что ты не безразличен такой девушке, как Аня, было… Витя даже не мог внятно это сформулировать. Что-то непередаваемое.

Атмосфера в лесу в этот раз была какая-то другая. Приходя сюда с Максом, Витя постоянно ощущал какое-то зловещее давление. Звучные порывы ветра и едкий хруст снега в ушах лишь дополнительно давили на психику и воображение. Лес казался чужим и неприветливым. Но сейчас все было иначе. Он будто намеренно старался демонстрировать ребятам свои плюсы, распахивая свои снежные, но при этом теплые объятия. Снежинки оседали на Анину куртку, и Витя разглядывал их краем глаза — такие все разные, не похожие друг на друга. Аня напоминала Снежную Королеву в этих пейзажах. Не потому что холодная. А потому что казалось, что она, как и этот лес, — самое прекрасное, что могла создать природа.

— Всегда мурашки были от этого здания, — вздрогнула Аня, когда они проходили мимо пятиэтажки. — Боюсь заброшек.

— У меня в деревне недалеко от дома есть заброшенная усадьба. Мы с Серегой там, бывает, тусуемся, когда настроение подходящее. Посидим так, поболтаем. Очень атмосферно, — улыбнулся воспоминаниям Витя.

— С подругой как-то сюда залезли, помнится. Ну и там что-то скрипнуло. Я заорала и ломанулась домой. Она потом надо мной с неделю ржала, — фыркнула Аня. — Знаешь, это было не описать. Как в ужастиках. Я материлась как сапожник. Олька аж меня, наверное, больше испугалась, а не скрипа.

— Как-то мне трудно представить тебя матерящейся, — признался Витя.

— Почему? — удивилась Аня.

— Да, просто… Ладно, проехали, — Витя слегка покраснел. Хотелось ему сказать, что из-за ее доброго голоса, с которым матюки никак не вяжутся, но почему-то передумал. Аня лишь тихонько рассмеялась.

Они все шли дальше вглубь леса. Перешагивая через сугробы, Аня периодически опиралась на Витю, из-за чего он каждый раз покрывался небольшими мурашками. Еще и волк начал радостно облизываться, оказавшись так далеко от кирпичных панелек. Все это кружило голову Вите так, как наверняка не мог бы никакой алкоголь.

— Ты выглядишь таким счастливым, — заметила Аня.

— Радуюсь мгновению, — такая откровенность была сейчас очень кстати. — Этот лес, здесь так хорошо. Мне всегда здесь нравилось. И я понимаю, что и в старости смогу здесь так же погулять. Это ощущение, оно и делает меня счастливым. И то, что я здесь с тобой, это только добавляет ощущения желанной бесконечности момента.

— Засмущал, — Аня слегка отвела глаза.

— Да ладно тебе, я ведь как есть сказал, — почему-то Витя понял, что вот он — момент. Он протянул ей руку. — Можно?

Аня лишь коротко кивнула. Когда он обхватил ее ладошку, то будто провалился. Он слышал стук сердца. Свой. И ее.

— Ты такой теплый, — тихо проговорила Аня.

«Неудивительно, при температуре-то близкой к сорока», — подумал Витя.

Вскоре они вышли наконец-то к озеру. Вдалеке виднелись слабые огни общины. Витя всматривался в них, и почему-то ему хотелось туда. Хотя, он понимал, откуда такое рвение. Волку там было самое место. Может, стоит поговорить с Максом? Как только он будет в состоянии сам себя обеспечивать, то ему будет лучше там? И местные ликаны найдут место и для него?

А как тогда быть с Аней? Согласится она на это? Как она вообще отреагирует на новость о том, что он оборотень? Почему он в мыслях уже видит их парой? Витя дал своим размышлениям отбой. Сейчас не время думать об этом. Он сам говорил — наслаждаемся моментом. А момент был буквально пределом возможных мечтаний.

— Вышка там, — Аня кивнула куда-то вправо. — Ее, в принципе, отсюда уже видно.

Приглядевшись, Витя-таки смог разглядеть торчащую из-за деревьев металлическую конструкцию.

— Я так понимаю, что стоит она тут со времен царя Гороха, — предположил Витя.

— Папа рассказывал, что, когда тут еще деревня была, до того, как в общину превратиться, вышка эта использовалась для наблюдения за лесными пожарами, — сказала Аня. — Но, понятное дело, сейчас она уже для этого не особо пригодна. Заросло все, угол обзора уже явно не тот.

— И часто ты сюда приходишь? — спросил Витя, который все непрерывно оглядывался по сторонам, восхищаясь красотой этих мест.

— Ну, до того, как волк этот появился — очень часто приходила. Сейчас, ну, — Аня слегка запнулась. — Первый раз с момента первого нападения. Родители тогда знатную бучу подняли. Типа, никаких больше походов в лес и все такое.

— Ну, их можно понять, — встал на их сторону Витя. — А сейчас что?

— А сейчас я просто сказала, что с парнем иду гулять, — хитро улыбнулась Аня.

— С… парнем? — не понял Витя.

— Ну, лучше уж так было сказать, чем, что я опять в лес намылилась, — беззаботно ответила она. — Идем, нет?

Вите лишь оставалось ловить ртом воздух. Что ж, видимо, Аня уже все для себя решила. Ему впору радоваться было, но он был в растерянности. А что ему оставалось? Его разум был сейчас где-то далеко, но явно не в нем самом. Требовалась перезагрузка системы. Но когда и как? Да, к черту! Витя уже принял решение, что не стоит вечно задаваться вопросами и искать на них ответы. Просто сейчас плыть по течению.

Когда они, наконец, продираясь сквозь метровые сугробы и укутанные снегом ветки, добрались до этого всеми забытого шедевра архитектурной мысли, перед Витиными глазами предстала конусообразная конструкция, высотой примерно с пятиэтажный дом. Наверх вела узенькая лесенка, начинавшаяся от самой земли и ведшая на самую верхотуру, где была расположена небольшая площадка.

— Ну вот, как-то так, — неловко начала Аня, ковыряясь носочком ботинка в снегу. — Летом сюда с книжкой прихожу. Сажусь на балку и читаю в тишине.

— А зимой? — спросил Витя, уже мысленно представляя себя с Аней на вершине вышки.

— А зимой просто гуляю, фотографирую, — ответила Аня.

— А на вершине ты, говоришь, не была, да? — Витя твердо решил претворить свою фантазию в жизнь.

— Ну да, страшно же одной, — глаза у Ани чуть расширились. — Да и потом, неизвестно еще, насколько крепкая эта конструкция.

— Выглядит недурно, — Витя оценивающе окинул взглядом вышку. — Полезли?

— С ума сошел? — покосилась на него Аня.

— Ни капли, — задорно улыбнулся Витя, уже одной ногой вставая на лестницу. — Представь, что это такой челлендж. С каждой ступенькой твои проблемы уходят куда-то вдаль. И когда ты окажешься на вершине, то все твои страхи и переживания останутся в прошлом. И будешь только ты. Будто заново родившаяся.

— Ну, я даже не знаю… — растерянно ответила Аня. — Все равно как-то немного…

— Я не дам тебе упасть, — уверенно заявил Витя и протянул ей руку. Слегка помедлив, Аня нацепила перчатки, крепко схватило его и полезла следом.

Совет, который Витя дал Ане не замедлил распространиться и на него. Вите самому было немного страшновато. Но, поднимаясь все выше и выше, изредка подбадривая свою спутницу, он начинал чувствовать себя другим. Диким. Свободным.

Аня боялась. Порой она уже была близка к тому, чтобы повернуть назад. Тогда Витя лишь слегка касался ее плеч и, смотря ей прямо в глаза, говорил: «Верь мне!». Это срабатывало. Но лишь до следующего проема. И снова все по новой. Подъем уже явно затянулся. Но было в этом что-то душевное. Вите нравилось заботиться об Ане. Глядя в ее испуганные, но довольные глаза, он каждый раз ощущал эмоциональный подъем. Он начинал бояться к этому привыкнуть.

Последний проем вскоре был преодолен. Оставалась лишь самая волнующая малость — залезть на площадку.

— Подожди меня тут, я проверю, — попросил Витя.

Он с легкостью взобрался на площадку, ощупывая ногой каждый ее сантиметр. Вроде крепкая. Двоих точно выдержит. Он намеренно старался не смотреть по сторонам — хотел разделить с Аней всю ту красоту, которая бы им открылась. Лишь только когда помог ей подняться — только тогда он осмотрелся.

В тот момент ему захотелось кричать. Несколько минут. Открывшиеся виды были поразительны. Сплошной лесной массив, где в свете слабой убывающей луны блестела ледяная озерная гладь. Редкие огни общины дополняли эту картину, добавляя в нее оттенок мистики и загадки. Звезды были будто рукой подать. Зимний ветер приятно дул за шиворот. Вот, где действительно было ощущение полета. Витя аж испугался, что от переизбытка чувств волк сейчас вырвется на свободу. Но он был так же заворожен.

Витя слышал Анино тяжелое дыхание. Испуг исчез с ее лица, уступив место восхищению. Она, не отрываясь, смотрела на все открывшееся великолепие.

— Ну, кажется, что этот экзамен ты сдала, — улыбнулся Витя, касаясь ее руки. — Тебе нравится?

— Безумно, — у нее будто перехватило дыхание. Затем она посмотрела на Витю глазами, полными благодарности. — Спасибо тебе большое.

— За что? — смутился Витя.

— За все это, — Аня обвела рукой окрестности. — Ты мне такой подарок сделал, я просто…

— Пустое, — махнул рукой Витя. — Ты не замерзла?

— Немножко. Но я хочу постоять здесь еще минут пять. Ты не против?

— Конечно нет.

Витя был благодарен судьбе, что они с родителями переехали сюда. Пусть говорят, что хотят, но все это, то, что он имел здесь, в Белоомутске, он бы никогда не променял на столицу, будь там хоть трижды цивилизованнее и лучше условия для жизни. Пусть он и родился в Москве, но здесь он вырос, нашел друзей, стал ликаном… И, кажется, встретил лучшую девушку из всех возможных. Голова которой сейчас так уютно устроилась на его плече. Витя не стал больше думать. А просто приобнял ее.

Они начали спускаться, только когда ветер уже подморозил Ане нос. Она еще не хотела в этом признаваться. Витя бы и не догадался, если бы она не начала подозрительно часто его закрывать теплой перчаткой. Ему ее еще и уговаривать пришлось. Он тоже не хотел покидать это место. Но начинающая замерзать Аня была более чем весомым аргументом.

Спуск был быстрым. Сначала спускался Витя, Аня — следом за ним. Хотела пойти первой, но Витя настоял, что для подстраховки лучше первым быть ему. Она вынуждена была согласиться. До земли оставалось еще метра полтора, когда Вите уже надоело спускаться и он просто спрыгнул.

— Прыгай, я поймаю! — весело крикнул он.

— Нет уж! — запротестовала Аня. — Так спущусь.

— Ладно, дай уж хоть с этим помогу, — вздохнул Витя.

На предпоследней ступеньке Аня все же осмелилась спрыгнуть, при этом неловко оказавшись у Вити в объятиях. Не ожидавший такого подросток замер как вкопанный. И что дальше-то? Они смотрели друг на друга. Аня как-то совершенно не торопилась освобождаться. Витя как будто случайно прижал ее крепче к себе. Она была и не против, подтвердив это таким же действием.

— Потанцуем? — глупо предложил Витя.

— С радостью, — улыбнулась Аня. — Только музыка нужна.

— Не-не проблема, — заикаясь, Витя достал из кармана телефон и, порывшись там с минуту, включил «You’re not alone» неподражаемого Майкла Джексона. Лирическая музыка слилась с тишиной леса. И они в ней растворились.

Они кружились, крепко прижавшись друг к другу. Витя нежно поглаживал ее кудряшки. Здесь, с ней, он чувствовал себя таким большим. И она — такая прекрасная. Удивительная. Маленькое чудо, которое хотелось защищать. Этот танец стоил всего того, через что Вите пришлось пройти. И в этот раз он действительно понял, что пропал. Окончательно и бесповоротно.

«Не уходи от меня никогда, слышишь? Я горы ради тебя сверну! Только позволь мне с тобой кружиться в этом танце вечность!». Слова так и рвались наружу. Но Витя не рискнул прерывать их гармонию. Все и так было хорошо.

Песня закончилась. А они еще стояли так в обнимку пару минут.

— Пора домой… — шепнул Витя.

— Да, — так же тихо ответила Аня.

Взявшись за руки, они пошли по уже истоптанной тропинке. Аня вздрогнула, когда со стороны общины раздался грустный волчий вой. У Вити было дикое желание ответить ему. Но не сейчас. Потом.

— Все хорошо, — успокоил он Аню. — Это просто вой.

— А вдруг это тот самый волк? — в голосе у Ани была небольшая дрожь.

— Нет, Ань, это не он, — и Витя был в этом уверен.

Сердце предательски защемило, когда они уже были буквально в пяти минутах от Аниного дома. Всю дорогу они болтали о книгах, лошадях, комиксах, волках… Витя и не заметил, как быстро пролетело время. И почему счастье так скоротечно?

Витя вспомнил отцовский совет, касательно восточной поэзии. Он как раз вечерком перед этим днем почитал некоторые рубаи Хайяма. Так, на всякий случай. Выделил некоторые для себя. Он был уверен, что Аня оценит. Должна оценить.

Он надеялся, что воспроизвел без ошибок. Пусть даже маленьких. Не хотелось, чтобы хоть что-нибудь испортило этот вечер.

— Хайям? — догадалась Аня.

— Да, — ответил Витя. Но ему хотелось быть честным. — Отец все советовал начать читать. Я только недавно добрался. Изумительные вещи.

— Я не знаю твоего отца, но уже уверена, что он замечательный, — улыбнулась Аня.

— Да, скорее всего, так и есть, — согласился Витя.

Аня не могла знать правду. Поэтому ее слова отозвались ноющей болью в сердце Вити. Юноша всеми силами старался не пустить слезу. Это было трудно. Но он справлялся.

— Пришли, — грустно констатировала Аня, когда они добрались до нужного подъезда.

— Да, — без особого энтузиазма кивнул Витя.

— Вы завтра с Сережей придете на тренировку? — у Ани в голосе была надежда.

— Да, мы с ним строго по субботам договорились ходить, — поспешно отвечает Витя.

Аня в ответ лишь улыбнулась. А затем медленно поцеловала его в щеку. На месте, где отпечатались ее губы, кожа у Вити полыхнула каким-то невообразимым пламенем.

— Тогда до завтра. Спасибо тебе большое, Вить. За все, что ты для меня сегодня сделал.

— Да я ничего не сделал… — Витя совсем растерялся.

— Нет. Ты подарил мне сказку.

Она исчезла, обрамляемая слабым светом подъездных ламп. А Витя еще некоторое время стоял около двери с блаженной улыбкой. А его щека приятно пульсировала.