Люда раскланялась полупустым трибунам, помахала рукой и покатила к калитке, мельком взглянув на дисплей: на нём как раз показали её крупным планом. Помахав в сторону оператора, Люда подъехала к калитке и взяла у Брона чехлы.

— Что это было? — слегка усмехнулся тренер. — При настоящем прокате ты бы восемь баллов впустую потеряла.

— Ничего не было, — огрызнулась Люда. — Так получилось.

Брон ничего не сказал. На самом деле прокат, конечно же, был не провальный, но отсутствие двух тройных прыжков могло сильно сказаться на результате. В сущности, при таком раскладе тройные аксели получились бы исполненными напрасно, они бы только перекрыли недостачу баллов на обычных тройных прыжках.

— Я сейчас ничего не буду говорить, сама подумай, что произошло, визуально ты откатала хорошо, — покачал головой Брон, поднял руку и посмотрел на часы. — Сейчас 8:40, у тебя старт в 16:28, это целых полдня. Езжай в гостиницу, выспись, приедешь сюда к 15 часам.

— Вы здесь будете? — спросила Люда.

— Мы здесь будем, ещё тренировки у парников и у мужчин, — подтвердил Брон.

— Я подожду Соню! — решительно заявила Люда и посмотрела на ледовую арену.

— На тренировку приглашается Алиса Лью, США, — сказал информатор.

Американка получила последнее наставление от тренера, сняла чехлы с лезвий и ступила на лёд. Сразу же быстрыми перебежками стала разгоняться к правому короткому борту, несколько раз исполнила фонарики, пируэты, проехала змейкой, потом начала прыгать перекидные прыжки. После перекидных пошла на тройной аксель, что Люда сразу определила по длинному аккуратному заходу, так до боли похожему на тот, которым заходила на этот элемент она сама.

Первый тройной аксель у Алисы не получился, сделала бабочку, однако улыбнулась в камеру, помахала рукой и стала разгоняться на второй триксель. А вот второй у неё получился. Причём получился очень хорошо: сделан с быстрого хода, с сильным и мощным замахом, стремительной круткой и точным приземлением в арабеску. Потом Алиса начала исполнять вообще все прыжки и каскады из произвольной программы. Получались они 50 на 50, какие-то она прыгала чисто, на каких-то ошибалась, причём Люда заметила, что Алиса Лью не падает с прыжков, у неё был только один вариант ошибки: бабочка. Алиса либо хорошо делала прыжок, либо не докручивала оборот и делала бабочку.

— Для исполнения произвольной программы на лёд приглашается Алиса Лью, США, — объявил информатор.

Трибуны отреагировали громкими аплодисментами и приветственными криками. Алиса, помахав руками, покатила к центру арены и встала в стартовую позу. Зазвучала классическая музыка, и она начала свой прокат. Люда сразу определила, под что американка будет катать: Пётр Ильич Чайковский, «Концерт для виолончели с концертом». Святая классика! Ну что ж, было бы интересно посмотреть на этот вариант постановки.

Надо сказать, Людмиле прокат американки очень понравился. Казалось бы, у неё плотное спортивное сложение, обладает тройным акселем, прыгает высоко и пролётно. При таких физических данных вроде бы, не сможет правильно подать классическую тему, но у неё это получилось. Американка хорошо, по-балетному плавно, красиво работала руками, каталась на крутых рёбрах, описывая зрелищные дуги, и в целом произвела очень сильное впечатление, по крайней мере на Люду.

В технической части прокат получился очень сильным. В самом начале американка прыгнула тройной аксель, тройной риттбергер, тройной флип, двойной аксель, исполнила прыжок вращение. Во второй половине программы сделала каскады тройной лутц — тройной тулуп, тройной лутц — ойлер — тройной сальхов, тройной флип — двойной тулуп, дорожку шагов, хореодорожку, вращение со сменой ноги и заклон.

Закончив программу, Алиса Алиса улыбнулась, показала язык в камеру, помахала руками в обе стороны и покатила к калитке, где опять подурачилась на камеру и обняла тренера.

Американка не допустила ни одной ошибки за всю программу, а надо признать, программа была не из простых: с тройным акселем и целыми тремя каскадами, стоявшими во второй части программы, за их исполнение она могла получить хорошие баллы. К сожалению, Люда отсюда не видела какое было качество исполняемых прыжков. По крайней мере, на тройном акселе недокрута точно не было, так как прыгнула она его недалеко от бортика, за которым стояла Люда. Но в принципе… Если американка чисто откатает короткую программу с тройным акселем, и чисто откатает произвольную программу, так же как она откатала её сейчас, она сможет обойти Люду. В короткой программе у Людмилы был обычный прыжковый контент, а в произвольной программе во второй части каскадов вообще не было, лишь одиночные прыжки. В общем, как всегда, расслабляться не стоит… Алиса Лью по отдельности допустила в прыжках много ошибок, но тут же выдала абсолютно чистый прокат произвольной программы.

Потом объявили на выход корейскую фигуристку Ен Су Лим, и Люда пошла в раздевалку, нужно было снять коньки и переодеться. Термитова с тренером в это время находилась в фитнес-зале. Люда оказалась в недвусмысленной ситуации: что сейчас делать? Ехать в гостиницу одной, либо дождаться проката Сони? Конечно, никаких договорённостей у них ждать друг друга не было, да и знакомы они шапочно и совсем недавно. А вид спорта у них индивидуальный…

Конечно, Люда имела полное право сейчас уехать в гостиницу и отдыхать, времени ещё порядочно, но она решила подождать Соню. Иначе она просто не могла поступить. Она родилась в Советском Союзе, и друзей бросать в сложной ситуации не привыкла. Пусть даже эти друзья себя по отношению к ней, возможно, друзьями и не считают…

Люда не спеша переоделась, оставила все вещи здесь, закрыв ящик на кодовый замок, сунула в карман аккредитацию и опять направилась на арену. Пока ковырялась, прошло полчаса. Придя на арену, Люда увидела, что на лёд уже вышла Эмбер Гленн. Термитова тоже находилась здесь, стояла рядом с калиткой, рядом с ней тренер. Они о чем-то разговаривали, но, увидев, что появилась Люда, с большим удивлением уставились на неё. Однако ничего не сказали. Американка тем временем начала разминаться.

Эмбер Гленн после общей разминки стала тренировать прыжки, и Люда увидела, что она тоже прыгнула тройной аксель в самом начале программы, потом приступила к исполнению остальных прыжковых элементов. Получались они не ахти как хорошо, но и эта американка ни разу не упала, хотя два раза исполнила бабочку.

Потом её вызвали на прокат произвольной программы. Начала прокат очень активно. В начале прыгнула тройной аксель и два каскада, но потом дело не заладилось, и часть прыжковых элементов американка провалила, сделав бабочки. Эмбер Гленн допустил ошибки и в отдельных прыжках, и в целиковом прокате произвольной программы.

В отличие от Алисы Лью, вид у фигуристки был очень раздосадованный. Скривив красивое лицо, Эмбер Гленн закончила прокат, но всё-таки нашла в себе силы поблагодарить зрителей. Потом покатила к калитке, где её встретил тренер. Сразу же начали что-то довольно горячо обсуждать, а один из японских операторов снимал их спор с близкого расстояния и транслировал на монитор.

— На тренировку приглашается Софья Термитова, Россия, — сказал информатор.

Соня с тренером прошли мимо Люды, причём Термитова посмотрела на неё и слегка улыбнулась, потом фигуристка сняла чехлы и подала тренеру. Вышла на лёд и стала разминаться быстрыми перебежками.

— Ты что, в гостиницу не едешь? — спросил подошедший Брон. — Почему силы не бережёшь?

— Сейчас поеду, — смущенно ответила Люда и посмотрела на Соню.

Тренер тоже посмотрел в том направлении и слегка покачал головой, по-видимому, не одобрил то, что его ученица хочет смотреть прокат соперницы.

Соня тем временем размялась, отпрыгала всё что положено для произвольной программы, причём Люда с большим удивлением увидела, что и у Термитовой тоже есть тройной аксель. Тройной аксель! Когда выступали в Екатеринбурге, Соня, помнится, его не прыгала, прыгнула лишь двойной, но сейчас, по-видимому, они решили усилиться. Конкуренция нарастала.

— Для проката произвольной программы на лёд приглашается Софья Термитова, — сказал информатор.

Соня, улыбаясь, проехала мимо судейского ряда, описала широкую дугу, плавно взмахивая руками, и направилась на одной ноге к центру арены, где заняла стартовую позу: опустилась на правое колено, подняла правую руку вверх, а левую руку положила на левое колено, запрокинув лицо вверх.

Заиграла медленная фортепианная неоклассическая музыка. Соня исполнила несколько красивых хореографических движений на льду, потом встала на ноги, сделала пять красивых пируэтов и покатила к правому короткому борту, у которого развернулась тройкой на ход назад и прыгнула каскад тройной флип — тройной тулуп. Чисто! Зрители громко зааплодировали. Камеры с близкого расстояния показали каскад со всеми характеристиками.

Исполнив на выезде несколько твиззлов, сделала перепрыжку и по серпантину, по траектории буквы S, покатила к правому короткому борту, у которого прыгнула тройной флип. И опять чисто и очень красиво. После этого Соня прыгнула тройной риттбергер, потом каскад тройной сальхов — двойной тулуп, после которого вошла во вращение со сменой ноги. После вращения исполнила хореопоследовательность: проехала в ласточке и сделала очень красивый выпад на правой ноге.

Прокат у Термитовой шёл прекрасно до одного места: до второй части программы. Как только она началась, Соня должна была исполнить в такт музыке каскад из трёх прыжков: тройной лутц — двойной аксель — двойной тулуп. Но что-то пошло не так: вместо двойного акселя прыгнула одинарный, а на двойном тулупе получился недокрут и приземление на две ноги. Нечисто! Но болельщики всё равно зааплодировали, поддерживая фигуристку.

После каскада Термитова разогналась кросс-роллами, сделала несколько быстрых пируэтов и по прямой покатила в сторону левого короткого борта, у которого прыгнула двойной лутц. А должен быть тройной! Бабочка!

Соня набрала скорость, покатила к центру арены, где прыгнула… одинарный аксель. Опять бабочка! В программе у неё здесь стоял дупель, сейчас они с тренером по плану решили прыгнуть тройной аксель, но он тоже не получился. Соня почти бросила программу, застыв с опущенными руками, но сразу же пришла в себя и продолжила прокат.

Сделав несколько связующих элементов, Соня исполнила вращение: прыжок в либелу, после него вращение в заклоне, после которого зашла на дорожку шагов, которую проехала заметно хуже, чем в Екатеринбурге.

Потом Термитова поехала красивыми дугами до центра арены, где красиво опустилась на колено, подняла правую руку, запрокинув голову лицом вверх. Финал. Под аплодисменты зрителей Соня встала и покатила к центру арены, с трудом передвигая ногами: похоже, сильно устала.

Остановившись в центре, прижала руку к сердцу, поклонилась в сторону правой трибуны, развернулась и точно так же поблагодарила левую трибуну, потом боковые сектора. Камера с близкого расстояния показала её печальное лицо, казалось, ещё немного и на глаза навернутся слёзы. Раздались громкие аплодисменты зрителей.

Соня медленными перебежками, держа руки на поясе, покатила к калитке, где буквально упала на тренера. Похоже, опять очень сильно расстроилась. Хворостов что-то сказал ученице, она надела чехлы на лезвия и посмотрела на Люду. Взгляд у неё был виноватый. Наверное, корила себя за то, что подружка по сборной осталась посмотреть на прокат, а она подвела её. Но неужели у Сони сейчас в голове именно такие мысли…

— Пойдём в раздевалку! Решим что дальше делать! — решительно сказала Люда и вместе с Соней направилась в служебный коридор. А там, как назло, стояли несколько телеоператоров и с близкого расстояния начали снимать российских фигуристок, которые явно были не в себе. Только сейчас Люда поняла ерунду с этой видеосъёмкой и открытыми прокатами, да и в принципе с японскими журналистами. Они искали именно такие моменты, которые говорили о живых эмоциях, о чувствах, они хотели снять, как люди находятся в полном раздрае, похоже, зрителям это было интересно.

— Вот опять у меня не получилось… — печально сказала Соня, когда начали переодеваться. — Наверное, завалю прокат. Что вот у меня всегда так получается? Почему я всех расстраиваю? Классическая цундере.

— Кто-кто? — недоумевающе спросила Людмила. — Кого взять за цугундер?

— Ну, это один из психотипов персонажей в аниме, — смущённо объяснила Соня. — Означает девушку, которая постоянно страдает, печалится и при этом резкая и всем приносит несчастье.

— Слушай, какое несчастье ты кому приносишь? — решительно возразила Люда. — Знаешь, всем этим тренерам на нас плевать с большой башни! Как мы откатаем — им пофиг. Уйдём мы, придут другие, и они точно так же будут стоять с кривыми недовольными рожами у бортиков. Мы должны сами о себе заботиться. Ты посмотри на американку! На эту, Алису Лью. Откатала точно так же, как и мы, завалила половину программы, и ничего, вышла живая, никто не побил, всем улыбается, машет руками. Она приехала сюда как на праздник, показать себя. И мы себя также должны вести! Меня тренер постоянно ругает, Сашку Смелову ругает, и ничего, живые до сих пор. Так что… Перестань себя накручивать.

Люда, когда говорила, неожиданно подумала, что точно так же, один в один могла бы сказать Сашка Смелова, у которой на окружающую действительность был именно такой взгляд: надо жить как есть, не заморачиваться, стоять на своём и следить, чтобы рожи не были кривыми.

— И что мы сейчас будем делать? — слегка оживилась Соня.

— Ну, время уже почти 10 часов, — посмотрела Люда на телефон. — Мне тренер сказал приехать сюда к 15 часам, это нужно выезжать из гостиницы минимум в 14. Если мы сейчас направимся в гостиницу, приедем в лучшем случае к 11, а то и позже, пока там сходим пообедаем, будет уже 12, ещё пара часов, и придётся снова ехать сюда. Мы только устанем больше, будем в автобусе тащиться ровно столько же, сколько потратим на отдых. Поэтому я предлагаю найти здесь где-нибудь кафешку, чего-нибудь перекусить, а потом ляжем передохнуть. Ты, кстати, взяла платье для короткой программы?

— На счастье, платье я взяла, — улыбнулась Соня. — И где мы будем отдыхать?

— Например, здесь, — Люда показала на стопку чёрных кожаных матов, лежавших в самом углу раздевалки. — А можно пойти в фитнес-зал, там помещение больше и есть точно такие же маты. Решай. Оставшись здесь, нам никуда не нужно ехать, будем спокойно, без нервяка, ждать своей очереди на выступление.

Соня с опаской посмотрела вокруг. Девчонок в раздевалке было уже порядочно, к одиночницам и парницам, тренировавшимся на резервной арене, присоединились уже начавшие подходить танцорши, которым сейчас предстояла не только тренировка, но и почти сразу же старты.

— Хорошо, — решившись, согласилась Соня. — Пойдём, найдём какую-нибудь кафешку.

Конечно, Бронгауз и прочие тренеры говорили, что не стоит есть уличную еду, но выхода, к сожалению, не было: голод сейчас навалился с такой силой, что кружилась голова и скрутило живот. Сегодня утром перекусили только шоколадками, а потратили очень много энергии на разминку и тренировки.

Когда вышли из служебного коридора, столкнулись с Гумовым и Самсоновым, у которых после танцоров должна была начаться тонировка. Однако парни уже приехали сюда и не спеша прохаживались у служебного коридора.

— Привет. Как тренировки? Вы куда это пошли? — с интересом спросил Самсонов, внимательно оглядев фигуристок.

— Диман, ты столько много вопросов сразу задаёшь, — рассмеялась Люда. — Сначала скажу «приветик». Потом отвечу: тренировки у нас прошли хорошо. А пошли мы сейчас, потому что захотелось пожрать. Вы, кстати, не знаете здесь какую-нибудь более-менее приличную кафешку неподалёку?

— Тут есть кафешка прямо в холле, — согласился Самсонов. — Кормят в том числе и по аккредитационным карточкам. Можем составить вам компанию. У нас времени ещё порядочно.

Фигуристки с благодарностью посмотрели на товарищей по команде: хоть в чём-то им повезло в первой половине дня…