Вот уже несколько недель никто не оспаривал превосходство Шреддера. Пока на его складе кипела работа, он с высоты своего положения наблюдал за происходящим. Его верные приспешники сновали внизу, словно муравьи, таская украденные товары, которые пополняли его казну.

Другой на его месте был бы доволен, но Шреддер пребывал в задумчивости. В глубине души он всё ещё пылал от холодной ярости из-за того, что Черепахам удалось сбежать. Он знал, что мудрый человек не оставляет в живых ни одного врага.

Тацу подошёл к своему господину и встал рядом с ним, словно тень, облачённый в традиционный воинский наряд – кимоно и накидку с жёсткими крыльями катагину. Несмотря на то, что Тацу сам был могущественным ниндзя, он благоговел перед Шреддером. Он лучше других знал о его непоколебимой гордости и неумолимой целеустремленности. И он знал, что ему ещё предстоит искупить свою вину за то, что он позволил Черепахам сбежать. Именно это так тяготило Шреддера.

Наконец Тацу осмелился заговорить.

– Ваша империя процветает, Ороку Саки, – сказал он.

Шреддер долго молчал, прежде чем соизволил обратить внимание на Тацу.

– Что слышно от крысы? – отрывисто спросил он.

– Мы перепробовали всё, господин, но он по-прежнему молчит. – После неуверенной паузы он продолжил: – Почему Черепахи так беспокоят вас, господин? Их не видели уже много дней. Они покинули город – возможно, навсегда...

Шреддер не повернулся к нему, когда ответил. Вместо этого он облокотился на перила и, словно ястреб, уставился на суетящихся внизу приспешников.

– Когда на Черепашек напали...… ты так описывал их бой... – Его тёмные, словно драгоценные камни, глаза за забралом сузились. Он задумчиво произнёс, обращаясь скорее к самому себе: – Что-то знакомое... Что-то из прошлого…

Шёл дождь, когда Кейси выруливал старый грузовик на улицу над домом Черепашек. Он остановился там, куда указал Леонардо, и, дрожа от холода, вышел из машины. Жаль, что он не взял с собой куртку.

– Вот такое возвращение домой, да? – обратился он к Эйприл. – Этот город...

Черепашки чувствовали себя одинаково комфортно и в воде, и на суше, так что дождь их не смущал. Рафаэль потянулся, разминая затёкшие мышцы после долгой поездки на юг, во время которой ему было тесно в кузове грузовика.

– Теперь я знаю, на что похожа поездка без грин-карты, – пошутил он.

Кейси смотрел на здание рядом с тем местом, где они припарковались.

– Так это и есть ваш дом, да? – спросил он. – Знаешь, он не так уж плох. Совсем не плох...

По улице разнесся скрежещущий металлический звук. Кейси обернулся и увидел, что Микеланджело спускается в канализационный люк.

– Ты идёшь, чувак? – спросил Черепашка.

Когда Кейси понял, где на самом деле находится убежище Черепашек, он опустил голову и вздохнул. Он не любил замкнутые пространства, особенно подземные, а особенно те, что были заполнены невообразимой смесью грязи, мусора и слизи. Но Черепашки были готовы спуститься, и он не мог позволить им выставить его на посмешище перед Эйприл. Он последовал за ними.

Канализация оказалась именно такой, как он себе и представлял. По центру туннеля текла дождевая вода, в которой плавали какие-то мягкие блестящие комки, которые Кейси не хотелось рассматривать слишком внимательно. А вонь стояла невыносимая. Он бы предпочёл сразиться с дюжиной «Фут». Зажав нос, он шлёпал по воде, ссутулившись и с отвращением оглядываясь по сторонам.

– Класс, – проворчал он. – Просто класс. Сначала забытая временем ферма, а теперь это. Почему я никогда не встречаю людей с собственным жильём?

Донателло остановился у двери.

– Мы на месте, – объявил он.

Они распахнули дверь и осторожно вошли. В убежище всё ещё царил беспорядок после попытки «Фут» схватить Сплинтера.

Кейси вошёл последним.

– Полагаю, в канализации трудно найти хорошую горничную, – пробормотал он.

Эйприл положила на стол свой альбом с набросками.

– Может, ты перестанешь ныть? Это всего на одну ночь.

Рафаэлю не терпелось приступить к делу.

– Я всё ещё не пойму, почему бы нам не приступить прямо сейчас, – ворчал он.

– Раф, это был долгий путь, – напомнил ему Леонардо. – И прежде чем «Фут» узнает, что мы вернулись, нам всем не помешало бы немного поспать.

Рафаэль кивнул.

– Да, я понимаю. Ты прав. Просто мне не терпится…

Его прервал стук в одном из шкафов. Черепашки мгновенно насторожились, достали оружие и осторожно подошли ближе. Донателло и Микеланджело отошли в сторону и, взявшись за ручки, стали ждать сигнала Леонардо, чтобы открыть дверцы шкафа.

Рафаэль увидел руку, потянулся к ней и вытащил незваного гостя в комнату. В тот же момент Леонардо отвёл катану назад, готовый в любой момент нанести удар.

Но потом все расслабились. Это был всего лишь сын Чарльза Пеннингтона.

– Дэнни? – изумлённо спросила Эйприл.

Дэнни съёжился, закрыв голову руками.

– Не стреляйте! – закричал он.

Рафаэль бросил насмешливый взгляд на меч Леонардо, который всё ещё был занесён над головой мальчика.

– Не думаю, что он заряжен, парень, – поддразнил он.

Дэнни выглянул из-под ладоней. Увидев, что Леонардо вложил катану в ножны, он набрался смелости и встал на ноги. Но он всё ещё был напряжён и напуган.

Эйприл подошла к нему.

– Дэнни, что ты здесь делаешь?

Дэнни не знал, что ответить. Он знал, что в этом убежище ниндзя Шреддера схватили Сплинтера, но не мог заставить себя рассказать Эйприл о своей связи с «Фут». Тогда она бы поняла, что это он её предал.

– Ну, – выпалил он, – я… я... сбежал из дома.

– О, Боже! – воскликнула Эйприл. – Твой отец, должно быть, с ума сходит! – Она подошла к телефону. – Эта штука работает? – спросила она Донателло.

Дэнни бросился к ней, чтобы остановить.

– Нет! Пожалуйста... не звоните ему. Просто позвольте мне остаться здесь на ночь с вами. Пожалуйста! Мы можем позвонить ему утром, обещаю.

Эйприл закусила губу.

– Дэнни, послушай...

– Стоп-стоп-стоп! – сказал Кейси. Он только что осознал, что сказала ему Эйприл, когда они вошли в убежище. – Что означают все эти разговоры насчёт того, чтобы остаться здесь на ночь?..

Донателло догадался, в чём дело.

– Кейси, ты клаустрофоб?

Кейси так и не смог переступить порог восьмого класса.

– Эй, хочешь получить кулаком по морде? – спросил он, указывая на Донателло. – Я исключительно дамский угодник, ясно?

Эйприл старалась не рассмеяться.

– Дон имел в виду, что ты боишься замкнутых пространств, – объяснила она.

Кейси занял оборонительную позицию.

– Боюсь? Я? Ты так считаешь? – спросил он, кипя от притворного возмущения. – Ну и ладно, мне не нужно выслушивать все эти разговоры о страхе. Я лучше посплю в грузовике!

«Отлично», – подумал он, – «теперь мне не придётся ночевать в этой крысиной норе».

Но Эйприл он не обманул. Когда он вышел из комнаты, она не смогла сдержать приступ смеха.

Тем временем Дэнни нашёл её наброски с изображением Черепашек.

– Ух ты, они правда хороши, – восхитился он.

– Спасибо. – Эйприл была польщена. Она изучала искусство, но в последнее время на работе у неё было мало возможностей применить свои знания. Хотя нет, одна такая возможность всё же была. На мгновение она забыла, что на самом деле у неё больше нет работы.

Дэнни выбрал рисунок, на котором Микеланджело размахивает нунчаками.

– Как думаете, я мог бы взять один? – спросил он, любуясь рисунком.

Эйприл засомневалась.

– Ну пожалуйста, – взмолился он, – чтобы я знал, что всё это было на самом деле.

– Ну, ладно... – смягчилась Эйприл. – Конечно. Почему бы и нет?

– Отличный выбор, парень, – сказал Микеланджело, заглядывая через плечо Дэнни, когда тот проходил мимо. Он погладил свой живот. – Боже, я бы прямо сейчас не отказался бы от небольшой порции картошки фри.

– На днях я приносил сюда немного пиццы, – сказал Дэнни. – Возможно, что-то ещё осталось.

Он указал на коробку из-под пиццей на столе рядом с Донателло. Микеланджело метнулся через комнату, словно охотничья ищейка, но Донателло успел схватить коробку и заглянуть внутрь.

– Ну что? – спросил Микеланджело, облизываясь в предвкушении.

Донателло поднял палец.

– Вопрос.

Микеланджело кивнул.

– Да? В чём он заключается?

– Тебе нравится, когда в пиццу добавляют плесень?

Он показал содержимое коробки Микеланджело, и тот поморщился от отвращения.

Донателло побрёл прочь, насвистывая «Похоронный марш» Чайковского, и выбросил коробку в мусорное ведро

– Может быть, мы сможем купить что-нибудь на завтрак на улице? – спросил он.