По окончании вахты я отправляюсь к реактору – месту встречи с Великим Архитектором. Он уже там, мне никогда не удается прийти раньше него. Сентек стоит ко мне спиной и смотрит сквозь стекло на реактор.

– Как все прошло? – спрашивает он.

– Она не возражала, – отвечаю я.

– Хорошо, – он покачивается на месте. – Что ты ей рассказал?

– Я сказал, что нам нужно уйти от метеоритного потока.

– Она поверила?

– Не знаю, – честно отвечаю я, – но сомнений она не выразила.

Сентек разворачивается.

– А другие могут выразить сомнения?

– Нет. Они солдаты и исполняют приказы.

По лицу Великого Архитектора скользит мимолетная улыбка.

– Но приказы Великой Царицы-Регента значат больше твоих приказов, Кетот.

– Правду знает только Старший помощник, а он мне предан.

– Ну а остальные? Не сообразят, что никакого метеоритного потока нет? Они что не могут посмотреть на приборы? Или кораблем управляешь только ты и этот твой Старший помощник?

– С приборами все в порядке, – говорю я, – мы изменили данные.

– Умно, – он делает шаг вперед, и за его спиной на фоне реактора вспыхивает еще один источник света.

Он такой же холодный, как и реактор, но светит гораздо ярче. Я вижу, что большим пальцем правой руки Сентек потирает безымянный – тот, на котором он раньше носил кольцо.

– А что потом, когда мы приблизимся?

– Я смогу обосновать остановку, но не смогу обосновать высадку. Тут уже вам придется что-то придумывать.

– Предложишь Миртес прогуляться по поверхности астероида. Она согласится, она от скуки уже на стену лезет.

– Это может быть небезопасно, – возражаю я.

– Твоя забота, – небрежно бросает Сентек.

А чья же еще? Я чувствую, как мои пальцы непроизвольно сжимаются в кулаки. Все, что мне нужно сделать, это всего лишь ударить его. Прямо в лицо. Он ударится головой о пульт управления реактором, упадет на пол и, скорее всего, просто истечет кровью. Когда его найдут, спасать будет слишком поздно. Несчастный случай – всякое бывает на космических кораблях.

Видимо, он замечает во мне какую-то перемену и делает еще один шаг вперед.

– Если ты вдруг решишь сделать какую-нибудь глупость, то не забывай, что во все подробности твоих секретов посвящен не только я.

Как будто такое можно забыть.

– Когда мы приблизимся к астероиду?

– Шестьдесят восемь часов.

– Буду ждать с нетерпением. Кстати, я оставил в твоей каюте небольшой подарок, думаю, он тебе понравится.

– Великий Архитектор имеет опыт воровства, раз так уверенно вскрывает двери? – не выдерживаю я.

Сентек громко и, кажется, даже искренне смеется.

– Посмотри на подарок, Кетот, тебе понравится.

Я слышу, как у меня за спиной открывается и закрывается дверь.

Когда я наконец-то возвращаюсь в свою каюту, то обнаруживаю на столе лист бумаги, который лежит чистой стороной вверх. Я переворачиваю его. Карикатура. Мне и до этого доводилось видеть работы Сентека, и я в очередной раз убеждаюсь в том, что этот человек гениален. Точно, остро, язвительно… гадко. Вероятно, этого он и хотел добиться. Иногда человек, который годами хранит тайну, хочет кому-то открыться. Это внутреннее бремя так давит, что любой, кто проявляет участие, кажется спасителем. Ты думаешь, что этот человек тебя не осудит, точнее, тебе хочется думать, что этот человек тебя не осудит, потому что должен же быть хоть кто-то, кто этого не сделает. И ты открываешься, ждешь понимания, поддержки… Но ничего этого не происходит. Все заканчивается одинаково. Всегда.