Когда вернулись на площадь, здесь нас уже ждала целая толпа. К подсудимым, стражникам и Розенкранцу с бойцами моей личной гвардии прибавились Арина с Варроном в парадных одеяниях и в сопровождении младших жрецов, некоторые свободные от занятий горожане и множество невесть откуда взявшихся детей леса. Пара десятков человек, оставленные тут недавно, превратились в несколько сотен, среди которых делегаты-дипломаты Золотого города держались тесной группой все более волнуясь. Неожиданно, в сторонке увидел Кирилла Ивановича Бульдозера — в серо-стальных доспехах с наплечниками, украшенных узором паутины. Трофейные — в подземном царстве сейчас воцарилась инкарнация Элуны, а доспехи явно со времен правления богини Ллос, королевы демонических пауков.

«Здравомыслов?» — дернув подбородком, спросил я беззвучно у Бульдозера.

Темный эльф прекрасно понял, что именно меня интересует и уверенно кивнул, быстро показав руками крест. Все, закончилась карьера творца-основателя, причем второй раз за короткое время. Главное теперь, чтобы он колесом возрождения по остальным шести отражениям не пошел, иначе это может стать серьезной проблемой.

Когда мы втроем приблизились к ожидающим суда богини дипломатам и инквизитору, по приглашающему жесту Эрики к нам подошли и встали рядом Арина с Варроном и Розенкранцем. Сразу после этого по сторонам от верховной жрицы материализовались двое лунных стражей с заполненными светом глазами — на площади сразу повисла полная тишина, даже дети леса дисциплинированно замерли.

— Мы собрались здесь для определения меры наказания за проявленное неуважении к нашему гостеприимству, — прозвучал звонкий голос Эрики. — Богиня видела, что произошло и сейчас сама вынесет вердикт, — сделав несколько шагов вперед, верховная жрица подняла руку и ее указательный палец уткнулся в инквизитора.

Несколько долгих секунд ничего не происходило. Инквизитор смотрел на Эрику с целой гаммой чувств, меняющихся от панического страха до облегчения — видимо решив, что богиня его прощает. Но он просто не видел, как за его спиной крона одного из деревьев вдруг мягко и бесшумно, но при этом стремительно склонилась вниз. Эрика уже опустила руку с перстом указующим, отчего инквизитор еще более расслабился, собираясь что-то сказать, но как раз в этот момент ветви дерева захлестнули его змеящимися плетьми, стягивая тело и разрывая одежды врастая прямо под кожу.

Стремительно склонившееся дерево так же быстро выпрямилось, инквизитор устремился вверх с громким пронзительным криком. Не первый раз наблюдаю подобную жесткость и даже жестокость решений, но по-прежнему удивляюсь, насколько бескомпромиссна может быть Элуна — всегда вершит справедливость как сама мать природа, безо всяких сантиментов.

Крик сверху ненадолго перешел в пронзительный вой, но почти сразу стих. Оплетенное ветвями тело инквизитора в разодранной черно-красной мантии замерло было, по почти сразу покачнулось широкой амплитудой под порывом ветра, разбавившего тишину площади громко шепчущим шелестом листьев.

— Акробат умер на батуте, но еще некоторое время продолжал радовать публику, — раздался вдруг за спиной негромкий голос.

Скосив глаза, увидел рассматривающего качающегося инквизитора Бульдозера. Как он оказался совсем рядом я и не заметил, совершенно ведь бесшумно подошел.

— Отвратительно, — прокомментировала Арина, но нарушивший всю серьезность момента темный эльф только усмехнулся.

— Ариш, черный юмор — это как еда в Африке, не до каждого доходит, — покровительственным тоном произнес он.

— Ага. По типу: патологоанатом умер, но все равно поехал на работу, — неожиданно поддакнул ему Розенкранц.

— Какая мерзость. Еще есть? — негромко спросил Варрон.

— На ваших глазах только что человек умер мученической смертью, и вы так спокойно это обсуждаете? — пораженно спросила Катя, тоже поглядывая на качающегося наверху инквизитора.

— Он не умер, мне его еще лечить придется, — покачала головой Арина.

— Может все же в реанимацию? Больной, доктор сказал в морг, значит в морг, — на два голоса рассказал анекдот Варрон, отчего Бульдозер с Розенкранцем хмыкнули.

— Ты откуда знаешь, что он не умер? — спросил я у Арины. — Чувствуешь?

— Если бы вы, Аксель Алексеевич, появлялись здесь чаще, знали бы особенности применяемых богиней наказаний. Это зеленый лист — после него выживают. Есть еще красный лист, вот там сразу брызги по сторонам.

Александрович вообще-то, но поправлять Арину не стал. Надо же, действительно сколь много я пропустил, пока на Пандоре был.

— Правосудие над зачинщиком и провокатором свершилось, — Эрика впереди продолжала вершить судьбы. — Кто готов встать перед лицом богини следующим, отвечая за свои слова, намерения и поступки? — повернулась верховная жрица к пятерке дипломатов-глобалов.

Судя по испуганным лицам, не хотел никто. Особенно учитывая пункт про «намерения» — если бы меня так спросили, я бы сейчас тоже заволновался, ведь кто знает, что у меня в голове можно в намерениях увидеть. Поэтому совсем не удивился, когда один из мужчин неожиданно попытался спрятаться за не участвовавшими в утреннем визите женщинами, видя, что Эрика вновь поднимает руку. Эльфийки в деловых костюмах тоже заволновались — одна испуганно пискнула и закрыла лицо руками, вторая начала скороговоркой рассказывать, что вообще здесь ни при чем, а палец Эрики неожиданно указал в небо.

— Элуна справедлива, но милосердна. Сейчас она предлагает вам выбор — или принять ее правосудие, или отринув всю свою прошлую жизнь войти в лоно Великого леса вместе с клятвой верности. Подумайте, прежде чем принимать решение, — смотрящий вверх палец уже указал на качающегося под кронами инквизитора. — Если же вам нечего скрывать, и вы честно выполняли дипломатическую миссию, после проверки богини мы не будем чинить никаких для вас препятствий и по своему желанию вы или продолжите работу здесь или отправитесь обратно в Золотой город.

Дослушав Эрику, явно увидев шанс на спасение, спрятавшийся за спинами женщин делегат шагнул вперед, словно и не было только что позорной попытки отпетлять от суда богини. Он начал было говорить, что готов принести клятву верности Элуны, но верховная жрица его слова проигнорировала, жестом заставив замолчать. Остальные четверо замялись, все более нервничая.

Всем им было совершенно понятно, что обвинение в неуважении покажется легкой прогулкой по сравнению с тем, что их ожидает в случае наличия враждебного умысла или полученного задания для ведения шпионской деятельности. Которое наверняка было и каждый из сохраняющей самообладание четверки наверняка сейчас лихорадочно размышляет насколько в курсе событий может быть богиня и как она будет трактовать поступки и поведение каждого. Пятый же глобал по-прежнему безуспешно пытался поймать взгляд Эрики, явно понимая, что зря поддался страху.

Пока посланники Глобального совета ООН раздумывали о возможных вариантах выбора, рядом со мной продолжалась более интересная беседа — скучавшие во время нашего ожидания Бульдозер, Варрон и Розенкранц шепотом травили анекдоты, но делали это так, чтобы рассерженную Арину еще больше не расстраивать. Все трое оказались знатоками и для понимания им хватало одной фразы или даже намека.

— Ну, раз уж ты на табуретке, расскажи хоть стишок напоследок…

— Ха, про Деда Мороза. А вот этот: да-а-а, как понимаю, ты не рыбак.

— Не, это не помню.

— Встретились два орка…

— Все, все, вспомнил, про жену-андеда! Теперь я… А, вот например: да хрен с ней с пятеркой, ставьте четыре.

— Ха-ха, неплохо!

Общение дипломатов с Эрикой впереди и негромкие огрызки анекдотов рядом были прерваны хлопающими крыльями — на площади совсем рядом с нами приземлился грифон, с которого спрыгнул Кэррион в серо-зеленой дымчатой броне стража границы. Парадное облачение главного жреца бога Сайруса, которым он являлся — Эрика сюда всех вызвала, Кэрриону просто с дальних рубежей лететь пришлось, отчего он заметно опоздал.

— Что здесь у вас происходит? — негромко спросил главный страж границы подходя к нам ближе.

— Анекдоты травим, — ответил Рози, а Арина утомленно закатила глаза.

— Да? Ну ладно, — не стал переспрашивать Кэррион, бросив взгляд наверх где в ветвях болтался казненный инквизитор. Эрика между тем величественным жестом подозвала одну из принявших решений женщин, отвечая на возникшие у той вопросы о посвящении богине — будет ли разрешено возвращение в Золотой город, какие здесь возможные перспективы, все на удивление по делу.

— Потом я вспомнил, зачем копал яму, — продолжил развлечение Бульдозер.

— Не понял, — качнул головой Варрон, а вот Рози усмехнулся.

— Побежал жене про найденное золото рассказывать.

— А, точно.

— Раньше я работал на пилораме… — подхватил эстафету Розенкранц.

— Ха-ха, точно, а потом как отрезало. Кэрри, ты в деле?

— В каком деле? — озадаченно спросил страж границы, поглядывая то на покачивающегося наверху оплетенного ветвями инквизитора, то на Эрику впереди, перед которой уже опустилась на колени одна из женщин, признавая над собой власть Элуны и связывая судьбу с Великим лесом. Да, не все чисто в дипломатической миссии — кто бы сомневался, а болтаться под кронами деревьев умная женщина определенно не захотела.

— Дело в том, что Арина не любит смех и юмор, — между тем объяснял Варрон Кэрриону.

— Черный юмор! — раздраженно шикнула Арина.

— Не любит черный юмор, так что мы рассказываем острые анекдоты короткими фразами, — исправился Варрон. — Ты участвуешь?

— Так что делать-то надо?

— Говоришь короткую фразу из анекдота, мы все его вспоминаем и смеемся.

— А, ну ладно. Да мы на ней вообще-то в город ездим.

— Не слышал.

— Я тоже, — произнес Рози, а Бульдозер только отрицательно головой покачал.

— Приезжает проверка на дальнюю заставу…

Снова ни один из троицы не вспомнил. Я невольно ждал продолжения — как, кстати, и Арина, которая вроде бы отвернулась, но явно прислушивалась.

— Рассказывай, один внеплановый наш строгий главврач простит, надеюсь, — негромко сказал Рози, отчего Арина сложила руки на груди и вновь закатила глаза.

— Проверка на дальней заставе. Все на твердую четверку, начальник комиссии в целом удовлетворен, но напоследок собрал бойцов и по-отечески спрашивает, как у них здесь с сексом. Ему показывают на лошадь в конюшне, мол не без проблем конечно, но справляемся, пользуемся вот кобылой. Ну начальник как бравый кавалерист решил показать, что близок солдатам — табуретку подставил и умело совершил противный природе акт. Застегивается довольный, а ему один из ошарашенных младших командиров с трудом обретя дар речи — ну, мы вообще-то на ней в город в бордель по очереди выезжаем.

Дружный взрыв смеха заставил Эрику обернуться на полуслове, отчего лучшие люди города пристыженно замолчали, безуспешно пытаясь прекратить фырканье. Верховная жрица сверкнула глазами, вновь поворачиваясь к уже второй опустившейся перед ней колени женщине, готовой принять посвящение Элуне.

— Неплохо, неплохо, — негромко произнес Бульдозер. — А если…

— Если вы не прекратите, я как-нибудь за завтраком расскажу вам анекдот про гречку и клянусь всеми богами вы пожалеете об этом знании, — произнесла вдруг не выдержавшая Арина.

Так как главная жрица Лориэль в прошлой жизни фельдшером на скорой помощи работала, угрозу я бы воспринял всерьез. Остальные тоже скорее всего об этом подумали, потому что замолчали с ухмылками. Один только Кэррион едва заметно поморщился — он бывший полицейский и похоже анекдот про гречку знает.

Эрика к этому моменту уже закончила с делегатами-женщинами и повернулась к оставшимся троим глобалам, вломившемся к нам вместе с инквизитором. Тот, кто не совладав со страхом недавно прятался за чужими спинами шагнул было вперед, но его по жесту Эрики мгновенно оплели ветви появившегося из земли молодого кустарника — в этот раз без жести с проникновением под кожу, просто обездвижив в коконе.

— Так что у вас здесь происходит? — вновь задал вопрос Кэррион обращаясь уже ко мне, показывая на болтающегося наверху инквизитора. — Почему меня так срочно вызвали?

Я собрался было ответить, но Эрика обратилась к глобалам, причем голос ее сейчас обрел удивительную силу — вроде негромкий, но звучит по всей площади будто отовсюду.

— Каждый из вас проявил ко мне неуважение как к верховной жрице богини Элуны. Незнание законов Великого леса не освобождает от ответственности, но имея в виду ваш дипломатический статус и следуя совету Екатерины, — показала Эрика на Катю, — я не буду просить богиню вас наказать, но потребую покинуть пределы Великого леса. Ваше перемещение будет ограничено пределами гостевых апартаментов Белой башни, в Золотой город мы отправим вас в самое ближайшее время, как только мы подготовим дирижабль.

Было видно, как расслабились оба глобала, и даже искаженное лицо третьего — обездвиженного в коконе, изменилось от облегчения.

— Отправитесь в Золотой город вы после того, как ответите мне на пару вопросов в более приватной обстановке, — добавила Эрика, после чего все трое вновь заметно напряглись, чувствуя ловушку. Ведь обе эльфийки из дипломатической миссии перешли под сень Великого леса и обязательно расскажут все что знают, а это в свою очередь поможет Эрике задать правильные и очень неудобные вопросы.

Когда верховная жрица замолчала, я все же пояснил происходящее для Кэрриона.

— Дирижабль убывшей вчера делегации неожиданно потерпел крушение над нейтральными землями, почти все погибли. Но случайно проходивший мимо места аварии отряд эльфов-дроу спас главного инквизитора, — показал я на болтающегося наверху человека и посмотрел на Бульдозера, предлагая ему дополнить.

— Да, спасенный нами господин инквизитор почему-то решил, что катастрофу организовало правительство Эль-Новгорода. Едва мы доставили его в город для оказания помощи, как он в сопровождении вот этих трех господ нагло вломился в покои верховной жрицы Элуны, разбрасываясь завуалированными обвинениями. Ну и эти вот ребята, — снова показал Бульдозер на троицу глобалов, — совсем скоро признаются, что отправлены сюда с целью собирать информацию об Эль-Новгороде, чтобы вожди Золотого города могли подготовить резню непокорных и не очень удобных для планов Глобального совета ООН ночных эльфов.

— Ты так уверен, что они признаются? — поинтересовался я.

— Видишь ли, дело в том, что кроме него, — показал Бульдозер на болтающееся под кронами тело, — мы спасли некого Вениамина Львовича, возглавляющего дипломатическую миссию Глобального совета ООН. Просто его чуть-чуть в другое место доставили, где он очень обстоятельно и подробно рассказал все что ему известно, а известно ему немало. Вопрос теперь только в том, что мы будем делать с этой информацией. Да, правитель-синдар Аксель?

Беловолосый эльф-дроу замер, глядя на меня абсолютно безэмоциональным взглядом. Как холоднокровная рептилия смотрит — следствие превращения его в ренегата после перерождения. Хотя он и до перерождения таким же был, даже может быть еще менее человечнее — не помню, чтобы Воропаев мне анекдоты рассказывал. Хотя с другой стороны, его нынешняя человечность может быть просто маской по завоеванию доверия и опасаться темного эльфа мне стоит ничуть не меньше, чем глобалов, Совета эльфов и всего Саботажа вместе взятых.

— Советуешь посетить Золотой город и задать пару вопросов по поводу дружбы эльфийских народов?

— Идеальный вариант, — кивнул Бульдозер. — Опасный, но в плане открывающихся возможностей идеальный.

— Это не будет прекрасным подарком нашим уважаемым партнерам? — обеспокоенно спросила Арина. — Просто вот так взять и заявиться в самое логово солнечного эльфийского народа?

— Нас будет защищать дипломатический иммунитет, — пожал печами Бульдозер.

— Этих он много защитил? — показала Арина на болтающегося наверху инквизитора.

— Во-первых, эти господа были слишком неосторожны, полагаясь на божественные правила еще и уверовав в свою исключительность. Во-вторых… Екатерина, как вы недавно охарактеризовали ситуацию в Золотом городе? — повернулся вдруг Бульдозер к молчавшей, но с интересом прислушивающуюся к беседе новой главной волшебнице Эль-Новгорода.

Катя не совсем поняла, что от нее хочет темный эльф, но он пояснил.

— Вчера на общем совете, когда вы все выбирали цивилизационные пути развития, — показал Бульдозер неожиданную осведомленность о совещании, на котором не присутствовал. — Вы сказали, что в Золотом городе по вашему мнению…

— Бардак, абсурд и коррупция, — вспомнила Екатерина свои недавние слова.

— Вот именно, надеюсь вы очень точно уловили атмосферу. Потому что в подобной ситуации государственные перевороты можно успешно осуществлялись силами вплоть до роты подготовленных бойцов, а то и меньше.

— Вы забываете, что в Золотом городе правят боги, — напомнила Екатерина, у которой после гибели от управляющего суперкомпьютера Кракса был серьезный травмирующий опыт. — И я согласна с Ариной, если отправиться туда, то велика вероятность оказаться в таком же положении, — глядя на меня, показала Катя на инквизитора.

— Катенька, у тебя же есть возможность… — неожиданно перешел Бульдозер на дружеский тон.

— Какая я вам Катенька, мужчина! — взвилась Екатерина, блеснув невероятно синими после посвящения глазами.

— Простите, Екатерина Дмитриевна, — широко улыбнулся беловолосый эльф с извиняющимся жестом. — Только не бросайте меня в терновый куст за столь наглую фамильярность, я больше не буду.

— Кирилл Иванович? — прошептала Катя, только сейчас узнавшая переродившегося Воропаева. А я ведь помню, как он в бытность человеком уважительно обращался к Кате при нашей первой встрече. Похоже не просто так сейчас на фамильярность перешел, видимо напомнив о чем-то бывшему юристу семьи.

— Для вас просто Кирилл, госпожа главная жрица, — с полупоклоном улыбнулся темный эльф.

— Простите, Кирилл Иванович, мне никто не сказал, а я…

— Не берите в голову, Екатерина Дмитриевна, считайте старой песней начали новую главу в наших отношениях. Откройте, пожалуйста, божественный пантеон солнечных эльфов, у вас должен быть доступ.

Озадаченная Катя открыла меню и вывела на всеобщее обозрение список:

Соларион, Лик Солнца

Сфера: Солнце, свет, порядок, цивилизация, архитектура.

Покровительство: Правители, архитекторы, маги и воины света. Дарует защиту от хаоса и тьмы. Благословляет работающих с золотом, солнечным камнем и светоносным мрамором мастеров.

Селестина, Богиня Звезд

Сфера: Звезды, магия, знание, пророчество.

Покровительство: Маги-исследователи, звездочеты, оракулы, хранители знаний. Дарует защиту от скверны и лжи. Благословляет мастеров, работающих со звездным серебром и астральной магией лунного света.

Зефирион, Небесный Странник

Сфера: Воздух, ветер, путешествия, дипломатия, музыка.

Покровительство: Гонцы, послы, капитаны воздушных судов, менестрели.

Мираэль, Хранительница Родников

Сфера: Вода, источники, память предков, исцеление.

Покровительство: Целители, хранители архивов, искатели истины, алхимики.

Аурелион, Кузнец Душ

Сфера: Ремесло, защита, искусство созидания.

Покровительство: Ювелиры, кузнецы-артефакторы, архитекторы, инженеры.

Сориэль, Хранительница Чар

Сфера: Магия, просвещение, смена сезонов, упорядоченные чары.

Покровительство: Волшебницы, маги-исследователи, хранители обрядов, искатели.

Этирион, Страж Рассвета

Сфера: Границы света и тени, охота на порождения тьмы, очищение.

Покровительство: Стражи границ, демоноборцы, следопыты, разведчики.

Проглядев описание всех богов — двух основных и пятерых второстепенных, я убедился, что уже привычно все создано по единому шаблону, хотя с некоторыми принципиальными отличиями. Если Сильван ночных эльфов символизирует изоляционизм и единение с природой, то Соларион — цивилизационная экспансия. Очень бы, конечно, задача у меня упростилась, если бы я изначально попал в поселение высоких эльфов, не пришлось бы придумывать никаких костылей для захвата мира. С другой стороны, в случае солнечной экспансии в итоге получилась бы британская колониальная модель управления, в то время как Великий лес дает возможность ассимилировать и инкорпорировать в свой состав другие расы и народы по модели Российской империи в расцвете могущества.

Бульдозер, выдержав паузу чтобы все ознакомились со списком, уже показывал нам на описание верховной богини женского начала — Селестину. И вот сейчас я начал понимать его мысль: у ночных эльфов Элуна, у лесных Селена, а у высоких солнечных — Селестина. Если в «мужском» начале верховные божества у эльфов разные с принципиальными отличиями, то в «женском» — все та же богиня Луна, просто в разных одеждах. И не только я об этом догадался.

— Богиня Луны, только в профиль? — спросила Арина.

— Именно.

— Это все хорошо, но в Золотом городе сейчас Соларион за верховное божество, — произнесла Катя. — Его просто попросить на выход?

— Виталик, — вдруг вспомнил я о Виталионе Солнцеслове, находящемся сейчас на Пандоре.

— Виталик? — спросило сразу несколько голосов.

— Есть у меня один тип в отряде Посланника, — задумчиво протянул я. — Думаю, надо бы его сюда позвать.

— Зачем? — спросила Катя.

— Какой в Золотом городе вид правления? — ответил я вопросом на вопрос.

— Городской совет.

— Автократия или демократия?

— Не поняла.

— Состав городского совета у ночных эльфов — это хранительница рощи, страж рощи, три жреца, а также пять глав гильдий. Не думаю, что в Золотом городе сильно иначе. Автократия — это когда голос правителя решающий, а совет чем дальше, тем больше выступает в роли статистов. Либо же реально решает все городской совет, а правитель превращается в лицевой фасад для реальной власти, это уже демократия.

— По факту это не демократия.

— Древнегреческая демократия, не душни. Так как там в этом плане?

— Я не знаю, — покачала Катя головой.

— Я могу узнать. Это срочно? — спросил Бульдозер.

— Да.

— Ну тогда сейчас закончим здесь, спрошу кое у кого.

— Хорошо, — кивнул я, продолжая размышлять.

Бульдозер предлагает совершить в Золотом городе быстрый государственный переворот с захватом власти. Но я уже вижу, как можно сделать все совершенно бескровно — создав модель как у нас в Новгороде, только наоборот. У нас ведь в столице главная Элуна, а остальные поселения посвящены Сильвану — лесному бирюку, которому неинтересно происходящее за опушкой, зато Великий лес он охраняет истово. В Золотом городе можно попробовать провернуть аналогичную, но диаметрально противоположную схему — оставить в столице править верховного жреца Солариона, а остальные поселения посвящать Селестине, звездной богине. И получится у нас не сметающий все на своем пути будущий Солнечный рейх, пляшущее на курганах врагов Белое Пламя, а будет аналог средневековой Священной Римской империи. Где император был декоративной фигурой вплоть до того, что подданные гильдейские горожане иногда его могли взять под арест, освобождая только после оплаты долгов, была вроде даже пара таких случаев. Управлять же Золотой империей можно будет отсюда, играя на противоречиях элит и опираясь на власть жрецов единой богини-матери Луны.

Отличная идея, мне самому нравится — а главное, что никакого звона мечей, крови и разрушений. Можно все решить миром, если Виталик согласится участвовать и послужить гарантом договоренностей с кем-то из Совета эльфов, кому мы предложим помощь в достижении власти выбранной фигуре, или вовсе будет готов сам стать императором. Он все же в Совете эльфов не последнее лицо, так что почему бы и нет — хорошо не убился тогда, когда я его с галереи скинул.

— О чем вы тут разговариваете? — неожиданно к нам вернулась Эрика, подойдя ко мне со спины.

— Да так, анекдоты рассказываем, — пожал плечами Бульдозер

— Я в вас не сомневалась, — недовольно фыркнула верховная жрица. — Пойдемте, нужно решить, что будем дальше делать, — Эрика развернулась, взметнув полы церемониального одеяния и направилась к Белой башне.

— Давайте без меня пока, — тронул я за руку Екатерину, при этом коротко глянув на Бульдозера.

— А что так?

— На Пандору нужно сходить, проконтролировать как дела и Виталика забрать.

— Так кто такой этот Виталик? — спросил Бульдозер.

— Пандора не может потерпеть? — показала Катя на уходящую верховную жрицу.

— Виталик — это наш пропуск в городской совет солнечных эльфов, — посмотрел я на Бульдозера и перевел взгляд на Катю. — Нет, Пандора потерпеть не может, потому следующая возможность туда сходить мне представится нескоро, судя по тому какие тут грандиозные события намечаются. Я ненадолго, как раз вернусь как вы план действий выработаете.

— Каких действий?

— Дипломатии прямого действия, каких же еще. Составьте план, вернусь покритикую. Кстати, Рози!

— Да?

— А что у нас с новой броней гвардейцев?

— А что с ней?

— Выглядит странно. Откуда это?

— Кадия стоит! — заметно довольный моим вопросом произнес Варрон.

— Чего⁈

— Астра Милитарум. Ну, Имперская гвардия же! — заговорил Рози, не видя понимания в моих глазах.

— Ничего не понятно, но очень интересно, — покачал я головой. — Ладно, главное, что выглядит красиво, а я пошел, скоро вернусь.