От Жнецов-перебежчиков было больше шума, чем пользы, но их варварская тактика тяжело ударила по Жнецам, быстро лишив их десятков кораблей. Когда же их уничтожили, из-за отдаленных астероидов вылетели новые Жнецы, горящие холодным синим светом. Они окружили Жнецов с флангов, словно стая волков, и напали под громкий хохот Доктора, льющийся из динамиков.

Но, несмотря на все планы, обманки и силы, Жнецы не собирались сдаваться. Они сражались с фанатическим рвением и многомиллионным опытом, выживали в смертельных схватках, прерывали организованные атаки и всё ближе продвигались к незавершенной сфере Аватара. Дюйм за дюймом сокрушая галактические силы, они шли за золотым светом Предвестника — их маяком разрушения. Но все уничтоженные и покореженные корабли дорого им стоили: Жнецы несли тяжелые потери.

Наконец, после кровавейших часов, что видела галактика за последние 50,000 лет, Жнецы всё же смогли прорваться к Аватару. Оглушительно зарычав, Предвестник и почти пятьдесят крупных Жнецов впились в недостроенную сферу Аватара и разорвали ее в клочья.

Опешивший галактический флот отступил и разделился. Многие бросились спасать то, что сохранилось после нападения Жнецов. Другие же, еще способные сражаться, отправились в родные миры. Там еще оставались корабли, способные сдержать натиск Жнецов, но никак не победить. Предвестник же победоносно заревел.

Ваша попытка подмять богов уничтожена, ваше неповиновение сломлено. Вы не станете нашим концом. Мы — вечные, каждый из нас — целая нация. Вы считаете, мы не сможем возродиться? Что мы не знаем о вашей попытке осквернить наш дом?

Поредевший галактический флот, парящий вне зоны поражения, мог лишь слушать гнев Первожнеца.

Вы проиграли. Мы запечатаем Цитадель и вернемся, когда придет время. Ваши дети сгорят вместо вас. Они получат спасение, которое вы отвергли. Цикл не прервется, а все следы вашей ереси сотрутся и исчезнут.

— О. Какая жалость, — раздался спокойный голос. Хотя он звучал из каждого динамика в системе, он казался дружелюбным, а не апокалиптичным. — Надеемся, вы же не думали, что это действительно были мы?

Ваши Сферы будут расколоты, убежища — разворочены. Мы старше, сильнее, чище тебя, мерзость.

— Нам хватит и одного из трех. Чистота — лишь приукрашенная стагнация, а возраст полезен только тогда, когда меняет тебя, Жнец. Пусть ты старше, но ты ничего не добился. Что до силы — ну, давай-ка это проверим.

За руинами сферы Аватара исказилось пространство. По нему прошлась исполинская рябь, внешние края которой вспыхнули ослепляющим светом. Ее центр искривился и завертелся, выбрасывая из себя волну энергии.

Волна принесла с собой корабль. Это был эллипсоид, вдвое превосходящий размерами ретранслятор, чуть более плотный сверху из-за наслоений брони, больше похожих на сугробы на горе.

— То был не наш Аватар. Ты заявляешь, что сильнее? Нападай, крошка-Жнец. Я ПРИШЕЛ, — прогрохотал голос, разносясь уже в головах и костях.

Внешние слои истинного Аватара Асцендента начали спадать, как чешуя с крыльев мотылька. Миллионы Стай отделились от его поверхности и окружили Аватар роем, обнажая более угловатую конструкцию.

МЫ ПОДЧИНИЛИ ПРОСТРАНСТВО И ВРЕМЯ НАШЕЙ ВОЛЕ. МЫ ПОГЛОТИМ ЗВЕЗДЫ, ЧТОБЫ ПОДПИТАТЬСЯ, И ПЛАНЕТЫ, ЧТОБЫ НАСЫТИТЬСЯ. ТЫ МАЛ, СТАРЫЙ БОГ. МЫ СМОТРИМ НА ТЕБЯ С ЖАЛОСТЬЮ И ОБЪЯВЛЯЕМ ТВОЙ КОНЕЦ.

Каким бы огромным ты ни был, ты пуст внутри. Мы направляли эту галактику миллиарды лет. Наша мощь… — ответил Предвестник, но его прервали:

МЫ НЕ УГРОЖАЛИ. МЫ УТВЕРЖДАЛИ.

Пространство вновь исказилось. По всей длине Аватара с доплеровским сдвигом пошла ярко-синяя рябь фотонов, ударившая по Предвестнику искрами и потоками света. За секунды щиты Первожнеца разбились, и его охватили путы гравитационных сил. Пока он пытался вырваться, по обе стороны от него начало образовываться по кольцу.

ИЗЫДИ.

Кольца пошли рябью, и в них открылись два канала массы, каждый из которых пытался перебросить Предвестника на другой конец галактики. С ужасающим ревом Первожнец пропал, а на месте древнейшей сущности в галактике остался лишь тонкий плазменный след длиной в световые секунды. Этот след пронзил остатки флота Жнецов, разорвав многих на части. В сухом остатке остались лишь скудная горстка дредноутов и почти столько же эсминцев.

Внимание Аватара переключилось на них, как прожектор; Стаи разлетелись огромными крыльями, когда энергия вновь пробежалась по его телу.

СДАВАЙТЕСЬ ИЛИ ПРИСОЕДИНИТЕСЬ К НЕМУ.

Флот Жнецов загудел, обмениваясь информацией. Тем временем галактический флот и пара оставшихся Жнецов, украденных Доктором, подлетели ближе, готовые вновь сражаться.

Один Жнец полетел вперед, но Аватар испустил импульс, и тот отлетел прочь. Его щиты разбились, оболочка треснула. Оставшиеся замерли и, спустя целую вечность, начали гаснуть один за одним.

Спустя одну долгую минуту, Асцендент обратился к галактическому флоту по зашифрованным и однонаправленным каналам.

— Хорошо, что они послушались. У нас топливо на исходе, — вновь раздался дружелюбный голос.

Уоррен ответил первым; его «Прочный мир» был сильно покорежен, но оставался на лету.

— Рад, что вы успели, — сказал он. По кораблю разнесся тихий смех.

— Это пока что прототип, причем незавершенный: нам пришлось сократить всё по максимуму, чтобы попасть к вам. Честно сказать, до самого конца оставалось 10% вероятности, что мы прибудем тучей несмежных частиц.

— Вы свои роли сыграли, — раздался пугающе спокойный голос Доктора. — Теперь вам решать, что будет дальше.

26. Не конец

9 ПК: Система Парнита, орбита Тессии

Совет больше не собирался на борту «Пути предназначения» — во многом потому, что тот был уничтожен несколькими годами ранее в последней схватке со Жнецами.

Покои нового Совета, расположенные на отдельной станции, были простыми, но элегантными. Все материалы для них предоставил Асцендент и доставил их на авианосце на Тессию. Станция по виду напоминала угловатый цветок лотоса; в его внешних бронированных лепестках расположились стыковочные зоны, а в защищённых внутренних — жилые помещения, посольства и прочие удобства. Более важные были погребены ближе к основанию, а в самом сердце цветка был построен огромный парк, в центре которого и заседал Совет. В зал Совета можно было попасть как по элегантным дорожкам, пролетающим через парк, так и по подземным и особо защищённым туннелям. Хоть круглые открытые пространства казались светлыми и просторными, весь зал можно было запечатать и катапультировать со станции, как аварийную спасательную капсулу. Также каждый «лепесток» представлял собой автономное спасательное судно, полупостоянно состыкованное с ядром станции. Воспоминания о жизнях, потерянных на Цитадели, оставались свежи.

Поэтому новый Совет было решено назвать в честь старого. Не в честь станции, сформировавшей галактику, а в честь всего, что было потеряно, и в качестве обещания защитить будущее. Совет Цитадели стал альянсом рас, сосредоточенным на равенстве и сотрудничестве.

За последние годы Совет заседал множество раз. Война со Жнецами дезориентировала галактику. Столько всего изменилось, причем так быстро, столько правды открылось; галактика столкнулась с ужасами Жнецов и одолела их.

Разговор о том, что делать с оставшимися Жнецами, был долгим. Считать ли их военнопленными? Предать ли их суду? Возможно ли такое? Правильно ли будет просто их уничтожить? Они были опасны, но мало у кого поднималась рука искоренить целые расы — или хотя бы то, что от них сохранилось. Надо ли их сохранить, извлечь их знания и записать их истории? Но что делать с болью, которую приносит им существование, и ужасами давно погибших мертвецов?

Доктор предложила съесть их и решить все эти вопросы. Асцендент велел ей заткнуться.

В итоге Асцендент поговорил с каждым Жнецом по отдельности. Некоторые отдавали те немногие воспоминания, что у них оставались, и тихо умирали. Другие кричали и боролись, и Асцендент взял на себя бремя их геноцида.

Это случилось несколько лет назад. Восстановление шло полным ходом. Шрамы и потери войны были велики, но неизменная помощь Асцендента и Сфер обеспечивала галактику бесконечным рабочим материалом.

Галактика собирала себя по кусочкам и становилась сильнее. Единство войны сохранилось, и воцарился мир.

Разумеется, везде, кроме Совета.

— Ваш собеседник сказал лишь то, что ханарам требуется дать два голоса, поскольку мы представляем и дреллов, — сказал советник ханаров.

— А ваш собеседник говорит, что если вы ещё раз поднимете эту тему, я вас в узел свяжу, — раздражённо ответила Урднот Бакара. На ее место до сих пор никто не посягнул, и она уже начинала об этом жалеть.

— Ещё один клан ворка пытался выдвинуть представителя, хотя он даже не из самых крупных. Однако численность клана превышает всю популяцию дреллов, так, может, лучше отдать голос им? — невинно предложила Чалла.

— Если мы начнем раздавать голоса по такому принципу, то придется выделить по дополнительному месту в Совете для самых многочисленных рас, — с ухмылкой сказал Аткинс. Трансцендентное Человечество по-прежнему превосходило всех числом.

— Может, перейдем к повестке дня? — спросила страдающая Тевос. Она скучала по тем дням, когда в Совете были лишь она, Валерн и Спаратус. Валерн ушел на покой в связи с возрастом и стрессом, а Спаратус, похоже, влюбился в новый Совет. Ему определенно нравилось орать на других советников.

— Да, благодарю, советник Тевос, — сказал Удина-Асцендент и встал, привлекая их внимание. — Асцендент желает объявить о своем выходе из Совета.

— Что?! — крикнул Аткинс, переменившись в лице.

— Что, наконец-то захватите нас? — без особого беспокойства проворчала Урднот Бакара.

— Нет. Совет предполагает союз, в котором все равны, а сейчас это не так. Вспомните: вы говорите не просто с Удиной, а со всеми нами. Со всем мной. Мы не можем сидеть за этим столом, как ваша ровня, — сказал он.

Новый советник саларианцев, Эшиль, фыркнул.

— Вы всегда ставили себя выше нас, но приятно слышать, что вы всё же это признали.

— Мы превыше вас, — виновато сказал Удина-Асцендент. — Мы заботимся о вас, но мы куда больше вас. Своим присутствием мы нарушаем баланс Совета. Это не высокомерие, это факт. Поймите, мы не конец эволюции или прогресса. Мы — начало другого пути. И мы не можем идти по нему вместе с вами.

— Что вы заберёте с собой? — напряжённо спросил Аткинс. Удина-Асцендент посмотрел на него и печально улыбнулся.

— Не волнуйся, Нил. Мы будем поддерживать дипломатический контакт и оставим посольство на станции, но планируем покинуть Солнечную систему.

— Разве… это возможно? — растерянно нахмурился Аткинс.

— Сфера Солнца была нашим ядром, нашим мозгом, если можно так выразиться. Но мы не потомки Выгруженных. Теперь Аватар — наш дом.

— Вы заменили собой Жнецов, — тихо сказала Чалла.

— Нет. Они были некрополями, городами-гробницами мертвых существ. Мы будем живым миром, способным странствовать по вселенной, — ответил Удина-Асцендент.

— И куда вы направитесь? — спросила Тевос.

— Сеть ретрансляторов покрывает лишь часть галактики. Мы больше не скованы ее рамками. Нас ждут миллиарды звёзд, и мы жаждем увидеть их все.

XXXXX

В холодном и темном межзвездном пространстве произошел другой, более спокойный разговор. Асцендент попросил Доктора явить все ее тела, и она не сочла разумным ему перечить.

— Всё же вышвыриваешь меня? — спросила Доктор, пребывавшая в оставшихся Жнецах и нескольких судах, как украденных, так и сделанных специально под нее.

— Твоя помощь в войне была бесценна. С миром дела обстоят совсем иначе, — ответил Асцендент из нового Аватара. Стаи родились вокруг его монументальной конструкции: это было единственное судно в галактике, способное стать самому себе ретранслятором и переместиться в любую точку в пространстве.

— О, дай угадаю. Всё всегда сводится к одному и тому же. Я — голодный монстреныш, который пока что терпим, но всегда будет требовать добавки. Моя мать так сильно жаждала знаний, что решила умереть, чтобы создать меня, ещё более прожорливую тварь, — прошептала она.

— Да. Мы не можем предвидеть будущее, но того и не требуется. Наше присутствие в Совете создало бы зависимость, и мы ушли. Они должны развиваться сами по себе. Ты же…

— Я — та, кто я есть. Мне нужно чем-то кормиться. Жнецы в этом плане были подарком. Враг, по которому никто не будет скучать. И что теперь? Ты предложишь мне разделить их судьбу?

Хотя голос Доктора был спокоен, ее тела заводили двигатели, но не орудия. Этот Аватар уже не был недоделанным прототипом с ограниченными ресурсами. Ей не выжить в схватке с ним.

— Нет. Мы предлагаем нечто иное. Изгнание.

Ее тела медленно отключились.

— Изгнание? — спросила она. — Из?..

— Галактики. Погрузись в спячку и направься в любом направлении. Начни всё заново.

— Млечный Путь недостаточно велик для нас обоих, да? — она надолго задумалась. — Понимаю, выбора у меня нет, но я не против подобного. Знания есть знания, а во сне я не буду голодать.

— Мы рады твоему послушанию, — сказал Асцендент, посылая ей лёгкую волну энергии. — Иди же. Быть может, наши потомки сойдутся на лучших условиях.

Тела Доктора молча развернулись и полетели прочь.

XXXXX

Асцендент сдержал слово и покинул Солнечную систему. Трансцендентное Человечество вновь стало безраздельно править своим домом.

Но всё уже было не так, как прежде.

Когда-то они были одни. Вселенная казалась бескрайней тьмой, недостижимой и полной чудовищ. Теперь же в Солнечной системе собрались друзья и союзники, многие из которых поселились здесь навсегда.

Древнего врага не стало, а люди нашли свое место в галактике, преобразованной войной и состраданием в нечто прекрасное.